/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 сентября 2018 года

Дело №

А56-78748/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11.09.2018

Полный текст постановления изготовлен 18.09.2018

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Мирошниченко В.В., судей Колесниковой С.Г., Тарасюка И.М.,

при участии от АКБ «Авангард» представителя Федоровой А.Ф. (доверенность от 14.12.2017), от ООО «БелРиоз» представителя                           Сангын-оол Ш.В. (доверенность от 08.07.2018),

рассмотрев 11.09.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «БелРиоз» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2018 по делу № А56-78748/2015 (судьи Бурденков Д.В.,  Аносова Н.В., Глазков Е.Г.),

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2016 признано обоснованным заявление акционерного коммерческого банка «Авангард» (публичное акционерное общество; далее - Банк) о признании  Парамоновой Ольги Григорьевны несостоятельной (банкротом), в отношении Парамоновой О.Г. введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Кувшинов Игорь Константинович.

Общество с ограниченной ответственностью «БелРиоз», место нахождения: 198035, Санкт-Петербург, Гапсальская ул., д. 3, пом. 403,                  ОГРН 1127847220786, ИНН 7805586060 (далее - Общество), обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 23 000 000 руб.

Определением от 23.10.2017 в удовлетворении заявления отказано.

Определением от 15.03.2018 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в связи с отсутствием в материалах дела резолютивной части определения, объявленной в судебном заседании, отменил определение суда первой инстанции от 23.10.2017 и перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции.

Постановлением от 20.06.2018 суд апелляционной инстанции отказал Обществу в удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе Общество просит отменить постановление от 20.06.2018 и принять новый судебный акт.

Податель жалобы ссылается на то, что обстоятельства выдачи займа в дополнительной проверке не нуждались, поскольку они установлены вступившим в законную силу решением Выборгского городского суда Ленинградской области от 28.03.2017 по делу № 2-36/17.

Кроме того, Общество полагает, что судом необоснованно не принят в качестве доказательства наличия у него денежных средств, достаточных для выдачи займа, и факта его выдачи бухгалтерский баланс.

По мнению подателя жалобы, суд неправомерно принял во внимание при вынесении судебного акта письмо ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 18.09.2015 № 8/17537 в котором указано, что Парамонова О.Г. приходится Парамонову Евгению Викторовичу матерью, а генеральный директор Общества Гайнулин С.Г. - тестем; деятельность Общества носила фиктивный характер и была направлена на незаконное возмещение налога на добавленную стоимость.

Однако, как указывает податель жалобы, названное письмо не является решением или приговором суда и факты, изложенные в нем, являются лишь предположениями его составителя и судом при рассмотрении настоящего обособленного спора не проверялись.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий           Лотошко П.Ю. просит отказать в ее удовлетворении.

Также в суд кассационной инстанции поступил отзыв Банка, в котором он просит оставить постановление от 20.06.2018 без изменения.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы жалобы, а представитель Банка возражал против ее удовлетворения.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте заседания кассационной инстанции, однако своих представителей в суд не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, 19.03.2013 между Обществом (кредитор) и Парамоновой О.Г. (поручитель) заключен договор поручительства № П2/2013 (далее - Договор поручительства), в соответствии с которым должник приняла на себя обязательство отвечать перед Обществом за исполнение Парамоновым Е.В. обязательств по договору займа от 19.03.2013 № 3/13 (далее - Договор займа), заключенному между Обществом (кредитор) и Парамоновым Е.В. (заемщик).

 По условиям Договора займа Общество обязалось предоставить Парамонову Е.В.  заем в размере 23 000 000 руб., а Парамонов Е.В. обязался его возвратить   до 19.03.2015. 

В подтверждение передачи Обществом Парамонову Е.В.  23 000 000 руб. представлены расписка от 19.03.2013 в получении денежных средств и расходный кассовый ордер от 19.03.2013 № рко-1.

Поскольку Парамоновым Е.В. заем возвращен не был, Общество обратилось с настоящим заявлением о включении своего требования в реестр требований кредиторов поручителя Парамоновой  О.Г. 

Суд первой инстанции определением от 23.10.2017 отказал Обществу в удовлетворении заявления.

Суд апелляционной инстанции, отменив определение суда первой инстанции от 23.10.2017 по безусловным основаниям, рассмотрел заявление Общества по правилам суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявления.

 Изучив материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В данном случае заявленное Обществом требование основано на обязательствах, возникших из Договора займа.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ по своей правовой природе договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег заимодавцем заемщику.

В силу пункта 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы.

В то же время согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Общество считает, что факт выдачи Обществом займа Парамонову Е.В. установлен судом общей юрисдикции при рассмотрении дела № 2-36/17 по иску Общества о взыскании с Парамонова Е.В. и Парамоновой О.Г. задолженности по Договору займа. По мнению Общества, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Выборгского городского суда Ленинградской области от 28.03.2017 по названному делу носят преюдициальный характер.

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

 Суд апелляционной инстанции правомерно отклонил ссылку Общества на решение суда общей юрисдикции, поскольку в данном решении указано, что производство по делу в отношении Парамоновой О.Г. было прекращено в связи с введением процедуры банкротства. Соответственно, она в рассмотрении дела не участвовала и не имела возможности давать пояснения и заявлять возражения.

Более того, с учетом положений пункта 26 Постановления № 35 при рассмотрении дела о банкротстве не могут быть приняты в качестве установленных обстоятельства, которые были приняты судом общей юрисдикции в связи  с отсутствием у заемщика возражений. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. В данном случае, как следует из содержания решения суда общей юрисдикции, Парамонов Е.В. в судебное заседание не явился, требования Общества не оспорил, в связи с чем суд удовлетворил иск. При этом исследование фактических обстоятельств выдачи спорного займа не проводилось.

 В подтверждение финансовой возможности выдать спорный заем Общество представило, бухгалтерский баланс по состоянию на 31.12.2013, при этом в качестве доказательства факта реальной выдачи Парамонову Е.В. денежных средств в названной сумме представлена только расписка последнего. 

Суд апелляционной инстанции правильно указал, что сам по себе размер оборота денежных средств, указанный в балансе займодавца не подтверждает предоставление их заемщику в отсутствие иных доказательств, например, документов о снятии денежных средств в указанной сумме с банковского счета Общества накануне сделки, либо документов, свидетельствующих о получении данной суммы в наличной форме от контрагентов, при условии, что происхождение данных средств можно было бы с достоверностью проверить, либо  кассовой   книги, подтверждающей выдачу денежных средств из кассы Общества.

При этом, Банком заявлены возражения против включения в реестр требований должника требования Общества, которые основаны на том, что стороны по Договору займа и Договору поручительства являются заинтересованными лицами, а именно Парамонова О.Г. приходится  Парамонову Е.В. матерью, а генеральный директор Общества Гайнулин С.Г. - тестем.

В подтверждение своих доводов Банк представил письмо ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 18.09.2015 № 8/17537.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в том числе в определении от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652 (1), в случае, заем если является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего с точки зрения нормального гражданского оборота отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц. Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. 

В настоящем случае ни Обществом, ни самой Парамоновой О.Г. не дано пояснений относительно  необходимости заключения рассматриваемого Договора поручительства, его целесообразности и экономической обоснованности. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр.

В случае, когда участники сделок действительно являются аффилированными, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197). 

В настоящем случае Общество не представило доказательств, опровергающих тот факт, что оно, Парамонова О.Г. и Парамонов Е.В. являются заинтересованными лицами.

Кроме того,  Договор займа не содержит сведений о цели выдачи займа в указанной сумме, пояснений в отношении экономических мотивов выдачи спорного займа Обществом не представлено, сведения о  том, каким образом полученные денежные средства были истрачены Парамоновым Е.В., также отсутствуют.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному и правомерному выводу об отсутствии в материалах дела бесспорных доказательств фактического предоставления Обществом Парамонову Е.В. займа в сумме 23 000 000 руб. и его получения Парамоновым Е.В., а следовательно, у Парамоновой О.Г. как у поручителя отсутствует обязательство по возврату названной суммы  займодавцу.

Доводы, указанные в кассационной жалобе, не опровергают выводов суда апелляционной инстанции, а направлены на иную оценку имеющихся доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию кассационной инстанции.

Нормы материального права применены судом по отношению к рассматриваемым правоотношениям верно, выводы суа соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2018 по делу № А56-78748/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «БелРиоз» - без удовлетворения.

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

 

С.Г. Колесникова

 И.М. Тарасюк