СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2337/2021(25,26)-АК

Дело № А50-21364/2020

09 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего       Чепурченко О.Н., 

судей                                      Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

ФИО2, паспорт;

ФИО3, паспорт;

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 01.09.2021, 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора ФИО2 и должника ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края от 17 апреля 2023 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о признании сделки должника недействительной (договор займа от 07.03.2008, дополнительные соглашения к нему от 30.05.2008, 30.05.2012, 12.02.2015, 01.09.2017),

вынесенное в рамках дела № А50-21364/2020 о признании несостоятельной (банкротом) ФИО5 (ОГРНИП 312590215800028, ИНН 

<

***>), 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6,

установил:

Определением Арбитражного суда от 09.09.2020 принято к производству заявление ФИО3 о признании индивидуального предпринимателя ФИО5 несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 31.05.2021 ФИО5 (должник) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника; финансовым управляющим для участия в процедуре банкротства должника утвержден ФИО7.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации опубликованы в газете «Коммерсантъ» (выпуск за 05.06.2021).

21 декабря 2022 года в арбитражный суд поступило заявление кредитора ФИО2 об оспаривании сделки должника, в котором просил признать недействительными договор займа от 07.03.2008 и дополнительные соглашения к нему от 30.05.2008, 30.05.2012, 12.02.2015, 01.09.2017, заключенные должником с ФИО3.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6.

В судебном заседании ФИО2 и представитель ФИО5 доводы заявления поддержали, просили признать оспариваемые сделки недействительными на основании по ст.ст. 10, 162, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на безденежность займа и на отсутствие у ФИО3 финансовой возможности выдать займ.

ФИО3, его представитель возражали против удовлетворения заявленных требования, указывали на пропуск срока исковой давности, а также бездействие должника по оспариванию договора; пояснили, что в декларации за 2007 года выявлена ошибка, вместо дохода 1 422 000 руб. отражено 142 200 руб., займ предоставлялся на приобретение квартиры, согласно пояснениям самой ФИО5 до 2010 года она официально трудоустроена не была, в связи с чем иного источника дохода у ФИО5 не было; длительное не обращение с заявлением о взыскании задолженности связано с доверительными отношениями с ФИО5, ФИО3 полагал, что долг будет возвращен добровольно.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17 апреля 2023 года суд отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о признании сделки должника недействительной.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 и ФИО5 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме. 

ФИО2 в обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что оценивая поведение стороны и начало течения срока давности суд, принимая во внимание, что ФИО2 и ФИО5 связывали доверительные отношения, и ФИО2 представлял интересы ФИО5 в деле № 2-1084/2020 по иску ФИО3, вытекающему из спорного договора займа, приравнивает ФИО2 к должнику ФИО5, по сути объединяя двух субъектов; вместе с тем, в деле № 2-1084/2020 ФИО2 как представитель ФИО5 лишь выражал волю последней, не имея своего отношения к делу и к оспариваемому договору; в настоящем же деле ФИО2 является кредитором ФИО5; обжалуя сделку должника, ФИО2 реализовывал свое право, предоставленное ему Законом о банкротстве. На основании изложенного апеллянт полагает, что судом сделан неверным вывод о совпадении интересов ФИО2 и ФИО5 и возможности применения в данном случае принципа «эстоппель», а также вывод о пропуске заявителем срока исковой давности на основание сделки; считает, что срок исковой давности подлежал исчислению с момента вступления в законную силу судебного акта о включении требований ФИО2 в реестр требований кредиторов (определением Арбитражного суда Пермского края от 14.03.2022). Также апеллянт отмечает, что суд, концентрируясь на мотивах отказа в заявлении о признании сделки недействительной (пропуск срока давности и противоречивое поведение сторон), не дал какой-либо оценки доводам заявителя о безденежности займа и отсутствии финансовой возможности ФИО3 финансировать заем.

Должник в своей апелляционной жалобе указывает на то, что исходя из полученного ФИО3 в 2007 году дохода, финансовая возможность ФИО3 выдать должнику займ, с учетом дохода ФИО6 и необходимости обеспечения проживания членов семьи (5 человек) и имущества, отсутствовала; судебными актами по настоящему делу установлена финансовая невозможность ФИО3 в предоставлении суммы займа в размере 2 179 176 руб. по договору 09.11.2008. Считает, что применение судом исковой давности произведено с нарушением положений п. 2 ст. 181, ст.ст. 195, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений приведенных в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63; принцип эстоппеля к настоящему обособленному спору применен необоснованно. Также апеллянт отмечает судом не дана оценка финансовой возможности ФИО3 предоставить 07.03.2008 оспариваемый займ на сумму 3 500 000 руб.; ссылается на то, что доход ФИО3 за 8 лет, предшествующих займу и за 2008 год в совокупном размере 2 246 487,36 руб. (до налогообложения) явно недостаточен для выдачи займа; истребуемые судом доказательства из ПАО «Сбербанк России», Росреестра и ГИБДД по Пермскому краю также не подтверждают наличие у него имущества и денежных средств на депозитах использование которых позволило бы ему саккумулировать доход для предоставления займов в общем размере 5 679 176 руб.; утверждение ФИО3 о высоком доходе его супруги документально не подтверждено, данные обстоятельства были установлены постановлением апелляционного суда от 19.05.2022, которым во включении в реестр ФИО3 было отказано, в связи с отсутствием у него финансовой возможности выдачи займа в размере 2 179 176 руб. с учетом полученных им в период с 1999 года доходов, доходов его супруги с 2004 года по 2008 год и нахождения на их иждивении трех несовершеннолетних детей, имущества, а также отсутствия накоплений в банке в предшествующий период; также должник обращает внимание на отсутствие доказательств расходования займа на приобретение квартиры.

От ФИО3 и ФИО6 поступили отзыв и письменные позиции по доводам апелляционных жалоб, с приведением обстоятельств наличия у ФИО3 финансовой возможности для выдачи оспариваемого займа.        

Письменных отзывов на апелляционные жалобы от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Финансовым управляющим ФИО7 представлено заявление о рассмотрении апелляционных жалоб в его отсутствие, с указанием на отсутствие основание для их удовлетворения и законность обжалуемого судебного акта.

Участвующие в судебном заседании ФИО2, ФИО3 и его представитель свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что в силу ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ФИО3 и ИП ФИО5 заключен договор займа от 07.03.2008, по условиям которого ФИО3 передал ИП ФИО5 денежную сумму в размере 3 500 000 руб. на срок до 01.07.2009 под 18% годовых.

Впоследствии между ФИО3 и ИП ФИО5 заключались дополнительные соглашения, по которым срок возврата займа продлевался.

Кроме того, соглашением от 01.09.2017 о внесении изменений в договоры займа от 07.03.2008 и 09.11.2008 (займ на сумму 2 179 176 руб.) указанные договоры дополнены пунктом о даче заемщиком согласия на уступку займодавцем требований по обязательствам, вытекающих из договоров. Также в п. 4 соглашения стороны предусмотрели, что общая сумма задолженности заемщика, без учета возвращенных средств, по состоянию на 01.09.2017 составляла 14 826 785 руб.; в п. 5 соглашения – общая сумма возвращенных денежных средств по состоянию на 01.09.2017 составляла 1 080 000 руб.; общая сумма задолженности по договорам, с учетом возвращенных средств на 01.09.2017, составила 13 746 785 руб.

Заочным решением Ленинского районного суда г. Перми от 11.03.2020 по делу № 2-1084/2020 с ИП ФИО5 в пользу ФИО3 по договору займа от 07.03.2008 взыскано 3 500 000 руб. основного долга, 6 766 721,34 руб. процентов за пользование суммой займа за период с 08.04.2009 по 07.01.2020, а также проценты за пользование суммой займа, начиная с 08.01.2020 по день фактического исполнения обязательства о возврате суммы займа, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 31.12.2018 по 31.12.2019  в размере  257 273,97 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с 01.01.2020 по день фактического исполнения обязательства о возврате суммы займа и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.

Неисполнение ФИО5 денежных обязательств, подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом, явилось основанием для обращения ФИО3 в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), на основании которого было возбуждено настоящее дело о банкротстве; требования ФИО3 в сумме 11 123 435,21 руб., в том числе: 3 500 000 руб. основного долга, проценты за пользование займом по договору займа от 07.03.2008 за период с 08.04.2009 по 02.09.2020 в сумме 7 178 114,79 руб., проценты за неисполнение денежного обязательства, начисленные на основании ст. 395 ГК РФ за период с 31.12.2018 по 02.09.2020, в сумме 385 320,42 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.

         Полагая, что договор займа от 07.03.2008 на сумму 3 500 000 руб., заключенный между ФИО3 и ИП ФИО5 и дополнительные соглашения к нему являются мнимыми сделками, кредитор ФИО2 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о признании их недействительными на основании ст. 10, 162, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

         Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности мнимой природы оспариваемого договора займа, а также установления факта пропуска заявителем срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав представленные в дело доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве), отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-Ш.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. 

Исходя из положений п.п. 1, 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения процедуры реструктуризации долгов.

Наличие у ФИО2 права как кредитора на обращение в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника, подтверждается материалами дела и иными участниками спора не опровергается.

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В рассматриваемом случае кредитор просит признать договор займа от 07.03.2008 недействительным (ничтожным) как мнимую сделку на основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

В силу положений п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Из материалов дела судом первой инстанции установлено, что ФИО5 на протяжении всего периода, начиная с заключения данного договора (в частности, при обжаловании определения суда о введении процедуры реструктуризации, решения суда о введении процедуры реализации по настоящему делу о банкротстве № А50-21364/2020, при включении требований ФИО3 по договору займа от 09.11.2008) не ссылалась на ничтожность договора от 07.03.2008, в том числе ввиду безденежности; факт погашения долга также не подтверждала.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы на определение суда о включении требований ФИО3 по договору от 09.11.2008 ФИО5 пояснила, что выплаты ФИО5 в период с 2011 по 2019 года в адрес ФИО3 денежных средств в общей сумме 1 380 000 руб. –являлись оплатой процентов по другому займу. 

ФИО3 пояснял, что в силу доверительных отношений с ФИО5 сроки займа продлевались.

В жалобах на заочное решение Ленинского районного суда г. Перми от 11.03.2020 № 2-1084/2020 ФИО5 не ссылалась на безденежность займа, указывала лишь на наличие сомнений в заключении дополнительного соглашения от 01.09.2017 к договору. При этом ФИО2 являлся представителем ФИО5 при обжаловании заочного решения Ленинского районного суда г. Перми от 11.03.2020 № 2-1084/2020 в апелляционном порядке (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 24.08.2020 по делу № 33-7471/2020); возражений в части ничтожности сделки не заявлено.

Установив, что ФИО2 и ФИО5 на протяжении всей процедуры банкротства должника не опровергали наличие заемных правоотношений из договора займа от 07.03.2008 (учитывая, что еще в марте 2020 года ФИО2 знал о его наличии), однако только после вынесения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2022 по делу № А50-21364/2020 заняли противоположенную позицию, касающуюся безденежности займа, а также признав, что фактически действия ФИО2 и ФИО5 направлены на опровержение своего собственного поведения, что не может быть признано соответствующим добросовестному поведению участников гражданского оборота, суд перовой инстанции, применяя принцип эстоппеля, предполагающий утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства в рамках гражданско-правового спора, если данная позиция существенно противоречит его предшествующему поведению, а также правилу venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению), не усмотрел оснований для признания договора займа от 07.03.2008 мнимой сделкой на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также установив, что ФИО5, подписывая договор займа в марте 2008 года и дополнительные соглашения к нему, обладала информацией о наличии заемных отношений вытекающих из договора от 07.03.2008, в связи с чем, имела возможность своевременно обратиться с заявлением о признании договора ничтожной сделкой; по состоянию на 01.09.2013 срок исковой давности уже был пропущен, что исключает возможность применения к спорным правоотношениям новых положений, введенные Федеральным законом № 100-ФЗ, позволяющие оспаривать сделки в срок, не превышающий 10 лет с момента начала исполнения сделки; учитывая обращение ФИО2 с рассматриваемым заявлением об оспаривании сделки 21.12.2022, суд первой инстанции счел пропущенным заявителем срок исковой давности по оспариванию договора займа от 07.03.2008.

Апелляционный суд не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции, в силу следующего.

В деле № 2-1084/2020 ФИО2 был представителем ФИО5 и выражал как представитель ее волю, не имея своего отношения к делу и к спорной сделке займа.

В настоящем деле ФИО2 является кредитором ФИО5, заинтересованным в распределении конкурсной массы, сформированной за счет имущества должника, в свою пользу, а также в отсутствие иных кредиторов, претендующих на такое имущество.

Обжалуя договор займа от 07.03.2008, заключенный между должником и другим кредитором ФИО3 ФИО2 реализовывал свое право на оспаривание сделок, предоставленное ему Законом о банкротстве. 

Принимая во внимание, что ФИО2 не является стороной оспариваемой сделки, он не имел возможности ее оспорить в общеисковом порядке вне рамок дела о банкротстве.

Исходя из изложенного следует признать, что судом первой инстанции сделан неверный вывод о совпадении интересов ФИО2 и ФИО5, возможности применения к сложившимся обстоятельствам принципа «эстоппель» в отсутствие противоречивого поведения ФИО2; ФИО2 с момента получения статуса кредитора и приобретения интереса в обжаловании сделок должника не занимал какой-либо иной позиции и не имел какого-либо иного отношения к спорной сделке кроме тех, которые обозначены в настоящем обособленном споре.

По этой же причине нельзя руководствоваться тем обоснованием, который суд первой инстанции положил в основу вывода о пропуске срока исковой давности.

Принимая во внимание заявленные основания для признания сделки недействительной (ст. 170 ГК РФ), а также разъяснения, содержащимися в п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32, срок исковой давности при оспаривании сделок должника по общим основаниям составляет три года и и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В данном случае, учитывая обстоятельства и период возникновения у ФИО2 прав требования к должнику, представление заявителем интересов должника до возбуждения дела о банкротстве в рамках дела по иску о взыскании задолженности по оспариваемому договору, суд апелляционной инстанции считает, что в данном случае исчисление срок исковой давности не может производиться позднее момента возникновения у заявителя статуса кредитора в рамках настоящего дела о банкротстве и ранее введения первой процедуры банкротства.     

Поскольку первая процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина-должника, введена определением от 25.12.2020, требования ФИО2 включены в реестр требований кредиторов определением от 14.03.2022, заявление о признании оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) заявлено последним 21.12.2022, учитывая применяемый в данном случае трехлетний срок исковой давности, оснований для вывода о том, что рассматриваемое заявление об оспаривании сделки подано кредитором за пределами трехлетнего срока исковой давности, у суда первой инстанции не имелось. 

 

Вместе с тем, данные выводы суда первой инстанции не привели к принятию неверного решения.

Исходя из положений действующего законодательства, договор займа является реальной сделкой, заключенной с момента передачи/перечисления заемщику денежных средств.

Из заявления об оспаривании сделки следует, что ничтожность (мнимость) договора займа от 07.03.2008, заключенного между должником и ФИО3 на сумму 3 500 000 руб., ФИО2 связывает с его безденежностью.

В свою очередь в обоснование своего довода о безденежности договора займа от 07.03.2008 ФИО2 ссылается на вывод о недоказанности наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставить должнику заем по другому договору займа от 09.11.2008, который был сделан Семнадцатым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 19.05.2022, вынесенном в рамках настоящего дела о банкротстве по результатам рассмотрения обособленного спора об установлении требований ФИО3, вытекающих из договора займа от 09.11.2008.

Собственно указанный вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности предоставить должнику заем по договору займа от 09.11.2008 и является единственным аргументом ФИО2, которым он обосновывает свой довод о безденежности оспариваемого им договора займа от 07.03.2008.

Между тем, делая вывод об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности предоставить должнику заем по договору займа от 09.11.2008 в сумме 2 179 176 руб., апелляционный суд исходил из того, что размера документально подтвержденного совместного дохода ФИО3 и его бывшей супруги – ФИО6 было недостаточно для предоставления ФИО3 должнику в 2008 году одновременно двух займов (стр. 13 абзац четвертый постановления от 19.05.2022). 

Из вышеуказанного следует, что делая вывод об отсутствии у ФИО8 финансовой возможности предоставить должнику заем по договору займа от 09.11.2008 в сумме 2 179 176 руб., апелляционный суд исходил из того, что ФИО3 ранее в том же году уже был выдан должнику займ по договору от 07.03.2008 в сумме 3 500 000 руб.

Оценивая финансовые возможности ФИО8 и его бывшей супруги – ФИО9, суд апелляционной инстанции счел недостаточным размер документально подтвержденного совместного дохода ФИО3 и его бывшей супруги для выдачи должнику в 2008 году двух займов в суммах 3 500 000 руб. и 2 179 176 руб., при этом суд в своих расчетах и выводах исходил из заключенности и действительности договора займа от 07.03.2008 на сумму 3 500 000 руб. 

Кроме того, постановлением апелляционного суда от 19.05.2022 (стр. 14 абзац второй), на основании выписки об операциях по счету банковской карты ФИО3, судом также установлен факт исполнения должником заемных обязательств в период с 2011 года по 2019 год в пользу ФИО3 посредством перечисления денежных средств в общей сумме 1 380 000 руб.

При этом суд апелляционной инстанции исходил из объяснений, данных должником о том, что указанные денежные средства выплачивались ФИО3 в счет погашения задолженности по договору займа от 07.03.2008.

Таким образом, вывод о недоказанности наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставить должнику заем в сумме 2 179 176 руб. по договору займа от 09.11.2008, содержащийся в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2022, был сделан апелляционным судом с учетом установленного им факта выдачи ФИО3 должнику займа в сумме 3 500 000 руб. по оспариваемому договору от 07.03.2008, а также частичного его исполнения должником, что свидетельствует о реальности заемных отношений, вытекающих из оспариваемого договора займа. 

Следовательно, довод ФИО2 о безденежности оспариваемого им договора займа от 07.03.2008 опровергается обстоятельствами, установленными тем же судебным актом, на который сам же ФИО2 и ссылается в обоснование заявленных им требований, которые, в силу положений ст. 69 АПК РФ, имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора и доказыванию вновь не подлежат. 

Учитывая вышеизложенное, оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора займа мнимой сделкой, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционных жалобах не приведено.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. 

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

В порядке ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб подлежат отнесению на их заявителей.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 17 апреля 2023 года по делу № А50-21364/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

 

М.С. Шаркевич