СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-406/2019(35, 36, 37)-АК

Дело № А60-36936/2018

30 апреля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей                                 Иксановой Э.С., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего должника ФИО2: Гвоздева О.А., паспорт, доверенность от 01.01.2025;

от арбитражного управляющего ФИО3: Гвоздева О.А., паспорт, доверенность от 01.03.2025;

от ФИО6: ФИО4, удостоверение адвоката, доверенность от 28.09.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы Инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, ФИО6, ФИО3, ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 19 февраля 2025 года, 

принятого по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 об установлении размера вознаграждения арбитражного управляющего и заявления арбитражного управляющего ФИО3 об установлении размера вознаграждения арбитражного управляющего; жалобы ФИО6 на  действия конкурсного управляющего ФИО2 (17.07.2024), об уменьшении фиксированной суммы вознаграждения до 250 000 руб. за осуществление ФИО2 полномочий в процедуре конкурсного производства и жалобы ИФНС по Верх-Исетскому району по г. Екатеринбургу на действия конкурсного управляющего ООО «АСБ и КО» ФИО2 (19.12.2024) с требованием о взыскании с нее убытков,

вынесенное в рамках дела №А60-36936/2018,

о признании ООО «АСБ и Ко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6, ФИО7, финансовый управляющий ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО11,

установил:

29.06.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Русбриллиант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «АСБ и Ко» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 06.07.2018 принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением суда от 09.10.2018 (резолютивная часть от 03.10.2018) требование ООО «Русбриллиант» признано обоснованным, в отношении должника ООО «АСБ и Ко» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3, член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт». Определен объем обязательств ООО «Русбриллиант» по финансированию дела о банкротстве в 325 000 рублей.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №193(6431) от 20.10.2018.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2019 (резолютивная часть от 21.02.2019) ООО «АСБ и Ко» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО3. Определен дополнительный объем обязательств ООО «Русбриллиант» по финансированию дела о банкротстве в 200 000 рублей.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №38 от 02.03.2019.

Определением суда от 22.10.2019 конкурсным управляющим ООО «АСБ и Ко» утвержден ФИО10, член ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Определением суда от 20.10.2020 (резолютивная часть от 14.10.2020) ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «АСБ И КО».

Определением суда от 23.11.2020 (резолютивная часть от 16.11.2020) конкурсным управляющим ООО «АСБ И Ко» утверждена ФИО2, член некоммерческого партнерства – союза «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих».

21.03.2024 в адрес суда поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 об установлении размера вознаграждения арбитражного управляющего.

К судебному заседанию на 11.06.2024 от конкурсного управляющего поступили дополнительные документы, просит:

1. Привлечь арбитражного управляющего ФИО3 к участию в деле на стороне заявителя.

2. Установить арбитражному управляющему ФИО3 проценты по вознаграждению в размере 232 731,89 руб.

3. Взыскать с ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатринбурга в пользу арбитражного управляющего ФИО3 процентное вознаграждение в размере 232 731, 89 руб.

4. Установить конкурсному управляющему ФИО2, проценты по вознаграждению в размере 2 402 063,46 руб.

5. Взыскать с ФИО12 в пользу арбитражного управляющего ФИО2 процентное вознаграждение в размере 657 014,76 руб.

6. Выплатить арбитражному управляющему ФИО2, денежные средства из конкурсной массы ООО «Асб и КО» в размере 1 496 387, 72 руб.

7. Взыскать с ООО «РУСБРИЛЛИАНТ» в пользу арбитражного управляющего ФИО2 процентное вознаграждение в размере 248 660,98 руб.

Кроме того, в материалы дела от арбитражного управляющего ФИО3 поступило ходатайство, поддерживает уточнение требований ФИО2, просит:

1. Привлечь арбитражного управляющего ФИО3 к участию в деле на стороне заявителя.

2. Установить арбитражному управляющему ФИО3 проценты по вознаграждению в размере 232 731 руб. 89 коп.

К судебному заседанию (17.07.2024) от ФИО6 поступила жалоба на действия конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся в привлечении для обеспечения осуществления своих полномочий специалиста при отсутствии лимита расходования денежных средств; в связи с ненадлежащим осуществлением своих полномочий в процедуре конкурсного производства; а также с требованием о снижении размера фиксированной суммы вознаграждения за осуществление полномочий в процедуре конкурсного производства конкурсному управляющему ФИО2 до 250 000 руб.

22.10.2024 в арбитражный суд поступило заявление арбитражного управляющего ФИО3 об установлении арбитражному управляющему ему процентов по вознаграждению в размере 208 264,73 руб., о взыскании с ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в пользу арбитражного управляющего ФИО3 процентного вознаграждения в размере 208 264,73 руб.

От конкурсного управляющего ФИО2 поступило ходатайство об уточнении требований, просит:

- установить арбитражному управляющему ФИО3 проценты по вознаграждению в размере 208 264,73 руб., взыскание данной суммы с ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга;

- установить конкурсному управляющему ФИО2 проценты по вознаграждению в размере 2 306 063,46 руб.;

- взыскать с ФИО12 в пользу арбитражного управляющего ФИО2 процентное вознаграждение в размере 630 756,75 руб.;

- выплатить арбитражному управляющему ФИО2 процентное вознаграждение ООО «Русбриллиант», зарезервированные денежные средства на счете ООО «АСБ и «Ко» в размере 1 496 387,72 руб.;

- взыскать с ООО «Русбриллиант» в пользу арбитражного управляющего ФИО2 переплату процентного вознаграждения в размере 178 918,99 руб.

Уточнение требований принято арбитражным судом на основании ч. 1 ст. 49 АПК РФ.

От ФИО6 поступила консолидированная позиция.

К судебному заседанию (назначенному на 20.12.2024) от конкурсного управляющего ФИО2 поступило письменное ходатайство об уточнении требований, просит:

1.Установить арбитражному управляющему ФИО3 проценты по вознаграждению ООО «Асб и Ко» в размере 208 264,73 руб., взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга денежные средства в размере 208 264,73 руб. (аналогичное заявление подано ФИО3 22.10.2024);

2.Установить конкурсному управляющему ФИО2 проценты по вознаграждению ООО «Асб и Ко» в размере 2 306 063,46 руб., в том числе процентное вознаграждение по требованиям ФИО12 в размере 630 756,75 руб., процентное вознаграждение по требованиям ООО «Русбриллиант» в размере 1 675 306,71 руб.;

3.Взыскать с ФИО12 в пользу арбитражного управляющего ФИО2 процентное вознаграждение в размере 630 756,75 руб.

19.12.2024 в адрес суда поступила жалоба ИФНС по Верх-Исетскому району по г. Екатеринбургу на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившихся в невыполнении обязанностей, возложенных на конкурсного управляющего п. 7 ч. 2 ст. 20.3 Закона о банкротстве (неразумное и необоснованное осуществление расходов, связанных с исполнением обязанностей, возложенных на ФИО2, как на конкурсного управляющего в деле о (несостоятельности) банкротстве должника); превышении размера оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с п. 3 ст. 20.7 Закона о банкротстве; нарушении п. 1 статьи 133 Закона о банкротстве (использование нескольких счетов должника в банке или иной кредитной организации), с требованием о взыскании в конкурсную массу с конкурсного управляющего убытков в размере 963 406,54 руб.

Обособленные споры по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 об установлении размера вознаграждения арбитражного управляющего и заявлению арбитражного управляющего ФИО3 об установлении размера вознаграждения арбитражного управляющего, жалоба ФИО6 на  действия конкурсного управляющего ФИО2 и  жалоба ИФНС по Верх-Исетскому району по г. Екатеринбургу на действия конкурсного управляющего  ООО «АСБ и КО» ФИО2 объединены судом в порядке статьи 130 АПК РФ для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2025 (резолютивная часть от 29.01.2025) жалобы ФИО6 и ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга на действия арбитражного управляющего ФИО2, о взыскании убытков, оставлены без удовлетворения; ФИО3 установлены проценты по  вознаграждению в размере 69 421, 57 руб., с ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в пользу ФИО3 взыскано вознаграждение в размере  69 421, 57 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано; конкурсному управляющему ФИО2 установлены проценты  по вознаграждению ООО «АСБ и Ко» в размере 768 687,61 руб., в том числе процентное вознаграждение по требованиям ФИО12  в размере 210 252,25 руб., процентное вознаграждение в размере 558 435,36 руб. по требованиям ООО  «Русбриллиант»; с ФИО12 в пользу ФИО2 взыскано процентное вознаграждение в размере 210 252,25 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с судебным актом, ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, ФИО6, арбитражный управляющий ФИО3 и конкурсный управляющий ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в апелляционной жалобе просит определение суда от 19.02.2025 отменить, принять новый судебный акт об отказе в установлении ФИО3 процентов по вознаграждению в размере 69 421,57 руб. и взыскании их с уполномоченного органа, а также об отказе в установлении конкурсному управляющему ФИО2 процентов по вознаграждению ООО «АСБ и Ко» в размере 768 687,61 руб.; об удовлетворении жалобы уполномоченного органа на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2 и взыскании с нее убытков в конкурсную массу в размере 555 406,54 руб. В жалобе выражает несогласие с выводами суда о наличии оснований для выплаты процентов по вознаграждению арбитражного управляющего ФИО3, поскольку определяя размер стимулирующего вознаграждения, суд должен учитывать, насколько действия управляющего способствовали восстановлению нарушенных прав кредитора (уполномоченного органа), выбравшего уступку, и компенсации его имущественных потерь. В данном случае ФИО3 фактически только поданы заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, а наиболее активная стадия рассмотрения обособленного спора проходила при ФИО10 Инспекция считает, что процентное вознаграждение подлежит выплате с учетом мероприятий, непосредственно проведенных арбитражным управляющим ФИО13 за период процедуры банкротства должника. Отмечает, что арбитражный управляющий не занимал активную процессуальную позицию в процедуре банкротства должника, при том что обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица является стандартной и необходимой обязанностью арбитражного управляющего при наличии к тому соответствующих оснований, уклонение от исполнения которой может повлечь имущественную ответственность. Мероприятий, которые бы существенно повлияли на течение процедуры банкротства ООО «АСБ и Ко» и повысили экономическую эффективность, выполнено не было. Заявитель указывает на нарушение конкурсным управляющим ФИО2  положений п. 7 ч. 2 ст. 20.3 Закона о банкротстве, выразившееся в необоснованном привлечении специалистов Гвоздевой О.А. и ФИО14, ссылаясь на профессиональный статус конкурсного управляющего, предполагающего его участие в процедурах банкротства как профессионала, не нуждающегося в привлечении дополнительных знаний или консультантов по вопросам, непосредственно связанным с законодательством о несостоятельности (банкротстве). Проанализировав обособленные споры, в которых привлеченный специалист приняла участие, а также объём проделанной работы, уполномоченный орган считает, что данный перечень обязанностей не требует специальных познаний, которые бы обуславливали привлечение специалиста в рамках дела №А60- 36936/2018, поскольку они не выходят за рамки обычной юридической деятельности арбитражного управляющего и, более того, входят в перечень его непосредственных обязанностей. Инспекция полагает, что привлечение сторонних лиц возможно только исключительно в период наиболее интенсивного и напряженного периода деятельности конкурсного управляющего, что выражается в масштабности и многочисленности выполняемых мероприятий конкурсного производства. Дело о банкротстве №А60-36936/2018 в период с декабря 2021 года по текущую дату находится в состоянии ординарного течения, поскольку график судебных заседаний и иных проводимых мероприятий не отличается выраженной интенсивностью. При таких обстоятельствах имеет место явное нарушение интересов кредиторов, поскольку интересы последних в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований. Вывод суда об обратном фактически легализует подход арбитражного управляющего к наращиванию текущих обязательств при отсутствии у должника имущества, за счет реализации которого могут быть покрыты расходы в деле о банкротстве, в том числе на оплату услуг привлеченного специалиста. Ссылаясь на данные бухгалтерской отчетности за 2018, 2019 годы, апеллянт полагает, что ФИО2, являясь  процессуальным правопреемником предыдущего арбитражного управляющего, не могла не знать об отсутствии у должника активов, за счет которых могут быть покрыты расходы на привлеченного специалиста. Также отмечает незначительный объем деятельности привлеченного бухгалтера ФИО14, которая фактически сводилась к сдаче налоговой отчетности по страховым взносам, НДФЛ и бухгалтерской отчетности, представление налоговой отчетности не являлось затруднительным. Знаний конкурсного управляющего как профессионального участника антикризисных правоотношений, прошедшего углубленную подготовку, в том числе в области бухгалтерского учета, более чем достаточно для сдачи «нулевой» отчетности. Заявитель отмечает, что даже с учетом привлеченного специалиста ФИО14, в налоговый орган представляется бухгалтерская отчетность с недостоверными сведениями, искажающими реальное финансовое положение должника-банкрота. Так, в бухгалтерской отчетности за 2020 год отражены активы в размере 45 555 000,00 руб., запасы - 23 180 000,00 руб., то есть без учета данных проведенной инвентаризации имущества должника. Необходимость в представлении налоговой отчетности по страховым взносам, НДФЛ возникла исключительно в виду привлечения ФИО2 специалистов. Ссылку ФИО2 на помощь привлеченного бухгалтера в проведении инвентаризации имущества должника считает несостоятельной, поскольку информация о повторной инвентаризации имущества должника не опубликована на ЕФРСБ, а также не отображена в отчете арбитражного управляющего. Более того, арбитражным управляющим ФИО2 документы, подтверждающие объем выполненных работ ФИО14 в рамках дела №А60-36936/2018, представлены не были. Кроме того, ФИО2 превышен размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с п. 3 ст. 20.7 Закона о банкротстве, в суд с ходатайством о расширении лимитов в рамках процедуры банкротства ООО «АИБ и КО» она не обращалась. Уполномоченный орган не находит целесообразности в привлечении юриста, бухгалтера и расходовании денежных средств в размере 963 406,54 руб. (768 800,0 +194 606,54) для оплаты их услуг в процедуре банкротства. Инспекция полагает, что недобросовестными действиями конкурсного управляющего, выразившимися в необоснованном привлечении специалистов и превышении лимитов на оплату их услуг при осведомленности ФИО2 о полном отсутствии активов должника, уполномоченному органу и независимым кредиторам был причинен ущерб в размере 555 406,54 руб. Также указывает, что арбитражный управляющий ФИО2 ненадлежащим образом произвела работу по закрытию расчетных счетов должника, при этом арбитражный суд первой инстанции не запросил у арбитражного управляющего ответы банка о закрытии данных счетов, а руководствовался только данными, отражёнными в отчете.

ФИО6 в апелляционной жалобе просит определение суда от 19.02.2025 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении жалобы на действия (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2 и об отказе в удовлетворении заявления управляющего об установлении дополнительного стимулирующего вознаграждения в размере 30% от поступивших средств по субсидиарной ответственности; уменьшить фиксированную сумму вознаграждения конкурсному управляющему ФИО2 до 250 000 руб. за осуществление полномочий в процедуре конкурсного производства. В обоснование жалобы указывает, что поводом для обращения за судебной защитой явились обстоятельства, ставшие известными заявителю из представленных управляющим документов в рамках обособленного спора об установлении вознаграждения последней. Так, из отчета управляющего и представленных сведений о расходовании денежных средств должника следовало, что управляющий ФИО2 полагает разумным и добросовестным заявить сумму расходов процедуры (с учетом вознаграждения управляющего) в размере 5 945 029 руб. 15 коп. при изначальной реальной задолженности должника перед кредиторами в размере 8 782 651 рубль 15 копеек, что составляет 70% от суммы задолженности, с учетом отсутствия у должника каких либо активов, поскольку из этого же отчета управляющего следует, что согласно состоявшейся инвентаризации имущество должника фактически не установлено, дебиторская задолженность не выявлена (отсутствует), то есть действительная стоимость активов должника равняются нулю. Судом первой инстанции сделан неправомерный вывод об отсутствии превышения лимитов со стороны конкурсного управляющего ФИО2 Для целей определения лимита расходов на оплату услуг привлеченных специалистов правовое и фактическое значение имеет размер действительной стоимости активов должника, который должен определяться исходя из размера действительно поступивших денежных средств от реализации, включенных в состав конкурсной массы активов должника. Иное понимание положений о порядке определения лимита расходов может привести к увеличению необеспеченных источником выплат, текущих обязательств. В данном случае, заявитель полагает доказанным обстоятельства осведомленности конкурсного управляющего о действительной стоимости активов должника, которая согласно отчетам этого же управляющего равняется нулю, в том числе и на момент привлечения специалистов, что указывает на фактическое превышение лимита расходов процедуры банкротства должника. Кроме того, суд ошибочно посчитал, что заявителем жалобы не представлены доказательства того, что обязанности, для выполнения которых привлечены специалисты, могли быть исполнены самим арбитражным управляющим с учетом имеющейся у него квалификации и объема выполненной работы. По мнению апеллянта, бремя доказывания факта невозможности выполнить предусмотренный законом перечень обязанностей со стороны управляющего лежит именно на управляющем. Также суд не дал оценку доводам заявителя о том, что функции юриста и бухгалтера относятся к прямым обязанностям конкурсного управляющего, за что ему выплачивается ежемесячное вознаграждение, а характер порученной привлеченному специалисту работы не связан с наличием каких-либо специальных познаний, которые отсутствуют у конкурсного управляющего; объем работы конкурсного управляющего ФИО2 в настоящем деле о банкротстве не требовал дополнительного привлечения специалистов, поскольку все основные обособленные споры к моменту ее назначения были уже практически рассмотрены; бухгалтерский баланс не претерпевал каких либо изменений, что не представляло никакой сложности конкурсному управляющему самому выполнить указанную работу; деятельность арбитражного управляющего, утвержденного судом для проведения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, должна быть направлена, помимо прочего, на минимизацию расходов, осуществляемых за счет имущества должника, из которого формируется конкурсная масса, направляемая на погашение требований кредиторов. Минимизация расходов, осуществляемых за счет имущества должника, не может быть обеспечена без предварительного проведения арбитражным управляющим анализа необходимости привлечения каждого специалиста с учетом действительного наличия потребности в его услугах. Недостаток собственных знаний арбитражного управляющего, либо его нежелание лично исполнять возложенные на него законом обязанности, не могут быть компенсированы за счет привлечения специалистов и, соответственно, расходования денежных средств должника в ущерб интересам его кредиторов. Также судом не учтено, что процедура банкротства не являлась объемной, включала в себя не большое количество требований кредиторов и их количество, включала фактически минимальное стандартное количество обособленных споров. До момента исполнения обязанностей управляющего должника - ФИО2 фактически уже были установлены обстоятельства привлечения к субсидиарной ответственности КДЛ и их детей, рассмотрено требование о передаче документов и ценностей должника, сформирована позиция по делу, представленная в ранее подготовленных процессуальных документах и т.д. Таким образом, привлечение юриста конкурсным управляющим ФИО2 не было обусловлено экстраординарными и непредвиденными обстоятельствами и были известны управляющему изначально. Привлекая специалистов, конкурсный управляющий фактически возложила на них исполнение своих обязанностей. Относительно привлеченного специалиста (бухгалтера) судом не учтены доводы заявителей о том, что организация фактически деятельность не вела, что исключало наличие какого либо документооборота для отражения финансово-хозяйственных операций в отчетности должника; в организации отсутствуют работники; из открытых источников следует, что бухгалтерская отчетность общества не претерпевает каких-либо существенных изменений (показатели дублируют предыдущие); не проведены корректировки финансовой отчетности общества с учетом фактического положения имущественного состояния должника, в том числе с учетом результатов проведенной инвентаризации имущества и иных активов должника. Кроме того, ФИО2 в суд с ходатайством об утверждении расходов на привлечение специалистов не обращалась. Неразумность привлечения специалистов со стороны управляющего является очевидной, поскольку в 2021 году управляющему уже являлось понятным фактическое погашение реестра кредиторов ФИО9 Судом не учтено, что в связи с погашением требований в процедуре реструктуризации долгов ФИО9 (2022 - 2023 годы), такие действия как принудительное взыскание, поиск имущества ответчика и иные мероприятия процедуры, конкурсным управляющим не осуществлялись, что влияет на объем работы конкурсного управляющего. Также заявитель указывает на ошибочность вывода суда о недоказанности явной несоразмерности оплаты услуг привлеченных специалистов ожидаемому результату или значительного превышения стоимости оказываемых услуг рыночной стоимости подобных услуг, не дана оценка представленных в материалы дела доказательствам со стороны заявителя. Судом не учтена позиция заявителя относительно оснований для снижения размера вознаграждения управляющему ФИО2, поскольку правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер, применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Установленным судами обстоятельствам нарушений положений законодательства о несостоятельности (банкротстве) со стороны управляющего ФИО2 в данной процедуре банкротства должника. Отсутствие необходимости продолжения процедуры банкротства с 2021 года по текущий момент и нецелесообразности расходов таковой, с учетом фактической возможности ее завершения путем подписания мирового соглашения с ФИО9 после привлечения последнего к ответственности по долгам отца с учетом осведомленности о наличии достаточных активов для погашения взысканных судом сумм, добровольным намерением ФИО9 погасить задолженность (подтверждается судебными актами по делу №А60-49203/2021 при рассмотрении вопроса о реструктуризации долгов ФИО9). В данной процедуре также является очевидным ненадлежащее выполнение обязанностей по ведению реестра кредиторов должника, не исполнение обязанностей по своевременному отражению информации о погашении реестра (проведении сверок расчетов), допущенных нарушениях в рамках возбужденных исполнительных производствах при взаимодействия с ФССП. Стоимость услуг привлеченных специалистов в три раза превышает фактически расходы самой процедуры, а денежные средства, поступившие от реализации дебиторской задолженности, не были направлены на реальное погашение требований кредиторов, а были фактически перечислены Гвоздевой О.А. за юридические услуги. Очевидны факты уклонения управляющего от исполнения своих обязанностей, в том числе по совершению мероприятий по розыску имущества должника, оспариванию сделок. Кроме того, управляющий ненадлежащим образом распределял поступившие денежные средства между кредиторами (полностью игнорируя процент удовлетворения требований ИФНС) от поступающих платежей при исполнении плана реструктуризации долгов ФИО9, что также нарушило права последнего на своевременное погашение его требований. С учетом изложенного полагает, что за период с 16.11.2020 по настоящее время размер фиксированного вознаграждения конкурсного управляющего подлежит уменьшению, поскольку не соответствует принципу соразмерности. Отмечает, что судом первой инстанции не дана оценка деятельности управляющей ФИО2 в период исполнения ее обязанностей и непосредственного вклада в процедуре банкротства должника. В процедуре банкротства ООО «АСБ и Ко» принимали участие трое арбитражных управляющих, с учетом деятельности каждого из управляющих в данной процедуре, заявителем была представлена хронология рассмотрения обособленных споров процедуры, которая отражает объемы деятельности каждого управляющего. С учетом приведенного заявителем расчета «Обобщение результатов расходов процедуры» (см. Приложение №1 к дополнительным пояснениям по заявлению управляющего об установлении размера стимулирующего вознаграждения к судебному заседанию 04.12.2024 года) по состоянию на 30.04.2024, полагает, что размер взысканного судом первой инстанции вознаграждения управляющему ФИО2 в качестве премии к ежемесячному фиксированному вознаграждению, расходам процедуры, в том числе на привлеченных специалистов (юриста и бухгалтера) признать разумным с учетом сложности самой процедуры (количество кредиторов, сумма требований, фактическое погашение) и непосредственного вклада самой управляющей ФИО2 не предоставляется возможным, так как в целом не соответствует принципу справедливости, обоснованности и разумности.

Арбитражный управляющий ФИО3 и конкурсный управляющий ФИО2 в совместной апелляционной жалобе просят определение суда от 19.02.2025 изменить в части установления арбитражным управляющим размера процентов по их вознаграждению, удовлетворить заявления в полном объеме. Полагают, что уменьшение суммы такого вознаграждения допустимо лишь в тех случаях, если заявленная к взысканию сумма явно несоразмерна объему работы, выполненной арбитражным управляющим в целях достижения главной цели конкурсного производства, либо поступление денежных средств в конкурсную массу не обусловлено действиями конкурсного управляющего. Законодательство не связывает выплату вознаграждения с необходимостью совершения управляющим «экстраординарных» действий, направленных на погашение требований кредиторов, а также не обусловливает эту выплату полным погашением этих требований. Выражают несогласие с выводом суда о том, что спор о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не являлся особенно значительным и не имел существенную степень сложности. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО7, ФИО6, заявление подано арбитражным управляющим ФИО3, исполнено при руководстве деятельностью общества ФИО2 Кроме того, спор о привлечении к субсидиарной ответственности детей контролирующих должника лиц - ФИО7, ФИО6 являлся вторым прецедентом в судах РФ, что обуславливает его сложность. Указывают на ошибочность вывода суда о том, что ответчики не уклонялись от участия в соответствующих спорах, не скрывали какую-либо информацию и отчетность должника, поскольку указанными лицами производился вывод имущества. Только благодаря своевременным действиям конкурсных управляющих ФИО3, ФИО2 по подаче в суд заявлений о принятии обеспечительных мер произошло полное погашение требований кредиторов, что является редким случаем в процедурах банкротства. Работа управляющих в течение 2018-2024 г.г. должна быть справедлива вознаграждена. С позиции апеллянтов, в данном случае основания для снижения размера вознаграждения арбитражного управляющего отсутствуют: удовлетворенные жалобы в отношении арбитражных управляющих М.В.АБ., ФИО2 отсутствуют, к ответственности в форме убытков управляющие не привлекались. Кредиторы не возражали против удовлетворения требований управляющих.

От конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу ФИО6, просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

От конкурсного управляющего ФИО2 и арбитражного управляющего ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу уполномоченного органа, просят определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

От ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего и арбитражного управляющего ФИО3, просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

От конкурсного управляющего ФИО2 и арбитражного управляющего ФИО3 поступило возражение на отзыв ФИО6

В судебном заседании представитель ФИО6 доводы своей апелляционной жалобы и уполномоченного органа поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционные жалобы удовлетворить, против доводов апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 и арбитражного управляющего ФИО3 возражает.

Представитель конкурсного управляющего ФИО2 и арбитражного управляющего ФИО3 доводы своей апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт; против доводов апелляционных жалоб ФИО6 и уполномоченного органа возражает по основаниям, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, в период процедур банкротства ООО «Асб и Ко» обязанности арбитражных управляющих должника исполняли:

ФИО3 в период с 03.10.2018 по  16.10.2019;

ФИО10 в период с  17.10.2019 по  14.10.2020;

ФИО2 с 16.11.2020 по настоящее время.

Арбитражными управляющими ФИО2 и ФИО3 заявлено об установлении и взыскании стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего за удовлетворение требований о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности.

В свою очередь, ФИО6 подана жалоба с указанием на наличие в действиях (бездействии) управляющего ФИО2 ненадлежащего исполнения обязанностей конкурсного управляющего, выразившихся в привлечении для обеспечения осуществления своих полномочий специалиста при отсутствии лимита расходования денежных средств, а также в связи с ненадлежащим осуществлением своих полномочий в процедуре конкурсного производства, в связи с чем в удовлетворении заявления об установлении процентов конкурсному управляющему ФИО2 следует отказать, фиксированную сумму вознаграждения конкурсному управляющему ФИО2 осуществление полномочий в процедуре конкурсного производства уменьшить до 250 000 руб.

Налоговым органом также подана жалоба на ненадлежащее исполнение обязанностей конкурсного управляющего ФИО2, выразившихся в необоснованном привлечении для обеспечения осуществления своих полномочий специалистов (юриста и бухгалтера), установлении и выплаты им  вознаграждения, а также в использовании конкурсным управляющим нескольких счетов должника в банке или иной кредитной организации, с требованием о взыскании убытков в размере 963 406,54 руб.

Суд первой инстанции, придя к выводу о недоказанности вменяемых арбитражному управляющему незаконных действий (бездействия), отсутствии доказательств нарушения прав должника и его кредиторов, а также причинения убытков кредиторам и должнику, отказал в удовлетворении заявленных требований в указанной части. Разрешая вопрос относительно обоснованности привлечения специалистов, не установив несоразмерности оплаты услуг привлеченных специалистов ожидаемому результату или значительного превышения стоимости оказываемых услуг рыночной стоимости подобных услуг, суд не установил оснований для взыскания с управляющего денежных средств (убытков) в виде превышения лимита, а равно снижения вознаграждения.

Удовлетворяя частично заявленные требования в части взыскания арбитражным управляющим стимулирующего вознаграждения, суд первой инстанции исходил из совершённых действий самих арбитражных управляющих, их поведения при рассмотрении дела о банкротстве, и определил размер указанного вознаграждения в размере 10%  от  заявленной суммы вознаграждения: арбитражному управляющему ФИО3 в размере 69 421, 57 руб., подлежащего возмещению ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, и конкурсному управляющему ФИО2 в размере 768 687,61 руб., в том числе по требованиям ФИО12 в размере 210 252,25 руб., подлежащего возмещению ФИО12, и по требованиям ООО  «Русбриллиант» в размере 558 435,36 руб. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб,  отзывов и возражений, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статье 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

Как следует из статьи 2 Закона о банкротстве конкурсный управляющий - арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий.

В силу пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Законом профессиональную деятельность.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов они имеют возможность защитить свои права путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном в статье 60 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. По результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб арбитражный суд выносит определение. Данное определение может быть обжаловано в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 60 Закона о банкротстве в порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 настоящей статьи, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам, в том числе уполномоченному органу, предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При этом, из буквального толкования нормы статьи 60 Закона о банкротстве следует, что правовым основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является одновременное установление факта несоответствия конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям закона и нарушение вследствие совершения таких действий (допущения бездействий) прав и законных интересов кредиторов.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» требования кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), могут быть предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве.

В соответствии со статьями 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом под убытками, как следует из пункта 2 статьи 15 ГК РФ, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, в силу положений статьи 65 АПК РФ доказыванию по делу подлежат неисполнение (ненадлежащее исполнение) конкурсным управляющим своих обязанностей, наличие убытков (реальная возможность несения убытков) должника или кредиторов вследствие таких действий, а также факт нарушения прав и интересов заявителя жалобы.

Как указывалось выше, обязанности конкурсного управляющего в настоящем деле о банкротстве исполняли: ФИО3 в период с 03.10.2018 по 16.10.2019; ФИО10 в период с 17.10.2019 по 14.10.2020; ФИО2 с 16.11.2020 по настоящее время.

Заявитель  ФИО6, указывая на допущенные управляющим нарушения в период осуществления своих полномочий  Закона о банкротстве,  просит признать незаконными действия (бездействия) конкурсного управляющего  ФИО2, выразившиеся  в привлечении  для  обеспечения  своих  полномочий  специалиста  при отсутствии лимита расходования денежных средств в связи с ненадлежащим осуществлением своих полномочий.  

Незаконность действий конкурсного управляющего ФИО2 выразилась в нецелесообразном увеличении расходов на процедуру банкротства должника, поскольку при фактическом отсутствии активов, были заключены договоры на оказание бухгалтерских услуг №2 от 23.11.2020 с ФИО14, а также договор на оказание юридических услуг №1 от 23.11.2020 с Гвоздевой О.А.. 

Как полагает заинтересованное лицо, функции юриста и бухгалтера относятся к прямым обязанностям конкурсного управляющего, за что ему выплачивается вознаграждение, а характер порученной привлеченному специалисту работы не связан с наличием каких-либо специальных познаний, которые отсутствуют у конкурсного управляющего, бухгалтерский баланс не претерпевал изменений в связи, с чем управляющий мог самостоятельно выполнить работу.

Кроме того, как отметил ФИО9, необходимость продолжения процедуры банкротства отсутствовала с 2021 года, поскольку имелась возможность завершить процедуру банкротства путем подписания мирового соглашения с ФИО9 после привлечения последнего к ответственности по долгам отца. Вместе с тем, управляющий отказался от  заключения мирового соглашения по погашению реестра кредиторов должника, что неизбежно привело и к увеличению расходов самой процедуры за период с 2022 года по 2024 год включительно.

Также просит признать незаконными действия (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2, выразившиеся в нецелесообразности увеличения расходов на процедуру банкротства должника (в отсутствии у должника имущества, дебиторской задолженности, иных активов, подлежащих взысканию и продаже), а именно в заключении договора на оказание бухгалтерских услуг №2 от 23.11.2020 с ФИО14; заключении договора на оказание юридических услуг №1 от 23.11.2020 с Гвоздевой О.А. и просит  уменьшить фиксированную сумму вознаграждения конкурсному управляющему ФИО2 до 250 000 руб. за осуществление полномочий в процедуре конкурсного производства.

Кроме того в обоснование заявленного требования  заявитель указывает на  то, что ФИО2 является заинтересованным  лицом по отношению к кредитору ООО «Русбриллиант», поскольку представителем конкурсного управляющего и кредитора являлось одно лицо Гвоздева О.А. Как полагает ответчик, Гвоздева О.А. осуществляет совместную деятельность с единым экономическим интересом в единой группе лиц, в которую входит, в числе прочих, и управляющая ФИО2 При этом происходит расстановка ролей таким образом, что совместный экономический результат имеет наиболее положительный эффект для всей группы вовлеченных в данный процесс лиц, в то время как фактически ведет процедуру один человек.

Как полагает налоговый орган, выявленное отсутствие активов ООО «АСБ и КО», а также учитывая характер выполненных Гвоздевой О.А. и ФИО14 работ, показывает, что привлечение специалистов в рамках дела №А60-36936/2018 явилось неразумным и нарушило права и законные интересы уполномоченного органа и кредиторов на максимально возможное удовлетворение их требований. Процедура конкурсного производства не отличалась особой интенсивностью, вопросы, требующие специальных познаний, в ходе процедуры не возникали, задачи правового оформления своей деятельности и юридического сопровождения, а  также подготовка соответствующих процессуальных позиций должна быть осуществлена конкурсным управляющим самостоятельно.

Обстоятельства жалобы уполномоченного органа на действия конкурсного управляющего ФИО2 и жалобы ФИО6 на действия конкурсного управляющего схожи в части необоснованного привлечения специалистов в рамках настоящего дела о банкротстве   установлении и выплате им  вознаграждения.

Рассматривая указанный довод, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Статьей 20.3 Закона о банкротстве предусмотрено право арбитражного управляющего привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счет средств должника, если иное не установлено названным Законом, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами.

В силу пунктов 3, 8 статьи 20.7 Закона о банкротстве размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения своей деятельности, поставлен в зависимость от балансовой стоимости активов должника, определяемых на основании данных финансовой (бухгалтерской) отчетности по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 №296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что при необходимости привлечения лиц, оплата услуг которых приведет к превышению общей суммы расходов на оплату привлеченных лиц, арбитражный управляющий вправе обратиться с соответствующим ходатайством в суд на основании пункта 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве. Данное ходатайство рассматривается в порядке, определенном статьи 60 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве оплата услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности, за счет имущества должника при превышении размера оплаты таких услуг, определенного в соответствии с данной статьей, осуществляется по определению арбитражного суда. Арбитражный суд выносит определение о привлечении указанных в названном пункте лиц и об установлении размера оплаты их услуг по ходатайству арбитражного управляющего при условии, что арбитражным управляющим доказаны обоснованность их привлечения и обоснованность размера оплаты их услуг.

При рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует, исходя из пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 №91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве»).

С учетом абзаца 3 пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве бремя доказывания необоснованности привлечения лиц для обеспечения исполнения возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве и (или) определенного в соответствии с настоящей статьей размера оплаты их услуг несет лицо, обратившееся в арбитражный суд с заявлением о признании привлечения таких лиц и (или) размера такой оплаты необоснованными, что однако в силу положений статьи 65, части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве не снимает с арбитражного управляющего обязанности представлять обоснованные возражения против тех утверждений и доказательств, которые заявлены кредиторами применительно к изложенным в жалобе требованиям.

Суд правомерно отметил, что на момент привлечения лиц для обеспечения своей деятельности конкурсный управляющий не может достоверно установить сложность и продолжительность проведения мероприятий процедуры конкурсного производства, и, следовательно, период времени, в течение которого у него будет существовать необходимость в услугах специалистов. В этой связи, на дату привлечения специалистов по общему правилу невозможно установить, будут ли превышены установленные Законом лимиты расходов.

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2018, активы должника составляли сумму в размере 45 555 тыс. руб.

Лимит расходов на привлечение специалистов в конкурсном производстве составляет сумму в размере 750 550 руб.

Фактически оплачены специалистам денежные средства в размере 440 085,72 руб., задолженность составляет 408 000 руб., в том числе перед юристом  Гвоздевой О.А.  в сумме 405 000 руб., перед бухгалтером 3 000 руб.

При этом управляющий пояснила, что в конкурсной массе денежные средства для дальнейшего погашения задолженности перед специалистами отсутствуют.

Несоразмерность оплаты услуг привлеченных специалистов ожидаемому результату или значительного превышения стоимости оказываемых услуг рыночной стоимости подобных услуг судом первой инстанции не установлено.

При этом судом отмечено, что все кредиторы  должника  и заявитель  обладали информацией о привлечении конкурным управляющим  лиц для обеспечения своей деятельности, т.к. данная информация содержалась в его отчетах; возражений в отношении обоснованности привлечения соответствующих лиц, объема выполненных ими работ, размера вознаграждения, иными кредиторами и  заявителем, не заявлялось.

Вопреки доводам заявителя, Закон о банкротстве не возлагает обязанность по ведению учета, составлению налоговой и бухгалтерской отчетности непосредственно на конкурсного управляющего, а необходимость представления налоговой и бухгалтерской отчетности в установленные сроки, ведение бухгалтерского учета (в том числе формирование отчетности), свидетельствуют о необходимости привлечения специалиста в узкой области.

Кредитором также не представлены доказательства того, что обязанности, для выполнения которых привлечены специалисты, могли быть исполнены самим арбитражным управляющим с учетом имеющейся у него квалификации и  объема  выполненной работы.

Доказательств того, что размер оплаты привлеченных специалистов завышен, в материалы дела также не представлено.

Ранее кредиторами на проводимых управляющим  собраниях не заявлялось о превышении лимитов расходов, о необоснованности  бухгалтерского  баланса по состоянию на 2018 год  также не заявлялось. Решения собраний кредиторов не обжаловались.

Судом установлено, что привлеченными конкурными управляющими  специалистами проводился большой объем работ с целью формированию конкурной массы должника (подробный анализ поступивших документов от предыдущего управляющего,  направление заявления и участия в заседаниях по привлечению  лиц к субсидиарной ответственности, подготовка заявлений в правоохранительные органы, прокуратуру и т.д.). Итогом проведенной работы  стало полное погашение требований кредиторов.

Конкурным управляющим ФИО2 отмечено, что в процедуре  конкурсного производства ООО «Асб и Ко» была проделана следующая работа, а именно:

- заявлено истребование имущества и документов у контролирующих должника лиц. Определением суда от 11.04.2019 ходатайство и.о. конкурсного управляющего ООО «АСБ И КО» ФИО3 об истребовании документов и ценностей удовлетворено частично. Суд обязал ООО «Управляющая компания «Рифеста-холдинг» и ФИО7 передать и.о. конкурсного управляющего ФИО3 документы и ценности. Судебный акт не исполнен;

- оспорена сделка по продаже доли в уставном капитале ТОО «НикаПроф» (Решение Арбитражного суда Свердловской области от 09.04.2021 по делу А60-49351/2020), доказана не передача документов и ценностей должника ТОО «Ника-Проф»;

- КДЛ ФИО6, ФИО7 привлечены к субсидиарной ответственности;

- дети КДЛ ФИО9, ФИО11 привлечены к субсидиарной ответственности;

- взысканы убытки с ООО «Актив» (Определение арбитражного суда Свердловской области от 13.04.2021 по делу №А60-36936/2018);

- проведены торги по продаже дебиторской задолженности ООО «Актив»;

- направлено в правоохранительные органы заявление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО7;

- подано заявление о банкротстве КДЛ – ФИО7;

- подано заявление о банкротстве ФИО9;

- произведен частичный расчет с кредиторами.

Дебиторская задолженность не выявлена, документы конкурсному управляющему не переданы. Основания для оспаривания иных сделок отсутствуют.

По делу №А60-36936/2018 зарегистрировано 29 обособленных споров (сведения из программы CaseBook). Судом принято 328 судебных актов, проведено более 100 судебных заседаний.

Кроме этого, ФИО2 в отзыве от 03.09.2024 (том 7 л.д.22-38) представлен список, состоящий из 255 пунктов, проделанной работы, в результате которой  как отметил управляющий, было произведено полное погашение требований кредиторов.

Также заинтересованное лицо указало, что еще управляющим ФИО3 по договору возмездного оказания услуг №1 от 21.02.2019 был привлечен юрист Гвоздева Ольга Анатольевна с оплатой стоимости услуг 15 000 руб. в месяц. Между сторонами подписан акт от 31.07.2019. Период оказания услуг с 21.02.2019 по 31.07.2019. Стоимость оказанных услуг составила сумму в размере 79 285,72 руб.

Конкурсным управляющим ФИО2 по договору возмездного оказания услуг №1 от 23.11.2020 был привлечен юрист Гвоздева Ольга Анатольевна с оплатой стоимости услуг согласно актам выполненных работ. Услугами по настоящему Договору являются юридические услуги по сопровождению процедуры банкротства ООО «Асб и Ко».

Акты оказанных услуг, подписанные сторонами, являются дополнительным соглашением к договору, согласованы предмет договор и стоимость услуг. Между сторонами подписан акты выполненных работ на общую сумму оказанных услуг 705 000 руб.

Период оказания услуг Гвоздевой О.А. с 23.11.2020 по 30.04.2024.

Выполненная работа данного специалиста указана в представленных  управляющим актах, а также в сводной таблице по привлеченным специалистам. Услуги по договору возмездного оказания услуг №1 от 21.02.2019, по договору возмездного оказания услуг №1 от 23.11.2020 оплачены частично в размере 379 285 руб. 72 коп.

Задолженность перед Гвоздевой О.А. составляет 405 000 руб.

Также управляющим ФИО2 отмечено, что представитель Гвоздева О.А.  за спорный период учувствовала в 63-х судебных заседаниях по настоящему делу, что подтверждается соответствующими судебными актами трех инстанций.

По заявлению  конкурсного управляющего ООО «АСБ и Ко»  ФИО2 возбуждено дело о признании гражданина ФИО9 ( несостоятельным (банкротом) (дело А60-49203/2021) в рамках данного дела представитель Гвоздева О.А. участвовала в 16-ти судебных заседаниях по делу №А60-49203/2021, что также подтверждается соответствующими судебными актами трех инстанций.

Также по заявлению ООО «АСБ и Ко», в лице конкурсного управляющего ФИО2 возбуждено дело о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом)  (дело А60-59658/2020). В рамках указанного дела Гвоздева О.А участвовала в 14-ти судебных заседаниях   (определения Арбитражного суда Свердловской области 21 декабря 2020, 25 декабря 2020, 20 мая 2021, 21 мая 2021, 31 мая 2021, 18 июня 2021, 18 июня 2021, 12 августа 2021, 16 сентября 2021, 26 октября 2021, 18 марта 2024, 18 марта 2024, 26 апреля 2024, 02 мая 2024).

Конкурным управляющим ФИО2 в ходе процедуры банкротства должника было подано исковое заявление к ФИО7, ФИО6, ТОО «Ника-Проф» (БИН 181040003001)   о признании недействительной сделки по отчуждению доли в обществе «УК «Рифеста-Холдинг», принадлежащей ФИО6. По результатам рассмотрения дела, спорная доля возвращена ФИО6 Для участия в данном дела также привлекалась юрист Гвоздева О.А., которая принимала участив в 3-х судебных заседаниях по делу №А60-49351/2020 (определения Арбитражного суда Свердловской области 23 ноября 2020, 10 февраля 2021, 09 апреля 2021).

При этом, управляющий обращает внимание на то, что исходя из количества судебных заседаний и проделанной работы  привлечения юриста  в процедуре банкротства должника вполне оправдано.

Кроме этого, управляющий поясняет, что  в  связи с высоким объемом работ в процедуре Гвоздева О.А. была  зачислена в штат должника.

Также управляющим для  ведения бухгалтерии  должника был привлечен специалист (бухгалтер) ФИО14, которая занималась восстановлением  бухгалтерского учета должника, отчетности в ПФР, ФСС; подготовкой документов по личному составу ля сдачи в архивный отдел; точечным учетом результатов финансово-хозяйственной деятельности должника в соответствии с установленными правилами, осуществляла полный учет поступающих денежных средств, ценных бумаг, товарно-материальных ценностей и основных средств, а также своевременное отражала в бухгалтерском учете операции, связанных с их движением; правильное начисление и своевременное отчисление налогов и других платежей в государственный бюджет; контроль за составлением достоверной бухгалтерской отчетности на основе первичных документов и бухгалтерских записей, обеспечение своевременного предоставления отчетности в установленные сроки государственным органам; обеспечение сохранности бухгалтерских документов; помощь в проведении инвентаризации имущества должника.

Подробные сведения и конкретизация работ и услуг привлеченного бухгалтера содержатся в материалах дела (т.5 л.д. 290-309).

Возражений о несоразмерности оказанных привлеченными специалистами услуг, их объем и виды размеру фактически установленного специалисту вознаграждения в материалы дела не представлено.

Оценив обстоятельства и материалы дела, учитывая значительный объём проведенных мероприятий по пополнению конкурсной массы, размер поступивших активов,  принимая во внимание отсутствие доказательств того, что размер оплаты стоимости услуг привлеченного специалиста явно несоразмерен ожидаемому результату, суд пришел к выводу о том, что лимит управляющим не превышен, необоснованность привлечения специалистов не установлена, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения заявленного требования в данной части у суда не имелось.

Поскольку противоправности действий управляющего для целей привлечения его к ответственности судом не установлено, оснований для взыскания с управляющего денежных средств в виде превышения лимита, а равно снижения вознаграждения у суда первой инстанции не имелось.

В указанной части апелляционный суд также находит верными выводы суда первой инстанции, в связи с чем, соответствующие доводы жалобы подлежат отклонению.

Несогласие кредитора выражается в необходимости оплаты оказанных услуг, поскольку конкурсный управляющий в силу своей профессиональной подготовки мог сам выполнять указанную работу.

Вместе с тем, само по себе наличие у конкурсного управляющего специального образования не исключает возможности привлечения им необходимых сторонних специалистов с целью обеспечения исполнения управляющим отдельных полномочий, предусмотренных в Законе о банкротстве. Необходимость привлечения специалистов, как правило, основана на том, что сам арбитражный управляющий не обладает соответствующими знаниями в определенной области либо объем работы, который следует выполнить в рамках дела о банкротстве, не позволяет арбитражному управляющему выполнить эту работу без привлечения иных лиц.

При таких обстоятельствах, установив, что заявителями не представлено безусловных доказательств ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим должника своих обязанностей, подтверждающих необоснованность привлечения конкурсным управляющим указанных специалистов, а также доказательств того, что размер расходов на оплату услуг специалистов превышает установленный в деле о банкротстве лимит или является несоразмерным объему оказанной ими помощи конкурсному управляющему и существующим на рынке расценкам на аналогичные услуги, что позволяет говорить об отсутствии нарушения прав и законных интересов подателей жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалоб ФИО6 и уполномоченного органа, поскольку права и законные интересы заявителей жалоб и кредиторов не нарушены.

Кроме того, налоговый орган, ссылаясь на нецелесообразность привлечение юриста, бухгалтера и оплаты их услуг, указав на начисление НДФЛ и страховых взносов, приведших к образованию дополнительной текущей задолженности перед бюджетом Российской Федерации по налогам и сборам в размере 194 606,54 руб., в настоящее время текущая задолженность не погашена, просит взыскать с конкурсного управляющего ФИО2 убытки в виде  расходов  на привлеченных специалистов (Гвоздева О.А. – 705000 руб. и ФИО14 – 63800 руб.), а также 194606,54 руб. – размер  текущей задолженности  по НДФЛ и страховым взносам, начисленным в виду необоснованном привлечении специалистов.

Вместе с тем, судом в рамках настоящего спора установлена обоснованность привлечения специалистов (юриста и бухгалтера), правомерность и разумность произведенных расходов, наличие перед ними задолженности (Гвоздева О.А. – 408000 руб., ФИО14 – 3 000 руб.), иные оплаты привлеченным специалистам не производились управляющим в связи с отсутствием денежных средств в конкурной массе.

Кроме того, судом учтены пояснения конкурсного управляющего об отсутствии задолженности у должника перед бюджетом, все взносы и налоги уплачены в полном объеме.

Поскольку при рассмотрении настоящего спора суд установил как отсутствие нарушения прав заявителя и кредиторов, так и обстоятельств, свидетельствующих о наличии вины конкурсного управляющего, причинно-следственной связи между действиями  управляющего и наступившими последствиями, в связи с чем в данной части требование должника удовлетворению не подлежит.

Как следует из текста  жалобы, налоговый орган просит признать  незаконными  действия управляющего, выраженные в нарушении пункта 1 статьи 133 Закона о банкротстве (использование нескольких счетов должника в банке или иной кредитной организации).

В обоснование своего требования  заявитель утверждает, что  согласно сведениям о банковских счетах ООО «АСБ и КО», представленных банками в налоговые органы, у должника в настоящее время имеется 4 открытых счета: один в ПАО «Уральский Транспортный банк»; два специальных счета в ПАО «Сбербанк России», Свердловское отделение №7003; один в ПАО «Сбербанк России», Уральский банк.

Между тем, по данным отчета арбитражного управляющего, счета в ПАО «Уральский Транспортный банк», ПАО «Сбербанк России», Уральский банк данные счета закрыты. Сведения налогового органа признаны судом недостоверными, не подтверждены соответствующим доказательствами.

Проанализировав и исследовав отчеты конкурсного управляющего, суд первой инстанции признал подтвержденным факт того, что у должника открыто два счета в ПАО «Сбербанк России», доказательств того, что у должника имеются еще  какие-либо открытые счета, налоговым органом не представлено, в материалах дела не имеется.

Согласно части 1 статьи 133 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет. Другие известные на момент открытия конкурсного производства, а также обнаруженные в ходе конкурсного производства счета должника в кредитных организациях подлежат закрытию конкурсным управляющим по мере их обнаружения, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Согласно части 3 статьи 138 Закона о банкротстве конкурсный управляющий открывает в кредитной организации отдельный счет должника, который предназначен только для удовлетворения требований кредиторов за счет денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, в соответствии с настоящей статьей (специальный банковский счет должника).

Установив, что согласно сведениям о счетах должника,  указанным в отчете управляющего, на момент обращения с рассматриваемой жалобой у должника имелось два счета (основной счет, специальный счет) суд признал доводы заявителя о нарушении ответчиком правил открытия и ведения счетов должника в конкурсном производстве (статьи 133, 138 Закона о банкротстве) несостоятельными. Доказательств того, что у должника имеются иные открытые банковские счета, налоговым органом не представлено.

Соответствующие доводы жалобы опровергаются материалами дела, в том числе представленными конкурсным управляющим к отзыву на апелляционную жалобу уполномоченного органа сведениями кредитных организаций о закрытии счетов должника.

Доводы налогового органа об обязанности банка представить в налоговый орган сведения о закрытии счетов не могут вменятся конкурсному управляющему как его неправомерное действие (бездействие).

Судом первой инстанции рассмотрены и правомерно отклонены доводы о том, что управляющий ФИО2 является заинтересованным лицом к кредитору ООО «Русбрилиант», поскольку представление управляющим интересов  кредитора до его утверждении в деле о банкротстве  само по себе не доказывает противоправный характер его действий, и не является достаточным для вывода о заинтересованности конкурсного управляющего и наличия сомнений в его беспристрастности.

Наличие обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего суды не установили. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что конкурсный управляющий своими действиями (бездействием) нарушил права и законные интересы заявителя, кредиторов или должника, причинил ущерб заявителю.

Иных обстоятельств, предусмотренных статьей 19 Закона о банкротстве, которые свидетельствовали бы о заинтересованности ФИО2 по отношению к должнику и кредиторам, судом не установлено.

В указанной части судебный акт не обжалуется.

Кроме того, конкурный управляющий ФИО2 и ФИО3 обратились с заявлением об установлении и взыскании стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего за удовлетворение требований о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности.

В соответствии с абзацем 1 пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве при расчете суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего, предусмотренной пунктами 12, 13, 17 настоящей статьи, не учитывается удовлетворение требований кредиторов, произведенное за счет денежных средств, поступивших в результате привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Абзацем 3 пункта 3.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сумма процентов, определяемая в соответствии с настоящим пунктом, подлежит удержанию и выплате из денежных средств, поступивших в конкурсную массу в связи с исполнением судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, в размере тридцати процентов, включая расходы на выплату вознаграждения лицам, привлеченным арбитражным управляющим для оказания услуг, способствовавших привлечению к субсидиарной ответственности и (или) исполнению судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу абзаца четвёртого пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве если после подачи арбитражным управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующее должника лицо или иное лицо удовлетворило требования кредитора (кредиторов) или предоставило должнику денежные средства, достаточные для удовлетворения требований кредитора (кредиторов) в соответствии с реестром требований кредиторов в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьями 71.1, 85.1, 112.1, 113, 125, 129.1 настоящего Федерального закона, либо если после использования кредитором права, предусмотренного подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 настоящего Федерального закона, данный кредитор получит денежные средства от исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, арбитражный управляющий имеет право на выплату суммы процентов, определяемой в соответствии с настоящим пунктом, если докажет, что такое удовлетворение требований кредитора (кредиторов) вызвано подачей указанного заявления арбитражным управляющим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №53 от 21.12.2017 (далее по тексту - постановление Пленума ВС РФ №53), при исчислении в соответствии с пунктами 12, 13 и 17 статьи 206 Закона о банкротстве вознаграждения арбитражного управляющего требования кредиторов, удовлетворённые за счёт денежных средств, поступивших от привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, не учитываются. При этом арбитражный управляющий согласно пункту 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве имеет право на получение дополнительного стимулирующего вознаграждения в виде процентов в связи с привлечением к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, зависящего от результатов работы и реального вклада управляющего в конечный результат (далее - стимулирующее вознаграждение).

Пунктом 64 постановления Пленума ВС РФ №53 разъясняется, что абзацами вторым, третьим пункта 31 статьи 20.6 Закона о банкротстве установлены особенности определения стимулирующего вознаграждения при удовлетворении требований кредиторов за счёт денежных средств, поступивших в конкурсную массу в результате привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Арбитражный управляющий имеет право на получение 30 процентов от поступившей в конкурсную массу суммы. Данные средства включают в себя компенсацию издержек арбитражного управляющего, возникших в связи с привлечением им иных лиц для оказания управляющему помощи в подготовке необходимых материалов и представлении интересов при разрешении соответствующего спора в суде, а также на стадии исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности.

Право на получение стимулирующего вознаграждения возникает у арбитражного управляющего как в случае взыскания денежных средств в конкурсную массу в результате исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, так и в случае поступления денежных средств в результате продажи требования к контролирующему должника лицу на торгах по правилам пункта 2 статьи 140 Закона о банкротстве.

Размер стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего по его заявлению устанавливается определением суда, рассматривающим дело о банкротстве, на основании которого соответствующая сумма подлежит перечислению управляющему.

По смыслу абзаца седьмого пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве в интересах кредиторов, за счёт которых было удержано из конкурсной массы и выплачено стимулирующее вознаграждение, арбитражный управляющий обязан обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением о взыскании фактически выплаченных сумм с контролирующего должника лица в качестве судебных издержек (статьи 106, 110 АПК РФ). При уклонении арбитражного управляющего от исполнения этой обязанности кредиторы, за счёт которых было удержано из конкурсной массы и выплачено стимулирующее вознаграждение, вправе требовать возмещения управляющим убытков (пункт 4 статьи 204 Закона о банкротстве) либо обратиться с заявлением о распределении судебных издержек самостоятельно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» абзацами вторым, третьим пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве установлены особенности определения стимулирующего вознаграждения при удовлетворении требований кредиторов за счет денежных средств, поступивших в конкурсную массу в результате привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Арбитражный управляющий имеет право на получение 30 процентов от поступившей в конкурсную массу суммы. Данные средства включают в себя компенсацию издержек арбитражного управляющего, возникших в связи с привлечением им иных лиц для оказания управляющему помощи в подготовке необходимых материалов и представлении интересов при разрешении соответствующего спора в суде, а также на стадии исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности.

Право на получение стимулирующего вознаграждения возникает у арбитражного управляющего как в случае взыскания денежных средств в конкурсную массу в результате исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, так и в случае поступления денежных средств в результате продажи требования к контролирующему должника лицу на торгах по правилам пункта 2 статьи 140 Закона о банкротстве.

Определяя размер стимулирующего вознаграждения, суд учитывает, насколько действия арбитражного управляющего способствовали компенсации имущественных потерь кредиторов (уполномоченного органа) лицом, погашающим их требования.

Согласно абзацу пятому пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов, определяемая в соответствии с настоящим пунктом, подлежащая выплате арбитражному управляющему и лицам, привлеченным арбитражным управляющим для оказания услуг, способствовавших привлечению к субсидиарной ответственности и (или) исполнению судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, может быть снижена арбитражным судом или в выплате может быть отказано, если будет доказано, что привлечению к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и (или) исполнению судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности способствовали действия иных лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Данное правило о снижении размера вознаграждения применяется, в частности, если будет установлено, что положительный результат в виде реального поступления денежных средств в конкурсную массу достигнут совместными действиями как арбитражного управляющего и привлеченных им специалистов, так и иных участвующих в деле о банкротстве лиц. В выплате стимулирующего вознаграждения может быть отказано, если арбитражный управляющий, привлеченные им специалисты не предпринимали меры, направленные на поиск контролирующих должника лиц и выявление их активов, занимали пассивную позицию в споре (в том числе не представляли доказательства, на основании которых контролирующее лицо привлечено к ответственности, не заявляли необходимые доводы и ходатайства), противодействовали привлечению лиц, контролирующих должника, к ответственности прямо либо косвенно (в частности, стремились привлечь к ответственности только номинального руководителя и освободить от ответственности фактического).

Соответственно, размер вознаграждения подлежит определению судом с учетом совокупности всех конкретных обстоятельств дела о банкротстве, в числе которых значится, в том числе, сложность, длительность рассмотрения дела, объем работы, выполненной непосредственно арбитражным управляющим в целях достижения главной цели конкурсного производства, и результата этой работы - реального поступления денежных средств в конкурсную массу и погашения за их счет требований кредиторов.

Окончательная оценка деятельности арбитражного управляющего, определение объема и качества выполненных им работ является прерогативой суда.

В обоснование заявленных требований арбитражные управляющие ссылались на следующее.

Как следует из заявления  и не оспаривается сторонами спора, 18.12.2018 через систему «Мой арбитр» в арбитражный суд поступило заявление временного управляющего ФИО3  о привлечении контролирующих должника лиц (ФИО7, ФИО6, ООО «Актив», ООО «Управляющая компания «Рифеста-холдинг») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (первое заявление), а также ходатайство о принятии обеспечительных мер.

Суд принял жалобу управляющего, удовлетворив заявление о принятии обеспечительных мер  в части.

Рассмотрение данного заявления о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности неоднократно судом откладывалось.

23.04.2019 через систему «Мой арбитр» в арбитражный суд поступило заявление и.о. конкурсного управляющего  ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц (ООО «Актив», от ООО «Управляющая компания «Рифестахолдинг», от ФИО7, ФИО6) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу (несвоевременную подачу) в суд заявления о банкротстве (далее - второе заявление).

Определением суда от 25.04.2019 судебное заседание по рассмотрению спора о привлечении ФИО7, ФИО6, ООО «Актив», ООО «Управляющая компания «Рифеста-холдинг» к субсидиарной ответственности отложено до 06 06 2019. В судебном заседании 25.04.2019 представитель и.о. конкурсного управляющего ходатайствовал об объединении указанных обособленных споров в одно производство для совместного рассмотрения и в связи с этим - об отложении судебного заседания. Суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры по заявлениям и.о. конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Рассмотрение  заявления откладывалось судом вплоть до 15.10.2019.

Определением суда от 22.10.2019 конкурсным управляющим ООО «АСБ и Ко» утвержден ФИО10

Определением суда от 25.02.2020 со ФИО7 и ФИО6 взыскано солидарно в пользу ООО «АСБ И КО» 20 582 526 руб. 92 коп. убытков. В удовлетворении остальной части требований конкурсному управляющему отказано.

24.08.2020  в отношении  ФИО15  возбуждено исполнительное производство.

Определением от 23.11.2020 конкурсным  управляющем ООО «АСБ и Ко» назначена ФИО2

ФИО16 было инициировано дело о банкротстве ФИО7, решением суда от 25.12.2020 по делу №А60-59658/2020 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО8  На имущество  должника  по заявлению ФИО2 наложены обеспечительные меры.  В рамках  данного дела конкурсный управляющий ФИО2 активно принимала участие как кредитор (представляла отзывы,  поддерживала позицию  финансового управляющего, направляла отзыва на апелляционные жалобы ФИО7 возражала   против включения в реестр требований должника аффилированных  к должнику кредиторов )

26.11.2020 в арбитражный суд поступил отчет конкурного управляющего ФИО2 о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Кредитор ООО «АСБ и Ко» - ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга выбрал уступку кредитору требования в размере требования кредитора (п.п. 3 п. 2 ст. 61.17 Закона о банкротстве).

На основании судебного акта от 01.02.2021 суд выдал ИФНС по Верх-Исетскому Району г. Екатеринбурга исполнительный лист от 05 03.2021 г.

По заявлению ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга судебным приставом-исполнителем Верх-Исетского РОСП г. Екатеринбурга возбуждено исполнительное производство в отношении ФИО6

В рамках исполнительного производства размер погашения требований  налогового органа  по субсидиарной ответственности составляет 775 772 руб. (требования погашены в полном объеме).

Процентное вознаграждение конкурсного управляющего, с учетом принятого судом уточнения, составляет 208 264 руб. 73 коп. (30%), которое    подлежит взысканию с Инспекции Федеральной  налоговой  службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в пользу   управляющего  ФИО3

Кроме того, в арбитражный суд 27.07.2020 поступило заявление предыдущего конкурсного управляющего ФИО10 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО17, ФИО11 и ФИО9 (дети КДЛ) по обязательствам ООО «АСБ и Ко» в размере 20 582 526 руб. 92 коп.

04.12.2020 конкурсным управляющим ФИО2 направлено в суд заявление об уточнении требований, где конкурсный управляющий просил суд: привлечь ФИО17, ФИО11 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АСБ и Ко». Взыскать со ФИО17 солидарно с ФИО7 и ФИО6 в конкурсную массу ООО «АСБ и Ко» 5 610 572,39 руб.; взыскать с ФИО11 солидарно с ФИО7 и ФИО6 в конкурсную массу ООО «АСБ и Ко» 6 034 780,77 руб.; взыскать с ФИО9 солидарно с ФИО7 и ФИО6 в конкурсную массу ООО «АСБ и Ко» 20 582 526,92 руб.

Рассмотрение  данного заявления неоднократно судом  откладывалось.

Определением суда от 27.05.2021 с ФИО11 солидарно со ФИО7, ФИО6 в пользу ООО «АСБ и Ко» взыскано 6 034 780 руб. 77 коп. а также с ФИО9 солидарно со ФИО7, ФИО6 в пользу ООО «АСБ и Ко» взыскано 10 165 405 руб. 86 коп.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2021 по делу  №А60-36936/2018  определением  от 27.05.2021 было изменено: с ФИО11, ФИО9 взыскано солидарно к ранее взысканным определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2020 по делу №А60-36936/2018 со ФИО7 и ФИО6 суммам в пользу ООО «АСБ и Ко» 2 354 528 руб. 82 коп. с ФИО9 солидарно к ранее взысканным определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2020 по делу №А60-36936/2018 со ФИО7 и ФИО6 суммам в пользу ООО «АСБ и Ко» взыскано 7 810 877 руб. 04 коп., в удовлетворении остальной части заявления отказано.

При этом управляющая ФИО2  пояснила, что ей активно принимались меры  по исполнению судебных актов для пополнения конкурсной массы  для расчёта с кредиторами.

В арбитражный суд Свердловской области 24.09.2021 подано заявление конкурсного управляющего ООО «АСБ и Ко» о признании ФИО9 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 11.01.2022 по делу №А60-49203/2021 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АСБ и Ко» (ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании гражданина ФИО9 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. Введена в отношении ФИО9 процедура реструктуризации долгов. Требования ООО «АСБ и Ко» (ИНН 

<

***>) признаны обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов ФИО9 10 156 077 руб. 47 коп. долга в составе третьей очереди.

В рамках указанного дела  утвержден план реструктуризации долгов должника, который был обжалован ФИО2 в апелляционную, а затем кассационную инстанции.

Управляющий полагает, что ей проведены действия  по привлечению КДЛ к субсидиарной ответственности и погашению требований кредиторов, осуществлено участи в 49 судебных заседаниях, подано более 50 процессуальных документов  в трех делах о банкротстве (банкротство должника дело №60-36936/2018, банкротство ФИО15 дело №А60-59658/2020, банкротство ФИО9 дело№А60 49203/2021).

Ссылаясь на то, что положительный результат в виде удовлетворения требований кредиторов (ИФНС по Верх-Исетскому району, ООО «Русский бриллиант», ФИО12) обусловлен подачей арбитражными управляющими заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и их детей, арбитражные управляющие обратились в арбитражный суд с заявлением об установлении им размера стимулирующего вознаграждения.

В данном случае  судом установлено, что удовлетворение требований одного из кредиторов налогового органа осуществлено в результате  подачи первого заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  управляющим ФИО3, а именно в результате разумных, добросовестных и эффективных действий конкурсного управляющего.

Налоговым органом на основании статьи 61.17 Закона о банкротстве выбран способ распоряжения правом требования в виде уступки кредитору части требования в размере требования кредитора. На основании судебного акта от 01.02.2021 судом выдан ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга исполнительный лист.

Из материалов дела следует, что требования налогового органа были погашены в результате возбужденного исполнительного производства.

В случае перечисления денежных средств контролирующим лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности, непосредственно кредитору (минуя счет должника), получившему часть требования в результате уступки, сумма стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего подлежит взысканию с получившего удовлетворение кредитора в пользу арбитражного управляющего (пункт 66 Постановлении ВС РФ №53).

Установив, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ удовлетворено судом в результате активных действий конкурсного управляющего в настоящем деле о банкротстве, что позволило   погасить требования налогового органа, суд первой инстанции признал требование управляющего ФИО3 к  ИФНС по Верх-Исетскому району о взыскании стимулирующего вознаграждения правомерным, отклонив довод налогового органа о том, что управляющий не участвовал в исполнительном производстве, исполнительный лист получен и направлен для взыскания самой ФНС, судом отмечено, что стадия исполнения судебного акта не вызывала каких-либо затруднений, связанных с выявлением активов и т.д., при этом именно уполномоченный орган являлся взыскателем по выданному на основании судебного акта, исполнительному листу.

Судом правомерно учтено, что указанный исполнительный лист получен на основании судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения заявления арбитражного управляющего, занимавшего активную позицию при рассмотрении спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и его активные действия привели к достигнутому результату.

Требование   ООО «Русский бриллиант» включено на основании определения суда от 11.01.2019 в сумме 2 190 049,19 руб. Определением  от 02.02.2022 суд  заменил в реестре требований кредиторов должника кредитора ООО «Русский бриллиант» на ФИО12.

В деле о банкротстве ФИО9 (А60-49203/2021) определением от 06.05.2022 произведена замена ООО «АСБ и Ко» на ФИО12 на сумму 2 190 049,19 руб. Требования ФИО12 были погашены в полном объеме согласно плану реструктуризации  долгов в полном объеме.

Определением от 09.10.2018 включено требование ООО «Русбриллиант» в сумме 2 230 200, 14 руб.

Определением арбитражного суда от 30.11.2018 требование кредитора ООО «Чорон Даймонд» в размере 2 905 148 руб. 86 коп. включено в реестр требований кредиторов ООО «АСБ и Ко» в составе третьей очереди.

Определением  от 17.04.2019 произведена замена  конкурсного кредитора ООО «Чорон Даймонд» с требованием в размере 2 905 148 руб. 86 коп. в реестре требований кредиторов ООО « АСБ и Ко « на ООО «Русбриллиант».

Таким образом,  сумма требований  ООО «Русбриллиант» составила         5 816 829 руб.

Конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на положения пункта 66 Постановления ВС РФ №53, конкурный управляющий ФИО2 полагает, что в ее пользу с ФИО12 подлежит взысканию сумма стимулирующего вознаграждения в размере  630 756,75 руб.  (с учетом  уже   произведенных выплат  из конкурной массы   привлеченным специалистам   по рассмотрению спора о привлечении к субсидиарной ответственности).

Кроме того просит установить ей  проценты по вознаграждению за ООО «Русбриллиант» в сумме 1 675 306,71 руб. (с учетом оплаченных сумм специалистов), поскольку исполнение по субсидиарной ответственности  поступило на расчетный счет должника и зарезервировано  управляющим.

Установив, что уточненное требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17, ФИО11 и ФИО9 по обязательствам ООО «АСБ и Ко» удовлетворено судом в части в результате активных действий конкурсного управляющего в настоящем деле о банкротстве, а также удовлетворены требования кредиторов ФИО12 и ООО «Русбриллиант» в рамках дела о  признании  ФИО9 несостоятельным банкротом  (дело А60-49203/2021), возбужденного по заявлению конкурсного управляющего ФИО2, в отношении   ООО «Русбриллиант» денежные средства по плану реструктуризации перечислены в конкурсную массу должника, ФИО12 лично, что привело к погашению требований кредиторов, суд первой инстанции признал требование управляющего ФИО2 о взыскании стимулирующего вознаграждения правомерным.

Представителями ФИО6 и налогового органа заявлены возражения относительно требований управляющих по основаниям, изложенным в жалобах, которые судом объединены для совместного рассмотрения с настоящим заявлением об установлении и взыскании  вознаграждения, ссылаясь в том числе, на неправомерное привлечение управляющим ФИО2 юриста Гвоздевой О.А. для осуществления  с ним совместной деятельности в рамках  настоящего банкротного дела, отмечая, что сам управляющий лично не  участвовал в поименованных выше спорах, во всех судебных заседаниях присутствовал только его представитель.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции правомерно указал, что привлечение арбитражным управляющим юриста и осуществление с ним совместной деятельности в рамках процедуры банкротства, в том числе, направленное на привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, само по себе не является основанием для отказа в выплате управляющему стимулирующего вознаграждения.

Указанное обстоятельство подлежит учету при определении размера вознаграждения. В этом случае размер вознаграждения подлежит определению судом с учетом совокупности всех конкретных обстоятельств дела о банкротстве, в числе которых значится, в том числе, сложность, длительность рассмотрения дела, объем работы, выполненной непосредственно арбитражным управляющим в целях достижения главной цели конкурсного производства, и результата этой работы - реального поступления денежных средств в конкурсную массу и погашения за их счет требований кредиторов.

В данном случае заявление конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности рассмотрено по существу.

При этом, как указано выше, обеспечение исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности связано именно с подачей конкурсными управляющими заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем для расчета вознаграждения подлежит применению абзац 3 пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

На основании указанного пункта максимальный размер стимулирующего вознаграждения, на который могли бы рассчитывать арбитражные управляющие составляет 30% от суммы денежных средств, поступивших в конкурсную массу в связи с исполнением судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности.

Судом учтено, что подача заявления о привлечении контролирующее лицо к субсидиарной ответственности укладываются в стандартные действия арбитражного управляющего в рамках процедуры банкротства.

Так, сама по себе подача арбитражным управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, оспаривание сделок должника, взыскание дебиторской задолженности является по существу надлежащими действиями управляющего, которые должны производиться в любой процедуре банкротства и не свидетельствует о совершении им активных действий применительно к правилам о взыскании стимулирующего вознаграждения.

Арбитражные управляющие действовали в рамках законодательства о банкротстве, как того и предполагает их должность руководителя должника в конкурсном производстве: принимались меры на выявление, возврат в конкурсную массу имущества должника, по надлежащей проверке требований, подлежащих и не подлежащих включению в реестр, что является их прямой обязанностью в соответствии с Законом о банкротстве.

Суд первой инстанции счел, что объем выполненной арбитражными управляющими работы в рамках обособленных споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не являлся особенно значительным и данный спор не имел существенную степень сложности.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание поведение ответчиков и конкурсных управляющих в процедуре банкротства должника.

При этом, вопреки доводам жалобы управляющих, судом учтено, что ответчики  не уклонялись от участия в соответствующих спорах, не скрывали какую-либо информацию и отчетность должника. Также отсутствовала необходимость в совершении арбитражным управляющим действий по непосредственному исполнению судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, в том числе по поиску денежных средств и иного имущества контролирующего лица, за счет которого можно было бы исполнить данный судебный акт, а также по погашению требований кредиторов за счет поступивших от исполнения судебного акта денежных средств. Ответчики не уклонялись от исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности.

Кроме того, судебные заседания по рассмотрению заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности многократно откладывались.

Судом были приняты уточнения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в части расчета и размера заявленных требований, состава ответчиков.

Как указано выше, управляющими заявлено ко взысканию каждым в свою пользу 30% от удовлетворенного размера субсидиарной ответственности   ИФНС РФ по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга,  ФИО12 и  ООО «Русбриллиант» и должника.

Определение конкретной суммы, причитающейся конкурсному управляющему, стимулирующего вознаграждения является вопросом факта и, следовательно, относится к компетенции судов первой и апелляционной инстанций, а заявленные возражения об отсутствии оснований для его снижения представляют собой требование о переоценке обстоятельств дела.

При этом вопреки позиции арбитражного управляющего, изложенной в жалобе, выводы суда о необходимости снижения вознаграждения не нарушают единообразие судебной практики, поскольку такое снижение возможно в силу норм действующего законодательства.

В связи с чем, используя дискреционные полномочия суда, учитывая природу вознаграждения и общий объем выполненной  управляющими  работы по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, учитывая баланс интересов должника, лиц, контролирующих его деятельность и арбитражных управляющих, имеющих право на получение стимулирующего вознаграждения, с учетом того, что результат достигнут совместными действиями  управляющего и привлеченного им специалиста, с учетом совокупности установленных обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу о возможности установления стимулирующего вознаграждения в размере 10% от заявленных ими сумм: ФИО3 проценты по  вознаграждению в размере 69 421, 57 руб.  за счет ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга; ФИО2 проценты  по вознаграждению ООО «АСБ и Ко» в размере 768 687,61 руб., в том числе процентное вознаграждение по требованиям ФИО12  в размере 210 252,25 руб., процентное вознаграждение в размере 558 435,36 руб. по требованиям ООО  «Русбриллиант» со взысканием с ФИО12  в пользу ФИО2  процентного вознаграждения в размере 210 252,25 руб., что не противоречит нормам действующего законодательства.

При этом, основания для установления стимулирующего вознаграждения в заявленном конкурсными управляющими размере либо снижении его ниже суммы, установленной судом, судом апелляционной инстанции не усматривается.

Довод заявителей апелляционных жалоб о том, что размер стимулирующего вознаграждения конкурсного управляющего не соответствует установленным правилам и является неверным, отклоняется по основаниям, указанным выше.

Неучтенных судом доводов, приведенных в обоснование заявлений кредиторами и управляющими, судом апелляционной инстанции не установлено. При этом, апелляционный суд в рассматриваемом случае особо отмечает порядок и способ удовлетворения требований кредиторов, которые были погашены в процедуре реструктуризации долгов ФИО9 (2022 - 2023 годы) за счет его имущества в ходе исполнения плана реструктуризации долгов, а также за счет пенсии ФИО6 Такие действия как принудительное взыскание, поиск имущества ответчика и иные мероприятия процедуры, конкурсным управляющим не осуществлялись, что влияет на объем работы конкурсного управляющего.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Несогласие заявителей жалоб с оценкой судом представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам дела не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, определение суда от 19.02.2025 в обжалуемой части является законным и обоснованным, отмене (изменению) не подлежит.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб в порядке статьи 110 АПК РФ подлежит отнесению на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 февраля 2025 года по делу №А60-36936/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

Судьи

Э.С. Иксанова 

Т.Ю. Плахова