СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-18764/2018-ГК

г. Пермь

31 января 2019 года

Дело № А71-9558/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 января 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Балдина Р.А., 

судей  Гребенкиной Н.А., Григорьевой Н.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Киндергарт А.В.,

при участии:

от истца, ООО Производственно – коммерческое предприятие "Дымофф" – Кузьминых С.В., паспорт, представитель по доверенности от 08.11.2018;

от ответчика, АО "136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты" – представители не явились;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ответчика, 

АО "136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты", 

и истца, ООО Производственно – коммерческое предприятие "Дымофф",

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 17 октября 2018 года 

по делу № А71-9558/2018

принятое судьей Щетниковой Н.В., 

по иску ООО Производственно – коммерческое предприятие "Дымофф" (ОГРН 1111838002022, ИНН 1838009902)

к АО "136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты" (ОГРН 1091838000935, ИНН 1838006108)

о взыскании задолженности, неустойки, убытков по договору поставки,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческое предприятие "Дымофф" (далее – ООО ПКП "Дымофф", истец)    обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к акционерному обществу "136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты" (далее – АО"136 ЦБПР", ответчик) о взыскании 6 488 987 руб. 64 коп. долга,       1 144 848 руб. 85 коп. неустойки, 2 424 985 руб. 66 коп. убытков по договору от 28.06.2016 № 1616187415942412237001003/39/16-СН.

Решением суда от 17.10.2018 (с учетом определения об исправлении опечаток от 24.10.2018) исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскано 6 488 987 руб. 64 коп. долга, 1 666 688 руб. 74 коп. неустойки. С ответчика взыскано 58 515 руб. 00 коп. в доход федерального бюджета государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковые требований отказано. Кроме того, с ответчика взыскано 20 365 руб. 00 коп. в доход федерального бюджета государственной пошлины.

Истец с решением суда первой инстанции не согласился, направил апелляционную жалобу, в которой обжалуемый судебный акт просит отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме. Указывает, что претензию исх. № 56 от 28.05.2018 необходимо рассматривать как извещения ответчика о наличии готовой к приемке продукции на сумму 1 077 353 руб. Суд исходил из того, что приемка результата работы согласно договора должна осуществляться после доставки изготовленных деталей заказчику. Истец считает, что такой вывод не соответствует ни условиям договора, ни фактическим обстоятельствам. Исходя из того, что воля сторон при заключении договора выражала согласие на сдачу-приемку результата работ до его отгрузки заказчику, т.е. в месте нахождения исполнителя, то действия исполнителя, уведомившего заказчика о наличии готовой к отгрузке (а следовательно, - и к приемке) продукции, являются достаточными для возникновения права требования приемки продукции и ее оплаты.

Также истец считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что истец не имел право на изготовление продукции из собственного сырья, поскольку в договоре такое право не предусмотрено, а соглашение об изменении договора не заключалось. Обстоятельством, имеющим значение для решения вопроса о взыскании убытков вследствие использования собственного сырья на производство продукции, стоимость которого в цену договора не вошла, является стоимость затраченного сырья, которую истец подтвердил договором на приобретение сырья у ООО "Техно Текс" и товарными накладными.

Ответчик, также не согласившись с принятым судебным актом, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции изменить в части взыскания неустойки. Указывает, что договорная неустойка подлежит начислению до даты расторжения договора, то есть до 23.06.2018, а не до 22.08.2018 как указывает истец в своем уточнении к исковому заявлению. Также выражает несогласие с отказом суда первой инстанции в применении     ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик направил письменный отзыв на апелляционную жалобу истца, в котором возразил против ее удовлетворения.

В судебном заседании апелляционного суда представитель истца на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, просил жалобу удовлетворить, оспариваемое решение отменить. По доводам апелляционной жалобы ответчика возражал.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 24.01.2019 к материалам дела приобщена речь представителя ООО ПКП "Дымофф" Кузьминых С.В. на стадии прений оформленная в письменном виде. 

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, явку представителя в судебное заседание не обеспечил, что в силу ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в его отсутствие.

В соответствии с ч. 5 ст. 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку истцом и ответчиком в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения суда (истцом – в части отказа в удовлетворении исковых требований, ответчиком – в части удовлетворения требования о взыскании неустойки), арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке ч. 5 ст. 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части. Возражений против этого от участвующих в деле лиц не поступило.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном   ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  только в обжалуемой части. 

Как следует из материалов дела, 28.06.2016 между АО"136 ЦБПР" (заказчик) и ООО ПКП "Дымофф" (исполнитель) заключен договор №1616187415942412237001003/39/16-СН (далее – договор), по условиям которого исполнитель обязался по заданию заказчика выполнить работы по изготовлению и поставке деталей по чертежам в объемах, сроки и по стоимости, предусмотренных настоящим договором и приложением № 1 к нему, и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязался принять результат работы и оплатить его.

Согласно Спецификация № 1 (приложение № 1 к договору) стороны согласовали объем и стоимость изготавливаемых деталей на общую сумму       43 096 848 руб. 00 коп., в т.ч. НДС 18% - 6 574 095 руб. 46 коп. 

Дополнительным соглашением № 1 к договору от 28.06.2016                       № 1616187415942412237001003/39/16-СН от 22.02.2017 стороны уменьшили цену договора до 42 245 364 руб. в т.ч. НДС 18% - 6 444 208 руб. 07 коп., согласовав соответствующую спецификацию к дополнительному соглашению.

Указывая на то, что работы по изготовлению и поставке деталей, предусмотренные договором от 28.06.2016, выполнялись истцом в объеме и в сроки, установленные договором, однако заказчик обязательства по их оплате надлежащим образом не исполнил, часть работ на сумму 1 077 353 руб. в установленном порядке не принял, а также не компенсировал исполнителю стоимость приобретенного материала, истец обратился в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания задолженности и неустойки по договору, суд первой инстанции исходил из того, что факт выполнения работ истцом, а также задолженность по их оплате, ответчиком не оспариваются; поскольку со стороны ответчика имело место нарушение денежного обязательства, выразившееся в просрочке оплаты работ по изготовлению деталей, требования истца о взыскании неустойки заявлены истцом правомерно. Суд признал расчет истца не верным, проведя свой расчет суд установил, что размер неустойки составляет сумму больше, чем фактически заявлено истцом, но поскольку суд не вправе выходить за пределы исковых требований, поэтому удовлетворил требование о взыскании неустойки в заявленном истцом размере 1 666 688 руб. 74 коп., не усмотрев при этом оснований для снижения неустойки в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании убытков в размере 1 077 353 руб.  которые составляют стоимость изготовленной продукции, от принятия которой, согласно пояснениям истца, ответчик отказался, исходил из того, что в деле отсутствуют надлежащие доказательства принятия истцом всех необходимых мер для сдачи результатов работ (изготовленной продукции) ответчику и доказательства того, что приемка не была осуществлена самим заказчиком, в адрес которого в соответствии с условиями договора была осуществлена поставка изготовленных деталей.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании убытков в размере 1 342 822 руб. 09 коп. в виде затрат на приобретение сырья для изготовление деталей, суд первой инстанции исходил из того, что дополнительных соглашений об изменении порядка исполнения обязательства сторонами подписано не было, при этом договор на приобретение спорных материалов, товарные накладные, датированы январем-февралем 2017г. то есть до даты получения спорного письма от 02.03.2017.

Изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, отзыва на нее, заслушав представителя истца в судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Истцом было заявлено требование о взыскании 1 342 822 руб. 09 коп. убытков в виде затрат на приобретение сырья для изготовления деталей, которое по условиям п. 1.3. договора должно быть давальческим.

Согласно п. 1 Постановления от 24.03.2016 N 7 должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п. 1 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК  РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (ст. 15, п. 2 ст. 393 ГК РФ).

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п. 1 ст. 393 ГК РФ).

Согласно ст. 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (п. 2 Постановления от 24.03.2016 N 7).

По смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается (п. 5 Постановления от 24.03.2016 № 7).

Как указал истец, ему причинены убытки в связи с использованием при изготовлении деталей давальческого сырья поставленного не ответчиком, что определено п. 1.3 договора, а приобретенного истцом давальческого материала за счет собственных средств у третьих лиц.

02.03.2017 ответчик истцу направил письмо № 465 в котором во избежание срывов сроков государственного контракта от 26.03.2016 просило ООО «ПКП Дымофф» изыскать возможность изготовления деталей из собственных материалов в рамках договора от 28.06.2016.

Давальческий материал приобретался истцом у третьего лица, ООО «ТехноТекс» по договору поставки металлопроката № 22-01/2017 от 22.01.2017г., спецификацией № 1, 2 (приложение № 1 к договору от 22.01.2017), что подтверждается товарной накладной « 11 от 30.01.2017, счет-фактурой       № 11 от 30.01.2017 на приобретение материала на общую сумму 1 128 671 руб. 45 коп., а также товарной накладной № 21 от 08.02.2017, счет-фактурой № 21 от 08.02.2017 на приобретение материала на общую сумму 218 961 руб. 44 коп. Всего на сумму 1 347 633 руб. 00 коп.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, письмо № 465 от 02.03.2017 не может служить основанием для изменения условий договора, в том числе касающегося условия о предоставлении давальческого материала. Дополнительное соглашение вопреки п. 7.1 договора от 28.06.2016 между сторонами подписано не было. При этом истцом не представлено доказательств того, что лицо, подписавшее письмо № 465 от 02.03.2017, действовало в рамках своих полномочий, ему было предоставлено право на изменение согласованных условий договора.     

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что договор на приобретение спорных материалов у ООО «ТехноТекс», а также товарные накладные, на которые истец ссылается в обоснование приобретения материала, датированы январем-февралем 2017г., то есть до даты получения спорного письма исх.        № 465 от 02.03.2017г., которым, по мнению истца, со стороны ответчика было произведено согласование возможности изготовления деталей из собственного сырья.

Также верно отмечено судом первой инстанции, истец не представил в материалы дела документы, подтверждающие оплату за приобретенные материалы. Согласно пояснениям истца данным в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, оплата на дату рассмотрения дела ООО «ТехноТекс» не произведена.

Учитывая изложенное, основания для удовлетворения исковых требований в части взыскания убытков в размере 1 342 822 руб. 09 коп. у суда первой инстанции отсутствовали.

Также истцом было заявлено требование о взыскании с ответчика                1 077 353 руб. убытков, в составе которых фактически предъявлена стоимость изготовленной продукции, от принятия которой, согласно позиции истца, ответчик отказался.

Как указал истец по акту приемки продукции № 5 от 04.04.2018 в рамках заключенного договора истцом изготовлено деталей на общую сумму 858 871 руб. 35 коп. в т.ч. НДС в размере 131 014 руб. 28 коп., по акту приемки продукции № 6 от 04.04.2018 истцом изготовлено деталей на общую сумму 218 481 руб. 42 коп. в т.ч. НДС в размере 33 327 руб. 69 коп. Данные документы подписаны истцом в одностороннем порядке. 

Всего изготовлено готовых к приемке деталей на общую сумму 1 077 353 руб. Истец отмечает, что указанную продукцию ответчик принять отказался. 

Как следует из п. 1.1, 1.2 договора, исполнитель обязан по заданию заказчика выполнить следующие работы: изготовить и поставить детали по чертежам. Исполнитель обязуется выполнить работы по изготовлению деталей в объемах, сроках и по стоимости, предусмотренных договором и приложением № 1 к нему, и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить его.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что приемка продукции производится ОТК Исполнителя до отгрузки продукции заказчику в порядке, установленном ГОСТ РВ 15.307-2002 и подтверждается приема – сдаточными документами за подписями ОТК и главного инженера.

При отгрузке продукции передаются следующие сопроводительные документы:

 - акт выполненных работ;

- счет-фактура;

- накладная формы ТОРГ-12;

- товарно-транспортной накладной;

- документы, подтверждающие качество продукции, и иные документы, поставляемые вместе с продукцией (такими документами могут быть сертификаты соответствия, декларации о соответствии, паспорта, и т.д.);

- документы, подтверждающие предоставление гарантии производителя товара на гарантийный срок хранения – 3 года со дня подписания акта выполненных работ, гарантийный срок эксплуатации – 3 года со дня вводы изделия в эксплуатацию.

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что на истца была возложена обязанность выполнить работы по изготовлению деталей и передать их результат ответчику: изготовить и поставить ответчику детали, предусмотренные договором, а уже ответчик в свою очередь должен организовать приемку поставленных деталей, поставленных ему истцом.

Вопреки доводам жалобы истца, представленная в материалы дела претензия от 28.05.2018 № 56 не может являться доказательством уведомления ответчика о необходимости в организации приемки продукции. Как следует из текста претензии № 56, истец уже по факту просит возместить убытки в связи с отказом в принятии готовой продукции на общую сумму 1 077 353 руб. Из данной претензии не следует, что истец уведомлял ответчика о завершении работ и необходимости организовать их приемку. 

В нарушение ст. 65 АПК РФ истцом не представлены надлежащие и бесспорные доказательства подтверждающие факт уведомления ответчика о необходимости организации приемки работ. 

Кроме того, согласно отметке на претензии, ответчиком претензия получена 29.05.2018, истец в свою очередь 18.06.2018 уже обратился в арбитражный суд с исковым заявлением. При этом к указанной претензии не был приложен полный пакет документов, предусмотренный п. 4.1 договора, только после получения которого у заказчика возникает обязанность по организации приемки работ. На иные документы в подтверждение доводов об извещении заказчика о необходимости осуществления приемки работ заявитель жалобы не ссылается. 

Таким образом, суд первой инстанции обосновано указал, что материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что истец предпринимал попытки поставить ответчику поименованные в спорных актах детали, а ответчик в свою очередь отказался их принимать. В деле отсутствуют доказательства извещения истцом ответчика о завершении работ и необходимости организации приемки изготовленных деталей. Доказательства того, что поставка указанных деталей в адрес ответчика осуществлялась, но продукция не была передана, поскольку ответчик отказался ее принимать, истцом в материалы дела не представлены.

При указанных обстоятельствах, оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков в размере 1 077 535 руб. 00 коп у суда первой инстанции также не имелось. 

Относительно требования о взыскании неустойки за нарушения сроков оплаты выполненных и принятых работ суд апелляционной инстанции отмечает следующее. 

В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком денежного обязательства истец просит взыскать с ответчика пени (неустойку) в соответствии с пунктом 6.3 договора за период с 30.08.2017 по 10.10.2018 в размере 1 666 688 руб. 74 коп.

Пунктом 1 ст. 329 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе, неустойкой.

Согласно ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств.

Согласно п. 6.3 договора предусмотрено, что в случае нарушения заказчиком сроков оплаты выполненных работ, исполнитель вправе предъявить требование об уплате неустойки, а заказчик обязан такое требование удовлетворить из расчета 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более 10% от цены договора.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (ст. 331 ГК РФ).

Факт ненадлежащего исполнения обязательства по оплате выполненных работ является основанием для начисления неустойки на основании п. 6.3 договора.

Представленный истцом расчет неустойки, арбитражным судом проверен, признан не верным. Суд первой инстанции произвел свой расчет, по которому сумма неустойки составила больше, чем фактически заявлено истцом в рамках настоящего дела. Поскольку суд не вправе выходить за пределы цены иска, требование истца о взыскании с ответчика неустойки правомерно удовлетворено в заявленной истцом сумме 1 666 688 руб. 74 коп.

Судом апелляционной инстанции отклоняются доводы апелляционной жалобы ответчика о необходимости снижения размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ в силу следующего.

В соответствии с п.п. 73, 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 N 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (п. 1 и 2 ст. 333 ГК РФ).

В суде первой инстанции ответчиком было заявлено о применении ст. 333 ГК РФ, однако доказательства несоразмерности заявленной ко взысканию неустойки не представлены (ст. 65 АПК РФ).

В связи с отсутствием доказательств явной несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для применения ст. 333 ГК РФ.

Не находит оснований для снижения размера неустойки и суд апелляционной инстанции.

Договорная неустойка устанавливается по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей. В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласованный сторонами в договоре размер неустойки (0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более 10% от цены договора) является обычно принятым в деловом обороте и не считается чрезмерно высоким. 

Доказательств нарушения принципа свободы договора при его заключении ответчиком не представлено.

Также судом апелляционной инстанции учтено, что по расчету суда размер неустойки получился больше, чем было заявлено истцом. Однако суд не вправе выйти за рамки исковых требований.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции признает, что начисленная истцом неустойка в размере 1 666 688 руб. 74 коп. является справедливой, достаточной и соразмерной, в связи с чем, приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 333 ГК РФ.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что неустойка подлежит начислению только до даты расторжения договора (23.06.2018), подлежат отклонению.

В соответствии с п. 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление от 24.03.2016 № 7) окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 3, 4 ст. 425 ГК РФ).

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 "О последствиях расторжения договора" если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (п. 3 и 4 ст. 425 ГК РФ).

Таким образом, поскольку с расторжением договора неисполненное обязательство заказчика по оплате выполненных работ не прекращается, взысканию подлежат не только установленные договором платежи за выполненные работы, но и неустойка за просрочку их уплаты.

Доводы ответчика об обратном основаны на неверном толковании норм материального права.

С учетом изложенного решение суда в обжалуемой части от 17.10.2018 является законным и обоснованным. Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат. 

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителей апелляционных жалоб в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17 октября 2018 года по делу №А71-9558/2018 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

Р.А. Балдин

 

Судьи 

 

Н.П. Григорьева

Н.А. Гребенкина