ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

                                                               Дело № А23-1331/2013

       (20АП-6415/2020)

Резолютивная часть постановления объявлена 19.11.2020

Постановление  изготовлено в полном объеме 26.11.2020

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего                Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО2 (паспорт, определения Арбитражного суда Калужской области от 07.11.2013,                             от 11.09.2020), в отсутствие иных заинтересованных лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО2 на определение Арбитражного суда Калужской области от 24.09.2020 по делу                             № А23-1331/2013 (судья Денисенко И.М.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника ФИО2 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 в пользу должника убытков в сумме 4 573 858 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания».

Решением Арбитражного суда Калужской области от 14.10.2013 (резолютивная часть от 07.10.2013) ООО «Белоусовская управляющая компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 07.10.2013 конкурсным управляющим ООО «Белоусовская управляющая компания» утвержден член некоммерческого партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 02.08.2018 обратился с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 в пользу должника ООО «Белоусовская управляющая компания» убытков в сумме 4 573 858 руб.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 09.08.2018 указанное заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Калужской области суда от 27.09.2018, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2019, заявление удовлетворено, с ФИО3 в пользу                                     ООО «Белоусовская управляющая компания» взысканы убытки в размере 4 572 858 руб.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 01.08.2019 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в суд первой инстанции.

Судом кассационной инстанции в  постановлении от 01.08.2019 суду первой  инстанции даны указания о том, что  при новом рассмотрении обособленного спора суду  необходимо исследовать безвозмездность или неравноценность выбытия активов должника в виде дебиторской задолженности, в случае неравноценности - установить разницу между стоимостью утраченного должником актива и стоимостью полученного им встречного предоставления, установить дату прекращения участия ФИО3 в уставном капитале ООО «Жуковская управляющая компания» и дату прекращения его руководства указанным юридическим лицом, исследовать факт получения или неполучения                         ООО «Жуковская управляющая компания» реального удовлетворения требований по дебиторской задолженности, исследовать объем работы конкурсного управляющего ФИО4 по взысканию дебиторской задолженности, исследовать ценность дебиторской задолженности для должника, а также была ли указанная дебиторская задолженность взыскана с дебиторов и кем взыскана, исследовать все обстоятельства течения срока исковой давности по заявленному требованию.

Определением Арбитражного суда Калужской области суда от 24.09.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО2 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 в пользу должника убытков в сумме 4 573 858 руб. отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просил определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Не согласен с выводом суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что срок исковой давности по данному заявлению о взыскании с бывшего руководителя должника убытков должен исчисляться с момента вступления в законную силу определения Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 по делу № А23 1331/2013, а именно - с 28.09.2015. Данным определением договоры уступки прав требования № 10/01/13 от 10.01.2013 и                  № 11/01/13 от 11.01.2013 признаны недействительными сделками.

Считает, что незаконное и противоправное поведение ФИО3 привело к выводу активов должника, что подтверждается выводами суда в рамках обособленного спора о  признании сделок недействительными.

Не согласен с выводом суда области относительно бездействия конкурсного управляющего по принятию мер для взыскания дебиторской задолженности. Указывает, что определением Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 по делу                  № А23-1331/2013, суд обязал ООО «Жуковская управляющая компания» передать в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4 573 858 руб., а не саму задолженность, в связи с чем действия по взысканию дебиторской задолженности конкурсным управляющим не производились.

ФИО3 в письменном отзыве считает, что оспариваемое определение не подлежит отмене в целом, но несоответствующие действительности выводы суда в установочной части подлежат исключению как ошибочные.

Указывает, что в определении Арбитражного суда Калужской области                               от 24.11.2020 года на листе 11 абзац 2 указано: «Суд считает, что активы должника                    ООО «Белоусовская управляющая компания» в виде дебиторской задолженности в размере 4 573 858 руб. выведены в ООО «Жуковская управляющая компания» безвозмездно».

Считает, что данный вывод подлежит исключению из текста определения, поскольку основанием для взыскания убытков конкурсный управляющий указывал договоры уступки прав требований № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013.

Также считает подлежащими исключению:

- абзац 2 на листе 12 определения: «Ответчиком ФИО3 не представлены разумные обоснования экономической целесообразности ведения параллельного бизнеса с использованием полностью зависимых от него двух юридических лиц - формирования кадров в одном зависимым от ответчика юридическом лице и затем предоставление услуг этих работников другому зависимому от ответчика юридическому лицу, выполнение работ одним зависимым от ответчика юридическом лицом для другого зависимого от ответчика юридического лица, при этом оплата за услуги персонала и за выполненные работы фактически не производилась, ввиду чего в договорах № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013 указано на расчет дебиторской задолженностью в счет передаваемой дебиторской задолженности должника»; 

- абзац 3, 4, 5 на листе 12 определения: «Как следует из бухгалтерского баланса                                  ООО «Жуковская управляющая компания» за 2013 год от 01.04.2014, у указанной организации в 2013 году наблюдается существенный прирост дебиторской задолженности с 808 тыс. руб. (на начало года) до 8 232 тыс. руб. (на конец года), что может указывать, в том числе, на приобретение дебиторской задолженности у должника. В то же время из указанного бухгалтерского баланса не усматривается уменьшение иных активов, которыми общество могло бы рассчитаться за полученную у должника дебиторскую задолженность; также не усматривается уменьшение кредиторской задолженности (в том числе по услугам аутсорсинга), которая могла быть прекращена зачетом при получении от должника дебиторской задолженности: на начало 2013 года заемные средства                         ООО «Жуковская управляющая компания» составляют 510 тыс. руб., кредиторская задолженность составляет 256 тыс. руб., что явно не соответствует размеру указанной в спорных договорах № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013 погашаемой задолженности ООО «Жуковская управляющая компания» перед ООО «Белоусовская управляющая компания» - 2 684 897,62 руб. и 1 292 370,41 руб. соответственно.

Также актив указанного бухгалтерского баланса на конец 2013 года составляет               15 040 тыс. руб., а пассив на указанную дату составляет всего лишь 1 071 тыс. руб. (явное несовпадение актива и пассива). Изложенное свидетельствует о недостоверности бухгалтерской отчетности ООО «Жуковская управляющая компания» и может указывать на вывод активов должника в указанную организацию.

Как следует из формы 2 «Отчет о финансовых результатах» ООО «Жуковская управляющая компания» за 2013 год, указанная отчетность является нулевой (как за отчетный, так и за предшествующий период), что указывает на отсутствие деятельности ООО «Жуковская управляющая компания» как в 2012 году, так и в 2013 году».

- абзац 3, 4, 5, 6 на листе 13 определения: «Также согласно письму УПФР в                      г. Обнинске Калужской области от 23.01.2020 № 25-03/136, количество застрахованных физических лиц (работников) должника ООО «Белоусовская управляющая компания» в 2012 году составляло от 98 до 124 человек, а в 2013 году - 0 человек (т. 4 л.д. 132), что может указывать, во-первых на недостоверность предоставляемых должником сведений                   в ПФР за 2013 год (отсутствуют сведения как минимум о руководителе в 2013 году),                  во-вторых, на наличие у должника достаточного количества собственных работников                    в 2012 году для выполнения работ, в-третьих, на искусственный перевод работников в иное аффилированное лицо в 2013 году (вывод трудовых ресурсов).

Письмо УПФР в г. Обнинске Калужской области от 05.02.2020 № 25-03/316 о количестве застрахованных в ООО «Жуковская управляющая компания» лиц (за 3 квартал 2012 года - 65 лиц, за 4 квартал 2012 года - 72) не может свидетельствовать о реальности услуг аутсорсинга в 2012 году (при наличии достаточного количества персонала у самого должника в этот период), более того при одинаковых учредителях и едином руководителе в ООО «Белоусовская управляющая компания» и ООО Жуковская управляющая компания» (то есть при едином конечном бенефициаре в экономической деятельности) не доказана целесообразность параллельного бизнеса, в том числе расстановки кадров                 (т. 6 л.д. 159).

Ввиду изложенного суд считает не доказанным встречное предоставление должнику со стороны контрагента при получении дебиторской задолженности в размере    4 573 858 руб., не доказанным факт предоставления исполнителем ООО «Жуковская управляющая компания» должнику заказчику ООО «Белоусовская управляющая компания» ни услуг предоставления персонала по договору № 30/06/12-02 от 30.06.2012, ни выполнения работ по договору подряда № 09/01/13 от 09.01.2013 — указанные договоры суд считает мнимыми, оформленными для видимости и создания искусственной задолженности с целью вывода активов должника ООО «Белоусовская управляющая компания» - дебиторской задолженности в размере 4 573 858 руб.

Ввиду отсутствия встречного предоставления со стороны аффилированного                  ООО «Жуковская управляющая компания» размер ущерба должнику ООО «Белоусовская управляющая компания» от совершенных недействительных сделок (договоров                           № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013) составил 4 573 858руб.».

В остальной части просит определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего без удовлетворения.

В судебном заседании конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в ней.

Иные заинтересованные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, заслушав пояснения конкурсного управляющего, участвующего в судебном заседании, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В соответствии со статьей 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Далее - Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Согласно статье 129 Закона о банкротстве, с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника.

Таким образом, заявление конкурсного управляющего о взыскании с бывшего руководителя должника убытков подлежит рассмотрению в деле о банкротстве                        ООО «Белоусовская управляющая компания». 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно статье 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Схожее правовое регулирование ответственности руководителя юридического лица за причинение убытков до 01.09.2014 содержалось в статье 53 указанного кодекса, действующей в момент совершения ответчиком ФИО3 от имени должника в собственных интересах недействительных сделок.

Как видно из материалов дела, обращаясь с настоящим заявлением с учетом уточнения (п. 9 письменных пояснений от 10.06.2020, т. 7 л.д. 38) в обоснование требований конкурсный управляющий ссылался на то, что ответчик ФИО3, будучи на основании протокола N 1 от 04.07.2011 руководителем должника ООО «Белоусовская управляющая компания», совершил от имени должника сделки с заинтересованным лицом - ООО «Жуковская управляющая компания», в котором по сведениям из ЕГРЮЛ он являлся единственным участником: 

- договор уступки прав требования № 10/01/13 от 10.01.2013; 

- договор уступки прав требования № 11/01/13 от 11.01.2013. 

По указанным договорам должник безвозмездно (без встречного предоставления со стороны контрагента) передал ООО «Жуковская управляющая компания» единственные активы должника в виде дебиторской задолженности в размере 3 087 632 руб.                               (по договору № 10/01/13 от 10.01.2013) и в размере 1 292 370 руб. (по договору № 11/01/13                                 от 11.01.2013), а всего передана дебиторская задолженность в размере 4 573 858 руб.                  (3 087 632 + 1 292 370).

Впоследствии определением Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 по настоящему делу указанные договоры № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13                                 от 11.01.2013 были признаны недействительными, с ООО «Жуковская управляющая компания» в конкурсную массу должника взыскано 4 573 858 руб. 

Предъявленный в Жуковский районный отдел судебных приставов УФССП России по Калужской области исполнительный лист о взыскании указанной денежной суммы исполнен не был, поскольку ООО «Жуковская управляющая компания» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующее юридическое лицо, что исключает возможность исполнения определения Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 по настоящему делу - получению с ООО «Жуковская управляющая компания» денежных средств в размере 4 573 858 руб.

В качестве приведших к убыткам действий руководителя должника ФИО3 заявитель указывает утрату должником OOO «Белоусовская управляющая компания» дебиторской задолженности ввиду безвозмездной передачи таковой аффилированному лицу ООО «Жуковская управляющая компания» по договору уступки прав требования             № 10/01/13 от 10.01.2013 в размере 3 087 632 руб. и по договору уступки прав требования № 11/01/13 от 11.01.2013 в размере 1 292 370 руб., а всего утрата дебиторской задолженности в размере 4 573 858 руб. (3 087 632 + 1 292 370). То есть заявитель указывает на вывод активов должника в пользу аффилированного лица ООО «Жуковская управляющая компания» (п. 9 письменных пояснений от 10.06.2020, т. 7 л.д. 38).

Как следует из договора уступки прав требования № 10/01/13 от 10.01.2013,                     ООО «Белоусовская управляющая компания» (сторона 1) ввиду невозможности исполнения денежных обязательств в натуре 2 684 897 по договору аутсорсинга                              № 30/06/12-1 от 30.06.2012 уступила стороне 2 ООО «Жуковская управляющая компания» право требования от собственников и нанимателей жилья исполнения обязательств по уплате денежных средств за ремонт и содержание жилья в размере 3 087 632 руб., возникшего на основании договора управления многоквартирными домами (п.п. 1.1 и 1.2 договора), то есть должник по договору уступки прав передал стороне 2 свой актив - дебиторскую задолженность.

Как следует из договора уступки прав требования № 11/01/13 от 11.01.2013,                     ООО «Белоусовская управляющая компания» (сторона 1) ввиду невозможности исполнения денежных обязательств в натуре на сумму 1 292 370, 41 руб. по передаче поступивших на счет стороны 1 денежных средств и задолженности со стороны собственников и нанимателей жилья, стороны пришли к обоюдному согласию по переуступке прав требовать исполнения денежных обязательств в размере 1 486 226 руб., возникшего на основании договоров управления многоквартирными домами.

Согласно п. 2.1 договора, в течение 30 дней с даты подписания договора сторона 1 обязана передать стороне 2 ООО «Жуковская управляющая компания» все необходимые документы, удостоверяющие ее права и обязанности по договорам управления многоквартирными домами.

Как следует из пунктов 3.1, 4.1, 4.3, 4.4 указанных договоров, за уступаемые права и обязанности сторона 2 не несет денежных обязательств перед стороной 1; сторона 1 несет ответственность за достоверность передаваемых документов и за действительность передаваемых прав и обязанностей; сторона 1 обязуется возместить стороне 2 убытки причиненными неблагоприятными последствиями не извещения собственников и нанимателей об уступке прав (требований); в случае исполнения обязательства собственниками и нанимателями перед стороной 1, последняя передает все исполненное стороне 2 (т. 1 л.д. 7-8).

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции с учетом указаний суда кассационной инстанции обоснованно руководствовался следующим.

По смыслу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 15, п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент совершения ответчиком вменяемых в вину действий, 10.01.2013 и 11.01.2013), п. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей на момент совершения ответчиком вменяемых в вину действий, 10.01.2013 и 11.01.2013), бремя доказывания требований о привлечении к ответственности (действие, его противоправность, вред, размер вреда, причинно-следственную связь) лежит на заявителе - конкурсном управляющем.

Относительно обстоятельства безвозмездности или неравноценности выбытия активов должника в виде дебиторской задолженности в размере 3 087 632 руб. по договору № 10/01/13 от 10.01.2013 и в размере 1 486 226 руб. по договору № 11/01/13 от 11.01.2013 в пользу ООО «Жуковская управляющая компания», суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недоказанности заявителем неравноценности, напротив, указано на безвозмездность вменяемых ответчику в вину сделок по выводу активов должника в размере 4 573 858 руб. без встречного предоставления в пользу аффилированного лица ООО «Жуковская управляющая компания».

Судом области установлено, что активы должника ООО «Белоусовская управляющая компания» в виде дебиторской задолженности в размере 4 573 858 руб. выведены в ООО «Жуковская управляющая компания» безвозмездно.

Как следует из регистрационного дела и сведений из ЕГРЮЛ должника                           ООО «Белоусовская управляющая компания», ответчик ФИО3 с 28.06.2011 является мажоритарным участником должника ООО «Белоусовская управляющая компания» с размером доли в уставном капитале 80 %, вступил в должность руководителя указанного юридического лица на основании протокола № 1 внеочередного общего собрания ООО «Белоусовская управляющая компания» от 04.07.2011; прекратились полномочия ФИО3 как руководителя должника определением Арбитражного суда Калужской области от 07.11.2013 в связи с утверждением конкурсным управляющим ФИО2 (т. 4 л.д. 83-93, т. 6 л.д. 12, 44-45).

Как следует из регистрационного дела ООО «Жуковская управляющая компания», ФИО3 являлся его участником и руководителем с момента создания 09.02.2012 (решение № 1 единственного учредителя о создании ООО «Жуковская управляющая компания»); руководителем являлся по 25.03.2013 (заявление по форме Р14001), участником - до 10.07.2014, когда вышел из общества на основании собственного заявления (т. 8 л.д. 99, 123-131, 145).

Ввиду изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том,  что ФИО3 являлся руководителем должника в период с 04.07.2011 до 07.11.2013 и руководителем контрагента по сделкам ООО «Жуковская управляющая компания» в период с 09.02.2012 до 25.03.2013, то есть в период совершения сделок по выводу активов должника; также в период совершения указанных сделок ответчик являлся мажоритарным участником указанных юридических лиц, конечным бенефициаром.

Из материалов дела следует, что в качестве доказательств встречного предоставления контрагента должнику в счет получения от должника дебиторской задолженности в размере 4 573 858 руб. представлены договор возмездного оказания услуг по предоставлению персонала № 30/06/12-02 от 30.06.2012 и договор подряда                        № 09/01/13 от 09.01.2013 (т. 4 л.д. 1-10).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что к заключенным заказчиком ООО «Белоусовская управляющая компания» и исполнителем ООО «Жуковская управляющая компания» договору возмездного оказания услуг по предоставлению персонала № 30/06/12-02 от 30.06.2012 и договору подряда № 09/01/13              от 09.01.2013 (т. 4 л.д. 1-10) следует относиться критически, поскольку данные договоры заключены между аффилированными лицами, руководителем и мажоритарным участником которых в указанный период являлся ответчик ФИО3, при этом иных объективных, не зависящих всецело от ответчика доказательств оказания исполнителем заказчику услуг персонала и выполнения подрядных работ в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что  ответчиком ФИО3 не представлено разумного обоснования экономической целесообразности ведения параллельного бизнеса с использованием полностью зависимых от него двух юридических лиц - формирования кадров в одном зависимым от ответчика юридическом лице и затем предоставление услуг этих работников другому зависимому от ответчика юридическому лицу, выполнения работ одним зависимым от ответчика юридическом лицом для другого зависимого от ответчика юридического лица, при этом оплата за услуги персонала и за выполненные работы фактически не производилась, ввиду чего в договорах № 10/01/13 от 10.01.2013 и                         № 11/01/13 от 11.01.2013 указано на расчет дебиторской задолженностью в счет передаваемой дебиторской задолженности должника.

Судом первой  инстанции  из бухгалтерского баланса ООО «Жуковская управляющая компания» за 2013 год от 01.04.2014 установлено, что  у указанной организации в 2013 году наблюдается существенный прирост дебиторской задолженности с 808 тыс. руб. (на начало года) до   8 232 тыс. руб. (на конец года), что может указывать, в том числе, на приобретение дебиторской задолженности у должника. В то же время из указанного бухгалтерского баланса не усматривается уменьшение иных активов, которыми общество могло бы рассчитаться за полученную у должника дебиторскую задолженность; также не усматривается уменьшение кредиторской задолженности (в том числе по услугам аутсорсинга), которая могла быть прекращена зачетом при получении от должника дебиторской задолженности: на начало 2013 года заемные средства ООО «Жуковская управляющая компания» составляют 510 тыс. руб., кредиторская задолженность составляет 256 тыс. руб., что явно не соответствует размеру указанной в спорных договорах № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013 погашаемой задолженности ООО «Жуковская управляющая компания» перед ООО «Белоусовская управляющая компания» - 2 684 897,62 руб. и 1 292 370,41 руб. соответственно.

Также актив указанного бухгалтерского баланса на конец 2013 года составил                     15 040 тыс. руб., а пассив на указанную дату составил всего лишь 1 071 тыс. руб. (явное несовпадение актива и пассива). Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции о том, что данные обстоятельства свидетельствует о недостоверности бухгалтерской отчетности ООО «Жуковская управляющая компания» и может указывать на вывод активов должника в указанную организацию.

Как следует из формы 2 «Отчет о финансовых результатах» ООО «Жуковская управляющая компания» за 2013 год, указанная отчетность является нулевой (как за отчетный, так и за предшествующий период), что указывает на отсутствие деятельности ООО «Жуковская управляющая компания» как в 2012 году, так и в 2013 году.

Также судом области установлено, что согласно письму УФНС России по Калужской области от 13.07.2020, за иные отчетные периоды (кроме 2013 года)                        ООО «Жуковская управляющая компания» никакой налоговой отчетности не сдавала.

Кроме того следует учитывать, что ООО «Жуковская управляющая компания» исключена из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо 02.04.2018 (п.2 ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 No129-ФЗ), что не отрицается сторонами спора и подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ.

Также согласно письму УПФР в г. Обнинске Калужской области от 23.01.2020                 № 25-03/136, количество застрахованных физических лиц (работников) должника                       ООО «Белоусовская управляющая компания» в 2012 году составляло от 98 до                              124 человек, а в 2013 году - 0 человек (т. 4 л.д. 132). 

Суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что данные обстоятельства  могут указывать, на недостоверность предоставляемых должником сведений в ПФР за 2013 год (отсутствуют сведения как минимум о руководителе в 2013 году),  а также  на наличие у должника достаточного количества собственных работников в 2012 году для выполнения работ, в-третьих, на искусственный перевод работников в иное аффилированное лицо в 2013 году (вывод трудовых ресурсов).

Кроме того, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что письмо УПФР в г. Обнинске Калужской области от 05.02.2020 № 25-03/316 о количестве застрахованных в ООО «Жуковская управляющая компания» лиц (за 3 квартал 2012 года - 65 лиц, за 4 квартал 2012 года - 72) не может свидетельствовать о реальности услуг аутсорсинга в 2012 году (при наличии достаточного количества персонала у самого должника в этот период). При одинаковых    учредителях      и едином руководителе в ООО «Белоусовская управляющая компания» и ООО Жуковская управляющая компания» (то есть при едином конечном бенефициаре в экономической деятельности)  суд первой инстанции правомерно  расценил, что ответчиком  не доказана целесообразность параллельного бизнеса, в том числе расстановки кадров (т. 6,  л. д. 159).

При таких обстоятельствах, учитывая недоказанность встречного предоставления должнику со стороны контрагента при получении дебиторской задолженности в размере        4 573 858 руб., а также недоказанность факта предоставления исполнителем                              ООО «Жуковская управляющая компания» должнику заказчику ООО «Белоусовская управляющая компания» ни услуг предоставления персонала по договору № 30/06/12-02 от 30.06.2012, ни выполнения работ по договору подряда № 09/01/13 от 09.01.2013., суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные договоры являются мнимыми, оформленными для видимости и создания искусственной задолженности с целью вывода активов должника ООО «Белоусовская управляющая компания» - дебиторской задолженности в размере 4 573 858 руб.

Представленный в материалы дела договор уступки прав требования № 25/07/14                от 25.07.2014, заключенный между ООО «Жуковская управляющая компания» в лице генерального директора ФИО5 и ООО «Домоуправление» в лице генерального директора ФИО6 (т. 4 л.д. 40), по которому ООО «Жуковская управляющая компания» передало в ООО «Домоуправление» требования по договору управления, обоснованно не принят судом области в качестве доказательства, поскольку предмет договора не является конкретным - передаваемое от одного лица другому право не идентифицировано и не конкретно (документ не обладает признаком относимости доказательства).

Как следует из решений мирового судьи судебного участка № 26 Жуковского судебного района Калужской области от 16.09.2014 по делу № 2- 954/2014, по делу                   № 2-951/2014, от 15.09.2014 по делу № 2-953/2014, по делу № 2- 952/2014, по делу                         № 2-950/2014, во взыскании с ответчиков-собственников жилья задолженности по иску ООО «Домоуправление» отказано по мотиву не предоставления истцом объективных, относимых и допустимых доказательств наличия у ООО «Домоуправление» права на взыскание с ответчиков задолженности по оплате услуг по ремонту и содержанию жилья за указанный в иске период (т. 4 л.д. 60-77).

Из материалов дела также  следует, что ответчик ФИО3,  возражая против заявления конкурсного управляющего, заявил о пропуске срока исковой давности.

Согласно статьям 195, 196, 199, 200 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено; общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса; исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске; если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пунктам 12 и 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Судом первой инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Калужской области от 14.05.2013 временным управляющим OOO «Белоусовская управляющая компания» утвержден член некоммерческого партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО2, который затем определением суда области от 07.10.2013 утвержден конкурсным управляющим должника.

Как следует из материалов обособленного спора о признании сделки недействительной, о совершении руководителем должника ФИО3 вменяемых ему в причинение убытков вышеуказанных сделок (о заключении договора уступки прав требования № 10/01/13 от 10.01.2013 и договора уступки прав требования № 11/01/13                    от 11.01.2013) заявитель конкурсный управляющий ФИО4 узнал не позже 05.05.2015 - даты заявления № 77 от 05.05.2015 об оспаривании указанных сделок                          (т. 4 л.д. 110-114), в котором ФИО2 изложил основания их недействительности, а именно о своем сомнении относительно правомерности совершенных должником OOO «Белоусовская управляющая компания» в лице руководителя ФИО3 вышеуказанных договоров как сделок с предпочтением.

Из материалов дела следует, что заявление о взыскании убытков конкурсным управляющим ФИО2 подано в арбитражный  суд области 02.08.2018, то есть спустя 3 года 3 месяца с момента получения конкурсным управляющим спорных договоров уступки прав требования № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013.

В заявлении с учетом уточнений (п. 2 письменных пояснений от 10.06.2020, т. 7 л.д. 37) конкурсный управляющий ФИО2 указывал на безвозмездный вывод активов должника (дебиторской задолженности по договору № 10/01/13 от 10.01.2013 в размере                 3 087 632 руб. и по договору № 11/01/13 от 11.01.2013 в размере 1 486 226 руб., а всего в размере 4 573 858 руб.) бывшим руководителем должника ФИО3 посредством заключения с аффилированным лицом ООО «Жуковская управляющая компания» вышеуказанных спорных договоров. Заявитель обосновывал такой довод отсутствием доказательств реальности встречного исполнения должнику со стороны контрагента                ООО «Жуковская управляющая компания».

Суд первой инстанции верно посчитал обоснованным заявление ответчика о пропуске заявителем срока исковой давности, поскольку заявитель изначально, как при исполнении обязанностей временного управляющего с 14.05.2013, так и при исполнении обязанностей конкурсного управляющего с 07.10.2013, разумно должен был знать о недостаточности для расчетов с конкурсными кредиторами имущества должника, истребовать у бывшего руководителя должника недостающие документы, а получив таковые, немедленно их проанализировать и обратиться в суд с заявлением о взыскании убытков, причиненных выводом активов должника (отсутствием встречного предоставления).

Конкурсный управляющий ООО «Белоусовская управляющая компания»                  ФИО2, получив спорные договоры должника и ООО «Жуковская управляющая компания» № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013, в силу статьи 20.3 Закона о банкротстве, имел возможность самостоятельно запросить и получить в налоговом органе все документы и сведения о контрагенте ООО «Жуковская управляющая компания», в том числе регистрационные дела, сведения об участниках и руководителях, бухгалтерскую отчетность ООО «Жуковская управляющая компания», и проанализировать таковые на предмет безвозмездного вывода должником активов в указанную организацию. Однако указанных мероприятий заявитель не выполнил, за получением налоговой отчетности контрагента должника, сведений об аффилированности заявитель в налоговый орган не обращался, ввиду чего такое бездействие привело к пропуску срока исковой давности по заявлению о взыскании убытков с ответчика ФИО3

Более того, из анализа бухгалтерского баланса должника за 2012 год (форма 1) конкурсный управляющий должен был усмотреть, что в составе активов должника существенный удельный вес на конец года занимала именно дебиторская задолженность в размере 4 022 000 руб. (внеоборотные активы - 977 000 руб., денежные средства -                          5 000 руб.) (т. 6 л.д. 84-89). Ввиду этого разумный арбитражный управляющий при получении спорных договоров о передаче всей дебиторской задолженности аффилированному лицу и при отсутствии документов о встречном предоставлении, был обязан немедленно привлекать руководителя должника к возмещению убытков, между тем такое заявление сделано ФИО2 за пределами трехгодичного срока исковой давности.

Также из материалов дела следует, что конкурсный управляющий в п. 10 письменных пояснений от 10.06.2020 (т. 7 л.д. 38) в целях исполнения указаний Арбитражного суда Центрального округа о выяснении обстоятельств начала и окончания срока исковой давности и определения Арбитражного суда Калужской области от 22.05.2020 указал, что причиной необращения в суд в более ранний срок с заявлением о взыскании убытков являлось избрание им иного способа защиты нарушенного права - оспаривание сделок и применения последствий их недействительности.

Как указано в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Ссуда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Также в силу статей глав 13, 17, 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также статей 202 и 203 Гражданского кодекса Российской Федерации, предъявление иска к одному ответчику не препятствует предъявление иного иска к иному ответчику (по тем же или иным фактическим и правовым основаниям и требованиям), а также не приостанавливает и не прерывает течение срока исковой давности по требованию к иному ответчику.

Исходя из изложенного правового регулирования, которое добросовестный, разумный и оперативный арбитражный управляющий обязан учитывать в своей работе, использование лицом одного способа защиты нарушенного права (оспаривание совершенной руководителем должника сделки) не препятствует одновременному использованию этим же лицом иного способа защиты (взыскание убытков с указанного руководителя).

В то же время законодательное назначение гражданско-правового института исковой давности заключается в сохранении стабильности сложившихся правоотношений ввиду возможной утраты ответчиком из-за длительного истечения времени доказательственной базы своей позиции, то есть законодатель ввиду истечения длительного срока и последствий такой длительности предоставил ответчику формальную защиту от иска путем применения норм правового института исковой давности к заявленному требованию (вместо отыскания утраченных из-за длительного срока доказательств ответчику достаточно при рассмотрении спора заявить о пропуске заявителем срока исковой давности). Также задачей института исковой давности является побуждение истца (иной стороны спорных правоотношений) к скорейшей реализации своих процессуальных прав.

Довод заявителя, о том, что момент его осведомленности о нарушении права допустимо исчислять с момента признания сделки недействительной, обоснованно не принят судом первой инстанции, как несостоятельный в силу следующего.

Как установлено судом первой инстанции, сделки оспаривались по основанию предпочтения кредитору, а ущерб от такого предпочтения заявителем в настоящем обособленном споре в нарушение статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указаний в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 01.08.2019 и в определении Арбитражного суда Калужской области                              от 22.05.2020, не доказан.

Также  сделки признаны судом области недействительными по доводам заявителя, которые приводились им изначально при составлении заявления об оспаривании сделок 08.06.2015, то есть заявитель уже 08.06.2015 знал о совершении руководителем должника ФИО3 действий по передаче дебиторской задолженности контрагенту                        ООО «Жуковская управляющая компания» по договорам уступки прав требования № 10/01/13 от 10.01.2013 и № 11/01/13 от 11.01.2013, в отношении которых у заявителя на указанную дату 08.06.2015 уже имелись сомнения в их правомерности (осведомленность истца о пороках сделки).

Следует учесть, что разумный и хозяйственный арбитражный управляющий, оперативно исполняющий свои обязанности, изначально (еще в период наблюдения при выполнении финансового анализа) должен установить количество имущества у должника (объем конкурсной массы) и размер кредиторской задолженности (объем долгов), предвидеть размер текущих расходов (увеличение размера долгов), и исходя из этого в разумный срок с момента утверждения конкурсным управляющим обратиться с заявлением о субсидиарной ответственности или о взыскании убытков (при недоказанности оснований для субсидиарной ответственности в полном размере) ввиду вывода активов должника, которые могут усматриваться в недостаточности имущества должника, в невзыскании своевременно бывшим руководителем должника дебиторской задолженности с контрагентов, уступки указанной дебиторской задолженности без встречного предоставления аффилированному лицу и т.д.

Из материалов дела следует, что в ходатайстве от 15.01.2020 заявитель указывал на то, что факт передачи дебиторской задолженности в ООО «Жуковская управляющая компания» был скрыт от временного управляющего, а затем и от конкурсного управляющего (т. 4 л.д. 100-101). Между тем, указанный довод не свидетельствует об уважительности пропуска заявителем срока исковой давности, поскольку о факте передачи дебиторской задолженности в ООО «Жуковская управляющая компания» заявитель узнал не позже 05.05.2015 - даты заявления № 77, в котором оспаривал правомерность такой передачи, а с заявлением о взыскании убытков обратился в суд 02.08.2018, то есть через 3 года и 3 месяца с момента своей осведомленности о передаче дебиторской задолженности.

Принимая о внимание изложенное, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим ФИО2 срока исковой давности.

Доводы конкурсного управляющего относительно ценности дебиторской задолженности для должника обоснованно признаны судом первой инстанции необоснованными, поскольку заявителем не доказаны обстоятельства последующего взыскания кем-либо спорной дебиторской задолженности с собственников и с нанимателей (населения). Списки и первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность в материалы дела не представлены. Кроме того, из выписки по расчётному счету ООО «Жуковская управляющая компания» не усматривается взыскание дебиторской задолженности (т. 7 л.д. 66-150, т. 8 л.д. 1-57). Из договора уступки права требования № 25/07/14 от 25.07.2014 (т. 7 л.д. 39) не усматривается передача стороной 1 ООО «Жуковская управляющая компания» стороне 2                                 ООО «Домоуправление» именно спорной дебиторской задолженности, а также в материалы дела не представлены доказательства реального получения спорной дебиторской задолженности ООО «Домоуправление» от населения. Также следует учитывать истечение срока исковой давности по взысканию дебиторской задолженности с населения, возникшей до 10.01.2013.

Кроме того относительно периода полномочий ответчика ФИО3 в органах управления ООО «Жуковская управляющая компания» судом первой инстанции установлено, что таковые были прекращены: как участника - 10.07.2014 (заявление о выходе из общества, т. 10 л.д. 99); как руководителя - 25.03.2013 (заявление по форме Р14001 о замене руководителя, т. 10 л.д. 123-131). 

С учетом изложенного, судом первой инстанции правомерно отклонен довод заявителя ФИО2 о том, что ФИО3 имел возможность содействовать неисполнению со стороны ООО «Жуковская управляющая компания» определения Арбитражного суда Калужской области от 11.09.2015 о применении последствий недействительности сделки (возврат должнику дебиторской задолженности, документов по таковой), как не доказанный.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не опровергнуты ссылки ответчика о бездействии конкурсного управляющего ФИО2, поскольку последним не представлены в материалы дела доказательства принятия достаточных мер к получению у ООО «Жуковская управляющая компания» до исключения указанного общества из Единого государственного реестра юридических лиц 02.04.2018 (строки 19, 20, 164-172 сведений из ЕГРЮЛ) документов дебиторской задолженности (перечень дебиторов, первичная документация по дебиторской задолженности) в размере 4 573 858 руб. и действий по ее последующему взысканию с населения.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, ввиду пропуска заявителем трехгодичного срока исковой давности с момента, когда заявитель мог узнать о безвозмездном выводе ответчиком активов должника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Белоусовская управляющая компания» ФИО2 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 убытков в сумме 4 573 858 руб.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы были предметом рассмотрения судом первой инстанции и получили соответствующую правовую оценку. Несогласие заявителя с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении им норм материального права.

Суд апелляционной инстанции считает, что все выводы суда первой инстанции по данному обособленному спору сделаны на основании всестороннего и полного исследования всех имеющихся в деле доказательств с учетом указаний суда кассационной инстанции.

 Судом первой инстанции правильно установлены и оценены все обстоятельства, имеющие существенное значение для данного обособленного спора, в связи с чем суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО3, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, о необходимости исключения из  определения суда от 24.09.2020 указанных ответчиком выводов суда, с которыми он не согласен.     

Доводы  ФИО3, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу,  не влияют на законность и обоснованность обжалуемого определения, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для  изменения   определения суда первой инстанции  от 24.09.2020. 

Поскольку суд первой инстанции правильно применил нормы материального права и не допустил нарушения норм процессуального права, в том числе влекущих по правилам части 4 статьи 270 Кодекса отмену судебного акта, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда первой инстанции. 

Согласно части 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы. 

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины судом не рассматривается, поскольку статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплату государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 24.09.2020 по делу                             № А23-1331/2013 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                     В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

Н.А. Волошина

Е.В. Мосина