АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-1739/2020

г. Краснодар

27 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Ташу А.Х., судей Алексеева Р.А. и Малыхиной М.Н., в отсутствие в судебном заседании истца – жилищного кооператива «ЖСК-2» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ответчиков – акционерного общества энергетики и электрификации «Севкавказэнерго» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу жилищного кооператива «ЖСК-2» на решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 30.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 по делу № А61-1739/2020, установил следующее.

ЖК «ЖСК-2» (далее – кооператив) обратился в арбитражный суд с иском к АО энергетики и электрификации «Севкавказэнерго» (далее – общество) о признании ничтожным приложения № 3 к договору ресурсоснабжения и применении последствий недействительности приложения № 3 в виде признания многоквартирных домов, указанных в данном приложении, не оборудованными коллективными (общедомовыми) приборами учета для целей определения объема потребления электрической энергии, поставляемой для содержания общего имущества в многоквартирных домах (уточненные требования).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «Россети Северный Кавказ» (далее – компания). 

Определением от 25.11.2020 компания привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Решением от 30.11.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 01.04.2021, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением суда кассационной инстанции от 06.08.2021 постановление суда апелляционной инстанции от 01.04.2021 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении постановлением суда апелляционной инстанции от 06.12.2021 решение от 30.11.2020 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе кооператив просит отменить судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. По мнению заявителя, суды при разрешении спора не исследовали вопрос о возможности применения положений о ничтожных сделках, не обосновали применение норм об оспоримых сделках. Содержание приложения № 3 затрагивает права третьих лиц – собственников квартир, членов кооператива, так как возлагает на них бремя несения расходов на эксплуатацию незаконно установленных приборов учета и увеличивает размер расходов членов кооператива по оплате коммунальных ресурсов в виде дополнительных издержек на компенсацию потерь в сетях с высоким физическим и моральным износом. Суды не учли положения нормативно-правовых актов разных уровней, в связи с чем не применили к требованиям истца трехлетний срок исковой давности. Суды освободили ответчика от бремени доказывания законности установки приборов. Кроме того, суды не приняли во внимание акты осмотра внутридомовых электрических сетей, составленные совместно с собственниками в 2016 году. Материалы дела не содержат иных доказательств, свидетельствующих о надлежащем состоянии электросетей, следовательно, отказ в удовлетворении иска неправомерен.

Отзыв на жалобу в суд не поступил.

До рассмотрения кассационной жалобы от кооператива поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Ходатайство рассмотрено и отклонено ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, кооператив осуществляет управление многоквартирными домами, расположенными по адресу: 

<

...> 

<

...>/28, 37/2; ул. Весенняя, д. 1/1, 2/1, 3, 5, 5/1, 7/1, 7/3, 8, 8/2, 8/3, 8/4, 10/1, 11/2, 11/2, 15, 16, 19; ул. Владикавказская, 

<

...>, 18/1, 21, 43/2, 55; ул. Дзусова, 

<

...>; ул. Зортова, 

<

...>, что подтверждается сведениями, размещенными на официальном портале ГИС ЖКХ dom.gosuslugi.ru. 

01 августа 2017 года общество (гарантирующий поставщик) и кооператив (исполнитель) заключили договор ресурсоснабжения с исполнителем коммунальных услуг по электроснабжению № 15070221018536 (далее – договор), по условиям которого гарантирующий поставщик обязуется осуществлять в точках поставки продажу электрической энергии и мощности на условиях, предусмотренных договором, а исполнитель обязуется оплачивать гарантирующему поставщику приобретаемую электрическую энергию и оказанные услуги. 

В пунктах 4.1 и 4.2 стороны определили, что для учета электрической энергии в целях определения обязательств исполнителя по оплате приобретенной электрической энергии должны использоваться коллективные (общедомовые) приборы учета, которые должны устанавливаться исполнителем в соответствующих точках поставки на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств сетевой организации и внутридомовых электрических сетей. 

В приложении № 3 к договору стороны установили перечень точек поставки, средства учета и места их установки; в приложении № 4 указан перечень домов, находящихся в управлении кооператива.

Полагая, что приборы учета электроэнергии установлены гарантирующим поставщиком и сетевой организацией с нарушением требований законодательства, кооператив обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительным приложения № 3 к договору и применении последствий недействительности сделки. 

Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из следующего. 

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2). 

По смыслу пункта 1 статьи 421 Кодекса граждане и юридические лица свободны в заключении договора. При этом понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. 

Согласно статье 426 Кодекса публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т. п.). Лицо, осуществляющее предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим лицом в отношении заключения публичного договора, за исключением случаев, предусмотренных законом или иными правовыми актами. 

В случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 Кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда (пункт 1 статьи 446 Кодекса). 

Суды установили и из материалов дела видно, что истец 13.09.2017 направил ответчику протокол разногласий к договору, который общество не приняло в данной редакции, кооперативу направлен протокол согласования разногласий от 25.09.2017; названный документ истцом не подписан. При этом оспариваемое в рамках дела приложение № 3 при согласовании разногласий кооперативом не опровергалось, с преддоговорным спором, в том числе по приложению № 3, истец в суд не обращался. 

Поскольку возникшие при заключении договора разногласия истцом на рассмотрение суда не передавались, договор признан заключенным на условиях оферты с учетом подписанного ответчиком протокола согласования разногласий от 25.09.2017. 

Таким образом, приложение № 3 как неотъемлемая часть договора оформлено и заключено в отсутствие каких-либо заявлений и представления гарантирующему поставщику доказательств неудовлетворительного состояния электрических сетей в многоквартирных домах; об этом заявлено только при разрешении названного спора. 

Как видно из представленных писем кооператива от 22.05.2018 и 07.11.2018 (т. 1, л. д. 43 – 44), истец спорил с поставщиком электрической энергии только по вопросу процедуры допуска общедомовых приборов в эксплуатацию. О состоянии электрических сетей – их физическом износе и необходимости капитального ремонта, авариях в системах электроснабжения, отсутствии электроэнергии ввиду неудовлетворительного состояния сетей, обращении в этой связи к сетевой организации, в органы ЖКХ, проведении срочных ремонтных работ электрических сетей ввиду их неудовлетворительного состояния, повлекшего нарушение подачи электроэнергии в многоквартирные дома, проведении технических экспертиз приборов учета и сетей – истец не заявлял. 

На неудовлетворительное состояние электрических сетей кооператив стал ссылаться только после обращения общества в мае 2019 года в суд с иском о взыскании с истца задолженности в размере 12 456 799 рублей 25 копеек с 01.01.2017 по 31.12.2017. До названного момента каких-либо указаний на то, что электрические сети находятся в ненадлежащем состоянии, кооператив не направлял. 

Утверждение о том, что на момент ввода общедомовых приборов учета в эксплуатацию внутридомовые сети в многоквартирных домах подлежали капитальному ремонту (полной замене), отклонено судами, так как в представленных актах осмотра электрооборудования не имеется сведений о том, какое конкретно электрооборудование и где именно осматривалось, носят ли дефекты неустранимый характер (провес проводки, плохой контакт, отсутствие перегородки между блоками и т.д.), не указаны причины возникновения, каким образом определен фактический износ электрооборудования и обладают ли подписавшие результаты осмотра лица достаточными специальными познаниями в области электроэнергетики, чтобы определить конкретный процент фактического износа электрооборудования только в результате осмотра. Из представленных кратких технических характеристик многоквартирных домов, в которых указано на необходимость капитального ремонта системы электроснабжения, усматривается один и тот же процент износа электрических сетей (85%), несмотря на разные годы постройки (т. 2, л. д. 90 – 136). При этом даты составления кратких технических характеристик на указанных документах отсутствуют. 

Отклоняя доводы истца о том, что общество выставляет кооперативу счета об оплате электрической энергии, объем которой рассчитан на основании показаний незаконно установленных и введенных в эксплуатацию приборов учета, тем самым нарушаются права и законные интересы кооператива, а также, что приборы учета установлены в многоквартирных домах, в которых отсутствовала техническая возможность их установки, суды исходили из того, что истцом не представлены доказательства признания многоквартирных домов, находящихся в управлении истца, аварийными (или орган местного самоуправления принял решения о признании многоквартирных домов аварийными, подлежащими сносу или реконструкции). 

Как следует из представленных в материалы дела актов допуска общедомовых приборов учета в эксплуатацию, в ходе процедуры допуска проверялись место установки и схема подключения, состояние приборов учета и измерительных трансформаторов, а также соответствие приборов учета требованиям раздела X Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442, в части их заводских характеристик. По результатам указанных измерений и расчетов специалистами сделаны выводы о пригодности узлов учета к расчетам. 

Из содержания актов допуска приборов учета в эксплуатацию видно, что межповерочный интервал не истек, учет признан достоверным. Более того, все акты допуска подписаны председателем кооператива ФИО1 

При этом истец не доказал, каким образом несоблюдение порядка допуска общедомовых приборов учета в эксплуатацию, а именно неучастие при допуске в эксплуатацию представителя кооператива, повлияло или могло повлиять на правильность (корректность) работы приборов учета. 

Таким образом, в рассматриваемом случае позиция истца по существу сводится к освобождению его от оплаты стоимости отпущенного на общедомовые нужды ресурса, что недопустимо ввиду специального статуса кооператива – исполнителя коммунальных услуг. 

Суды также сослались на пропуск истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 181 Кодекса срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Учитывая, что все письменные доказательства, представленные истцом, подписаны председателем кооператива в 2015 – 2017 годах, приложение № 3 получено истцом не позднее 13.09.2017 (т. 1, л. д. 33), суды указали, что течение срока исковой давности начинается с 13.09.2017 по требованиям истца об обстоятельствах, являющихся основанием для признания оспоримой сделки недействительной. 

В связи с тем, что истец обратился в суд 26.06.2020, суды пришли к выводу о пропуске срока исковой давности. 

При таких обстоятельствах в удовлетворении иска отказано. 

Приведенные заявителем доводы кассационной жалобы не опровергают правильности выводов судов, выражают несогласие с оценкой доказательств по делу и по существу направлены на их переоценку, которая в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Основания для отмены или изменения решения и постановления не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 30.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 по делу № А61-1739/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                       А.Х. Ташу 

Судьи                                                                                                                     Р.А. Алексеев

                                                                                                                                М.Н. Малыхина