АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-3035/2025

Дело № А06-2160/2024

г. Казань

05 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 сентября 2025 года.  

Полный текст постановления изготовлен 05 сентября 2025 года. Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  

председательствующего судьи Желаевой М.З., судей Гильмановой Э.Г., Кашапова А.Р., при участии представителей: 

от истца - общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ- Нижневолжскнефть» - ФИО1 по доверенности от 14.11.2024 № ЛНВН-2024 11 14 286Б (до и после перерыва), ФИО2 по доверенности от 14.11.2024 № ЛНВН-2024 11 14 291Б (до перерыва), ФИО3 по доверенности от 14.11.2024 № ЛНВН-2024 11 14 287Б (после перерыва),  

от ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» – ФИО4 по доверенности от 14.11.2024 № 33-14/11/2024 (до и после перерыва), ФИО5 по доверенности от 05.02.2025 № 15-05/02/2025 (после перерыва),  

в отсутствие представителей третьего лица - временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» ФИО6, извещенной надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор»  

на решение Арбитражного суда Астраханской области от 31.10.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025  

по делу № А06-2160/2024 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» к обществу с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор», с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» ФИО6, о взыскании неустойки,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ- Нижневолжскнефть» (далее – ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», истец) обратилось в Арбитражный суд Астраханской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» (далее – ООО «Вимар Оффшор», ответчик) о взыскании неустойки в размере 725 140 696,84 рублей за нарушение сроков выполнения работ по договору от 08.07.2019 № 19V0500.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий ООО «Вимар Оффшор» ФИО6  

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 31.10.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025, иск удовлетворен частично: с ООО «Вимар Оффшор» в пользу ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» взыскана неустойка в размере 313 355 568,92 рублей, в остальной части иска – отказано.  

ООО «Вимар Оффшор», не согласившись с принятыми судебными актами, обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, нарушение судами норм материального права и норм процессуального права, и направить дело на новое рассмотрение  

В кассационной жалобе и дополнениях к ней заявитель отмечает, что судебные инстанции не исследовали надлежащим образом указанные им обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии его вины в просрочке выполнения работ и, напротив, о наличии вины самого заказчика, не определили периоды, которые подлежали исключению из периода ответственности подрядчика, связанные с простоем в связи с ожиданием доступа на объект и в связи с погодными условиями; обращает внимание на неравный размер ответственности сторон по договору, к которому применимы нормы о договоре присоединения.  

В отзыве на кассационную жалобу и дополнениях к нему ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» возражает против приведенных заявителем доводов, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты - оставить без изменения.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии с положениями статей 274, 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, Арбитражный суд  

Поволжского округа не находит правовых оснований для отмены обжалуемых решения и постановления по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, между ООО «ЛУКОЙЛ- Нижневолжскнефть» (заказчик) и ООО «Вимар Оффшор» (подрядчик) заключен договор от 08.07.2019 № 19V0500 на выполнение работ по разработке рабочей документации, закупке материалов, и строительству подводных межпромысловых трубопроводов.  

В соответствии с данным договором подрядчик взял на себя обязательство перед заказчиком в установленный договором срок по заданию заказчика осуществить разработку предусмотренной договором документации, закупку материалов, строительство и проведение испытаний объектов, а также устранить все дефекты (недостатки) в соответствии с условиями договора, а заказчик - обязательства в рамках своих полномочий, определенных договором, создать необходимые условия подрядчику для выполнения работ, принять их и уплатить обусловленную договором цену (раздел I договора).  

Договором предусмотрено поэтапное выполнение работ с указанием конкретных сроков начала и окончания этапов, установленных в приложении С «График выполнения работ» к договору.  

Согласно пункту 13.2.1 договора подрядчик обязан завершить строительством объект в пределах срока завершения работ на объекте, включая завершение всех работ, которые, как указано в договоре, необходимо выполнить, чтобы объект считался завершенным и готовым к приемке заказчиком в соответствии со статьей 15 «Приемка работ».  

Дополнительным соглашением от 15.12.2022 № 016 к договору стороны изменили сроки выполнения работ по отдельным этапам, а также определили срок завершения работ путем сдачи-приемки объектов заказчику по акту КС-11 НКЛ – 30.11.2022.  

Согласно пункту 4.3 договора за нарушение сроков окончания выполнения этапов работ, предусмотренных договором и «Графиком  

выполнения Работ» (приложение С), подрядчик выплачивает заказчику пени в размере 0,01 % от стоимости (с НДС) несвоевременно выполненного этапа работ за каждый день просрочки.  

В случае несоблюдения подрядчиком требований, предусмотренных пунктом 13.2.1 договора, пунктом 13.2.2 договора предусмотрена обязанность подрядчика оплатить заказчику неустойку за такое неисполнение обязательств в размере 0,1 % от цены договора, начиная со дня, следующего за сроком завершения работ, за каждый день просрочки до даты, указанной в акте приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 НКЛ. Указанная неустойка не применяется за период задержки, во время которой работы были приостановлены заказчиком по причинам, не зависящим от подрядчика.  

Отдельные этапы выполненных работ сданы заказчику по актам о завершении этапов работ, подписанных обеими сторонами, при этом работы по этапам №№ 1, 2, 3.А, 5, 3.А/2, 3.Б, 3.В/2, 4.Б, 4.Г/2, 9, 10/2, 4.Г/3, 4.Г/4.2, 4.Г/4.3, 7.А/1, 7.А/2, 8.А, 11/1, 11/2 выполнены подрядчиком и сданы заказчику с нарушением сроков их окончания, установленных в приложении С «График выполнения работ» к договору.  

Законченный строительством объект сдан заказчику по акту приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 НКЛ от 14.03.2023, подписанном обеими сторонами, при этом работы выполнены подрядчиком и сданы заказчику с нарушением срока их окончания, установленном в приложении С «График выполнения работ» к договору.  

В связи с ненадлежащим исполнением подрядчиком обязательств по договору, заказчик начислил неустойку за просрочку выполнения работ отдельно по каждому этапу выполнения работ в размере 30 270 467,22 рублей, а также за просрочку завершения работ в размере 694 870 229,62 рублей и, поскольку требования досудебной претензии от 15.02.2024 № 16/16-824 о ее выплате оставлены подрядчиком без удовлетворения, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Суды обеих инстанции, удовлетворяя иск частично, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статей 65, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 309, 310, 330, 702, 708 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из нарушения подрядчиком как промежуточных, так и конечного сроков выполнения работ, при этом исключили из периода просрочки выполнения работ по этапам периоды простоя подрядчика из-за неблагоприятных погодных условий, расходы подрядчика по которым в соответствии с условиями договора были компенсированы заказчиком, взыскав в этой части неустойку в размере 27 792 460,86 рублей, а также пришли к выводу о необходимости применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к взыскиваемой неустойке за просрочку завершения работ и применения при ее расчете ставки Банка России, действующей на день исполнения обязательства, взыскав в этой части неустойку в размере 285 563 108,06 рублей.  

Оснований не согласиться с указанными выводами судебных инстанций, основанными на полной и всесторонней оценке обстоятельств дела, правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции не имеется.  

Судами на основании материалов дела установлен, и не оспаривается сторонами, факт просрочки исполнения обязательств подрядчиком по договору, что является достаточным основанием для применения к нему меры ответственности в виде начисления неустойки (пени).  

Подрядчик, возражая против удовлетворения заявленных требований, ссылался на отсутствие вины в просрочке выполнения работ.  

Названные доводы, приведенные также в кассационной жалобе, мотивированно отклонены судами обеих инстанций и подлежат отклонению судом кассационной инстанции в силу следующего.  

По доводу о неверном определении периода просрочки выполнения работ по этапам №№ 2, 3.А, 5 договора.  

Действительно, период ответственности подрядчика за нарушение сроков выполнения работ не может ставиться в зависимость от усмотрения заказчика на подписание акта о приемке выполненных работ.  

В то же время, исходя из положений статей 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, закон связывает возникновение обязанности заказчика по приемке выполненных работ с фактом их сдачи к приемке подрядчиком.  

При этом, как разъяснено в абзаце 6 пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», если подрядчик не известил заказчика о завершении работ по договору и не вызвал его для участия в приемке результата работ, подрядчик не может ссылаться на отказ заказчика от исполнения договорного обязательства по приемке работ и требовать их оплаты на основании одностороннего акта сдачи результата работ.  

Согласно условиям договора порядок приемки работ определен сторонами в пункте 15 «Приемка работ», в соответствии с которым работы по этапам подлежат приемке после того как сторонами подписан акт о завершении этапа работ (пункт 15.1.1), чему предшествует направление подрядчиком заказчику уведомления о выдаче акта о завершении этапа работ не позднее трех рабочих дней с даты завершения работ по этапу, но не позднее последнего числа отчетного месяца (пункт 15.1.2).  

Таким образом, как обоснованно указано судами, обязанность заказчика по приемке выполненных работ возникла с момента сообщения подрядчика о готовности к сдаче результата работ.  

Из материалов дела следует, что подрядчик известил о завершении спорных этапов работ письмами о направлении уведомлений,  

датированными той же датой, что и акты о завершении этапов работ 29.12.2020, 07.04.2021, 26.03.2021.  

Момент окончания работ по спорным этапам, на которых настаивает подрядчик, не находит своего подтверждения в материалах дела, в том числе в указанных им самим актах о завершении этапов работ (том 3 л.д. 64, 68, 104).  

При названных обстоятельствах, исходя из вышеуказанных условий заключенного сторонами договора и представленных сторонами в материалы дела доказательств, следует, что для определения периода ответственности подрядчика за нарушение сроков выполнения работ не может иметь правового значения указываемый им момент окончания работ по спорным этапам.  

По доводу о простоях в связи с ожиданием доступа на объект. 

Факт простоя в выполнении работ в период с 11.08.2020 по 15.08.2020, с 01.11.2020 по 06.11.2020, с 18.07.2022 по 10.08.2022, с 29.10.2022 по 31.10.2022, с 06.11.2022 по 18.11.2022 подтверждается представленными в дело актами простоя (о завершении простоя) (том 10 л.д. 100-106, том 12 л.д. 23-25), подписанными обеими сторонами, на основании ожидания предоставления доступа на объект, без указания причин ограничения такого доступа.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 405, пунктом 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации должник не считается просрочившим, если обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора, при этом кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.  

Согласно пункту 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств.  

Таким образом, с учетом положений статей 328, 405, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации на подрядчика не может быть возложена обязанность по уплате неустойки за просрочку выполнения обязательств по договору, если просрочка произошла по вине заказчика, не исполнившего свои встречные обязательства по договору.  

В рассматриваемом случае виновное уклонение заказчика от содействия будет иметь место тогда, когда без такого содействия подрядчик не может исполнить свое обязательство надлежащим образом в соответствии с условиями договора.  

Между тем, как указал заказчик, отказ в доступе на объект связано с нарушением самим подрядчиком согласованного графика выполнения работ и необходимостью совмещать им свою деятельность с иными подрядчиками, привлеченными заказчиком.  

Согласно условиям пунктов 2.3.9, 2.3.12, 2.3.13, 2.3.17 приложения А «Объем работ» к договору подрядчик должен учитывать одновременное выполнение работ (морских операций) в одно время на одном строительном участке в море с несколькими подрядчиками заказчика (подрядчик по морским операциям, подрядчик по строительству платформ, подрядчик на прокладку кабельных линий). Подрядчик должен планировать работы таким образом, чтобы не создавать препятствия в свободном доступе другим подрядчикам заказчика, и это не является основанием для того, чтобы подрядчик не мог выполнить объем работ по действующему договору в установленные сроки при этом данные условия не служат основанием для последующих действий подрядчика, направленных на получение компенсации (оплате) за простой судов машин и оборудования персонала подрядчика. Подрядчик производит управление и руководство работами, включая координацию с заказчиком и подрядчиками заказчика, выполняющих работы на одном участке работ.  

В свою очередь, заказчик в соответствии с пунктами 10.2.2, 10.2.3 договора оказывает содействие в предоставлении подрядчику доступа  

на участки работ, осуществляет координацию взаимодействия подрядчика и иных подрядчиков, привлеченных заказчиком, но это не освобождает подрядчика от его обязанностей по договору, не являются основанием для увеличения срока завершения работ, не влияет на цену договора и не подлежат какой-либо дополнительной компенсации заказчиком.  

Таким образом, как обоснованно указано судами, подрядчик был осведомлен о необходимости взаимодействовать и сотрудничать с иными подрядчиками, привлеченными заказчиком, и при планировании выполнении работ должен был учитывать данное обстоятельство в целях надлежащего исполнения, в том числе в части сроков, своих обязательств.  

При этом, как выше указано, согласно условиям договора, выполнение работ несколькими подрядчиками одновременно не является основанием для того, чтобы подрядчик не мог выполнить объем работ по договору в установленные сроки, то есть не является основанием для освобождения подрядчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ.  

Доказательств наличия иных причин отсутствия доступа на объект, отличных от тех, которые приведены заказчиком, подрядчиком не были представлены в материалы дела.  

Кроме того, как указал заказчик, им во исполнение пункта 10.2.3 договора были разработаны совмещенные графики выполнения морских операция всеми подрядчиками на 2020, 2022 годы (совмещенный график на 2022 год направлен заказчиком в адрес подрядчика посредством электронной почты), при этом, при сопоставлении периодов простоя, заявленных подрядчиком, с совмещенными графиками на 2020, 2022 годы следует, что планируемые к выполнению работы в периоды простоя должны были быть выполнены подрядчиком в более ранее сроки, в частности, в заявленные периоды простоя с 18.07.2022 по 10.08.2022, с 29.10.2022 по 31.10.2022, с 06.11.2022 по 18.11.2022 согласно актам простоя (о завершении простоя) (том 10 л.д. 100-106) подрядчиком  

должны были быть выполнены работы в отношении трубных вставок (метрология трубных вставок, подчистка и разработка котлована для монтажа трубных вставок, монтаж трубных вставок и пр.), которые отнесены к этапу выполнения работ 7.А (приложение С «График выполнения работ» к договору в редакции дополнительного соглашения от 31.05.2022 № 14) и подлежали выполнению в период с 27.04.2022 по 01.08.2022.  

Таким образом, на момент простоя в связи с ожиданием доступа на объект подрядчик уже находился в просрочке.  

По общему правилу, риск наступления невозможности исполнения несет сторона обязательства, находящаяся в просрочке (статьи 405, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).  

В таком случае, риск невозможности исполнения (выполнения работ в заявленные периоды простоя), возникший после начала просрочки подрядчика, ложится на последнего, и заявление неисправного (находящегося в просрочке) подрядчика о вине заказчика (в не предоставлении доступа на объект), о вине иного подрядчика - ООО «Буми Армада Каспиан» (в просрочке выполнения им своих работ) не является основанием для освобождения подрядчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ.  

Подрядчик, вступая в договорные правоотношения в качестве профессионального участника рынка подрядных услуг, применяя заявленные им квалификацию, знания и опыт, с учетом специфики выполняемых работ, должен был предпринять разумные и ожидаемые от него меры по соблюдению сроков выполнения работ, в частности, вправе был, в случае необходимости, обратиться за содействие к заказчику в координации взаимодействия с иными подрядчиками.  

При установленных обстоятельствах из периода ответственности подрядчика за нарушение сроков выполнения работ не подлежат исключению периоды простоя в связи с ожиданием доступа на объект.  

По доводу о простоях в связи с погодными условиями. 

В соответствии со статьей 1 раздела II «Частные условия договора» простои по неблагоприятным погодным условиям означают простои (отклонения, задержку, временную приостановку) в связи с превышением средних значений расчетных параметров гидрометеорологических условий на участке работ, которые превышают условия указанные в приложении Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям» к договору, повлекших остановку в выполнении работ морских средств подрядчика, оборудования и персонала подрядчика; неблагоприятные погодные условия означают условия, при которых выполнение работ подрядчиком на водных путях и на участке работ в Каспийском море является невозможным, и которые превышают условия, указанные в приложении Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям» к договору.  

Согласно приложению Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям» к договору выполнение работ разрешено при следующих параметрах гидрометеорологических условий: - скорость ветра до 17 м/с; - высота волны максимальная Hs – 2,5 м.  

Таким образом, стороны при заключении договор ясно и определенно согласовали условия, при которых неблагоприятные погодные условия признаются основаниями для приостановки выполнения работ подрядчиком и для компенсации его затрат в связи с простоем заказчиком за счет переменной части цены договора (статья 2 раздела I «Общие условиям договора»).  

Следовательно, приостановка выполнения работ подрядчиком в иных условиях, в том числе установленных в приложениях А и N к договору, в технической документации (на чем настаивает подрядчик), чем то согласовано в приложении Q «Ограничения по неблагоприятным  

погодным условиям» к договору (как это указано в разделах I и II договора, имеющих согласно пункту 4 статьи 1 раздела I «Общие условиям договора» преимущественную силу над приложениями к договору), является риском самого подрядчика, не освобождает его от исполнения обязательств надлежащим образом, в том числе в установленные договором сроки, как следствие, не освобождает его от ответственности за нарушение принятых на себя обязательств.  

Факт приостановки выполнения работ подрядчиком в связи с неблагоприятными погодными условиями подтверждается представленными в дело актами (том 11 л.д. 62-99), подписанными обеими сторонами, из которых следует, что погодные условия (скорость ветра и высота волны) не превышали предельно допустимые параметры, согласованные в приложении Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям» к договору.  

В таком случае, именно подрядчик несет риск наступления неблагоприятных последствий в связи с приостановкой им работ в связи с погодными условиями и ответственность за нарушение сроков выполнения работ (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Кроме того, поскольку иное не установлено договором, простои по неблагоприятным погодным условиям не продлевают срок завершения работ, что прямо следует из пункта 13.4 раздела II «Частные условия договора», а являются лишь основанием для компенсации затрат подрядчика заказчиком за счет переменной части цены договора.  

При установленных обстоятельствах из периода ответственности подрядчика за нарушение сроков выполнения работ (как промежуточных, так и конечного) не подлежат исключению периоды простоя в связи с погодными условиями (за исключением таких периодов простоя, расходы подрядчика по которым в соответствии с условиями договора были компенсированы заказчиком).  

По доводу о признании конклюдентными действиями заказчика отсутствия вины подрядчика в заявленных периодах простоя.  

Как выше указано, факты простоя в связи с ожиданием доступа на объект и в связи с погодными условиями подтверждаются представленными в дело актами, подписанными обеими сторонами.  

Между тем, как следует из содержания указанных актов, они констатируют лишь факт приостановки выполнения работ, однако не содержат согласия заказчика на простой, не изменяют сроков выполнения работ, не исключают вины подрядчика в простое.  

По доводу о просрочке выполнения работ по внутритрубной диагностике трубопроводов (этап выполнения работ 8.А договора) по вине заказчика.  

Согласно пункту 2.9.4 приложения А «Объем работ» к договору до начала проведения работ по внутритрубной диагностике трубопроводов подрядчик обязан провести осмотр всех трубопроводов и их элементов для определения внутреннего проходного сечения с целью подбора для поршней и диагностических снарядов для их пропуска по линейной части построенных трубопроводов и их элементов.  

Таким образом, в случае проведения надлежащего осмотра трубопроводов и их элементов подрядчик смог осуществить подбор необходимого оборудования для проведения внутритрубной диагностики.  

По доводу о том, что при подписании дополнительного соглашения от 15.12.2022 № 16 к договору стороны не учитывали имеющиеся на момент его подписания просрочки подрядчика.  

Как следует из содержания дополнительного соглашения от 15.12.2022 № 16 к договору, стороны изменили сроки выполнения работ по отдельным этапам, при этом по состоянию на 15.12.2022 с учетом подписанных сторонам актов о завершении этапов работ сторонам было известно о допущенной подрядчиком просрочке выполнения работ по отдельным этапам, при этом указанное дополнительное соглашение  

не содержит условий об освобождении подрядчика от ответственности по имевшим место ранее нарушениям исполнения обязательства.  

Таким образом, как обоснованно отмечено судами, подписание указанного дополнительного соглашения не отменяет право заказчика требовать уплаты неустойки за допущенную подрядчиком просрочку исполнения обязательств до момента подписания такого соглашения.  

По доводу о неравном размере ответственности сторон по договору и о применимости норм о договоре присоединения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.  

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.  

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 Гражданского кодекса  

Российской Федерации или о ничтожности таких условий по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В рассматриваемом случае договор подряда заключен подрядчиком в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности.  

Размер ответственности, согласованный в условиях договора, явился результатом добровольного соглашения сторон; договором установлена ответственность как заказчика, так и подрядчика; стороны, в том числе и подрядчик, согласовывая размер неустойки (пени), сами оценили ее соразмерность последствиям нарушения соответствующего обязательства и приняли на себя соответствующие риски.  

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подрядчик не представил доказательства того, что при заключении договора он был не согласен с включением в него спорных условий о размере ответственности сторон и предлагал заказчику их иную редакцию, от которой последний отказался.  

Доказательств злоупотребления со стороны заказчика при согласовании условий договора либо доказательств того, что подрядчик в спорных отношениях являлся более слабой стороной, также не представлено.  

При этом суд кассационной инстанции учитывает, что суд первой инстанции уменьшил размер взыскиваемой неустойки за просрочку завершения работ подрядчиком по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, тем самым обеспечил соблюдение баланса интересов сторон, что не повлекло ущемление имущественных прав заказчика либо подрядчика.  

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части,  

касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Неправильного применения норм материального права судом первой инстанции не допущено и судом кассационной инстанции не установлено.  

Суд кассационной инстанции не вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции или постановление суда апелляционной инстанции в части снижения неустойки с направлением дела на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, поскольку определение судом конкретного размера неустойки не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 21.12.2000 № 263-О, при применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой  

осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.  

В каждом случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.  

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего оценка указанного критерия, исходя из обстоятельств конкретного дела, относится к дискреционным полномочиям суда, рассматривающего спор по существу.  

Вывод о снижении неустойки сделан судом первой инстанции с учетом конкретных обстоятельств дела и является обоснованным.  

Таким образом, оснований для отмены обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.  

По существу доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке фактических обстоятельств дела и оспариванию выводов судов первой и апелляционной инстанций, сделанных на основании исследования имеющихся в деле доказательств, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемых судебных актов. В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценка установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств и имеющихся в деле доказательств не входит в полномочия суда кассационной инстанции.  

Кассационная жалоба не содержит иных доводов, которые не являлись бы предметом исследования нижестоящих судов и влияли бы на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.  

Судом кассационной инстанции не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов в порядке статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Астраханской области от 31.10.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025 по делу № А06-2160/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья М.З. Желаева  

Судьи Э.Г. Гильманова 

 А.Р. Кашапов