Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-25201/2019

г. Владивосток

06 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 ноября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 ноября 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей Д.А. Глебова, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Акстримпромсервис»,

апелляционное производство № 05АП-6344/2020, 

на решение от 25.08.2020  судьи Е.Г. Клеминой

по делу № А51-25201/2019 Арбитражного суда Приморского края,

по иску общества с ограниченной ответственностью «Акстримпромсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к ФИО2,

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного должника общества с ограниченной ответственностью «Технопарк Групп» в размере 6 220 510 рублей 71 копейки

при участии: от истца: представитель ФИО3 по доверенности от 27.04.2018  сроком действия на 3 года, паспорт;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Акстримпромсервис» (далее - ООО «Акстримпромсервис») обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 о привлечении последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного должника - общества с ограниченной ответственностью ООО «Технопарк Групп» (далее – ООО «Технопарт Групп») в сумме 6 220 510 рублей 71 копейки.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 25.08.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, ООО «Акстримпромсервис» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.  В обоснование своей позиции апеллянт указывает, что сам факт наличия у ООО «Технопарк Групп» на момент исключения из ЕГРЮЛ непогашенной задолженности является следствием неразумного и недобросовестного поведения ответчика как руководителя общества. По утверждению апеллянта, ответчик, являясь единственным учредителем и генеральным директором ООО «Технопарк Групп», знал или должен был знать, что бездействие, выразившееся в неоплате товаров по договору поставки, не отвечает интересам ООО «Технопарк Групп». Податель жалобы отмечает, что недобросовестность и неразумность поведения ответчика заключается также в непредоставлении налоговой и бухгалтерской отчетности, которое привело к признанию ООО «Технопарк Групп» фактически прекратившим свою деятельность и исключению из реестра юридических лиц и сделало невозможным неисполнение договорных обязательств перед истцом. Считает, что ответчик, достоверно зная из судебного решения о наличии долга перед истцом и не принимая мер к погашению задолженности, не обращаясь в суд с заявлением о банкротстве ООО «Технопарк Групп», умышленно привел предприятие к прекращению деятельности. Отмечает, что согласно смыслу статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2000 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве), сам факт неисполнения обязанности руководителем юридического лица по подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель апеллянта поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме, решение суда первой инстанции просила отменить как незаконное и необоснованное.

Неявка в судебное заседание представителя ответчика с учетом его надлежащего извещения о времени и месте проведения заседания и непоступления от него каких-либо заявлений и ходатайств в связи с неявкой не препятствовала коллегии в рассмотрении жалобы по существу в отсутствие ответчика применительно к статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

 Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 01.06.2015 по делу № А51-3782/2015 с ООО «Технопарк Групп» в пользу ООО «Акстримпромсервис» взыскано 5 655 009 рублей 74 копейки основного долга по договору поставки от 01.07.2011 № 117 и 565 500 рублей 97 копеек неустойки, а также 54 103 рубля расходов по оплате государственной пошлины. 

21.07.2015 на исполнение указанного решения ООО «Акстримпромсервис» выдан исполнительный лист, на основании которого отделом судебных приставов Спасска и Спасского района УФССП по Приморскому краю 30.07.2015 возбуждено исполнительное  производство №29708/15/25012-ИП. 

В ходе исполнения требований исполнительного документа было установлено внесение в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 30.12.2016 записи о прекращении ООО «Технопарк Групп» деятельности юридического лица в связи с исключением из реестра на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ).

09.03.2017 исполнительное производство от 30.07.2015                           № 29708/15/25012-ИП прекращено постановлением судебного пристава-исполнителя № 25012/17/48299.

 Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 25.02.2015 (дата предъявления ООО «Акстримпромсервис» иска по делу № А51-3782/2015) и на 30.12.2016 (дата внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности ООО «Технопарк Групп») учредителем и генеральным директором указанного общества являлся ФИО2 

Ссылаясь на наличие у ООО «Технопарк Групп» перед ООО «Акстримпромсервис» непогашенной задолженности, установленной решением Арбитражного суда Приморского края от 01.06.2015 по делу          № А51-3782/2015, и на несовершение ответчиком действий обращению в суд с заявлением о признании ООО «Технопарк Групп» несостоятельным (банкротом), истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

В силу пункта 3 статьи 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Статьей 64.2 ГК РФ установлено, что считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Аналогичная норма содержится в пункте 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ. 

Как следует из материалов дела, ООО «Технопарк Групп» 30.12.2016 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. На дату исключения общества из реестра его единственным участником и директором являлся ФИО2 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Порядок и основания привлечения участников, единоличного исполнительного органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом. 

В обоснование предъявленных к ФИО2 требований апеллянт ссылается на пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, предусматривающий, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ введен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ. 

Согласно статье 4 Федерального закона № 488-ФЗ от 28.12.2016 названный Федеральный закон вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу. 

Поскольку вышеназванный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации 29.12.2016, изменения в статью 3 Закона № 14-ФЗ в части ее дополнения пунктом 3.1 вступили в силу 28.06.2017. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

Следовательно, поскольку закон не предусматривает применение положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ на отношения, которые возникли до введение в действие названной правовой нормы, ее положения могут быть применены лишь в отношении действия (бездействия) лица, являющегося основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности, которое было совершено после введения данной нормы закона в действие, то есть после 28.06.2017.

Договор поставки № 117, неисполнение которого явилось основанием для подачи настоящего иска, был заключен 01.07.2011, задолженность ООО «Технопарк Групп» перед истцом согласно вступившему в законную силу решению суда от 01.06.2015 года по делу №А51-3782/2015 возникла в период с 19.07.2011 по 21.06.2012. Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что предполагаемые истцом виновные действия (бездействие) ответчика по допущению просрочки исполнения принятых себя обязательств, имели место до 01.06.2015 (дата вынесения решения по делу №А51-3782/2015), то есть до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, что свидетельствует об отсутствии оснований для применения данных положений закона при рассмотрении настоящего спора.

 Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстацнии верно учитывал следующее.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Юридически именно с обществом происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

По общему правилу участники общества с ограниченной ответственностью не несут ответственности по обязательствам юридического лица. В силу статьи 2 Закона № 14-ФЗ участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Так как любое общество, принимая на себя права и обязанности, исполняя их, действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

При рассмотрении вопроса об ответственности руководителей должника необходимо иметь в виду, что физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, на основании статей 15, 1064 ГК РФ необходимо наличие у потерпевшего лица убытков, противоправность действий причинителя вреда и причинно-следственной связи между данными фактами.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества, поскольку презюмируется, что ситуация невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства управляемым им обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Таким образом, довод истца о том, что неисполнение договора и последующее исключение должника из ЕГРЮЛ предполагает вину руководителя общества и является достаточным основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, признается судебной коллегией несостоятельным.

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, возлагается на лицо, требующее привлечения такого лица к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять положения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Судом установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства, совокупность которых необходима и достаточна для возложения на ФИО2 ответственности в виде возмещения ущерба в размере стоимости неисполненного ООО «Технопарк Групп» обязательства перед истцом.

Так, в материалы дела не представлено каких-либо доказательств наличия непосредственной вины ответчика в причинении истцу предъявленных к взысканию убытков, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца как необходимого элемента состава гражданско-правового нарушения. 

Каких-либо доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла именно вследствие действий (бездействия) ответчика  истцом, в материалы дела не представлено. 

ООО «Акстримпромсервис» также не подтверждено, что ФИО2 уклонялся от исполнения обязательств перед истцом при наличии у ООО «Технопарк Групп» достаточных денежных средств (имущества), равно как и доказательств совершения ФИО2 недобросовестных и (или) неразумных действий, повлекших неисполнение перед истцом договорных обязательств.

Таким образом, апелляционная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности наличия состава правонарушения в действиях (бездействии) ответчика, и как следствие, об отсутствии оснований для возложения на нее ответственности в виде заявленного истцом ущерба.

Более того, судебная коллегия отмечает, что поскольку в силу пункта 3 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ решение регистрирующего органа о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица, а также сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, его кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, подлежит опубликованию в органах печати, истец имел возможность подать соответствующее заявление, однако такой возможностью не воспользовался.

Помимо этого в деле не имеется сведений об обжаловании истцом решения об исключении ООО «Технопарк Групп» как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в порядке пункта 8 статьи 22 Закона № 129-ФЗ. 

Таким образом, анализ поведения истца, не получившего от ООО «Технопарк Групп» того, на что истец рассчитывал при заключении договора поставки от 01.07.2011, позволяет прийти к выводу о непринятии им необходимых мер к предотвращению возможных убытков, связанных с невозможность получения непосредственно от ООО «Технопарк Групп» как от своего контрагента задолженности по договору поставки. 

Довод истца о том, что неразумное и недобросовестное поведение ответчика выразилось в том, что он не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом при наличии признаков неплатежеспособности, подлежит отклонению, поскольку истец не подтвердил наличие обстоятельств, являющихся в силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве основанием для обязательного обращения руководителя должника с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения, не опровергают выводы суда первой инстанции, ввиду чего признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 25.08.2020  по делу №А51-25201/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.Н. Шалаганова

Судьи

Д.А. Глебов

С.Б. Култышев