﻿/

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-27176/2018

20 апреля 2021 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего  Первушиной М. А.,

судей:   Зуевой М.В., Парской Н.Н.,

при участии в судебном заседании представителя акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» Трофимовой Н.И. (доверенность от 02.02.2020, паспорт), Щелчкова Сергея Михайловича, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 07 сентября 2020 года по делу № А19-27176/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2021 года по тому же делу, 

установил:

Приказом Банка России от 19.10.2018 № ОД-2715 у АО «Восточно-Сибирский Транспортный Коммерческий Банк» (далее - АО «ВостСибтранскомбанк», Банк, должник) отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Приказом Банка России от 19.10.2018 № ОД2716 назначена временная администрация по управлению Банком. 

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27 мая 2019 года АО «ВостСибтранскомбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

АО «Востсибтранскомбанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в арбитражный  суд с заявлением к Крайденко Василию Сергеевичу (далее – Крайденко В.С.) о признании недействительной сделкой договора № 4/2018 уступки прав (требований) от 16.10.2018, заключенного между АО «ВостСибтранскомбанк» и Крайденко В.С.; применении последствий недействительности сделки в виде обязания каждой из сторон возвратить другой все полученное по договору № 4/2018 уступки прав (требований) от 16.10.2018, а именно: признать за АО «ВостСибтранскомбанк» права (требования) по кредитным договорам, заключенным АО «ВостСибтранскомбанк» с Закировым Е.В., Мартовицким В.П., Николаенко Г.Е., Распопиным Д.И, Тельных Е.В.; обязать Крайденко В.С. возвратить АО «ВостСибтранскомбанк» документы, переданные ему по актам приема-передачи от 16.10.2018, являющиеся приложением к договору № 4/2018 уступки прав (требований) от 16.10.2018.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 07 сентября 2020 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2021 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилась в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 07 сентября 2020 года и постановление суда апелляционной инстанции от 19 января 2021 года отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя кассационной жалобы, усматривается очевидная экономическая нецелесообразность уступаемых прав требований с необоснованным дисконтом, поскольку задолженность по уступленным правам требованиям по кредитным договорам погашалась систематически вплоть до заключения оспариваемого договора уступки прав требований. Действия руководства АО «ВостСибтранскомбанк» по уступке права (требования) по кредитным договорам, по которым осуществляется погашение и отсутствовали основания для принудительного взыскания задолженности, нелогичны и нетипичны для кредитной организации. Фактически сделка совершена в ущерб интересам кредиторов  АО «ВостСибтранскомбанк», а целесообразности в уступке прав (требований) не имелось. Суд неверно пришел к выводам о неплатежеспособности должников по кредитным договорам, права требования, по которым уступлены ответчику, об отсутствии необходимости оценивать доводы заявителя о неравноценности встречного исполнения. В силу доказанности необычного характера предпочтительной сделки вопрос о выходе ее размера за пороговое значение в 1% в рассматриваемом случае значения не имеет. Вывод суда о необходимости представления доказательства того, что целью оспариваемой сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является  ошибочным, поскольку сделка была заключена в течение года до принятия заявления о признании должника банкротов и для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Федерального Закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Выводы судов о том, что в материалы дела не представлены доказательства того, что заключая оспариваемый договор, Крайденко В.С. и АО «ВостСибтранскомбанк» действовали в обход закона, с противоправной целью, с целью причинения вреда другим кредиторам, являются неверными, ошибочными и противоречат сложившейся судебной практике. Спорный договор является притворной сделкой, и прикрывает дарение.

В отзыве на кассационную жалобу Щелчков С.М. считает доводы, изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Иркутской области и Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов  кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 16.10.2018 между АО «ВосСибтранскомбанк» (цедент) и Крайденко В.С. (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) № 4/2018, в соответствии с которым цедент передает цессионарию в полном объеме свое право (требование), возникшее из кредитного договора, заключенного с юридическим лицом (должником), включая имущественные права (требования) суммы кредита, процентов, неустойки, а также права по договорам, обеспечивающим исполнение обязательство кредитным договорам и другие связанные с требованием права в том числе право на неуплаченные проценты, начисленные на дату передачи прав (подписания договоров), а цессионарий принимает указанные права (требования) в порядке и на условия, предусмотренных настоящим договором.

Согласно пункту 3.2 договора стоимость уступки прав (требований) определена в Перечне должников (приложение № 1 к договору).

В соответствии с приложением № 1 к договору размер уступаемых прав (требований) к Закирову Е.В., Мартовицкому В.П., Николаенко Г.Е., Распопину Д.И., Тельных Е.В по кредитным договорам № 431 от 26.08.2014, № 432 от 26.08.2014, № 461 от 25.12.2015, № 458 от 01.12.2015, № 877 от 15.11.2013 составил в общем размере 12 641 667 рублей 47 копеек, сумма платы за уступаемые права требований составляет 101 133 рубля 34 копейки.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что оплата уступки прав (требований) по договору производится на основании счета АО «ВостСибтранскомбанк», который ООО «ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» обязан оплатить в течение 5 рабочих дней с момента подписания настоящего договора.

Оплата по договору № 4/2018 произведена 16.10.2018 в размере 101 133 рублей 34 копеек, что подтверждается приходным кассовым ордером от 16.10.2018 № 15.

Обращаясь с настоящим заявлением, заявитель указал что договор № 4/2018 от 16.10.2018 заключен в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной, совершение оспариваемой сделки направлено на уменьшение активов должника, а впоследствии и его конкурсной массы, что в конечном итоге, приведет к нарушению прав и законных интересов его кредиторов. Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьей 61.2, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). Договор № 4/2018 от 16.10.2018 является притворной сделкой, безвозмездной и прикрывает дарение.

Арбитражный суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих совокупность оснований для признания сделки недействительной.  

Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Согласно статьям 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, применительно к квалификации подозрительной сделки как сделки с неравноценностью встречного исполнения пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливает два объективных критерия, приводящих к опровержению сделки арбитражным судом: сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

Установив, что производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением Арбитражного суда Иркутской области от 16 ноября 2018 года, а оспариваемая сделка совершена 16.10.2018, то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом, суды пришли к правильному выводу, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Между тем, особенности оспаривания отдельных сделок должника предусмотрены в статье 61.4 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.4. Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 указанного Закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает 1% стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в пункте 14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.).

Для сделок по передаче (отчуждению) должником имущества (платеж во исполнение договорного обязательства и т.п.) с балансовой стоимостью активов должника сопоставляется стоимость этого имущества (платежа), определенная по данным бухгалтерского учета, а если доказано, что рыночная стоимость этого имущества значительно превышала такую стоимость, - рыночная стоимость.

Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки; бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Таким образом, для отказа в удовлетворении заявления по указанному основанию, должно быть установлено два условия: сделка не превысила 1% от балансовой стоимости активов должника; сделка совершена в обычной хозяйственной деятельности.

Конкурсный управляющий не представил доказательства того, что отчужденная должником по оспариваемой сделке дебиторская задолженность в размере                          12 641 667 рублей 47 копеек превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период, поскольку в бухгалтерском балансе АО «ВостСибтранскомбанк» по состоянию на 01.07.2018 размер активов указан в сумме 3 281 404 000 рублей.

В материалы обособленного спора, представлены доказательства того, что аналогичные сделки неоднократно совершались Банком ранее.

В частности, в 2016 году было заключено 3 договора уступки права требования по кредитным договорам, при этом цена за уступаемые права требования определялась с дисконтами до 99,79%.

В 2017 году было заключено 3 договора уступки права требования по кредитным договорам, при этом цена за уступаемые права требования определялась с дисконтами от 79,2% до 99,7%.

В 2018 году было заключено 3 договора уступки права требования по кредитным договорам, при этом цена за уступаемые права требования определялась с дисконтами от 84,2% до 99,7%.

При сложившемся уровне рыночных цен на территории Иркутской области в 2016-2018 гг. 0,3% от суммы передаваемых прав требования по обязательствам, имеющим просрочку (кредитные договоры, не имеющие залога, имеющие поручительство), по договору № 4/2018 от 16.10.2018 цена 0,8% от суммы передаваемых прав требования (т.е. цена по договору № 4/2018 в 2,7 раза выше, чем по договорам заключенным в 2016-2018 г), при этом передаваемые права требования при имеющейся просрочке не имеют залогов и не имеют поручительств.

В этой связи суды двух инстанций пришли к правильному выводу о том, что заключение договора № 4/2018 от 16.10.2018 не выходило за пределы обычной хозяйственной деятельности.

При таких обстоятельствах, суды пришли к правомерному выводу, что в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве спорная сделка не подлежит признанию недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из абзацев 2, 3, 4, 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Доказательств того, что на дату заключения оспариваемых соглашений банк соответствовал вышеуказанным признакам, суду не представлено, поскольку, как отмечено выше, в бухгалтерском балансе АО «ВостСибтранскомбанк» по состоянию на 01.07.2018 размер активов указан в сумме 3 281 404 000 рублей.

Доказательств того, что в результате совершения сделок должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, не представлено.

Отсутствуют в деле и доказательства, свидетельствующие о заинтересованности Крайденко В.С. по отношению к должнику в силу статье 19 Закона о банкротстве, в то время как условие об осведомленности является необходимым элементом, позволяющим признать недействительной сделку, указанную в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим  суды пришли к обоснованному выводу, о том что ответчик не располагал и не мог располагать сведениями о неплатежеспособности (недостаточности) имущества должника, а равно о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, при том, что дело о банкротстве возбуждено в ноябре 2018 года.

Таким образом, конкурсный управляющий не доказал, что на момент совершения оспариваемых сделок ответчик обладал информацией о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Не доказана конкурсным управляющим и неравноценность встречного исполнения оспариваемого договора.

В рассматриваемом случае банк указал на нецелесообразность и отсутствие экономической обоснованности заключения такого договора, поскольку уступлено права требований к платежеспособным заемщикам, своевременно и в полном объеме исполнявшим обязательства по возврату заемных средств. Данные обстоятельства конкурсный управляющий подтверждает выписками по лицевым счетам по кредитным договорам заемщиков (Закиров Е.В., Мартовицкий В.П., Николаенко Г.Е., Распопин Д.И, Тельных Е.В.), а также сведениями сайта УФССП по Иркутской области об отсутствии возбужденных исполнительных производств. Кроме того, указывает, что по информации, полученной из правовой системы «СПАРК-Интерфакс»: Закиров Е.В. являлся членом коллегиального исполнительного органа АО «ВостСибтранскомбанк»; Мартовицкий В.П. является акционером АО «ВостСибтранскомбанк» (размер доли составляет 1,110%); Тельных Е.В. является учредителем ООО «Третий ресторан» (размер доли составляет 100%); ООО «НАНИВА» (размер доли составляет 100%, номинальная стоимость                 1 000 000 руб.); Николаенко Г.Е. являлся учредителем ООО «Комэсп» (исключено из ЕГРЮЛ 06.09.2006); Распопин Д.И. являлся акционером ОАО «Финсервис» (исключено из ЕГРЮЛ 06.10.2015).

Однако, как правильно указали суды, по договору уступки прав (требований) № 4/2018 от 16.10.2018 перешло право требования к Закирову Е.В., Мартовицкому В.П., Николаенко Г.Е., Распопину Д.И, Тельных Е.В. по кредитным договорам № 431 от 26.08.2014, № 432 от 26.08.2014, № 461 от 25.12.2015, № 458 от 01.12.2015, № 877 от 15.11.2013 в общем размере 12 641 667 рублей 47 копеек, из них: 508 597 рублей 88 копеек - сумма просроченного основного долга, 302 799 рублей 18 копеек  - сумма задолженности по просроченным процентам, штрафам (комиссии) за пользование кредитом.

Кроме того, на основании ответов на запросы суда банков, в которых открыты счета у Крайденко В.С., ответа на запрос суда УФССП России по Иркутской области, судами установлено, что Крайденко В.С. никаких денежных средств от должников (Закирова Е.В., Мартовицкого В.П., Николаенко Г.Е., Распопина Д.И, Тельных Е.В.) получено не было.

Следовательно, в материалы дела не представлены доказательства реальности взыскания кредиторской задолженности с Закирова Е.В., Мартовицкого В.П., Николаенко Г.Е., Распопина Д.И, Тельных Е.В..

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о платежеспособности должников материалами дела опровергаются и соответственно не подтверждаются доводы о неравноценности полученного по сделке.

На основании разъяснений, указанный в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 , наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

На основании презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно - пока не доказано обратное.

Действия сторон могут быть квалифицированы по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации как злоупотребление правом при наличии факта того, что сделка была совершена исключительно с намерением причинить вред другому лицу, целью совершения сделки являлось умышленное уменьшение конкурсной массы до возбуждения дела о банкротстве, имущество передавалось по заведомо заниженной цене.

Доказательства того, что, заключая оспариваемый договор Крайденко В.С. и АО «ВостСибтранскомбанк» действовали в обход закона, с противоправной целью, с целью причинения вреда другим кредиторам, равно как и доказательства заинтересованности при совершении оспариваемой сделки, в материалы дела не представлены.

Также заявитель указал, что в силу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации оспариваемая сделка является мнимой, поскольку должна быть квалифицирована в качестве притворной сделки, так как совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Конкурсный управляющий полагает, что договор № 4/2018 от 16.10.2018 является притворной сделкой, безвозмездной и прикрывает дарение.

В силу положений статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным признаком договора дарения должно служить вытекающее из соглашения о цессии очевидное намерение передать право в качестве дара. Из оспариваемого договора цессии подобного намерения не усматривается.

Уступка права (требования) непосредственно направлена на переход права (требования); ее нельзя квалифицировать как возмездную или безвозмездную, поскольку она лишь оформляет исполнение обязательства по передаче права, возникшего из соглашения об уступке права (требования).

Таким образом, суды двух инстанций сделали правильный вывод, что оспариваемый договор уступки права требования не может быть признан притворной сделкой, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у сторон намерения заключить иную сделку.

Как правильно указали  суды, оплата по договору № 4/2018 произведена 16.10.2018 в размере 101 133 рубля 34 копейки, что подтверждается приходным кассовым ордером от 16.10.2018 № 15.

Доводы  кассационной жалобы фактически повторяют доводы, изложенные в суде первой и апелляционной инстанции, указанные доводы судами рассмотрены и им дана надлежащая оценка, что нашло свое отражение в судебных актах. Указанные доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права, а фактически направлены на переоценку установленных при рассмотрении дела судом первой и  апелляционной инстанций обстоятельств, что в силу требований статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо в суде кассационной инстанции, поэтому Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа указанные доводы не могут быть приняты во внимание.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Иркутской области от 07 сентября 2020 года по делу № А19-27176/2018 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2021 года по тому же делу основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 07 сентября 2020 года по делу № А19-27176/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2021 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий 

Судьи

М.А. Первушина 

М.В. Зуева 

Н.Н. Парская