ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9983/2019

Дело № А41-1411/19

10 сентября 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  04 сентября 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  10 сентября 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Марченковой Н.В.,

судей Панкратьевой Н.А., Хомякова Э.Г.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от Территориального фонда обязательного медицинского страхования Московской области  - ФИО2 по доверенности от 10.12.2018, ФИО3 по доверенности от 29.07.2019, 

от ГБУЗ МО «Московский областной онкологический диспансер» - Волжан М.Н. по доверенности от 06.05.2019, ФИО4 по доверенности от 12.03.2019, ФИО5 по доверенности от 03.09.2019, ФИО6 по доверенности от 03.09.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Московской области  на решение  Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2019 года по делу  № А41-1411/19, принятое судьей Левкиным О.В.,  по заявлению ГБУЗ МО «Московский областной онкологический диспансер» к Территориальному фонд обязательного медицинского страхования Московской области о взыскании,  

УСТАНОВИЛ:

государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Московский областной онкологический диспансер» (далее - ГБУЗ МО «МООД», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Московской области (далее - ТФОМС, фонд, заинтересованное лицо) со следующими требованиями:

-признать недействительным акт внеплановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, проведенной фондом в ГБУЗ МО «МООД» в период с 15.10.2018 года по 30.10.2018 года, в части требования возврата средств обязательного медицинского страхования в бюджет фонда в размере 30972416,64 рублей, а также начисленного штрафа в размере 3 097241,66 рублей;

- признать недействительным требование фонда об устранении нарушений в использовании средств обязательного медицинского страхования, выявленных в ходе внеплановой комплексной проверки с 15.10.2018 года по 30.10.2018 года в ГБУЗ МО «МООД».

ТФОМС МО обратилось со встречным заявлением, в котором просил суд, с учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменения просительной части заявления, о взыскании с ГБУЗ МО «МООД» 30972416,64 рублей, использованных не по целевому назначению средств обязательного медицинского страхования, 3097541,66 рублей штрафа за использование средств обязательного медицинского страхования не по назначению, 997569,92 рублей пеней за просрочку восстановления средств обязательного медицинского страхования, использованных не по целевому назначению, за период с 07.12.2018 года по 10.04.2019 года, пеней начисленных на сумму  30972416,64 рублей за период с 11.04.2019 года по день фактического возврата, определением суда от 12.03.2019 года встречное заявление фонда принято к производству суда для совместного рассмотрения с первоначальным заявлением ГБУЗ МО «МООД»

Решением Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2019 года по делу № А41-1411/2019 заявление ГБУЗ МО «МООД» и встречное заявление ТФОМС МО удовлетворены частично. 

Суд признал акт внеплановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования в ГЬУЗ МО «МООД» от 30.10.2018 года, требование ТФОМС МО от 15.11.2018 года № 08-02-09/11170-исх. в части требования возврата средств обязательного медицинского страхования в бюджет фонда в размере 30566253 рублей 42 копеек, а также начисленного штрафа в размере 3 056625 рублей 34 копейки недействительными. В удовлетворении остальной части заявленных требований ГБУЗ МО «МООД» отказано.

С ТФОМС МО в пользу ГБУЗ МО «МООД» взыскано 3000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Встречно заявленное требование удовлетворено судом частично. С ГБУЗ МО «МООД» в пользу ТФОМС МО взыскано 406163 рубля 22 копейки средств обязательного медицинского страхования, использованных не по целевому назначению, 40616 рублей 32 копейки штрафа за использование средств обязательного медицинского страхования не по целевому назначению, пени за просрочку восстановления средств обязательного медицинского страхования, использованных не по целевому назначению, начисленные на сумму 406163 рубля 22 копейки за период с 07.12.2018 года по день фактической уплаты в размере 1/300 ставки рефинансирования Центробанка России за каждый день просрочки. Также, судом взыскано с ГБУЗ МО «МООД» в доход федерального бюджета 11 936 рублей государственной пошлины. 

Не согласившись с данным судебным актом, ТФОМС МО обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой полагая, что судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы, изложенные в решении не соответствуют обстоятельствам дела, а также неправильно применены нормы материального права.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт. 

Представитель ГБУЗ МО «МООД» возражал против доводов заявителя апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Исследовав и оценив в совокупности представленные в материалы дела письменные доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.

 В период с 15.10.2018 года по 30.10.2018 года, на основании приказа директора ТФОМС МО  от 11.10.2018  № 379 в соответствии с утвержденной программой проверки проведена внеплановая комплексная проверка использования ГБУЗ МО «МООД» средств обязательного медицинского страхования (далее – ОМС ) за период с 01.01.2016 года по 31.12.2017 года. 

По результатам проверки составлен акт внеплановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования ГБУЗ МО «МООД» от 30.10.2018 (далее - акт проверки), в котором, в том числе, отражены установленные в ходе проверки факты нецелевого использования медицинской организацией средств обязательного медицинского страхования в проверяемый период.

ГБУЗ МО «МООД» поданы возражения на акт проверки, в адрес ГБУЗ МО «МООД» фондом направлен ответ на возражения.

В соответствии с указанным актом, проверкой выявлено нецелевое использование средств ОМС ГБУЗ МО «МООД» в размере 30 972 416,64 рублей и предложено устранить нарушения организационного характера.

Наоснованииуказанногоакта проверки фондом выставлено требование от 15.11.2018 № 08-02-09/11170-исх. об устранении нарушений в использовании средств ОМС, выявленных в ходе проверки (далее - требование фонда), в соответствии с которым ГБУЗ МО «МООД» предложено, в том числе, возвратить 30 972 416,64 рублей средств ОМС, использованных не по целевому назначению, уплатить 3 097 241,66 рублей штрафа за использование средств ОМС не по целевому назначению.

Не согласившись с актом проверки, вышеуказанным требованием, ГБУЗ МО «МООД» обратилось в арбитражный суд с заявленными требованиями.

ТФОМС МО в арбитражном суде были заявлены встречные требования о взыскании с ГБУЗ МО «МООД» средств ОМС, использованных не по целевому назначению, соответствующих сумм пеней и штрафа.

Частично удовлетворяя требования по заявлению ГБУЗ МО «МООД» и встречному заявлению ТФОМС МО суд первой инстанции, с учетом положений ст. ст. 198, 200 АПК РФ, правомерно исходил из нижеследующего.

В соответствии с пунктом 23 Приложения № 2 к приказу Федерального фонда обязательного медицинского страхования Московской области от 16.04.2012 № 73 «Об утверждении Положений о контроле за деятельностью страховых медицинских организаций и медицинских организаций в сфере обязательного медицинского страхования территориальными фондами обязательного медицинского страхования» (далее - Положение о контроле) «23. По результатам проверки составляется акт проверки, включающий: 

23.1. Заголовочную часть, в которой указывается наименование темы проверки, полное наименование медицинской организации и дата составления акта. 

23.2. Содержательную часть, в которой отражается следующая информация: 

сведения о способе проведения проверки по степени охвата ею первичных документов (сплошной, выборочный) с указанием, какая документация была проверена сплошным, а какая выборочным способом;

описание проверенных вопросов использования средств обязательного медицинского страхования в соответствии с программой проверки (при необходимости, исходя из конкретных обстоятельств проведения проверки, в акте проверки может быть отражена информация по вопросам и периодам деятельности медицинской организации, не включенным в проверяемый период и программу проверки). 

Содержательная часть акта проверки должна быть объективной и обоснованной, четкой, лаконичной, доступно и системно изложенной.

Результаты проверки излагаются в акте проверки на основании проверенных данных и фактов, подтвержденных документами, результатами проведенных проверок и процедур фактического контроля, других действий, связанных с проведением проверки. 

Описание фактов нарушений и недостатков, выявленных в ходе проверки (в том числе фактов нецелевого использования средств обязательного медицинского страхования), должно содержать обязательную информацию о конкретно нарушенных нормах законодательных, иных нормативных правовых актов или их отдельных положений с указанием, за какой период допущены нарушения, когда и в чем они выразились, сумм документально подтвержденных нецелевых расходов и расходов, произведенных с нарушением законодательных, иных нормативных правовых актов. 

В акте проверки не допускается включение различного рода выводов, предположений и фактов, не подтвержденных первичными и отчетными документами. 

В случае непредставления или неполного представления медицинской организацией документов для проведения проверки в акте проверки приводится их перечень».

Пунктом 25 Положения о контроле установлено, что «К акту проверки при выявлении нарушений и недостатков прилагаются:

-таблицы необходимых расчетов;

-копии документов, подтверждающих факты нарушений и недостатков;

-материалы, имеющие значение для подтверждения отраженных в акте фактов нарушений и недостатков;

-другие необходимые материалы.

Все приложения, составленные в ходе проверки, должны быть подписаны руководителем или членом комиссии (рабочей группы) и руководителем (лицом, его замещающим) проверяемой медицинской организации (с визами постранично).

При наличии приложений в тексте Акта проверки должны содержаться обязательные ссылки на них и перед заверительной частью акта проверки приводится перечень приложений с указанием количества листов, экземпляров, а также производится запись о том, что приложения являются неотъемлемой частью акта проверки». 

Согласно пункту 28 Приложения № 2 Положения о контроле «при наличии письменных возражений на акт проверки в срок не позднее 5 (пяти) рабочих дней со дня их получения территориальный фонд направляет руководителю медицинской организации письменное сообщение о результатах рассмотрения возражений на акт проверки, подготовленное структурным подразделением территориального фонда, ответственным за организацию проведения конкретной проверки, подписанное директором (заместителем директора) территориального фонда, с указанием оснований, по которым возражения признаются необоснованными, или о признании обоснованными возражений (обоснованными частично возражений) медицинской организации. В случае непризнания обоснованными возражений или признания обоснованными частично возражений медицинской организации в письменное сообщение включается информация о том, что сроки устранения нарушения и (или) сроки возврата (возмещения) средств, в том числе использованных не по целевому назначению, и (или) уплаты штрафов, пеней исчисляются со дня предъявления территориальным фондом соответствующего требования». 

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что «предметом спора по настоящему делу является оспаривание Акта проверки с учетом принятых возражений и Требования, выставленного на основании Акта проверки с учетом принятых возражений». 

Данный довод заявителя апелляционной жалобы не соответствует установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству РФ.

Как указано выше, согласно Положению о контроле, ТФОМС МО обязан был вручить письменное сообщение о результатах рассмотрения возражений на акт проверки руководителю медицинской организации или лицу, им уполномоченному, под расписку либо направить медицинской организации заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении.

Копия письменного сообщения территориального фонда о результатах рассмотрения возражений медицинской организации на акт проверки и документ, подтверждающий факт направления медицинской организации указанного письменного сообщения, приобщаются к материалам проверки. 

Как верно указал суд первой инстанции, в нарушение требования пункта 28 Положения о контроле, не был соблюден вышеуказанный порядок вручения письменного сообщения руководителю медицинской организации, что является одним из оснований для признания Акта проверки от 30.10.2018 года и Требования Фонда от 15.11.2018 года недействительными.

Кроме того, в нарушение требований пункта 25 Положения о контроле в Акте проверки отсутствует перечень приложений с указанием количества листов, экземпляров, подписанные сторонами (с визами постранично).

Как верно установлено судом первой инстанции,  ТФОМС МО нарушило положения о контроле в части порядка вручения заявителю письменных возражений на Акт проверки, и о том, что медицинская организация оспаривает акт проверки от 30.10.2018, требование фонда от 15.11.2018 года по данному основанию.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неправильном применении нормы материального права, а именно пункта 21.2 Положения о контроле, вместо пункта 23.2 Положения, подлежит отклонению, подлежит отклонению, так как данная ошибка не повлияла на правильность вынесенного судебного акта и может быть исправлена в порядке ст. 179 АПК РФ. 

 Так, согласно п. 23.2 Положения о контроле «содержательная часть акта проверки должна быть объективной и обоснованной, четкой, лаконичной, доступно и системно изложенной». «Результаты проверки излагаются в акте проверки на основании проверенных данных и фактов, подтвержденных документами, результатами проведенных проверок и процедур фактического контроля, других действий, связанных с проведением проверки». 

При этом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о нарушении ТФОМС МО пункта 23.2 Положения о контроле: «Описание фактов нарушений и недостатков, выявленных в ходе проверки (в том числе фактов нецелевого использования ОМС), должно содержать обязательную информацию о конкретно нарушенных нормах законодательных, иных нормативных правовых актов или их отдельных положений с указанием, за какой период допущены нарушения, когда и в чем они выразились, сумм документально подтвержденных нецелевых расходов и расходов, произведенных с нарушением законодательных, иных нормативных правовых актов».    

 Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в акте проверки от 30.10.2018 при описании ряда фактов нецелевого использования средств ОМС отсутствуют ссылки на конкретные нормы указанных нормативных правовых актов (листы акта проверки 27, 28, 34, 35, 36, 39, 41, 42, 43, 44), а именно: 

  «В нарушение Московской областной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и Тарифного соглашения, действовавших в проверяемом периоде, произведена оплата труда ведущему программисту за совмещение заведующего общежитием на общую сумму 161 661,58 рублей».

«В нарушение Раздела V «Финансовое обеспечение» Московской  областного программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год, утвержденной постановлением Правительства Московской области от 22.12.2016 года № 982/47 в 2017 году произведена оплата труда санитарам патологоанатомического отделения на общую сумму 1 609 480,78 рублей».

«Закупки осуществлены в нарушение следующих нормативных документов:

- Раздела VIII Московской областного программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2016 год, утвержденный постановлением Правительства Московской области от 22.12.2015 года № 1294/49 и на 2017 год, утвержденный постановлением Правительства Московской области от 22.12.2016 года № 982/47;

- Приложение № 18 к Тарифному соглашению по реализации Московской областной программы обязательного медицинского страхования на 2017 год от 27.12.2016; приложение № 15 к Тарифному соглашению по реализации Московской областной программы обязательного медицинского страхования на 2016 год от 31.12.2015 года;

 «Ремонтные работы, выполненные в рамках исполнения договора от 17.04.2017 года №59, заключенного с ИП ФИО7 на выполнение работ по ремонту, штукатурке, фасада здания лечебного корпуса на сумму 99 940,00 рублей в соответствии с Приложением №8, утвержденного приказом Госкомархитектуры РФ при Госстрое СССР от 23.11.1988 года №312, «Положение о проведении планово-предупредительного ремонта производственных зданий и сооружений» МДС 13-14.2000 к капитальному ремонту»;

 «В соответствии с Приложением № 8, утвержденного приказом Госкомархитектуры РФ при Госстрое СССР от 23.11.1988 года № 312, «Положение о проведении планово-предупредительного ремонта производственных зданий и сооружений» МДС 13-14.2000 ремонтные работы, выполненные в рамках исполнения договоров, указанных в таблице 27 относятся к капитальному ремонту»;

 «Проверкой выявлено нецелевое использование средств ОМС в рамках исполнения государственного контракта от 12.10.2016 года № 0348200041316000176-294268, заключенного с ООО «СВЯТОГОР-Системы безопасности» на оказание услуг по монтажу системы пожарной сигнализации оповещения здания морга на сумму 273 240,00 рублей, в том числе за счет средств ОМС – 260 268,00 рублей. Произведенные расходы не входят в структуру Тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой по Программе обязательного медицинского страхования Московской области, являются нецелевым расходом средств ОМС»; 

«Проверкой выявлено нецелевое использование средств ОМС в рамках исполнения государственного контракта от 24.02.2016 года № 0348200041316000002-55250-02, заключенного с ООО «РУСЕ» на оказание услуг по техническому обслуживанию лабораторного оборудования на сумму 4 773 349.59 рублей. Согласно перечню оборудования, указанному в приложении № 2 к государственному контракту оплата технического обслуживания оборудования на сумму 2 143,16 рублей (оборудование патологоанатомического отделения) подлежало оплате за счет других источников финансирования. Аптечное оборудование, использующееся в производстве лекарственных препаратов (не работающее) на сумму 75 829,46 рублей не подлежало техническому обслуживанию. Произведенные расходы не входят в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой по Программе обязательного медицинского страхования Московской области».

 «Согласно приложения 1 к государственному контракту в перечень зданий и сооружений, подлежащих техническому обслуживанию входит помещение морга (патологоанатомическое отделение площадью 221 м2 и отделение переливания крови площадью 204,96 м2. Общая сумма расходов на проведение технического обслуживания вышеуказанных помещений составила 78 029,63 рубля. Произведенные расходные входящие в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой по Программе обязательного медицинского страхования Московской области». 

«Чековая лента приобретена для контрольно-кассового аппарата, используемого для оказания платных услуг Учреждения. В нарушение Московской областной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов, утвержденный постановлением Правительства Московской области от 22.12.2016 № 982/47 приобретение расходного материала в целях оказания платных услуг не может быть осуществлено за счет средств ОМС».

Вышеуказанное, свидетельствуют об отсутствии ссылок на конкретные нормы  права в нарушение требований пункта 23 Положения о контроле, который  устанавливается: «Описание фактов нарушений и недостатков, выявленных в ходе проверки (в том числе фактов нецелевого использования средств обязательного медицинского страхования), должно содержать обязательную информацию о конкретно нарушенных нормах законодательных, иных нормативных правовых актов или их отдельных положений с указанием, за какой период допущены нарушения, когда и в чем они выразились, сумм документально подтвержденных нецелевых расходов и расходов, произведенных с нарушением законодательных, иных нормативных правовых актов».

 Суд первой инстанции верно указал, что  Фондом были приведены доводы, которые не нашли своего отражения в Акте проверки, что также является нарушением требований Положения о контроле и как следствие основанием для признания Акта проверки и Требования недействительным. 

Кроме того, как верно установлено судом первой инстанции, акт проверки от 30.10.2018 не содержит ссылок на конкретные положения нормативных актов, регулирующих порядок отнесения расходов, понесенных медицинской организацией при оказании медицинских услуг.

В Акте проверки комиссия указала, что ГБУЗ МО «МООД» была осуществлена закупка лекарственных препаратов только в нарушение следующих нормативных документов (стр. 34-35 Акта проверки):

 - Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (п. 5 ст. 37 и п. 2 ст. 80);

- Раздела VIII Московской областной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2016 год, утвержденной постановлением Правительства Московской области от 22.12.2015 № 1294/49 и на 2017 год, утвержденной постановлением Правительства Московской области от 22.12.2016 года № 982/47;

Приложения № 18 к Тарифному соглашению по реализации Московской областной программы обязательного медицинского страхования на 2017 год от 27.12.2016; приложения № 15 к Тарифному соглашению по реализации Московской областной программы обязательного медицинского страхования на 2016 год от 21.12.2015 (Пункт 5).                               

Однако, в суде первой инстанции по вышеуказанному нарушению Фонд помимо названных выше нормативных документов дополнительно указал, что ГБУЗ МО «МООД» осуществил закупку лекарственных препаратов ещё и в нарушение пункта 28 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, а так же ссылался на Приложение № 9 к Положению 312 и Приложение № 8 к Положению о проведении планово-предупредительного ремонта производственных зданий и сооружений, утвержденному постановлением Госстроя СССР от 29.12.1973 № 279, которые также не нашли своего отражения в Акте проверки.  

 Кроме того, Фондом было указано дополнительные доказательства по нецелевому использованию средств ОМС в размере 78 408, 22 руб., направленных на техническое обслуживание лабораторного оборудования патологоанатомического отделения и аптечного оборудования, используемого в изготовлении лекарственных препаратов.

Так, в Акте проверки отсутствовали, данные доказательства, а именно: характеристики оборудования и программного обеспечения, расчет суммы нецелевого использования и перечень обслуживаемого оборудования. 

Вышеперечисленные факты свидетельствуют о нарушении ТФОМС МО требований Положения о контроле и послужили основанием для признания Акта проверки от 30.10.2018 года и Требования от 15.11.2018 недействительными.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации «при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности». 

Таким образом, суд принимает во внимание только те доводы, выводы и доказательства, которые были приведены комиссией в Акте проверки от 30.10.2018 года и устанавливает соответствие Акта проверки требованиям, установленным Положением о контроле. 

 Заявитель оспаривает Акт проверки именно в той редакции, в которой он подписан сторонами и только в пределах его формы, содержания, оснований и выводов, в связи с этим основанием для подачи заявления о признании недействительным Акта проверки является как раз отсутствие обоснований выводов комиссии. 

Довод заявителя апелляционной жалобы со ссылкой на Положения постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27.09.2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного производства Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 36) основан на неверном толковании норм действующего законодательства.

Исходя из вышеуказанных положений и в связи с отсутствием норм, регулирующих данные спорные отношения, апелляционный суд соглашается и считает правомерным применение по аналогии закона судом первой инстанции п. 61 постановления Пленума № 36.

В настоящем случае, при рассмотрении дела в суде Фондом в обоснование правомерности своих выводов о фактах нецелевого использования медицинской организацией средств ОМС были приведены доводы и ссылки на нормы закона, которые не нашли своего отражения в Акте проверки.

Такой вывод позволил суду первой инстанции применить содержание части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту. 

В отсутствие в оспариваемом Акте проверки от 30.10.2018 года ссылок проверяющих на конкретные права, которые нарушены заявителем, лишает суд возможности установить соответствие Акта проверки закону или иному нормативному правовому акту.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что «судом допущена ошибка в номере постановления Правительства Московской области» отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку Программа на 2016 год утверждена постановлением Правительства Московской области от 22.12.2015 года № 1294/49, а не постановлением Правительства Московской области от 22.12.2015 №1294/15.     

При этом, заявитель апелляционной жалобы не лишен возможности в порядке ст. 179 АПК РФ обраться в суд первой инстанции с заявлением об опечатке.  

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что судом проанализированы разделы финансового обеспечения Программы на 2016, Программы на 2017 год. Суд указывает, что финансирование патологоанатомических бюро (отделений) осуществляется за счет бюджетных ассигнований бюджета Московской области. 

Однако, доводы Фонда о нецелевом использовании средств ОМС в патологоанатомическом отделении ГБУЗ МО «МООД» были обоснованно отклонены судом в связи с тем, что Фонд в нарушение требований Положения о контроле не представил доказательств того, что патологоанатомические отделения ГБУЗ МО «МООД» в 2016 - 2017 годах не были включены в номенклатуру медицинских организаций. 

Суд первой инстанции правомерно и обоснованно отклонил довод ТФОМС МО о нецелевом использовании средств ОМС в патологоанатомическом отделении именно потому, что ТФОМС МО в нарушение требований Положения о контроле не представил суду доказательств того, что Министерством здравоохранения Московской области патологоанатомические отделения учреждения «МООД» в 2016, 2017 годах включены в номенклатуру медицинских организаций для целей финансирования расходов отделений из бюджета Московской области.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы о том, что при решении вопроса о нецелевом использовании средств ОМС в патологоанатомическом отделении судом неправильно применены нормы материального права, подлежит отклонению в силу следующего:

 Согласно содержанию Раздела V «Финансовое обеспечение Программы»  постановления Правительства Российской Федерации от 19.12.2015 № 1382 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи на 2016 год» и Раздела V «Финансовое обеспечение Программы»  постановления Правительства РФ от 19.12.2016 года №1403 «О программе государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов» источниками финансового обеспечения Программы являются средства федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов (в случае передачи органами государственной власти субъектов Российской Федерации соответствующих полномочий в сфере охраны здоровья граждан для осуществления органами местного самоуправления), средства обязательного медицинского страхования. За счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов (в случае передачи органами государственной власти субъектов Российской Федерации соответствующих полномочий в сфере охраны здоровья граждан для осуществления органами местного самоуправления) в установленном порядке оказывается медицинская помощь и предоставляются иные государственные и муниципальные услуги (работы) в медицинских организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, исполнительным органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления соответственно, за исключением видов медицинской помощи, оказываемой за счет средств обязательного медицинского страхования, в том числе в патологоанатомических бюро, в центрах крови, на станциях переливания крови, прочих медицинских организациях, входящих в номенклатуру медицинских организаций, утверждаемую Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Вышеуказанные Разделы определяют, что в список медицинских организаций, финансируемых за счет бюджетных ассигнований бюджета Московской области, включены патологоанатомические бюро, входящие в номенклатуру медицинских организаций, утверждаемую Министерством здравоохранения Российской Федерации. 

Таким образом, из вышеуказанных норм следует, что патологоанатомическое отделение ГБУЗ МО «МООД» должно быть включено в номенклатуру медицинских организаций. 

Из материалов дела следует и обоснованно установлено судом первой инстанции, что в нарушение требований Положения о контроле факт Фондом не представлены доказательства того, что Министерством здравоохранения патологоанатомическое отделение ГБУЗ МО «МООД» в 2016,2017 годах включено в номенклатуру медицинских организаций.

Вывод ТФОМС МО, изложенный на странице 27 Акта проверки и на странице 8 апелляционной жалобы о том, что «ГБУЗ МО «МООД» в нарушение Московской областной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и Тарифного соглашения, действовавших в проверяемом периоде, начислил заработную плату заведующему общежитием» подтверждает нарушение Фондом Положения о контроле, поскольку не содержит предусмотренную п.23.2 «обязательную информацию о конкретно нарушенных нормах законодательных, иных нормативных правовых актов или их отдельных положений». 

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что в нарушение требований Положения о контроле «Акт проверки от 30.10.2018 года не содержит ссылок на конкретные положения нормативных актов, регулирующих порядок отнесения расходов, понесенных медицинской организацией при оказании медицинских услуг» (страница 19 Решения суда).

 Довод заявителя апелляционной жалобы ТФОМС МО о том, что «выплата заработной платы работникам, обеспечивающим деятельность общежития к обязательствам системы ОМС не относится» признаются судом апелляционной инстанции необоснованным в силу следующего:

Согласно справке ГБУЗ МО «МООД» от 21.11.2018 № 2509 штатным расписанием на 2016 год, 2017 год, 2018 год в структуре административно-хозяйственного отдела предусмотрена одна ставка заведующего общежитием. Штатные расписания на 2016, 2017 годы согласованы с Министерством здравоохранения Московской области, в том числе то, что должность заведующего общежитием оплачивается за счет средств ОМС в пределах фонда заработной платы.

Нарушений при выполнении должностных обязанностей заведующего общежитием ФИО8, в том числе положений Единого квалификационного справочника должностей, утвержденного постановлением Минтруда России от 21.08.1998 № 37 (редакция от 15.05.2013), должностных инструкций, не допущено, ФИО8 имеет высшее образование и стаж работы по должности более 10 лет.

Согласно справке ГБУЗ МО «МООД» от 22.11.2018 года № 2514 ФИО8 совмещает должности ведущего программиста и заведующего общежитием медицинской организации.

В соответствии со статьей 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии. 

Поскольку в штатном расписании ГБУЗ МО «МООД» имеется единица - заведующий общежитием, выплата ему заработной платы была произведена с учетом действующей системы оплаты труда.  Штатные расписания на 2016, 2017 года были согласованы Министерством здравоохранения Московской области и утверждены главным врачом.

Пунктом 158.2 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом  Минздравсоцразвития  России от 28.02.2011 № 158н (далее – Правила  ОМС) предусмотрено, что «к затратам, необходимым для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемым непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги), относятся затраты, которые невозможно отнести напрямую к затратам, непосредственно связанным с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги)».

В соответствии с пунктом 158.3 Правил ОМС «В составе затрат, необходимых для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, выделяются:

- затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников медицинских организаций, которые не принимают непосредственного участия в оказании медицинской помощи (медицинской услуги) (административно-управленческого, административно-хозяйственного, вспомогательного и иного персонала, не принимающего непосредственное участие в оказании медицинской помощи (медицинской услуги)».

Пунктом 158.14  Правил ОМС  предусмотрены  затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате и труда работников медицинской организации, которые не принимают непосредственного участия в оказании медицинской помощи (медицинской услуги) (административно-управленческого, административно-хозяйственного, вспомогательного и иного персонала, не принимающего непосредственное участие в оказании государственной услуги) и определяются исходя из количества единиц по штатному расписанию, утвержденному руководителем медицинской организации, с учетом действующей системы оплаты труда.

На основании приложения 15 к Тарифному соглашению по реализации Московской областной программы обязательного медицинского страхования на 2016 год, «Расходы на заработную плату (подстатья 211 «Заработная плата») включают в себя затраты на оплату труда персонала, непосредственно участвующего в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги) и затраты на оплату труда персонала медицинской организации, не участвующего непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги), обеспечивающего деятельность медицинской организации в целом»; аналогичные положения включены в Тарифное соглашение по реализации Московской областной программы обязательного медицинского страхования на 2017 год, приложение 18, «Расходы на заработную плату (подстатья 211 «Заработная плата»). 

В данном случае заявитель, используя средства ОМС на оплату труда вышеуказанного работника, руководствовался пунктом 158.14 Правил ОМС согласно которому «Затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников медицинской организации, которые не принимают непосредственного участия в оказании медицинской помощи (медицинской услуги) (административно-управленческого, административно-хозяйственного, вспомогательного и иного персонала, не принимающего непосредственное участие в оказании государственной услуги), определяются исходя из количества единиц по штатному расписанию, утвержденному руководителем медицинской организации, с учетом действующей системы оплаты труда».  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что ГБУЗ МО «МООД» правомерно использовал средства ОМС на выплату заработной платы заведующего общежитием.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что «здание общежития» не находится в оперативном управлении ГБУЗ МО «МООД» отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку данный вопрос не был предметом исследования проверяющих лиц при проведении проверки и не нашел своего отражения в Акте проверки от 30.10.2018 года. 

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что «в соответствии с Письмом ФОМС от 17.05.2016 года № 3904/21-1/1996 расходы по найму жилого помещения и выделение служебного жилья медицинским работникам не включаются в расчет тарифов на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках программ ОМС» подлежит отклонению, поскольку данным письмом разъясняется исключительно вопрос оплаты расходов по найму жилья для медицинских работников, не относится к вопросу целевого использования средств ОМС на выплату заработной платы заведующего общежитием и не имеет правового значения.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод ТФОМС МО, аналогично указанный в апелляционной жалобе о том, что ГБУЗ МО «МООД» в нарушение пункта 1 части 1 статьи 100 ФЗ от 21.11.2011 «323-ФЗ «Об основах охраны здоровья  граждан в Российской Федерации», приказа Минздравсоцразвития России от 23.07.3010 №541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел  «Квалификационные характеристики должностей  работников в сфере здравоохранения», приказа Минздрава России от 20.12.2012 №1183 «Об утверждении номенклатуры должностей медицинских работников и фармацевтических работников» выплачивал заработную плату медицинским регистраторам при отсутствии соответствующей квалификации» правомерно исходя из нижеследующего.

  Пунктом 14.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской федерации» согласно которого, нецелевым использованием бюджетных средств в соответствии со статьей 306.4 Бюджетного кодекса Российской Федерации признаются направление средств бюджета бюджетной системы РФ и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным:

- законом (решением) о бюджете;

- сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью;

- бюджетной сметой;

- договором (соглашением) либо иным документом, являющимся правовым основанием предоставления указанных средств».

В силу положений Правил страхования, тарифных соглашений, затраты медицинской организации на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников медицинской организации, которые принимают непосредственное участие в оказании медицинской помощи (медицинской услуги), включены в перечень затрат, входящих в структуру тарифа на оплату медицинской помощи.

Медицинские регистраторы выполняют свои должностные обязанности в строгом соответствии с трудовым договором, должностной инструкцией.

Заработная плата выплачивается за выполнение медицинскими регистраторами трудовых функций.

В силу пункта 6 приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 23.07.2010 № 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения» (далее – ЕКС), согласно которого «лица, не имеющие соответствующего дополнительного профессионального образования или стажа работы, установленных квалификационными требованиями, но обладающие достаточным практическим опытом и выполняющие качественно и в полном объеме возложенные на них должностные обязанности, по рекомендации аттестационной комиссии медицинской организации, в порядке исключения, могут быть назначены на соответствующие должности, так же как и лица, имеющие специальную подготовку и необходимый стаж работы.  Работодатель принимает меры по дальнейшей профессиональной подготовке упомянутых лиц». 

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела ГБУЗ МО «МООД» представило доказательства того, что в 2016 году 22 медицинских регистратора прошли аттестационную комиссию в учреждении «МООД» и признаны соответствующими занимаемой должности медицинского регистратора так же как и лица, имеющие специальную подготовку и необходимый стаж работы, 12 медицинских регистраторов прошли обучение по программе тематического усовершенствования «Социально-психологические аспекты профессиональной деятельности медицинских регистраторов» при ГПОУ МО «МОМК № 1», 1 медицинский регистратор ФИО9, с 14.12.2015 по 17.05.2016 года находилась в дородовом и послеродовом отпуске, с 18.05.2016 по 10.02.2019 – в отпуске по уходу за ребенком. Таким образом, ГБУЗ МО «МООД» в полной мере выполнил требования законодательства по вышеуказанным лицам. 

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на нарушение порядка проведения аттестации медицинских регистраторов ГБУЗ МО «МООД» отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку пункт 6 ЕКС не содержит условия о том, что такие лица имеют или должны находиться в стадии получения среднего профессионального и /или высшего образования.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в проверенный период медицинские регистраторы, не имеющие среднего медицинского образования, не были направлены ГБУЗ МО «МООД» на дополнительное обучение, сам по себе не имеет правового значения для разрешения вопроса о нецелевом расходовании средств ОМС, направленных на выплату заработной платы сотрудникам, непосредственно участвующим в оказании медицинской помощи. 

Учитывая изложенное, так  же правомерно отклонена ссылка ТФОМС МО на положения статьи 100 Федерального закона №323-ФЗ, в соответствии с которой право на осуществление медицинской деятельности в Российской Федерации имеют лица, получившие высшее или среднее медицинское образование в Российской Федерации в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами и имеющие сертификат специалиста.

 Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что «Выводы суда, основанные на несуществующих положениях постановления Пленума № 23 ничтожны»,  подлежит отклонению апелляционной инстанцией, так как правовая позиция Пленума Высшего Арбитражного суда РФ, изложенная в п.14.1 Постановления от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения Арбитражными судами норм  Бюджетного кодекса РФ» и верно разъясняет понятие нецелевого использования бюджетных средств, применяя взамен утратившей силу ст. 289 Бюджетного Кодекса РФ аналогичной статьи, введенной в 2015 году 306.4 Бюджетного кодекса РФ. 

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права при решении вопроса о целевом расходовании средств ОМС на оплату заработной платы санитарам отклоняется судом апелляционной инстанции в силу следующего.

 В нарушение п.23.2. Положения о контроле развернутых обоснований, приведенных ТФОМС МО в апелляционной жалобе Акт проверки не содержит.

Единственным основанием нецелевого расходования средств ОМС на оплату санитарам  патологоанатомического отделения в размере 1 609 480,78 рублей, указанным ТФОМС МО в Акте проверки (стр. 28 содержательной части и стр. 64 заключительной части) является ссылка на нарушение заявителем Раздела V «Финансовое обеспечение» Московской областной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год, утвержденной постановлением Правительства Московской области от 22.12.2016 № 982/47.

Принимая решение по вышеуказанному вопросу, суд первой инстанции руководствовался данным разделом, указывая при этом, что патологоанатомические отделения медицинских организаций Московской области финансируются за счет бюджетных ассигнований бюджета Московской области, за исключением финансового обеспечения проведения гистологических и цитологических исследований пациентов.

Суд первой инстанции правомерно указывает, что «доказательств того, что Министерством здравоохранения патологоанатомическое отделения учреждение «МООД» в проверяемый период включено в номенклатуру медицинских организаций для целей финансирования расходов отделения из бюджета Московской области в материалы дела не представлено (статьи 65, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)».

Арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о том, что основной работой патологоанатомического отделения многопрофильной больницы является проведение прижизненных гистологических и цитологических исследований.         

Судом первой инстанции правомерно был принят во внимание расчет соотношения количества прижизненных исследований к посмертным в патологоанатомическом отделении ГБУЗ МО «МООД», согласно которому процент посмертных исследований составляет 0,54% в 2016 году, 0,73% - в 2017 году (том дела ХI, листы дела 74-87). 

Данный расчет позволяет сделать вывод о том, что основной работой патологоанатомического отделения многопрофильной больницы является проведение прижизненных гистологических и цитологических исследований (более 99%) и судом верно установлено, что «фондом не произведено пропорционального расчета денежных средств, которые относятся на расходы по выплате зарплаты санитарам патологоанатомического отделения».

Принимая решение по данному вопросу, суд первой инстанции правомерно исходил из пункта 20 письма Министерства здравоохранения Российской Федерации от 23.12.2016 №11-7/10/2-8304 «О формировании и экономическом обосновании территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов» финансовое обеспечение проведения гистологических и цитологических исследований пациентов патологоанатомическими отделениями многопрофильных медицинских организаций, осуществляющих деятельность в системе обязательного медицинского страхования, осуществляется за счет средств обязательного медицинского страхования, в рамках тарифа на лечение конкретного заболевания (группы заболеваний).

Гистологические исследования, включенные в стандарты медицинской помощи при заболеваниях и состояниях, не входящих в базовую программу ОМС, а также гистологические исследования аутопсийного материала должны финансироваться за счёт бюджетных ассигнований соответствующих бюджетов.

С учётом вышеизложенного, оплата патологоанатомических вскрытий, гистологических и цитологических исследований аутопсийного материала тел, а также оплата услуг по транспортировке трупов в бюро МСЭ производится за счет средств бюджетных ассигнований соответствующих бюджетов. Расходы по содержанию патологоанатомических отделений многопрофильных больниц, осуществляющих деятельность в системе ОМС, должны возмещаться в пропорциональном соотношении из тех источников финансирования больницы, за счет которых должна осуществляться оплата того или иного исследования.

Суд первой инстанции правомерно учел факт того, что патологоанатомическое отделение ГБУЗ МО «МООД» производит более 99% гистологических и цитологических исследований прижизненного характера, а также тот факт, что  Фондом не было произведено пропорционального расчета денежных средств, которые относятся на расходы по выплате зарплате санитарам патологоанатомического отделения, и выплачиваются за счет средств бюджета Московской области.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что «санитар патологоанатомического отделения, согласно пунктам 9,11,12,16,32 Порядка проведения патологоанатомических исследований вообще не должен участвовать в процессе проведения прижизненных исследований» отклоняется апелляционным судом и не может быть принят во внимание как доказательство нецелевого использования средств ОМС на оплату труда санитарам патологоанатомического отделения,   поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам и материалам дела. 

В материалах дела представлена должностная инструкция санитара патологоанатомического отделения, согласно которой санитар (санитарка) патологоанатомического отделения выполняет следующие трудовые обязанности: санитарное содержание помещений, оборудования и инвентаря, подготовка инструментария и посуды для взятия материалов для микроскопического исследования. По распоряжению заведующего отделением или старшего лаборанта санитар патологоанатомического отделения производит различные вспомогательные работы, в том числе мытье сильно загрязненной посуды, смыв микропрепаратов и прочее.

ГБУЗ МО «МООД» оказывает плановую медицинскую помощь, в связи с этим основной работой патологоанатомического отделения является проведение прижизненных гистологических исследований. Количество посмертных исследований (вскрытий) составляет не более 3% от количества проводимых прижизненных исследований. 

  На основании вышесказанного, трудовыми функциями младшего медицинского персонала патологоанатомического отделения являются вышеперечисленные трудовые обязанности и выполнение распоряжений заведующего отделением или старшего лаборанта. Трудовые функции по работе с трупными материалами не являются основной трудовой функцией младшего медицинского персонала. 

С учетом изложенного, арбитражный апелляционный суд считает правомерным отклонение судом первой инстанции «вывода Фонда о нецелевом расходовании средств ОМС в части выплаты заработной платы санитарам патологоанатомического отделения».

 Довод апелляционной жалобы ТФОМС МО о не предоставлении ГБУЗ МО «МООД» подтверждающих документов закупки лекарственных препаратов для лиц, в них нуждающихся, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства не предоставления заявителем протоколов врачебной комиссии по закупке лекарственных препаратов, указанных комиссией в Приложении № 4 к Акту проверки на сумму 5 522 420,70 рублей.

 В силу пункта 23.2 Положения о контроле «В случае непредставления или неполного представления медицинской организацией документов для проведения проверки в акте проверки приводится их перечень».  

Подтверждением того, что комиссия ТФОМС МО данные документы не запрашивала, является отсутствие соответствующей записи в акте проверки. 

Суд первой инстанции указал, что на момент проведения внеплановой комплексной проверки учреждение имело возможность по запросу проверяющих лиц предоставить протоколы врачебной комиссии от 21.10.2015 № 2, от 20.01.2016 № 1, от 19.02.2016 № 3, от 15.03.2017 № 1, в которых отражена необходимость приобретения лекарственных препаратов: десфлуран, железа (гидроксид олигоизомальтозат) (монофер), амфотерицин В (липидный комплекс), ланреотид (соматулин аутожель), включенных фондом в приложение № 4 к акту проверки от 30.10.2018, на основании которого проверяющими произведен расчет средств ОМС, использованных не по назначению.

Проведя оценку доводов ТФОМС МО и учитывая пояснения заявителя, а именно,  «закупка препаратов в январе - апреле 2016 года возможна только по решению врачебной комиссии, принятому в конце предыдущего года, то есть 2015 года», суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, «что для контроля обоснованности закупок лекарственных препаратов, не включенных в Перечень лекарств, проверяющие должны были затребовать на проверку приказ о создании врачебной комиссии 2015 года, журнал регистрации протоколов врачебной комиссии 2015 года, копии протоколов врачебной комиссии за 2015 год». Также суд первой инстанции правомерно указал, что основанием для осуществления закупки лекарственных препаратов в январе 2016 года послужило решение врачебной комиссии 2015 года (стр.35 Решения суда). 

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ГБУЗ МО «МООД» нарушил федеральный закон от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку в акте проверки на странице 34 в перечне указанных нарушений законов и нормативных актов проверяющими не был указан вышеназванный Федеральный закон от 05.04.2013 года №44-ФЗ.

ТФОМС МО подтвердил данный факт на странице 16 апелляционной жалобы, где указал, что «на данный закон ТФОМС МО сослался только на судебном процессе, в своем отзыве и в дополнениях на отзыв». 

Из изложенного  следует, что выводы, отраженные в Акте проверки  по данному вопросу, в нарушение требований Положения о контроле были сделаны комиссией без ссылки на нарушения Федерального закона от 05.04.2013 года № 44-ФЗ.

В связи с изложенным,  суд первой инстанции правомерно указал, что ссылка представителей фонда о том, что при закупке спорных препаратов учреждением «МООД» нарушены положения Федерального закона от 05.04.2013 года №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» сама по себе не имеет правового значения.

Заявитель оспаривает акт проверки в пределах его формы, содержания, оснований и выводов, в связи с этим основанием для подачи заявления о признании недействительным Акта проверки является как раз отсутствие обоснований выводов комиссии. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы по вопросу отнесения работ к капитальному ремонту по государственному контракту от 14.03.2016 года № 0348200041316000051-70044-01, заключенному с ООО «ИНТЕП» на сумму 3 982 913,54 рублей, а также по договору от 17.04.2017 года № 59, заключенному с ИП ФИО7 на сумму 99 940, 00 рублей ТФОМС МО суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего.

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в нарушение п.23.2 Положения о контроле, комиссия, при отнесении работ к капитальному ремонту по государственному контракту от 14.03.2016 года № 0348200041316000051-70044-01, заключенному с ООО «ИНТЕП», в подтверждение своих выводов не отразила в акте проверки первичные и отчетные документы (Акты выполненных работ), не описала конкретные факты нарушений, выявленных в ходе проверки. Ремонт по названному контракту включает в себя не один вид работ, а целый их перечень, и детализация в рассматриваемом случае соответствовала бы требованиям, установленным вышеуказанным пунктом Положения  о контроле. 

Подтверждение нарушения пункта 23.2. Положения о контроле, отражено на странице 17 апелляционной жалобы, где представитель ТФОМС МО указывает, что «комиссии и не надо было проводить детализацию работ по данному государственному контракту». 

В Акте проверки выводы комиссии по отнесению работ к капитальному ремонту были сделаны только на основании п.14.2 ст.1 Градостроительного кодекса РФ и ведомственных документов.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции представитель ТФОМС пояснил, что в подтверждение выявленного нарушения нецелевого использования средств ОМС по данному вопросу «суд должен применять только указанные ТФОМС МО в акте проверки основания и больше ничего». 

В то же время, в нарушение п. 23.2 Положения о контроле,  в обоснование апелляционной жалобы ТФОМС МО дополнительно приводит новые доводы, а именно Приложения к ведомственным документам, которые не нашли своего отражения в Акте проверки (Приложение 7 и 9 к Положению об организации и проведении реконструкции, ремонта и технического обслуживания зданий, объектов коммунального и социально-культурного назначения ВСН 58-88 (р), утвержденного приказом Госкомархитектуры от 23.11.1988 года № 312), которые не нашли своего отражения в акте проверки и не являлись предметом исследования судом первой инстанции. 

При таких обстоятельствах, арбитражный апелляционный суд отклоняет вышеуказанные доводы заявителя апелляционной жалобы и считает их несостоятельными. 

При рассмотрении дела судом первой инстанции было предложено сторонам провести судебную строительную экспертизу для определения характера спорных ремонтных работ. Однако, стороны ходатайства о назначении судебной экспертизы не заявили, в связи с чем суд первой инстанции рассмотрел требования сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Изучив материалы дела и проанализировав фактические его обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает вывод суда первой инстанции об отсутствии в акте проверки ссылки ТФОМС МО о не предоставлении заявителем оправдательных документов по вопросу отнесения работ к капитальному ремонту правомерным, поскольку данные документы, в нарушение требований Положения о контроле комиссией ТФОМС МО у Заявителя не запрашивались. 

Также суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что «оправдательные документы в виде ответов на запросы в Управление строительного комплекса Администрации городского округа Балашиха заявитель комиссии ТФОМС МО имел возможность представить». 

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, арбитражный апелляционный суд принимает во внимание обращения ГБУЗ МО «МООД» в Управление строительного комплекса Администрации городского округа Балашиха по вопросу определения вида работ по вышеуказанному госконтракту и договору. В соответствии с полученными ответами, суд первой инстанции правомерно не усмотрел в действиях ГБУЗ МО «МООД» нарушений в виде использования средств ОМС не по целевому назначению.

В решении вопроса отнесения работ, выполненных по договорам, указанным в Таблице №27 в количестве 15 шт. к капитальному ремонту, ТФОМС МО также руководствовался вышеперечисленными основаниями. 

 Судом первой инстанции, верно установлено, что в Акте проверки в нарушение требований Положения о контроле комиссия не конкретизировала виды работ, которые отнесла к капитальному ремонту по всем указанным в таблице № 27 договорам, не вычленила их из локально-сметного расчета, ограничившись в своих выводах фразой, что «в спецификациях были обнаружены работы, которые относятся к капитальному ремонту». 

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что в нарушение пункта 23.2 Положения о контроле «Акт проверки не содержит данных о проведенной проверяющими лицами детализации, перечня, работ, которые комиссия относит к капитальному ремонту по спорным контрактам и договорам на выполнение строительных работ, указанные данные отсутствуют в ответе фонда на возражения учреждения «МООД» по Акту проверки».

Довод апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции при решении вопроса о нецелевом использовании средств ОМС, направленных на монтаж системы пожарной сигнализации в здании морга  неправильно применены нормы материального права при толковании раздела о финансовом обеспечении Программы на 2016 год,  суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего. 

В Разделе V Программы на 2016 год предусмотрено финансовое обеспечение за счет бюджетных ассигнований бюджета Московской области тех медицинских организаций, которые включены в номенклатуру медицинских организаций, утвержденную приказом Министерства здравоохранения РФ от 06.08.2013 года № 529н. 

В силу сказанного, довод ТФОМС МО  о том, что «не требуется и не представляется возможным представить доказательства того, что патологоанатомическое отделение ГБУЗ МО «МООД» включено в номенклатуру медицинских организаций» подтверждает нарушение п.23.2 Положения о контроле и в связи с отсутствием данных доказательств не может являться основанием вменяемого заявителю нарушения. 

Как правомерно установлено судом первой инстанции «услуги патологоанатомического отделения, находящегося в здании морга, финансируются за счет двух источников (средства бюджета и средства ОМС), контракт оплачен медицинской организацией за счет средств бюджета в размере 12 972,00 рублей, за счет средств ОМС в размере 260 268,00 рублей».

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что «оплата работ по монтажу системы пожарной сигнализации входит в структуру тарифа, определенного Тарифным соглашением на 2016 год (приложение 15), а именно пунктом 6 «Расходы по оплате работ, услуг (подстатья 226 «Прочие работы, услуги»), указанные расходы необходимы для обеспечения деятельности медицинской организации, соглашением прямо определено, что в структуру тарифа относятся расходы медицинской организации по содержанию объектов недвижимого имущества, в том числе, расходы по установке, наладке, эксплуатации охранной, пожарной сигнализации, локально-вычислительной сети, системы видеонаблюдения, контроля доступа и иных аналогичных систем, обустройство «тревожной кнопки».

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что оплата работ по монтажу системы пожарной сигнализации в патологоанатомическом отделении не входит в структуру Тарифа отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку доказательства того, что нормы Приложения № 15 Тарифного соглашения не применяются к патологоанатомическому отделению, в Акте проверки отсутствуют.

В подтверждение сказанного на странице 41 Решения судом первой инстанции правомерно отмечено отсутствие в акте проверки конкретного указания норм законодательства, регулирующих данный спорный вопрос, что является свидетельством грубого нарушения п.23.2 Положения о контроле. 

Также, судом апелляционной инстанции установлено, что в нарушение п. 23.2 Положения о контроле обе части Акта проверки полностью дублируют друг друга.

Согласно разделу V Положения о контроле содержательная часть должна отражать описание проверенных вопросов использования средств ОМС в соответствии с программой проверки, фактов и нарушений, выявленных в ходе проведения проверки. 

Заключительная часть включает краткую информацию о выявленных нарушениях и недостатках.

Таким образом, вышеуказанные части не могут быть идентичными по форме и содержанию, что указывает на нарушение комиссией порядка оформления и составления Акта проверки.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что вывод суда первой инстанции о целевом расходовании средств ОМС, направленных на техническое обслуживание лабораторного оборудования патологоанатомического отделения и аптечного оборудования, используемого в изготовлении лекарственных препаратов в размере 77 972,62 рублей, а также средств ОМС, направленных на техническое обслуживание помещения морга и отделения переливания крови в размере 78 029,62 рублей является ничтожным, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку, в нарушение требований Положения о контроле,  в Акте проверки  отсутствует информация о конкретно нарушенных нормах законодательных, иных нормативных правовых актов.

При таких обстоятельствах арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о том, что в Акте проверки от 30.10.2018 данных, приведенных в отзыве фонда, в том числе анализ лицевых счетов ГБУЗ МО «МООД», не содержится и, в связи с этим суд правомерно делает вывод о несоответствии оспариваемого ненормативного акта пункту 23 Положения о контроле.

Арбитражный апелляционный суд делает вывод о целевом использовании медицинской организацией средств ОМС на основании отсутствия в Акте проверки подтвержденных данных, которые указывали бы на нарушения медицинской организацией конкретных норм действующего законодательства и обоснованно признает вывод ТФОМС МО в указанной части акта проверки, не соответствующим пункту 23 Положения о контроле.   

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что расходы на техническое обслуживание оборудования и содержания патологоанатомического отделения должны производиться за счет бюджетных ассигнований бюджета Московской области противоречит п.158.11 Правил ОМС, которым предусмотрены затраты на содержание объектов недвижимого имущества и включают в себя их техническое обслуживание.

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела между ГБУЗ МО «МООД» и обществом с ограниченной ответственностью «РУСЕ» заключен государственный контракт на техническое обслуживание лабораторного оборудования от 08.08.2016 № 0348200041316000002-55250-02 (далее - контракт от 08.08.2016), в соответствии с условиями которого сумма контракта составляет 4 563 577,35 рублей, при этом сторонами контракта оговорено, что уплате из средств ОМС подлежит 4 434 423,34 рублей, из бюджетных средств Московской области (для ОПК) - 125 262,01 руб., из бюджетных средств Московской области (для ПАО) - 3 892,00 рублей.

В акте проверки ТФОМС МО указал, что «согласно перечню оборудования, указанному в приложении №2 к вышеназванному контракту оплата технического обслуживания оборудования на сумму 2 143,16 рублей (оборудование патологоанатомического отделения) подлежало оплате за счет других источников финансирования. 

Далее ТФОМС МО считает, что и аптечное оборудование,  использующееся в производстве лекарственных препаратов (не работающее) на сумму 75 829.46 рублей должно было быть оплачено за счет других источников финансирования.

Общая сумма нецелевого расходования средств ОМС по вышеуказанному контракту  составила 77 972,62 рублей.

Из материалов дела следует и обоснованно установлено судом первой инстанции, что вышеуказанная сумма была изменена Фондом в сторону увеличения и в суде первой инстанции составляла 78 408,22 рублей. 

 Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в ходе разбирательства заявитель признал факт использования средств ОМС по нецелевому назначению на техническое обслуживание отделения переливания крови является несостоятельным, поскольку в нарушение требований п.23 Положения о контроле  комиссией ни в содержательной ни в заключительной частях Акта проверки не представлен расчет суммы нецелевого использования в размере 78 029,63 рублей, а также детализации сумм по подразделениям. В связи с изложенным, заявитель был лишен возможности определить сумму нецелевого использования средств ОМС, рассчитанную комиссией по помещению морга и отделению переливания крови.

 Отнеся вышеназванные расходы к целевым, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в акте проверки от 30.10.2018 данных, приведенных в отзыве фонда, в том числе анализ лицевых счетов ГБУЗ МО «МООД», не содержится. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции правомерно делает вывод о несоответствии оспариваемого ненормативного акта пункту 23 Положения о контроле и считает заявление ГБУЗ МО «МООД» в указанной части обоснованным.

Доводы, приведенные ТФОМС МО в апелляционной жалобе по вопросу нецелевого использования средств ОМС в размере 11 760,00 рублей, направленных заявителем на приобретение чековой ленты суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку, как указывает в апелляционной жалобе сам ТФОМС МО, они были приведены Фондом в отзыве на заявление, а не в Акте проверки. 

Суд первой инстанции в данном случае пришел к правомерному выводу о целевом расходовании средств ОМС, направленных на приобретение чековой ленты не на основании применения разъяснений постановления Пленума № 36, а на основании отсутствия в акте проверки подтвержденных данных, которые указывали бы на нарушения медицинской организацией конкретных норм действующего законодательства и обоснованно признает вывод ТФОМС МО в указанной части акта проверки, не соответствующим пункту 23.2 Положения о контроле.

Как верно установлено судом первой инстанции ТФОМС МО не опроверг «надлежащим образом доводы учреждения об использовании чековой ленты для работы инфоматов ProMega, предназначенных для самозаписи пациентов на прием к врачам и получение талона в кабинет врачебного приема в КДЦ».

Вывод, изложенный ТФОМС МО в акте проверки о том, что чековая лента приобретена ГБУЗ МО «МООД» для контрольно-кассового аппарата, используемого для оказания платных услуг, в нарушение требований Положения о контроле является предположением, не подтвержденным первичными и иными документами.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда Московской области.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Учитывая изложенное выше, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению, так как доводы в ней изложенные не подтверждаются материалами дела. 

Кроме того, возражениями, изложенными в жалобе, не опровергаются выводы суда первой инстанции. 

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм права, подлежащих применению в деле не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Из доводов заявителя, материалов дела оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не усматривается. 

Руководствуясь статьями 101, 110, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 11.04.2019 по делу № А41-1411/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу.

Председательствующий cудья

Н.В. Марченкова

Судьи

Э.Г. Хомяков

Н.А. Панкратьева