ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-57494/2023

29 декабря 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.4

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 декабря 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Серебровой А.Ю.

судей Аносовой Н.В., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Александровым В.А.

при участии:

от конкурсного управляющего – представитель ФИО1 (по доверенности от 06.06.2025),

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Автопарк №5 Спецтранс»

ответчик: ФИО3,

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд, суд первой инстанции) от 14.07.2023 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Неватех» (далее – ООО «Неватех») о признании общества с ограниченной ответственностью «Автопарк №5 Спецтранс» (далее – ООО «Автопарк №5», должник) несостоятельным (банкротом), в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением арбитражного суда от 30.11.2023, резолютивная часть которого объявлена 29.11.2023, заявление ООО «Неватех» признано обоснованным, в отношении доолжника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 09.12.2023 №230(7675).

Решением арбитражного суда от 27.06.2024, резолютивная часть которого объявлена 26.06.2024, ООО «Автопарк №5» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В арбитражный суд от конкурсного управляющего ФИО2 02.11.2024 поступило заявление о признании недействительными сделками перечислений денежных средств в общем размере 33 167 000,00 руб., совершенных в период с 28.05.2019 по 20.01.2021 с расчетного счета ООО «Автопарк №5» в пользу ФИО3 (далее – ответчик), из которых 13 000 000,00 руб. по договору займа, 20 167 000,00 руб. в результате перевода долга перед обществом с ограниченной ответственностью «СтройСити» (далее – ООО «СтройСити»), применении последствий их недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 33 167 000,00 руб.

Определением суда первой инстанции от 28.04.2025 заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с определением арбитражного суда от 28.04.2025, ответчик ФИО3 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Установив, что в рассматриваемом случае ООО «СтройСити» следовало привлечь к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, поскольку принятый по настоящему делу судебный акт затронет его права и обязанности в части выводов о наличии правоотношений между должником и ООО «СтройСити», для оценки реальности перевода долга должника перед ООО «СтройСити» на ответчика, на основании части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ввиду наличия обстоятельств, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для безусловной отмены обжалуемого определения от 28.04.2025, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд определением от 06.11.2025 перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции и привлек ООО «СтройСити» в лице его конкурсного управляющего ФИО5 к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований.

Указанным определением ответчику ФИО3 предложено представить в апелляционный суд договоры займа, доказательства возврата должнику заемных денежных средств, соглашения от 20.12.2018 №20-12/2018, от 31.08.2020 №08-20/2020, первичные документы, подтверждающие наличие задолженности должника перед ООО «СтройСити», а также доказательства, подтверждающие правомерность перевода долга Автопарка на ответчика; ООО «СтройСити», в свою очередь, предложено представить первичные документы, подтверждающие наличие задолженности ООО «Автопарк №5» перед ООО «СтройСити», а также пояснения относительно перевода долга должника на ответчика.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2025 ввиду нахождения судьи Морозовой Н.А. в ежегодном отпуске в составе суда, рассматривающего обособленный спор, произведена замена указанного судьи на судью Слоневскую А.Ю.

В судебное заседание явился представитель конкурсного управляющего ООО «Автопарк №5», который поддержал заявленные требования о признании спорных перечислений недействительными сделками и применении последствий их недействительности.

Иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве), надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исходя из системного толкования статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129, статьей 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий наделен правом по своей инициативе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, заключенных или исполненных должником, а также о применении последствий их недействительности.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума №63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Как следует из материалов дела, в период с 28.05.2019 по 20.01.2021 с расчетных счетов ООО «Автопарк №5» в пользу бывшего руководителя и бывшего единственного участника ООО «Автопарк №5» ФИО3 осуществлены перечисления денежных средств в сумме 33 167 000,00 руб., из которых 13 000 000,00 перечислены ФИО3 в качестве займа, 20 167 000,00 руб. перечислены в связи с переводом на ФИО3 долга ООО «Автопарка №5» перед ООО «СтройСити» со ссылкой в назначениях платежей на частичное погашение задолженности перед ФИО3 по соглашению №20-12/2018 от 20.12.2018», №08-20/2020 от 31.08.2020.

Конкурсный управляющий должника полагает, что указанные перечисления денежных средств являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка) (абзац первый пункта 5 Постановления Пленума №63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 Постановления Пленума №63, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абзацем 33 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума №63, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Датой принятия заявления о признании должника банкротом считается дата вынесения определения об этом; датой возбуждения дела о банкротстве является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», абзац третий пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Поскольку дело о банкротстве должника возбуждено определением арбитражного суда от 14.07.2023, оспариваемые платежи, совершенные в период с 14.07.2020 по 20.01.2021, подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, тогда как платежи, осуществленные с 28.05.2019 по 14.07.2020 не могут быть оспорены по основанию, предусмотренному данной нормой Закона о банкротстве.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 данного закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ) (пункт 4 Постановления Пленума №63).

При этом для квалификации любой оспариваемой в деле о банкротстве сделки как ничтожной в силу статей 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации №05-ЭС17-11710(3) от 12.02.2018 по делу №А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума №63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

На момент совершения оспариваемых сделок у ООО «Автопарк №5» существовали обязательства перед иными кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, что подтверждается, в частности, определением арбитражного суда от 26.02.2024 по обособленному спору №А56-57494/2023/тр.12.

Следует также отметить, что актуальные на данный момент правовые подходы в сложившейся судебной практике, изложенные Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4), от 01.10.2020 №305-ЭС19-20861(4), сводятся к тому, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной и не препятствует квалификации сделки как подозрительной в соответствии с нормой пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку доказанность этих признаков всего лишь презюмируют цель причинения вреда кредиторам, а отсутствие таких признаков само по себе не исключает вывод о совершении сделки именно с этой целью.

При разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и при отсутствии убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 №304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной, и напротив - если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.03.2023 №307-ЭС22-22343(3) по делу №А56-97714/2019, обязательным признаком недействительности подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является причинение вреда должнику-банкроту, которое выражается в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к нему, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления Пленума №63).

При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Так, о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов может свидетельствовать отсутствие встречного исполнения.

Как следует из материалов дела, руководителем и единственным участником ООО «Автопарк №5» в период с 13.02.2018 по 13.04.2020 являлся ФИО3, в связи с чем он по смыслу положений статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Обязанность своевременного представления доказательств в обоснование своей правовой позиции возложена на лиц, участвующих в рассмотрении дела, в силу принципа состязательности. В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ указанные лица несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Ввиду того, что ответчик ФИО6 не представил доказательств наличия оснований для осуществления в его пользу спорных перечислений (договор займа с ООО «Автопарк №5», указанные в назначении спорных платежей соглашения от 20.12.2018 №20-12/2018, от 31.08.2020 №08-20/2020, первичные документы, подтверждающие наличие у ООО «Автопарк №5» задолженности перед ООО «СтройСити», равно как и документы, подтверждающие перевод данного долга с ООО «Автопарк №5» на ФИО3), суд апелляционной инстанции в силу части 2 статьи 9 АПК РФ считает возможным возложить на него риск собственного процессуального бездействия и соглашается с доводами конкурсного управляющего о том, что перевод долга перед ООО «СтройСити» с ООО «Автопарк №5» на ФИО3, отраженный только в документах бухгалтерского учета для обоснования правомерности вывода денежных средств из конкурсной массы в пользу ФИО3, фактически не осуществлялся.

В рассматриваемом случае апелляционный суд полагает, что денежные средства в размере 33 167 000,00 руб. безосновательно и безвозмездно выведены из состава имущества ООО «Автопарк №5» в пользу заинтересованного лица, что повлекло уменьшение конкурсной массы и лишило кредиторов возможности удовлетворить свои требования за счет указанной суммы.

Уменьшение размера имущества должника в результате совершенных им сделок или юридически значимых действий, приведшее к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, предполагает причинение вреда имущественным правам кредиторов (абзац тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве).

Приняв во внимание, что убыточный характер спорных перечислений, единственным мотивом которых являлось умышленное уменьшение имущественной базы должника и причинение вреда его кредиторам, ответчиком не опровергнут, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о наличии совокупности обстоятельств, позволяющих признать спорные перечисления, подпадающие под установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве период подозрительности недействительными сделками применительно к данной норме права.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума №25), согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункты 2 и 5 статьи 10 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 Постановления Пленума №25).

В пункте 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Обзор от 25.11.2008) разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Обзора от 25.11.2008, суд с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, должен установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам (кредиторам должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по отчуждению имущества должника).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Обзора от 25.11.2008).

Таким образом, для оспаривания сделки на основании статьи 10 ГК РФ надлежит доказать факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, направленного на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника и повлекшее уменьшение конкурсной массы должника в результате совершения оспариваемой сделки.

Принимая во внимание, что спорные перечисления денежных средств совершены должником в пользу заинтересованного лица при отсутствии к тому правовых оснований, суд апелляционной инстанции не усматривает иных мотивов совершения должником действий по распоряжению принадлежащим ему имуществом кроме как избежать обращения на него взыскания по своим обязательствам.

При таких обстоятельствах действия должника и ответчика нельзя признать ординарным поведением, соответствующим принципам добросовестности и разумности, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает возможным применить к спорным правоотношениям норму о недопустимости злоупотребления правом, признав спорные перечисления денежных средств, совершенные в том числе за пределами трехлетнего периода подозрительности, недействительными (ничтожными) сделками на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Таким образом, в качестве применения последствий недействительности сделок неосновательно полученные ФИО3 денежные средства в сумме 33 167 000,00 руб. подлежат взысканию с последнего в конкурсную массу должника.

В силу пункта 2 части 1 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

Учитывая вышеизложенное, обжалуемое определение суда первой инстанции подлежит отмене применительно к подпункту 4 пункта 4 статьи 270 АПК РФ, заявленные конкурсным управляющим требования о признании спорных перечислений недействительными сделками и применении последствий их недействительности следует удовлетворить.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления конкурсного управляющего подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в доход федерального бюджета (часть 1 статьи 110 АПК РФ, абзац четвертый пункта 19 Постановления Пленума №63).

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2025 по делу №А56-57494/2023/сд.4 отменить.

Признать недействительными сделками перечисления общества с ограниченной ответственностью «Автопарк №5 Спецтранс» в пользу ФИО3 с 28.05.2019 по 20.01.2021 в общем размере 33 167 000,00 руб.

Взыскать с ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Автопарк №5 Спецтранс» 33 167 000,00 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 303 335,00 руб. государственной пошлины за рассмотрение заявления.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

Н.В. Аносова

А.Ю. Слоневская