АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А32-12775/2021

г. Краснодар

30 марта 2023 г.

Резолютивная часть решения суда объявлена 27.03.2023.

Полный и мотивированный текст решения суда изготовлен 30.03.2023

 

Арбитражный суд в составе судьи А.В. Лесных, при ведении протокола помощником судьи Григорьевым С.Э., рассмотрев в судебном заседании заявление ООО «Техноиндустрия», Кореновск к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Краснодарскому краю, к Генеральному директору ЗАО «Кропоткинский МиССП» ФИО1, ООО «Уралпласт», г. Сарапул

 

об оспаривании решения Управления Федеральной антимонопольной службы 

по Краснодарскому краю по делу № 023/10/14.5-22159/2020 от 15.02.2021.

 

При участии в заседании:

от заявителя: ФИО2 - доверенность,

от УФАС по КК: ФИО3 - доверенность,

от ЗАО «Кропоткинский МиССП»: ФИО4 - доверенность,

от ООО «Уралпласт»: не явился, извещен. 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Техноиндустрия», Кореновск (далее - заявитель) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Краснодарскому краю (далее по тексту - УФАС по Краснодарскому краю, заинтересованное лицо), г. Краснодар, генеральному директору ЗАО «Кропоткинский МиССП» ФИО1, ООО «Уралпласт», г. Сарапул об оспаривании решения УФАС по делу № 023/10/14.5-22159/2020 от 15.02.2021.

Несмотря на упоминание в водной части заявления генерального директора ЗАО «Кропоткинский МиССП» ФИО1 и ООО «Уралпласт» как заинтересованных лиц заявитель, в нарушение положений АПК РФ, не предъявил к ним никаких материальных требований.

Арбитражный суд Краснодарского края решением от 12.08.2021 г. по делу в удовлетворении исковых требований отказал.

ООО «Техноиндустрия» обжаловало решение суда первой инстанции в Пятнадцатый Арбитражный апелляционный суд, который постановлением от 03.12.2021 г. оставил решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2021 г. без изменений, а апелляционную жалобу без удовлетворения. 

ООО «Техноиндустрия» обжаловало судебные акты суда первой и апелляционной инстанций в кассационном порядке. 18.03.2022 г. Суд по интеллектуальным правам своим постановлением решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2021 г. и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2021 по делу № А32-12775/2021 отменил в полном объеме, отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Представитель заявителя в судебном заседании присутствовал, изложил доводы, указанные в заявлении, настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Представитель заинтересованного лица – УФАС в судебном заседании присутствовал, против удовлетворения заявленных требований возражал, поддержал доводы, изложенные в отзыве.

Представитель от ЗАО «Кропоткинский МиССП» в судебном заседании присутствовал.

Представитель ООО «Уралпласт» в судебном заседании не присутствовал, о времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом.

Судебное заседание проведено в отсутствие представителя ООО «Уралпласт» в порядке ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании объявлен перерыв до 1000 часов 27.03.2023. После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей сторон.

Изучив материалы дела, суд установил, что в УФАС по Краснодарскому краю поступило заявление генерального директора ЗАО «Кропоткинский завод МиССП» ФИО1 (вх. № 1788 от 11.02.2020) о признаках недобросовестной конкуренции в действиях ООО «Техноиндустрия», выразившихся в незаконном производстве, предложении к продаже, продаже и ином введении в гражданский оборот продукции под наименованием «Автомат выдува ПЭТ тары» производительностью 3000 бутылок в час, которая содержит каждый признак изобретения по патенту № 2458793 от 09.08.2011, правообладателем которого является ЗАО «Кропоткинский завод МиССП».

УФАС по Краснодарскому краю возбуждено дело № 023/01/14.5-2159/2020 по признакам нарушения ООО «Техноиндустрия» положений ст. 14.5 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Из заявления ЗАО «Кропоткинский завод МиССП» следует, что заявитель является автором и правообладателем изобретения «Автомат для выдува ПЭТ тары», что подтверждается патентом РФ № 2458793 от 09.08.2011. Основным видом деятельности ЗАО «Кропоткинский завод МИССП» является производство автоматического оборудования для выдува ПЭТ тары.

ЗАО «Кропоткинский завод МиССП» стало известно о фактах нарушения ООО «Техноиндустрия» в период с 2018 г. по настоящее время его исключительных прав на изобретение, которые выражаются в следующем: в производстве, в предложении к продаже, продаже и ином введении в гражданский оборот продукции под наименованием «Автомат выдува ПЭТ тары» производительностью 3000 бутылок в час, которая на основании проведенной патентоведческо-технической экспертизы исх.№ 8784-ИЗ-Э от 20.11.2019 г. содержит каждый признак изобретения по патенту № 2458793 от 09.08.2011, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, что является незаконным использованием изобретения, а также актом недобросовестной конкуренции.

Данные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами:

- интернет сайт https://tehnoindustria.ru, на котором представлен к продаже вышеуказанный автомат выдува ПЭТ тары;

- заключение патентоведческо-технической экспертизы № 8784-ИЗ от 20.11.2019;

- заключение договора финансовой аренды (лизинга) № 66306-ФЛ/ПР-18 от 24.12.2018 г., заключенного между ООО ЛК «Сименс Финанс» и ООО «Уралпласт» (сообщение № 03578573 от 26.12.2018), предмет финансовой аренды Автомат выдува ПЭТ тары АВД 1,5/3000 зав. № 3.

Решением Управления Федеральной антимонопольной службы по Краснодарскому краю по делу № 023/10/14.5-22159/2020 от 15.02.2021 г. действия ООО «Техноиндустрия», выразившиеся в производстве, в предложении к продаже, продаже и ином введении в гражданский оборот продукции под наименованием «Автомат выдува ПЭТ тары» производительностью 3000 бутылок в час, которая содержит каждый признак изобретения по патенту № 2458793 от 09.08.2011, правообладателем которой является Генеральный директор ЗАО «Кропоткинский МиССП» ФИО1, признаны недобросовестной конкуренцией и нарушающими требования ст. 14.5 Федерального закона «О защите конкуренции», направленные на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречащие законодательству РФ, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, и которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту - ЗАО «Кропоткинский МиССП».

Заявитель, не согласившись с решением антимонопольного органа, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая решение по делу, суд, с учетом указаний суда кассационной инстанции, руководствовался следующим.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов государственных органов арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, а также устанавливает, нарушает ли оспариваемый акт права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу п. 9 ст. 4 Федерального закона «О защите конкуренции» недобросовестной конкуренцией являются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству РФ, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам-конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Федеральный закон «О защите конкуренции» распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением недобросовестной конкуренции (ч. 1 ст. 3 Закона о защите конкуренции).

В ст. 14.5 Федерального закона «О защите конкуренции» указано, что не допускается недобросовестная конкуренция путем совершения хозяйствующим субъектом действий по продаже, обмену или иному введению в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности, за исключением средств индивидуализации, принадлежащих хозяйствующему субъекту-конкуренту.

Как указано в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства в силу запрета недобросовестной конкуренции хозяйствующие субъекты вне зависимости от их положения на рынке при ведении экономической деятельности обязаны воздерживаться от поведения, противоречащего законодательству и (или) сложившимся в гражданском обороте представлениям о добропорядочном, разумном и справедливом поведении (ст. 10-bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности, пункты 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса, пункты 7 и 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции.

Нарушение хозяйствующим субъектом при ведении своей деятельности норм гражданского и иного законодательства, в том числе в случае неправомерного использования охраняемого результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, само по себе не означает совершение акта недобросовестной конкуренции.

При рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должны быть установлены в совокупности: 

- факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции;

- отличие избранного хозяйствующим субъектом способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики;

- направленность поведения хозяйствующего субъекта на получение преимущества, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения, при осуществлении экономической деятельности за счет иных участников рынка, в том числе посредством оказания влияния на выбор покупателей (потребителей), на возможность иных хозяйствующих субъектов, конкурирующих добросовестно, извлекать преимущество из предложения товаров на рынке, на причинение вреда хозяйствующим субъектам-конкурентам иными подобными способами (например, в результате использования (умаления) чужой деловой репутации).

Для доказывания факта недобросовестной конкуренции необходимо установление как специальных признаков, определенных нормами ст. 14.1 - 14.7 Закона, так и общих признаков недобросовестной конкуренции, предусмотренных п. 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции, ст. 10-bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности».

Таким образом, для квалификации совершенного деяния в качестве недобросовестной конкуренции и подтверждения его состава в действиях ООО «Техноиндустрия» УФАС по Краснодарскому краю необходимо было установить, общие признаки состава недобросовестной конкуренции, а именно:

- противоречие действий законодательству РФ, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности; 

- лицо, совершившее противоправное деяние, и другой хозяйствующий субъект являлись конкурентами, то есть присутствовали в одном сегменте товарного рынка;

- совершенные действия причинили или могли причинить убытки либо нанести ущерб деловой репутации другого хозяйствующего субъекта (конкурента).

УФАС по Краснодарскому краю следовало установить специальный признак состава недобросовестной конкуренции, предусмотренного статьей 14.5 ФЗ «О защите конкуренции», а именно факт использования в конкретном спорном изделии, производимом ООО «Техноиндустрия», изобретения «АВТОМАТ ДЛЯ ВЫДУВА ПЭТ-ТАРЫ», защищенного патентом РФ № 2458793.

В свою очередь при разрешении вопроса об использовании в каком-либо изделии изобретения необходимо руководствоваться следующим. 

Так, согласно п. 2 ст. 1354 Гражданского кодекса РФ охрана интеллектуальных прав на изобретение или полезную модель предоставляется на основании патента в объеме, определяемом содержащейся в патенте формулой изобретения или соответственно полезной модели. 

Для толкования формулы изобретения и формулы полезной модели могут использоваться описание и чертежи, а также трехмерные модели изобретения и полезной модели в электронной форме (п. 2 ст. 1375 и п. 2 ст. 1376).

В силу п. 3 ст. 1358 ГК РФ изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 123 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее по тексту - постановление Пленума № 10), изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения.

В свою очередь независимый пункт формулы изобретения по патенту №2458793 представлен в следующем виде: «Автомат для выдува ПЭТ-тары, включающий конвейер перемещения заготовок - автопогрузчик, нагревательное устройство - печь, механизм выдува ПЭТ-тары, механизм запирания пресс-форм - силовую установку, отличающийся тем, что механизм запирания пресс-форм - силовая установка - расположен внутри контейнера и состоит из двух неподвижных плит, содержащих рамы, силовые цилиндры и упоры, и расположенных между неподвижными плитами подвижных плит, содержащих рамы, механизмы фиксации подвижных плит и цилиндры смыкания, корпус которых закреплен к раме неподвижной плиты через кронштейн, при этом при выдуве ПЭТ-тары воздухом высокого давления из нагретой преформы возникает противодавление, исключающее продольное раскрытие пресс-форм в момент выдува ПЭТ-тары, которое создается за счет поперечной фиксации упоров между подвижными плитами с закрепленными полуформами и силовыми цилиндрами, которые в момент заполнения пресс-форм воздухом высокого давления до 4,0 МПа осуществляют удержание подвижных плит от раскрытия».

Использование без согласия патентообладателя лишь отдельных признаков полезной модели или изобретения, приведенных в независимом пункте, исключительное право патентообладателя не нарушает (см. п. 123 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса РФ").

В свою очередь заявление ЗАО «Кропоткинский завод МиССП» и ФИО1 (вх. № 1788 от 11.02.2020) в УФАС по Краснодарскому краю содержало утверждения о наличии признаков недобросовестной конкуренции в действиях ООО «Техноиндустрия», выразившихся в незаконном производстве, предложении к продаже, продаже и ином введении в гражданский оборот продукции под наименованием «Автомат выдува ПЭТ тары» производительностью 3000 бутылок в час, которая содержит каждый признак изобретения по патенту № 2458793 от 09.08.2011, правообладателем которого является ФИО1. 

При рассмотрении дела в Краснодарском УФАС ООО «Техноиндустрия» было предоставлено в материалы дела заключение Патентного поверенного РФ по изобретениям и полезным моделям - ФИО5, рег. № 1868, в котором по результатам исследования на поставленной вопрос: 1. Содержит ли изделие «АВТОМАТ ВЫДУВА ПЭТ-ТАРЫ АВД-1,5/3000» [изготовитель ООО «Техноиндустрия» г. Кореновск] каждый признак изобретения № 2458793 «АВТОМАТ ДЛЯ ВЫДУВА ПЭТ-ТАРЫ», приведенный в независимом пункте формулы изобретения, содержащейся в патенте либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения»?

На вопрос был дан следующий ответ: «В изделии «АВТОМАТ ВЫДУВА ПЭТ-ТАРЫ АВД-1,5/3000» [изготовитель ООО «Техноиндустрия» г. Кореновск] не использован каждый признак изобретения № 2458793 «АВТОМАТ ДЛЯ ВЫДУВА ПЭТ-ТАРЫ», приведенный в независимом пункте формулы изобретения, содержащейся в патенте либо признак, эквивалентный ему».

Таким образом, в материалах дела содержались два заключения патентных поверенных по изобретениям, которые содержали противоположные выводы. 

Каких-либо иные доказательства, которые бы подтверждали или опровергали факт использования или неиспользования в спорной продукции изобретения по патенту № 2458793 в материалах дела отсутствовали. При этом установление факта использования или неиспользования в спорной продукции, производимой ООО «Техноиндустрия», изобретения по патенту № 2458793 является обстоятельством, которое подлежало обязательному установлению при рассмотрении административного дела в УФАС по Краснодарскому краю, а также в рамках разрешения настоящего спора, что с учетом требований п. 3 ст. 1358 ГК РФ означало необходимость установить, что в спорной продукции содержится или не содержится каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения по патенту № 2458793, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения, т.е. по сути было необходимо дать ответ на вопрос, требующий специальных познаний. 

Именно такой подход, - отнесение вопросов об использовании изобретения к вопросам, требующим наличие специальных познаний, соответствует многочисленной судебной практике, связанной с разрешением споров о нарушении исключительных прав на изобретения/полезные модели, в частности см. "Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020), Определение № 309-ЭС19-26352; Определение Верховного Суда РФ от 12.10.2020 № 284-ПЭК20 по делу № А50-32881/2018; "Обзор судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015); Постановление Суда по интеллектуальным правам от 22.12.2020 № С01-1528/2020 по делу N А76-6480/2018; Постановление Суда по интеллектуальным правам от 11.06.2021 № С01-891/2021 по делу N А55-30577/2019; Постановление Суда по интеллектуальным правам от 07.06.2021 № С01-1378/2019 по делу № А82-21013/2017 и т.д.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В ходе рассмотрения дела ООО «Техноиндустрия» было заявлено ходатайство о назначении патентоведческой судебной экспертизы, с указанием двух возможных кандидатур в качестве судебных экспертов: Патентного Поверенного РФ рег. 661 - ФИО6, специалист, обладающему специальными знаниями и имеющий стаж работы в сфере правовой охраны и защиты изобретений и полезных моделей более 30 лет, и Патентного поверенного РФ ФИО7, специалист, обладающему специальными знаниями и имеющий 15 летний стаж работы в сфере правовой охраны и защиты изобретений и полезных моделей.

Со стороны иных лиц возможные кандидатуры экспертов не предлагались, каких-либо возражений в отношении кандидатур экспертов, предложенных со стороны ООО «Техноиндустрия» не поступило.

За проведение судебной экспертизы ООО «Техноиндустрия» на депозитный счет Арбитражного суда Краснодарского края было перечислено 90000 руб.

Суд, удовлетворил ходатайство о назначении судебной экспертизы, заявленное ООО «Техноиндустрия» и определением суда от 28.07.2022 г. проведение судебной экспертизы было поручено Патентному поверенному РФ ФИО7. 

На разрешение эксперту был поставлен следующий вопрос: «Использован ли в изделии «Автомат выдува ВЭТ тары» производительностью 3000 бут/час производства ООО «Техноиндустрия», г. Кореновск, в том числе по поставленному по договору с ООО ЛК «Сименс Финанс» и ООО «Уралпласт», каждый признак формулы изобретения по патенту РФ № 2458793 от 09.08.2011 на изобретение «Автомат выдува ПЭТ тары», выданном на имя ФИО1, приведенный в независимом пункте содержащийся в формуле изобретения?».

Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Патентный поверенный РФ рег. № 1367 ФИО7 предоставил в материалы дела Заключение (исх. № 2022-0229 от 29.09.2022 г.), в котором указал, что в изделии «Автомат выдува ВЭТ тары» производительностью 3000 бут/час производства ООО «Техноиндустрия», г. Кореновск, в том числе по поставленному по договору с ООО ЛК «Сименс Финанс» и ООО «Уралпласт», не использован каждый признак формулы изобретения по патенту РФ № 2458793 от 09.08.2011 на изобретение «Автомат выдува ПЭТ тары», выданном на имя ФИО1, приведенный в независимом пункте содержащийся в формуле изобретения.

Представителем ФИО1 в материалы дела было предоставлено Заключение специалиста (рецензия) исх. № 1766-Р от 21.10.2022 г., подготовленное Патентным поверенным РФ рег. 2220 - ФИО8, в котором он выражал несогласие с выводами судебного эксперта.

Для обеспечения возможности суду, а также лицам, участвующим в деле, задать вопросы по содержанию Заключения (исх. № 2022-0229 от 29.09.2022 г.) и предоставить свои пояснения суд вызвал в судебное заседание судебного эксперта ФИО7

Судебный эксперт ФИО7 в судебном заседании 21.03.2023 г. дал исчерпывающие пояснения по всем вопросам, возникшим у лиц, участвующих в деле, в том числе в части доводов, содержащихся в Заключении специалиста (рецензии) (исх. № 1766-Р от 21.10.2022 г.) ФИО8 

Суд отмечает, что доводы ООО «Техноиндустрия» о том, что позиция ЗАО «Кропоткинский МиССП» и ФИО1, основанная на «рецензии специалиста ФИО8» выражает всего лишь частное мнение лица, которое является представителем ЗАО «Кропоткинский МиССП», т.е. по сути не более чем позицией ЗАО «Кропоткинский МиССП»/ФИО1

Более того, ФИО8 в судебном заседании от 20.12.2022 г. подтвердил, что является работником/участником фирмы «ФИО9, ФИО8 и партнеры» (что также следует из информации, размещенной на бланке «рецензии» исх. № 1766-Р от 21.10.2022 г.), т.е. является лицом, аффилированным по отношению к Патентному поверенному ФИО9, который в свою очередь оказывал услуги ФИО1 по патентованию изобретения по патенту №2458793, что вызывает сомнения в его беспристрастности и объективности.

С учетом вышеизложенного у суда отсутствуют какие-либо основания для сомнений в объективности и беспристрастности выводов судебного эксперта ФИО7 

Заключение (исх. № 2022-0229 от 29.09.2022 г.), подготовленное Патентным поверенным РФ рег. № 1367 ФИО7, подготовленное на основании определения Арбитражного суда Краснодарского края от 28 июля 2022 года по делу № А32-12775/2021 основано на полном и всестороннем исследовании всех материалов дела, исследовании спорного изделия и содержит исчерпывающий, обоснованный, мотивированный, данный с учетом требований законодательства, на строго научной и практической основе ответ на вопрос, который был поставлен судом на разрешение перед экспертом. Каких-либо процессуальных нарушений при проведении судебной экспертизы не выявлено.

Таким образом, Заключение (исх. № 2022-0229 от 29.09.2022 г.), подготовленное Патентным поверенным ФИО7, также, как и ранее предоставленные в материалы дела доказательства и в частности заключение Патентного поверенного ФИО5 от 14.06.2020 г., подтверждают ранее изложенный ООО «Техноиндустрия» довод о том, что в спорных изделиях, произведенных ООО «Техноиндустрия», изобретение по патенту №2458793 не использовано, что в свою очередь указывает на то, что УФАС по Краснодарскому краю при рассмотрении дела № 023/10/14.5-22159/2020 сделан необоснованный вывод о состав в действиях ООО «Техноиндустрия» правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ст. 14.5. Федерального закона «О защите конкуренции».

Недоказанность антимонопольным органом факта использования в изделиях, произведенных ООО «Техноиндустрия», изобретения по патенту № 2458793 является самостоятельным и достаточным основанием для признания недействительным оспариваемого заявителем решения УФАС по Краснодарскому краю по делу № 023/10/14.5-22159/2020 от 15.02.2021 г.

С учетом вышеизложенного установленного факта неиспользования в спорных изделиях, произведенных ООО «Техноиндустрия», изобретения по патенту № 2458793, довод ООО «Техноиндустрия» о наличии права преждепользования на основании положений ст. 1361 ГК РФ подлежит отклонению.

Довод УФАС, изложенный в дополнении к отзыву на заявление от 23.03.2023 г. об использовании ООО «Техноиндустрия» продукции после даты приоритета в соответствии с патентом судом отклонен как не основанный на нормах права.

Согласно п. 1 ст. 1361 ГК РФ лицо, которое до даты приоритета изобретения, полезной модели или промышленного образца добросовестно использовало на территории РФ созданное независимо от автора тождественное решение или сделало необходимые к этому приготовления, сохраняет право на дальнейшее безвозмездное использование тождественного решения без расширения объема такого использования (право преждепользования).

Следовательно, право преждепользования возникает не в силу решения суда, а при наличии условий, определенных соответствующими нормами материального права, однако это не исключает возможности заявления в суд требования об установлении права преждепользования.

Таким образом, лицо, указывающее на наличие у него права преждепользования, обязано в рамках самостоятельно иска (в том числе встречного) либо в возражениях против предъявленных к нему требований, доказать использование до даты приоритета тождественного технического решения (с подтверждением использования всех признаков, присущих защищаемому патенту), независимость создания такого технического решения, а также объем преждепользования.

Соответствующие разъяснения изложены в пунктах 126-127 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Таким образом, установление факта неиспользования в спорных изделиях, произведенных ООО «Техноиндустрия», изобретения по патенту № 2458793, одновременно исключают возможность возникновения у ООО «Техноиндустрия» права преждепользования в отношении изобретения по патенту № 2458793. 

Доводы представителя ФИО1 ФИО4, изложенные в дополнении к письменной позиции по делу об изменении объекта исследования экспертом судом отклонены как необоснованные. ФИО4 не является экспертом в указанной области, не имеет соответствующего образования и опыта работы, ввиду чего его не согласие с выводами экспертизы является его личным суждением. Суд вызывал в судебное заседание патентного поверенного ФИО7 Патентный поверенный ФИО7 явился в судебное заседание и дал исчерпывающие ответы на все заданные ему вопросы в том числе и на вопросы относительно тождества или разности понятий «неподвижная плита», «рама» «являются ли подвижные плиты рамами» и пр. Ответы на вопросы, данные патентным поверенным в судебном заседании, подтверждают законность и обоснованность выводов эксперта ФИО7, данные им в заключении. Доказательств иного суду не представлено.

Как в Заключении специалиста (рецензии) исх. № 1766-Р от 21.10.2022 г. ФИО8, также в позиции ЗАО «Кропоткинский МиССП» и ФИО1 озвученной в дополнениях по делу, а также озвученной непосредственно в судебных заседаниях, содержались предположения о том, что судебному эксперту следовало скорректировать вопрос, поставленный судом на разрешение, с учетом п. 3 ст. 1358 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которым изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения, т.е. ЗАО «Кропоткинский МиССП» и ФИО1 предполагали, что судебным экспертом не была дана оценка тому обстоятельству, что в сравниваемых объектах было необходимо применение «доктрины эквивалентности».

«Кропоткинский МиССП» и ФИО1 настаивали на том, что в заключении отсутствует исследование эквивалентности признаков "подвижные плиты содержат рамы" и "подвижные плиты выполнены без рам".

Тем не менее, в пояснениях, данных судебным экспертом в судебном заседании, он ответил, что ему известно об использовании доктрины эквивалентов и несмотря на то, что в поставленном вопросе это не спрашивалось, он дополнительно к ответу на поставленный вопрос привел бы сведения об использовании признака, эквивалентного раме подвижной плиты, но только в том случае, если бы он был выявлен в ходе экспертизы. Признаки "подвижные плиты содержат рамы" и "подвижные плиты выполнены без рам" по утверждению эксперта Палий не являются эквивалентными, поскольку помимо функционального назначения для признания их эквивалентными они должны обеспечивать одинаковый технический результат. Наличие рамы где-либо не может быть признано обеспечивающим одинаковый технический результат, поэтому признаки "подвижные плиты содержат рамы" и "подвижные плиты выполнены без рам" не являются эквивалентными.

«Кропоткинский МиССП» и ФИО1 также ссылались на то, что судебным экспертом неверно истолкован, искажен признак изобретения № 2458793 "неподвижных плит, содержащих рамы, силовые цилиндры и упоры".

Суд критически относится к этому доводу «Кропоткинский МиССП» и ФИО1, так как из самого заключения это не усматривается, это не усматривается из обоснований такого довода, в частности по тексту Заключения специалиста (рецензии) исх. № 1766-Р от 21.10.2022 г. ФИО8 

В судебном заседании эксперт ФИО7 пояснил, что при проведении экспертизы он рассматривал неподвижные плиты как содержащие рамы, силовые цилиндры и упоры несмотря на то, что термин "плиты" не является общеупотребительным для такой конструкции. Также эксперт пояснил, что при рассмотрении признаков "неподвижных плит, содержащих рамы, силовые цилиндры и упоры" он принимал во внимание, что "рама" является составной частью как подвижных плит, так и неподвижных плит.

«Кропоткинский МиССП» и ФИО1 также ссылались на наличие внутренних противоречий в выводах эксперта при исследовании признаков, относящихся к наличию рам в неподвижных и подвижных конструкциях. 

Тем не менее, судебный эксперт в судебном заседании пояснил, что противоречий в этих выводах нет, т.к. при исследовании неподвижных конструкций изделий наличие рамы установлено ввиду размещения в элементе, названном в патенте № 2458793 рамой, силового цилиндра. При исследовании подвижных конструкций изделий отсутствие рамы у них установлено ввиду того, что конструктивный элемент подвижной конструкции, обозначенный в патенте № 2458793 рамой, не является рамой в исследуемых изделиях. В связи с чем суд также не усматривает каких-либо внутренних противоречий в мотивировочной части Заключения (исх. № 2022-0229 от 29.09.2022 г.). 

Таким образом, доводы «Кропоткинский МиССП» и ФИО1, которые также были поддержаны Краснодарским УФАС, о наличии каких-либо грубых нарушениях, допущенных при подготовке Заключения (исх. № 2022-0229 от 29.09.2022 г.) не нашли своего подтверждения в материалах дела.

В силу ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При указанных обстоятельствах требования заявителя по настоящему делу являются обоснованными и подлежат удовлетворению судом.

За рассмотрение иска заявитель уплатил государственную пошлину по платежному поручению № 833 от 01.04.2021 г. в сумме 3000 руб., за проведение экспертизы по делу ООО «Техноиндустрия» на депозит Арбитражного суда Краснодарского края были внесены денежные средства в сумме 90000 руб., что подтверждается платежным поручением от 03.11.2022 № 2351.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 5 постановления Пленума от 21.01.2016 № 1 при предъявлении иска к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор. Поскольку единственное требование заявителя адресовано исключительно УФАС по Краснодарскому краю, то процессуальное соучастие на стороне заинтересованного лица как таковое отсутвует. Указание заявителем иных лиц в заявлении в качестве заинтересованных, а не третьих лиц является ошибочным и не обусловлено нормами АПК РФ о процессуальном соучастии.

В силу ст. 110 АПК РФ судебные расходы подлежат возложению на заинтересованное лицо.

Руководствуясь статьями 167-170, 200-201 АПК РФ, суд 

 

РЕШИЛ:

Признать недействительным решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Краснодарскому краю от 15.02.2021 г. по делу № 023/10/14.5-22159/2020.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Краснодарскому краю в пользу ООО «Техноиндустрия» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) расходы по оплате экспертизы 90000 руб. и судебные расходы по оплате государственной пошлины 3000 руб.

 

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в установленный Законом срок.

 

Судья                                                                                                          А.В. Лесных.