АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-365/22 

Екатеринбург

10 августа 2022 г.

 

Дело № А60-8941/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Вдовина Ю. В.,

судей Жаворонкова Д. В., Поротниковой Е. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного  суда Свердловской области от 15.07.2021 по делу № А60-8941/2021 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 (паспорт);

представитель Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области – ФИО2 (доверенность от 14.04.2022 № 238, диплом).

ФИО1 (далее – заявитель, ФИО1) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (далее – УФАС по Свердловской области, антимонопольный орган, Управление) о признании недействительным решения от 28.01.2021 № 066/01/18.1-25/2021. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.07.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 решение суда оставлено без изменения.

 На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО3, финансовый управляющий ФИО4 (далее – арбитражный управляющий, финансовый управляющий ФИО4, организатор торгов), общество с ограниченной ответственностью «Аукционы Федерации», общество с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект».

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на нарушения норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Заявитель полагает, что арбитражным управляющим  ФИО4 допущены нарушения при организации и проведении торгов. 

ФИО1 считает, что судами не дано оценки тому обстоятельству, что общество с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» перечислило задаток 28.08.2020, а заявку на участие в торгах подало 24.12.2020, при этом задаток 4 месяца находился на счете, указанном арбитражным управляющим ФИО4. Заявитель указывает, что подобное отклонение от обычной хозяйственной деятельности прямо указывает на создание привилегированного положения, недоступного иным участникам торгов. В кассационной жалобе ФИО1 также указывает, что арбитражным управляющим нарушены сроки публикации сообщений о продаже перед началом торгов в форме публичного предложения, чем ограничил круг потенциальных покупателей. Заявитель указывает на аффилированность организатора и участника торгов.

В отзывах на кассационную жалобу УФАС по Свердловской области и  арбитражный управляющий   ФИО4 указали на то, что судебные акты судов первой и апелляционной инстанций являются законными и обоснованными, отмене или изменению не подлежат.

 При рассмотрении спора судами установлено, что Управлением                           в порядке статьи 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»  рассмотрена жалоба ФИО1 (от 12.01.2021                                вх. № 01-212) на действия (бездействие) организатора торгов в лице ФИО4 ? финансового управляющего ФИО1, совершенные при проведении торгов (торги № 0013617 на сайте ? https://alfalot.ru) посредством публичного предложения по продаже имущества должника:  лот № 1 ? Дебиторская задолженность (право требования к ФИО3 ? реестровые требования в деле о несостоятельности (банкротстве)   № А60-27425/2016 на сумму 3 431 203 руб. 12 коп. (остаток долга 2 937 344 руб. 38 коп.). 

По результатам рассмотрения жалобы УФАС по Свердловской области вынесено решение от 28.01.2021 № 066/01/18.1-25/2021, которым жалоба ФИО5 Д,С. признана необоснованной, в обжалуемых действиях (бездействии) организатора торгов в лице ФИО4 - финансового управляющего ФИО1, нарушений не выявлено.

Не согласившись с решением антимонопольного органа, ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из отсутствия совокупности правовых оснований для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

На основании части 1 статьи 198, статей 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц необходимо установить наличие двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушения указанными ненормативными правовыми актами, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Согласно части 4 статьи 200 названного Кодекса при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия (вынесения) ненормативного правового акта (предписания) о нарушении законодательства Российской Федерации о контрактной системе, возлагается на антимонопольный орган. 

В предмет доказывания по спору о признании недействительным ненормативного правового акта (решения) входит установление фактов несоответствия этого решения закону и нарушение им прав и интересов Организатора торгов (статьи 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

 На основании части 2 статьи 201 названного Кодекса арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Согласно части 2 статьи 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее ? Закон о защите конкуренции) действия (бездействие) организатора торгов, оператора электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии могут быть обжалованы в антимонопольный орган лицами, подавшими заявки на участие в торгах, а в случае, если такое обжалование связано с нарушением установленного нормативными правовыми актами порядка размещения информации о проведении торгов, порядка подачи заявок на участие в торгах, также иным лицом (заявителем), права или законные интересы которого могут быть ущемлены или нарушены в результате нарушения порядка организации и проведения торгов; акты и (или) действия (бездействие) уполномоченного органа и (или) организации, осуществляющей эксплуатацию сетей, могут быть обжалованы юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, права или законные интересы которых, по их мнению, нарушены в результате осуществления в отношении таких лиц процедур, включенных в исчерпывающие перечни процедур в сферах строительства, либо предъявления требования осуществить процедуру, не включенную в исчерпывающий перечень процедур в соответствующей сфере строительства. 

В соответствии с абзацем 6 пункта 11 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002        № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) заявка на участие в торгах должна содержать, в том числе, сведения о наличии или об отсутствии заинтересованности заявителя по отношению к должнику, кредиторам, внешнему управляющему и о характере этой заинтересованности, сведения об участии в капитале заявителя внешнего управляющего, а также саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членом или руководителем которой является внешний управляющий. 

Согласно абзацу 4 пункта 12 статьи 110 Закона о банкротстве решение об отказе в допуске заявителя к участию в торгах принимается в случае, если представленные заявителем документы не соответствуют установленным к ним требованиям или недостоверны. 

В соответствии с разъяснениями Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимися в Определении от 22.03.2012 № 520-О-О, положение абзаца 6 пункта 11 статьи 110 Закона о банкротстве направлено на обеспечение открытости и прозрачности торгов по продаже предприятия (имущества) должника. 

Согласно пунктам 1 и  3 статьи 101 Закона о банкротстве крупные сделки, а также сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, заключаются внешним управляющим только с согласия собрания кредиторов (комитета кредиторов), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. В целях настоящего Федерального закона сделками, в совершении которых имеется заинтересованность, признаются сделки, стороной которых являются заинтересованные лица по отношению к внешнему управляющему или конкурсному кредитору либо к должнику. 

Конкурсный управляющий в силу абзаца 12 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве обязан заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов. В случае, если торги признаны состоявшимися, в информационном сообщении о результатах проведения торгов должны быть указаны сведения о победителе торгов, в том числе сведения о наличии или об отсутствии заинтересованности победителя торгов по отношению к должнику, кредиторам, внешнему управляющему и о характере этой заинтересованности (абзац 1 пункта 15 статьи 110 Закона о банкротстве). 

Пунктами 1, 3 и 4 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему признаются: - лицо, которое в соответствии с Законом о защите конкуренции входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из обстоятельств дела следует, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2019 утверждено Положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества гражданина - дебиторской задолженности в размере 2 937 344 руб.  30 коп. (права требования к ФИО3 реестровые требования в деле о несостоятельности (банкротстве) № А60-27425/2016). 

В соответствии с утвержденным судом Положением о порядке продажи имущества должника организатором торгов являлся финансовый управляющий должника ФИО4, электронная торговая площадка http://alfalot.ru, оператор электронной торговой площадки общества с ограниченной ответственностью  «Аукционы федерации». Имущество, предложенное к продаже, в составе лота № 1 –дебиторская задолженность (право требования к ФИО3 (право требования с ФИО3 – реестровые требования в деле о несостоятельности (банкротстве) № А60-27425/2016 на сумму 3 431 203 руб. 12 коп. (остаток долга 2 937 344 руб. 38 коп.). 

Из материалов дела установлено, что финансовым управляющим назначены торги в электронной форме посредством публичного предложения, о чем сделаны публикации в газете «Коммерсантъ» (объявление № 66230062560 стр. 187 №23(6744) от 08.02.2020), в ЕФРСБ (сообщение № 4668979 от 05.02.2020). 

28.08.2020 на счет ФИО1 для перечисления задатков, открытый в ПАО «Сбербанк», от общества с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» поступил задаток в сумме 212 000 руб., 24.12.2020 общество с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» в лице директора ФИО6 подало заявку на участие в публичном предложении № 0013617 лот № 1 «Дебиторская задолженность (право требования к ФИО3 - реестровые требования в деле о несостоятельности (банкротстве)                                № А60-27425/2016 на сумму 3 431 203 руб. 12 коп. (остаток долга 2 937 344 руб. 38 коп.).

Согласно протоколу № 13617-1 об определении участников торгов по лоту № 1 (публичное предложение № 13617) от 25.12.2020, к участию в торгах была допущена одна заявка - общества с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект», которое в результате было признано победителем торгов и 25.12.2020 между обществом с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» и финансовым управляющим ФИО4 заключен договор купли-продажи №1-УПС. Платежным поручением от 25.12.2020  № 22 общество с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» оплатило право требования в оставшемся размере 449 100 руб. 

Полагая, что финансовым управляющим ФИО4 при проведении указанных торгов были допущены грубые нарушения требований закона, ФИО1, в направленной в УФАС по Свердловской области жалобе ссылался на то, что организатором торгов незаконно допущено до участия в торгах общество с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект», поскольку в заявке общества с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» содержатся недостоверные сведения относительно отсутствия заинтересованности по отношению к финансовому управляющему. К жалобе ФИО1 приложил документы (схемы), подтверждающие, по его мнению, заинтересованность по отношению к финансовому управляющему.

Суды, изучив  представленные в материалы дела доказательства, не установили оснований для подтверждения доводов заявителя о наличии фактической аффилированности между финансовым управляющим ФИО4 и обществом с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект». Кроме того указали, что само по себе представление интересов в суде на основании доверенности не указывает на наличие заинтересованности.

Также  заявитель полагает, что организатор торгов в нарушение пункта 15 статьи 110 Закона о банкротстве не возвратил задаток обществу с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» в течение 5 дней.

Судами установлено, что итоги торгов не подводились до 25.12.2020, учитывая, что общество с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» признано победителем торгов, оснований для возвращения задатка у организатора торгов не имелось. 

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что не установив в действиях финансового управляющего ФИО4 при проведении торгов, нарушений требований действующего законодательства, УФАС по Свердловской области правомерно признало жалобу ФИО1 необоснованной.

Вместе тем суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований ФИО1, не учли следующее.

Согласно пункту 8 статьи 110 Закона о банкротстве в качестве организатора торгов выступает внешний управляющий или привлекаемая с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов для этих целей специализированная организация, оплата услуг которой осуществляется за счет предприятия должника.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 37 постановления от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее - постановление Пленума ВС РФ о вопросах антимонопольного законодательства), разъяснил, что в соответствии с частью 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции при проведении торгов, запроса котировок цен на товары, запроса предложений (далее для целей данного раздела - процедуры определения поставщика, процедуры) запрещаются действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, в том числе координация организаторами или заказчиками процедур определения поставщика деятельности их участников, создание участнику (участникам) преимущественных условий участия, нарушение порядка определения победителя, участие организаторов и (или) заказчиков, их работников в процедурах определения поставщика.

По смыслу взаимосвязанных положений части 1 статьи 1, частей 1 и 4 статьи 17, части 5 статьи 18 названного Федерального закона антимонопольный контроль допускается в отношении процедур, обязательность проведения которых прямо предусмотрена законом и введена в целях предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования (далее - обязательные процедуры), например конкурентных процедур определения поставщика в соответствии со статьей 24 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе).

Равным образом, исходя из требований части 5 статьи 17 Закона о контрактной системе, частей 2 - 3.1 статьи 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках) в их взаимосвязи правила статьи 17 Закона о защите конкуренции применяются к конкурентным закупкам товаров, работ, услуг, осуществляемым в соответствии с Законом о закупках (далее для целей данного раздела - конкурентные закупки). Действия хозяйствующих субъектов при осуществлении закупки товаров, работ, услуг у единственного поставщика согласно положению о закупке, принятому в соответствии с Законом о закупках, не могут быть рассмотрены на предмет нарушения статьи 17 названного Федерального закона.

Иные торги, проведенные с нарушением положений, установленных законом, к сфере антимонопольного контроля по правилам статьи 17 Закона о защите конкуренции не относятся, что не исключает предъявление заинтересованными лицами исков о признании таких торгов и сделок, заключенных по их результатам, недействительными и о применении последствий недействительности (например, на основании пункта 1 статьи 449 Гражданского кодекса, статей 61.8, 139 Закона о банкротстве).

Кроме того, согласно Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1). В Российской Федерации гарантируются единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности (статья 8, часть 1). На территории Российской Федерации не допускаются экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (статья 34, часть 2).

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ее статей 2, 17, 18 и 45 (часть 1), в Российской Федерации должны создаваться максимально благоприятные условия для функционирования экономической системы в целом, что предполагает необходимость стимулирования свободной рыночной экономики, основанной на принципах самоорганизации хозяйственной деятельности предпринимателей как ее основных субъектов, и принятия государством специальных мер, направленных на защиту их прав и законных интересов и тем самым - на достижение конституционной цели оптимизации государственного регулирования экономических отношений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.06.2009 № 11-П).

Организационные и правовые основы защиты конкуренции определены Законом о защите конкуренции, целями которого согласно части 2 статьи 1 названного Федерального закона являются, в частности, обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, создание условий для эффективного функционирования товарных рынков.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ о вопросах антимонопольного законодательства, вышеуказанные нормы, определяющие принципы и сферу применения антимонопольного законодательства, должны учитываться судами при толковании, выявлении смысла и применении положений Закона о защите конкуренции, иных правовых актов, регулирующих отношения, связанные с защитой конкуренции, и отнесенных к сфере антимонопольного законодательства, а также при применении антимонопольных норм к конкретным участникам рынка.

Изложенное должно учитываться, в том числе, при толковании норм названного Федерального закона, устанавливающих полномочия антимонопольных органов.

Согласно пункту 4.2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольные органы наделены полномочиями по рассмотрению жалоб на нарушение процедуры обязательных в соответствии с законодательством Российской Федерации торгов. Порядок рассмотрения указанных жалоб установлен статьей 18.1 названного Федерального закона. Приведенные нормы регламентируют порядок действий антимонопольного органа при рассмотрении жалоб участников торгов, но не определяют основания антимонопольного контроля за торгами.

Вместе с тем по смыслу взаимосвязанных положений части 1 статьи 1, частей 1 и 4 статьи 17, части 5 статьи 18 Закона о защите конкуренции антимонопольный контроль допускается в отношении процедур, обязательность проведения которых прямо предусмотрена законом и введена в целях предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования, о чем, как указано выше, отмечено в пункте 37 постановления Пленума ВС РФ о вопросах антимонопольного законодательства.

Анализ приведенных положений законодательства в их нормативном единстве и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что антимонопольный контроль за торгами, в том числе контроль за соблюдением процедуры торгов, ограничен случаями, когда результаты проведения определенных торгов способны оказать влияние на состояние конкуренции на соответствующих товарных рынках.

Таковыми в силу законодательного установления признаются торги, проводимые в соответствии с Законом о контрактной системе (статья 8) и Законом о закупках (часть 2 статьи 1, пункт 2 части 1 статьи 3), согласно положениям которых обеспечение конкуренции прямо определено в качестве одной из целей проведения закупок.

Исходя из положений пункта 3 части 2 статьи 23 Закона о защите конкуренции, вывод о наличии оснований для антимонопольного контроля за торгами в конкретных случаях также может быть сделан по результатам проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции, если они свидетельствуют о значимости исхода торгов с точки зрения предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования.

В свою очередь, реализация имущества должника посредством проведения торгов в конкурсном производстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности (абзац 16 статьи 2, статьи 110, 111, 124, 139 Закона о банкротстве). Действия, касающиеся формирования лотов, определения условий торгов и непосредственной реализации имущества должны быть экономически оправданными, направленными на достижение упомянутой цели - получение максимальной выручки.

Таким образом, в отличие от антимонопольного контроля, целью которого является защита публичного интереса (недопущение ограничения, устранения конкуренции на рынке, обеспечение и развитие конкуренции), контроль за торгами по продаже имущества в процедурах банкротства должника преследует цель защиты частного интереса: как интереса самого должника, так и интереса его конкурсных кредиторов. При этом при проведении торгов должен обеспечивается баланс между интересами названных лиц.

Проводимые в рамках процедур банкротства (конкурсное производство, процедура реализации имущества гражданина) торги не преследуют в качестве своей основной цели обеспечение и развитие конкуренции на тех или иных товарных рынках, а произвольное вмешательство антимонопольных органов в их проведение способно негативно повлиять на возможность своевременного и максимального удовлетворения интересов кредиторов от реализации имущества, при том, что за проведением названных торгов осуществляется судебный контроль в рамках дела о банкротстве.

Следовательно, осуществление антимонопольного контроля за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным и в каждом случае требует обоснования со стороны антимонопольного органа с точки зрения реализации целей Закона о защите конкуренции.

В данном случае антимонопольным органом осуществлен контроль за торгами, проведенными для продажи дебиторской задолженности физического лица - ФИО1. Торги проводились в целях удовлетворения интересов кредиторов должника, заинтересованных в погашении своих имущественных требований.

Из материалов дела не следует, что продажа дебиторской задолженности физического лица могла каким-либо образом сказаться на обеспечении конкуренции и (или) ее развитии на соответствующем товарном рынке. Такого рода доказательства антимонопольным органом в нарушение части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены.

С учетом изложенного, кассационный суд приходит к постановке вывода о превышении УФАС по Свердловской области установленных законом полномочий при вынесении оспариваемого решения.

Таким образом, учитывая практику применения положений законодательства Российской Федерации, правовой подход Верховного Суда Российской Федерации, изложенный, в том числе в Определениях от 21.03.2022 № 305-ЭС21-21247, от 26.04.2022 № 309-ЭС21-27706, выводы судов первой и апелляционной инстанций о правомерности обжалованного решения антимонопольного органа являются ошибочными.

Принимая во внимание изложенное, постановленные в спорном решении  выводы заинтересованного лица основаны на ошибочном толковании норм действующего законодательства в указанной сфере.

При указанных обстоятельствах, основания для признания обжалованного решения УФАС по Свердловской области недействительным, предусмотренные частью 2 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеются.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, установлены судами и подтверждаются материалами дела, суд кассационной инстанции на основании пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным отменить обжалуемые решение суда первой инстанции, постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований ФИО1 о признании недействительными решения антимонопольного органа от 28.01.2021                          № 066/01/18.1-25/2021.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат отмене, кассационную жалобу ФИО1 следует удовлетворить.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного  суда Свердловской области от 15.07.2021 по делу № А60-8941/2021 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 по тому же делу отменить.

Признать недействительным решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области от 28.01.2021 № 066/01/18.1-25/2021.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                      Ю.В. Вдовин 

 

Судьи                                                                                   Д.В. Жаворонков 

 

                                                                                              Е.А. Поротникова