СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-10312/2022 (2)-АК

Дело №А60-39616/2020

24 июля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 июля 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Голубцова В.Г.,

судей Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО2, предъявлен паспорт (путем использования системы веб-конференции посредством информационной системы «Картотека арбитражных дел»)

иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд первой инстанции не обеспечили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 мая 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4

Алексея Михайловича о признании сделки недействительной,

вынесенное в рамках дела №А60-39616/2020

о признании несостоятельным (банкротом) Максимовской (ФИО5) Елены

Павловны,

третье лицо: ФИО6, 

 

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 10.08.2020 поступило заявление товарищества собственников недвижимости «Селькоровская – 34» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) о признании ФИО7 несостоятельной (банкротом), которое определением от 14.08.2020 принято судом к производству.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.10.2020 (резолютивная часть от 22.10.2020) ФИО7 СНИЛС: 

<

***>) признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (регистрационный номер в государственном реестре арбитражных управляющих - 17636), член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия».

08.04.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО7 - ФИО3 о признании сделки по перечислению денежных средств ФИО6 во исполнение соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 06.11.2018 ФИО8, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 денежных средств в размере 880 000 руб. в конкурсную массу ФИО7

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.04.2022 заявление финансового управляющего принято к рассмотрению. Этим же определением к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечена ФИО8, в качестве третьего лица - ФИО6.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23 мая 2023 года (резолютивная часть от 12.05.2023) в удовлетворении заявления финансового управляющего должника судом отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 приводит доводы о наличии оснований, как предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и ст. 10, 168 ГК РФ для признания оспоренной сделки недействительной. Указывает на отсутствие у должника ФИО9 на момент совершения между заинтересованными ей лицами (дочерью от первого брака ФИО8 и супругом ФИО6) сделки по перечислению денежных средств, причитавшихся должнику, активов, за счет которых кредитор мог получить удовлетворение своих требований и имелись неисполненные обязательства перед ТСН «Селькоровская 34». Полагает, что сделка совершена при наличии противоправного умысла, исключительно с  целью причинения вреда кредитору ТСН «Селькоровская 34», вывода денежных средств во избежание возможного обращения на них взыскания со стороны кредитора. Отмечает, что показания ФИО8 о том, что денежные средства предназначались для оплаты ее образования в учебном заведении, однако впоследствии на регулярной основе по просьбе матери они снимались и передавались ей в наличной форме, либо перечислялись на ее карту, свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны ФИО9 и ФИО8, выражающемся в выводе части денежных средств, полученных во исполнение соглашения о разделе совместно нажитого имущества. Приняв во внимание указанные показания в качестве относимого и допустимого доказательства, суд, по мнению финансового управляющего, сделал несоответствующие обстоятельствам выводы.

Лица, участвующие в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Судебное заседание в апелляционном суде проведено путем использования системы веб-конференции посредством информационной системы «Картотека арбитражных дел».

В заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме веб-конференции, финансовый управляющий должника на доводах апелляционной жалобы настаивал.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, установлено судом, ФИО7 в период с 09.03.2007 по 29.10.2018 состояла в браке со ФИО6

В период брака супругами на основании договора купли-продажи от 17.05.2013 было совместно приобретено, в том числе следующее имущество: 2/6 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру №113, расположенную по адресу: 

<

...>.

06.11.2018 между ФИО6 и ФИО7 было заключено соглашение о разделе совместно нажитого имущества 66АА 5280740 (представлено в электронном виде 22.12.2020), согласно п.п. 2.1, 2.2 которого в единоличную собственность ФИО6 переходят 2/6 доли в праве общей долевой собственности на указанное жилое помещение, а в единоличную собственность ФИО10 – денежная сумма в размере 1 760 000 руб. (именно в указанном размере стороны в силу п. 1.1 соглашения оценили 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру).

Соглашение о разделе совместно нажитого имущества удостоверено нотариусом г. Екатеринбурга – ФИО11

Из текста нотариально удостоверенного соглашения следует, что деньги в сумме 1 760 000 руб. получены ФИО9, претензий к ФИО6 не имеется.

Соглашение о разделе совместно нажитого имущества фактически исполнено сторонами, за ФИО6 произведена регистрация доли в квартире.

Фактическое исполнение соглашения являлось предметом исследования Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга (решение от 30.11.2021 по делу №2-3311/2021), которым установлено его частичное исполнение посредством передачи наличных денежных средств непосредственно должнику по настоящему делу, а также перевод ФИО6 по устному соглашению с должником денежных средств в размере 880 000 руб. в день заключения соглашения - 06.11.2018 на банковскую карту ФИО8 – дочери должника от первого брака, что также подтверждается представленной  в материалы настоящего дела выпиской по счету (л.д. 109).

Полагая, что перечисление одним заинтересованным по отношению к должнику лицом ФИО6 (бывший супруг) в адрес другого заинтересованного лица - ФИО8 (дочь должника от первого брака) денежных средств в размере 880 000 руб., причитавшихся непосредственно должнику на основании соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 06.11.2018, представляющих собой единственный актив должника, за счет которого было возможно получение кредитором удовлетворения своих требований, совершено в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в период неплатежеспособности последнего, финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании данной сделки недействительной на основании 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Кроме того, указывая на то, что передача денежных средств лицу, не являющемуся стороной сделки по соглашению, с учетом наличия признаков неплатежеспособности должника и его последующего банкротства, свидетельствует о явном злоупотреблении правом сторонами, поскольку денежные средства не поступили в конкурсную массу, финансовый управляющий считает имеющим место наличие оснований для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции не установил наличие совокупности оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. 10, 168 ГК РФ, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной и исходил из отсутствия доказательств того, что целью совершения спорной сделки со стороны бывшего супруга должника ФИО6 и дочери должника ФИО8 являлось именно причинение вреда имущественным правам кредиторов должника; не установил недобросоветного поведения и наличия в действиях сторон оспоренной сделки признаков злоупотребления правом.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд оснований для отмены обжалуемого судебного акта не установил, руководствуясь следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 ст. 61.3 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ №63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ №63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ №63 установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции также являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 14.08.2020, а оспариваемая сделка совершена 06.11.2018, то есть в пределах периода подозрительности, определенного в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Кроме того, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ) (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Поскольку спорная сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Оценив наличие правовых оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 ГК РФ для признания сделки недействительной, суд первой инстанции не установил их доказанность.

По результатам повторной оценки представленных в материалы дела доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, апелляционный суд оснований для иных суждений по существу спора не усматривает.

Суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Из материалов дела усматривается, что вся задолженность должника перед единственным кредитором – ТСН «Селькоровская – 34» возникла в связи с ненадлежащим исполнением должником обязанностей председателя указанного ТСН (соответствующую должность ФИО7 занимала в период с 01.01.2015 по 11.04.2017), а именно допуском растраты вверенного ей имущества в крупном размере, необоснованным перечислением денежных средств, что впоследствии установлено приговором Чкаловского районного суда Свердловской области от 18.02.2020 по делу №1-8/2020 (представлен в электронном виде 08.08.2022), определением суда по настоящему делу от 02.09.2019, - т.е. в более ранние, предшествовавшие оспоренной сделке периоды, осталась непогашенной и включена арбитражным судом в реестр требований кредиторов должника.

При этом, по убеждению финансового управляющего, должник мог предполагать наступление ответственности в связи с необоснованным перечислением денежных средств ранее, чем суды определили наличие к тому оснований в определении от 02.09.2019 по делу №А60-15682/2018, приговоре Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 18.02.2020 по делу №1-8/2020, с учетом того, что на дату развода и заключения оспоренной сделки должнику было предъявлено обвинение в совершении уголовного преступления – растраты. Рассматриваемая сделка, с позиции финансового управляющего, представляет собой сделку по выполнению финансового поручения исполнения по сделке третьему лицу (перечисление ФИО6 в адрес ФИО8 денежных средств, причитавшихся должнику на основании соглашения о разделе совместно нажитого имущества) за счет должника, осуществленной исключительно с намерением вывести активы должника от обращения на них взыскания, о чем заинтересованные по отношению к должнику стороны сделки не могли не быть осведомлены.

Действительно, сторон сделки следует признать заинтересованными по отношению к должнику лицами, в силу чего, их осведомленность о наличии возможной цели должника на вывод спорного актива презюмируется, однако, как верно указал суд, указанная презумпция является опровержимой.

Рассматривая настоящее заявление суд, исходя из пояснений сторон на предмет избранного ими способа исполнения соглашения о разделе совместно нажитого имущества, установил, что частичное перечисление денежных средств по названному соглашению ФИО6 в адрес ФИО8 было осуществлено по указанию должника в связи с необходимостью последующего обеспечения оплаты образования дочери от первого брака - ФИО8 Сама ФИО8 также указала, что при поступлении на ее счет денежных средств ее мать пояснила, что данные денежные средства в полном объеме пойдут для оплаты ее образования в учебном заведении, однако в последующем на регулярной основе по просьбе матери ей снимались и передавались в наличной денежной форме денежные средства либо перечислялись на ее карту (указанное следует из представленных в материалы дела выписок).

Приняв во внимание соответствующие пояснения, приведенную аргументацию и обоснование частичного исполнения соглашения в адрес дочери должника, суд первой инстанции, по убеждению коллегии апелляционного суда, правомерно не установил наличие противоправной цели со стороны третьего лица ФИО6 и ответчика ФИО8 по совершению спорной сделки, равно как и их осведомленность о возможно иной цели должника, а также о вероятности причинения вреда потенциальным кредиторам должника (вынесение обвинительного приговора, на котором основаны требования заявителя по делу о банкротстве и единственного кредитора ФИО7 состоялось лишь спустя более, чем год после совершения оспоренной сделки), при том, что предъявление ФИО7 обвинения, имевшее место на момент совершения сделки, на что указывает финансовый управляющий, само по себе не предрешает вынесение обвинительного приговора.

При этом само соглашение о разделе совместно нажитого имущества от 06.11.2018 в установленном порядке не оспорено, недействительным не признано (финансовым управляющим был заявлен отказ от ранее заявляемого в рамках дела о банкротстве требования о признании соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 06.11.2018 №66АА 5280740, заключенного между ФИО7 и ФИО6, недействительной сделкой, с прекращением производства по данному заявлению определением от 28.04.2021).

Установив отсутствие доказательств того, что целью совершения спорной сделки со стороны бывшего супруга должника ФИО6 и дочери должника ФИО8 являлось именно причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, суд пришел к закономерному выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, для удовлетворения заявления о признании оспариваемой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. 

Признаки недобросовестного поведения и наличие в действиях сторон сделки (ФИО6 и ФИО8) злоупотребления правом также не находят подтверждения материалами дела, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Последующее на регулярной основе частичное снятие дочерью должника и перевод денежных средств из числа поступивших на ее счет в качестве исполнения ФИО6 соглашения о разделе совместно нажитого имущества в пользу должника ФИО7 на основании ее просьб, не свидетельствует об обоснованности позиции финансового управляющего, поскольку не подтверждает как фактическую осведомленность, так и недобросовестность действий сторон сделки о возможно иной цели должника, а также о вероятности причинения вреда потенциальным кредиторам должника при совершении указанной сделки.

С учетом изложенного, совокупность условий, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ признана недоказанной судами. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а фактически направлены на переоценку выводов суда в отсутствие на то достаточных оснований.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы по ходатайству финансового управляющего должника была представлена отсрочка оплаты государственной пошлины, доказательств ее уплаты к судебному разбирательству не представлено, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. подлежит взысканию за счет имущества должника.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 мая 2023 года по делу №А60-39616/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО7 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

           В.Г. Голубцов 

 

Судьи

 

            В.И. Мартемьянов

 

 

            М.А. Чухманцев