АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 июня 2022 года

Дело №

А56-62544/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Воробьевой Ю.В., Яковца А.В.,  

при участии от ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 02.09.2019), от ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 23.11.2020),   

рассмотрев 23.06.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.11.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 по делу № А56-62544/2020/сд.1,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 09.09.2020 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО5

Решением суда от 01.12.2020 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении  должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Кредитор ФИО1 12.12.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным брачного договора от 04.06.2009, заключенного должником и ФИО3

Определением суда первой инстанции от 25.11.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение и неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также на несоответствие их выводов обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление, заявление удовлетворить полностью. 

По мнению подателя жалобы, его доводам и доказательствам о прекращении брачных отношений дана неверная оценка, поскольку ФИО3 обратилась за защитой своих прав спустя десять лет с момента расторжения брака, что свидетельствует о фиктивности сделки, притом что должник, возражений относительно пропуска ФИО3 срока давности, не заявил.  

ФИО1 указывает, что конструкция брачного договора использована с целью защиты от имущественных требований кредиторов должника, а согласованные действия супругов направлены на злоупотребление правом и свидетельствуют о мнимости сделки. 

В отзывах финансовый управляющий ФИО6 и ФИО3, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы жалобы поддержала, представитель ФИО3 просила в удовлетворении жалобы отказать.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не стало препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в решении Василеостровского районного суда города Санкт-Петербурга от 13.08.2020 по делу № 2-865/2020 указано, что между должником и ФИО3 21.01.1990 зарегистрирован брак. 

При этом 04.06.2009 супруги заключили брачный договор, удостоверенный нотариусом Нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО7, зарегистрированный в реестре за № Т-300, серии 78 ВК № 253750.

Решением мирового судьи судебного участка № 18, и.о. мирового судьи судебного участка № 13 по Санкт-Петербургу от 15.06.2009 брак между супругами расторгнут. 

Означенным брачным договором стороны определили порядок раздела совместно нажитого имущества в случае расторжения брака. 

В пользу должника в случае расторжения брака переходят автомобили, прицеп к автомобилям, судно-катер и доли в уставных капиталах юридических лиц, указанные в пунктах 2.2.2-2.2.9, 2.2.11 брачного договора. 

В пользу супруги ФИО3 в случае расторжения брака переходит квартира, расположенная по адресу: Санкт-Петербург, Морской 

<

...> (далее – Квартира). 

Поскольку Квартира на момент заключения договора была зарегистрирована за должником, в пункте 2.3.2 брачного договора стороны определили, что в случае расторжения брака ФИО5 передает документы для переоформления права собственности на квартиру в течение одного месяца с момента его расторжения. 

При этом, должник имеет право отчуждать квартиру только с согласия ФИО3 

Согласно пункту 2.4 брачного договора стороны определили, что в случае расторжения брака должник в течение двух лет обязуется выплатить ФИО3 денежную сумму эквивалентную 500 000 условных единиц (компенсационный платеж). 

При этом 10% от компенсационного платежа должно быть выплачено в течение года после расторжения брака. 

В соответствии с пунктом 1.4 стороны определили размер одной условной единицы для расчетов по данному договору как среднее арифметическое значение курсовой стоимости двух валют: доллара США и Евро по текущему курсу, установленному центральным Банком России на день оплаты. 

Несмотря на то, что брак был расторгнут уже 15.06.2009 и обязательства должника по договору перед ФИО3 не были выполнены, последняя обратилась в суд за защитой своих нарушенных прав только в 2019 году. 

При этом, ФИО3 указала, что обязательства по выплате компенсационного платежа не были исполнены, а Квартира, которая должна была перейти в собственность ФИО3 еще в 2009 году, 02.06.2010 года была продана Должником за 18 500 000 руб. 

Таким образом, ФИО3 просила взыскать убытки с ФИО5 в указанной сумме. 

ФИО1 обратился в суд с рассматриваемым заявлением на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). В обоснование заявления указал, что сделка совершена в целях причинения имущественного вреда кредиторам должника и при злоупотреблении правом, поскольку брачный договор является фиктивным. 

Суд первой инстанции, применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, пришел к выводу, что кредитором не доказано заключение брачного договора от 04.06.2009 между должником и ФИО3 с целью вывода имущества из конкурсной массы должника для причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, брачный договор между должником и супругой заключен 04.06.2009 (до 01.10.2015), в связи с чем может быть оспорен только на основании статьи 10 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» обращено внимание судов на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Поскольку сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелось ли у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы должника.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды установили, что последствия исполнения оспариваемого брачного договора являлись предметом оценки судов общей юрисдикции. При этом, на момент заключения брачного договора законодательно закрепленного определения «банкротство физического лица» в российском процессуальном законодательстве отсутствовало. 

Суды верно отметили, что доказательств, свидетельствующих о заключении спорного брачного договора за одиннадцать лет до возбуждения производства по делу о банкротстве должника с целью причинения вреда будущим кредиторам, в материалы дела участниками обособленного спора не представлено.

Судами также принято во внимание, что обращение за взысканием неисполненного по сделке является правом, а не обязанностью стороны. Оспаривая сделка не имеет сроков ее исполнения, следовательно, требования могут быть заявлены участником сделки в любой период времени. 

Суд верно приняли во внимание тот факт, что должнику по оспариваемому договору перешло ликвидное имущество, материальное положение которого не ухудшилось.

В заседании кассационной инстанции представитель ФИО3 пояснила, что имущество, которое перешло должнику по брачному договору, включено в конкурсную массу. Правомерность заключения брачного договора в 2009 году, а также обязанность должника выплатить ФИО3 денежную компенсацию по брачному договору, были проверкой в суде общей юрисдикции, по жалобе ФИО1 Неисполненных обязательств в момент заключения брачного договора у ФИО5 не было, как и не было финансовых трудностей, что подтверждено справками о доходах за последние 10 лет.

При таких обстоятельствах суды пришли к верному выводу об отсутствии в действиях должника и ФИО3 цели причинения вреда кредиторам.

По условиям брачного договора супругами реализовано предоставленное законом право на закрепление за каждым из них конкретного объема имущественных прав и обязанностей, что не свидетельствует о нарушении баланса интересов должника и его кредиторов.

Переоценка доказательств и установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств дела в силу статей 286 и 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами обеих инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.11.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 по делу № А56-62544/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Ю.В. Воробьева

А.В. Яковец