АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А11-1457/2020

23 декабря  2020 года

г. Владимир

Резолютивная часть решения объявлена

16 декабря 2020 года.                                                             

Решение в полном объеме изготовлено

23 декабря 2020 года.    

 

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Евсеевой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску иностранного лица Harman International Industries / Харман Интернешенл Индастриз Инкорпорейтед (8500 Балбоа Бульвар, Нортридж штат Калифорния 91329, США) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (601503, Владимирская область, г. Гусь-Хрустальный, ОГРНИП 318332800015991, ИНН 

<

***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

в отсутствие представителей сторон, извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации на сайте суда,  

установил следующее.

Иностранное лицо Harman International Industries / Харман Интернешенл Индастриз Инкорпорейтед  обратилось в Арбитражный суд Владимирской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2, ответчик) о взыскании 100 000 руб. компенсации, в том числе:

–  75 000 руб. компенсации за нарушение прав на использование товарного знака №266284; 

–  25 000 руб. компенсации за нарушение прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель», а также 1259 руб. судебных издержек, связанных с расходами на приобретение спорного контрафактного товара, и 125 руб. почтовых расходов. 

 Исковые требования заявлены на основании статей 1229, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик вопреки положениям статей 9, 65, 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление  не представил.

В письменных пояснениях истец полностью поддержал исковые требования.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, Harman International Industries, Incorporated (Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед)  является обладателем исключительных прав на товарный знак №266284 (свидетельство на товарный знак (знак обслуживания) №266284, дата приоритета товарного знака – 21.03.2003, дата регистрации – 30.03.2004, дата до которой продлен срок действия исключительного права – 21.03.2023) и охраняемый на территории Российской Федерации в отношении товаров 09 класса МКТУ (аппаратура/приборы для обработки аудио/звука; аудио-и видеооборудование высокой точности звуко-воспроизведения/стандарта HiFi; компьютерные аудиосистемы и компьютерные приборы/устройства; акустические системы и иное), а также обладателем исключительных прав на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель» (сведения о патенте на промышленный образец №988697, дата регистрации – 25.05.2016, дата начала отсчета срока действия патента – 20.05.2015). 

23.05.2019 в магазине, расположенном по адресу: г. Москва ул. Фестивальная, д. 2А, был реализован товар – наушники «JBL» по цене 199 руб.

14.06.2019 в магазине, расположенном по адресу: 

<

...>, к. Б, был реализован товар – портативная акустическая колонка «JBL» по цене 980 руб.

04.07.2019 в магазине, расположенном по адресу: г. Москва ул. Вешняковская, д. 39г, был реализован товар – наушники «JBL» по цене 80 руб.

В подтверждение произведенных покупок товаров истцом представлены кассовые чеки от 23.05.2019, от 14.06.2019, от 04.07.2019 содержащие ФИО и ИНН продавца (предпринимателя ФИО2, ИНН 

<

***>), стоимость товара, CD-диск с видеозаписью процесса реализации товаров, а также проданные ответчиком товары: портативная акустическая колонка «JBL», наушники «JBL» в количестве двух штук.

Ссылаясь на нарушение своих исключительных прав, 15.08.2019 истец направил в адрес ответчика претензию о выплате компенсации за нарушение своих исключительных прав с указанием размера компенсации.

Данная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании компенсации.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца 3 в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец. 

Использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец (подпункт 1 пункта 2 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

По смыслу пункта 2 статьи 1358, пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием промышленного образца или товарного знака считается, в частности: предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот продукта, в котором 4 использован промышленный образец или на котором размещен товарный знак. 

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации контрафактным считается материальный носитель, распространение которого влечет за собой нарушение исключительного права на заключенный в таком материальном носителе результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Таким образом, продукт, в котором без согласия правообладателя использован промышленный образец или товарный знак, считается контрафактным. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение. 

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите прав на объекты интеллектуальной собственности (промышленный образец и товарный знак) входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования изделия, содержащегося все существенный признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что сравниваемые изделия имеют сходное назначение (применительно к промышленному образцу), а также путем использования тождественного или сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров и услуг, для индивидуализации которых знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (применительно к товарному знаку). В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании исключительных прав на промышленный образец и товарный знак, в противном случае он признается нарушителем исключительных прав на данные объекты интеллектуальной собственности и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Наличие у истца исключительных прав на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель» и товарный знак №266284 подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается. 

В подтверждение факта продажи ответчиком товаров истцом представлены в материалы дела кассовые чеки от 23.05.2019, от 14.06.2019, от 04.07.2019, видеозапись процесса покупки, из которой судом установлены дата, время и место проведения видеосъемки, факт реализации спорных товаров, позволяющего идентифицировать приобретенные товары, а также сам товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта реализации спорного товара в торговой точке ответчика.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 этого постановления. 

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122).

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее –Обзор), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого обозначения с товарным знаком учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется (пункт 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10). 

По смыслу приведенного выше правового подхода установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению, формируемому с позиции обычного потребителя, заведомо не обладающего специальными (экспертными) познаниями, что исключает проведение экспертизы с целью оценки противопоставляемых обозначений. 

В соответствии с абзацем 4 пункта 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

При этом перечень существенных признаков промышленного образца включает существенные признаки промышленного образца, к которым относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца (пункт 1 статьи 1352 ГК РФ).

Вопрос об использовании промышленного образца в конкретном товаре является вопросом факта, в связи с чем может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Исследовав видеозапись приобретения товаров и представленный истцом товар суд приходит к выводу, что непосредственно на товаре и на упаковке наушников размещено комбинированное обозначение «JBL», имитирующее товарный знак истца. Оценив степень схожести изображения на реализованном товаре, словесного элемента, тождественность графического изображения, внешней формы, сочетания цветов и тонов, суд первой инстанции приходит к выводу о том, что спорные изображения сходны до степени смешения с товарным знаком истца.

Также на основании оценки зрительных впечатлений, производимых внешним видом промышленного образца «Громкоговоритель» по патенту Российской Федерации №98697 и реализованной ответчиком акустической колонки, принимая во внимание положения Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации промышленного образца и выдаче патента на промышленный образец, его дубликата, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 20.01.2020 №11, суд приходит к выводу о том, что контрафактному товару присуща совокупность существенных признаков промышленного образца. В частности, сравнение графического изображения промышленного образца и изображения товара указывает на внешнее сходство реализуемого ответчиком изделия с промышленным образцом, принадлежащим истцу, что свидетельствует о наличии в спорном товаре тождественных внешних признаков, присущих промышленному образцу истца, что, в свою очередь, создаст ассоциативный ряд между промышленным образцом и спорным товаром. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, реализация ответчиком товара с использованием принадлежащих истцу товарного знака и промышленного образца,  является нарушением исключительных прав правообладателя.

Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот указанных товаров, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.), в материалы дела не представлено.

Пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения. 

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 100 000 руб. 

В обоснование размера компенсации истец указывает, что продажа товара осуществляется в нескольких торговых точках, что свидетельствует об объемах продаж; в досудебном порядке ответчик урегулировать спор отказался; ссылается на наличие вины ответчика; снижение доверия потребителей к лицензионной продукции истца; отметил, что ответчик не впервые нарушает исключительные права на товарный знак, принадлежащий истцу (решение Арбитражного суда Владимирской области  по делу №А11-5855/2019), а также исключительные права иных правообладателей. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10, по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). 

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, установив факт нарушения ответчиком исключительных прав истца, приняв во внимание обстоятельства дела, характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, неоднократное нарушение предпринимателем исключительных прав различных правообладателей при осуществлении своей хозяйственной деятельности, суд приходит к выводу о том, что требование о взыскании компенсации в сумме 100 000 руб. предъявлено истцом обоснованно и подлежит удовлетворению в заявленном размере. Указанный размер компенсации, по мнению суда, в полном объеме покрывает понесенные истцом убытки.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, в том числе расходов на приобретение спорных товаров в сумме 1259 руб., почтовых расходов в сумме 125 руб. 08 коп. 

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Перечень судебных издержек не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (пункт 2 указанного постановления).

Факт несения судебных издержек, составляющих стоимость приобретенных товаров  в сумме 1259 руб. и почтовых расходов по направлению претензии и иска в сумме 125 руб. 08 коп. подтвержден материалами дела. В качестве доказательств произведенных расходов представлены чеки и видеозапись покупок, приобретенные товары приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств, почтовые расходы подтверждены квитанциями. 

Таким образом, с ответчика подлежат взысканию подтвержденные материалами дела судебные издержки в сумме 1384 руб. 08 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вещественные доказательства – наушники в количестве 2 штук и портативная акустическая колонка подлежат уничтожению после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2  в пользу компании Harman International Industries / Харман Интернешенл Индастриз Инкорпорейтед компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 100 000 руб., судебные издержки в сумме 1384 руб. 08 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4000 руб.  

Выдача исполнительного листа осуществляется после вступления решения в законную силу по правилам статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вещественные доказательства уничтожить после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.  

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд (г. Владимир) через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам (г. Москва) в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья              Н.В. Евсеева