Арбитражный суд Челябинской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-10446/2020

18 февраля 2022 г.

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения объявлена 11 февраля 2022 г.

Решение в полном объеме изготовлено 18 февраля 2022 г.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Максимкина Г.Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственности «Уралэнергосбыт», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, к обществу с ограниченной  ответственностью  «Урал-Ресурс»,  ОГРН 

<

***>, г. Копейск Челябинской области, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная   сетевая   компания   Урала»,  ОГРН  

<

***>,  г. Екатеринбург, общества с ограниченной ответственностью «АЭС-Инвест», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, открытого акционерного общества    «Российские    железные    дороги»,   ОГРН   

<

***>,   г. Москва, общества с ограниченной ответственностью «Русэнергосбыт», ОГРН 

<

***>, г. Москва, ФИО2, Министерства тарифного регулирования и энергетики Челябинской области, ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Уральская энергетическая сетевая компания» ОГРН 

<

***>, г. Магнитогорск Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Энергоснабжающая сетевая компания» ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Техносервис-ПЭ» ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Энерготехсервис» ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Механический завод» ОГРН 

<

***>, р.п. Зауральский Еманжелинский район Челябинской области, муниципального унитарного предприятия «Многоотраслевое производственное объединение энергосетей» города Трехгорного ОГРН 

<

***>, г. Трехгорный Челябинской области,  Муниципального унитарного многоотраслевого предприятия коммунального хозяйства, ОГРН 1027401181906, г. Озерск Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Магнитогорская      сетевая      компания»       ОГРН     

<

***>,     г. Магнитогорск Челябинская область, общества с ограниченной ответственностью «ЭДС», ОГРН 

<

***>, г. Златоуст Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Интернешенел билдинг констракшен», ОГРН 

<

***>, г. Миасс Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «ТДК», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, муниципального унитарного предприятия «Городская управляющая компания», ОГРН 

<

***>, г. Миасс Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Объединенная электросетевая компания-Челябинск», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Продвижение», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Южноуральская сетевая компания», ОГРН 

<

***>, г. Южноуральск Челябинской области, муниципального унитарного предприятия «Горэлектросеть», ОГРН 

<

***>, г. Сатка, Челябинской области, акционерного общества «Трансэнерго», ОГРН 

<

***>, г. Снежинск Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью Сетевая Компания «Энергоресурс», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной   ответственностью   «ЭК  Маяк»,   ОГРН  

<

***>,  г. Челябинск, акционерного общества «Электросеть», ОГРН 

<

***>, г. Междуреченск Кемеровской области - Кузбасс, Непубличного акционерного общества «Вишневогорский горно-обогатительный комбинат», ОГРН 

<

***>, р.п. Вишневогорск Каслинского района Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «АТЭК74», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Электросетевая компания», ОГРН 

<

***>, г. Сатка Челябинской области, ПАО «Челябинский машиностроительный завод автомобильных прицепов «Уралавтоприцеп», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск,  общества с ограниченной ответственностью «Управление энергоснабжения и связи», ОГРН 

<

***>, г. Озерск Челябинской области, открытого акционерного общества «Челябинская электросетевая компания», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Златэнерготелеком», ОГРН 

<

***>, г. Златоуст Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Энергетическая компания Альтаир», ОГРН 

<

***>, город Юрюзань Катав-Ивановский район Челябинской области, муниципального унитарного предприятия «Электротепловые сети», ОГРН 

<

***>, г. Троицк Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Металлстрой», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, муниципального унитарного предприятия «КОММЕТ», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Эффект ТК», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью «Каслинская энергосбытовая компания», ОГРН 

<

***>, г. Касли Челябинской области, акционерного общества «Челябинское авиапредприятие», ОГРН  

<

***>, г. Челябинск, публичного акционерного общества «Челябинский завод профилированного стального настила», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, общества с ограниченной ответственностью Челябинский завод стройиндустрии «КЕММА», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, акционерного общества «Государственный космический научно-производственный центр имени М.В. Хруничева», ОГРН 

<

***>, г. Москва, общества с ограниченной ответственностью «Региональная сетевая компания», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, муниципального унитарного предприятия «Копейские электрические сети», ОГРН 

<

***>, г. Копейск Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Электро ТК», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск, федерального государственного унитарного предприятия «Приборостроительный завод имени К.А. Володина», ОГРН 

<

***>, г. Трехгорный Челябинской области, временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» ФИО3, о взыскании 56 770 522 руб. 94 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца: представители ФИО4, доверенность от 30.12.2021, диплом, ФИО5, доверенность от 30.12.2021, диплом, ФИО6, доверенность от 30.12.2021, диплом,

от ответчика: представитель ФИО7, доверенность от 10.01.2022, диплом,

третье лицо: ФИО2, 

от ОАО «РЖД»: представитель ФИО8, доверенность от 17.01.2021, диплом,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Уральская энергосбытовая компания» (далее – истец, ООО «Уралэнергосбыт») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» (далее – ответчик) о взыскании стоимости потерь электрической энергии за период с 01.07.2019 по 31.10.2019 в размере 42 267 143 руб. 99 коп., пени в размере 3 435 423 руб. 69 коп., всего 45 702 567 руб. 68 коп., а также пени за каждый день просрочки по день фактической уплаты долга (т. 1, л.д.3-5).

В обоснование исковых требований истец сослался на ст.ст. 309, 310, 330, 426 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), п.п. 4, 129, 130, 185, 186 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442) и указал на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательства по оплате стоимости потерь электроэнергии, возникающих в принадлежащих ему объектах электросетевого хозяйства.

Истцом размер исковых требований неоднократно уточнялся (т. 1, л.д.137-140, т. 13, л.д.11-13).

Окончательно судом по ходатайству истца на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) было принято увеличение размера исковых требований до 56 770 522 руб. 94 коп., в том числе, задолженность за период с 01.07.2019 по 31.10.2019 – 41 900 481 руб. 59 коп. (без изменений с момента уточнений от 11.10.2021, т. 13, л.д.11-13), пени за период с 20.08.2019 по 04.08.2021 – 14 870 041 руб. 35 коп. (уточнение в части периодов начисления пени), с последующим начислением пени по день фактического исполнения обязательства (т. 17, л.д.59-60).

 Отзывом, дополнениями к нему ответчик исковые требования в заявленном размере отклонил, в случае удовлетворения исковых требований просил об уменьшении размера пени на основании ст. 333 ГК РФ, заявил о наличии разногласий по представленному истцом расчету, соответствующих в совокупности сумме взыскиваемой задолженности:

- определение объема электроэнергии по не допущенным в эксплуатацию в качестве расчетных приборам учета типа РиМ в Карталинском и Кизильском РЭС;

- неправомерное отнесение на ответчика потерь в объектах электросетевого хозяйства, принадлежащих ООО «Энерго-С»;

- неправомерное не включение в объем электроэнергии, поступающей в сеть ответчика, объема ресурса, поступающего через ТП-58, расположенной в с. Варна Челябинской области (граница балансовой принадлежности ответчика и ОАО «РЖД»);

- невключение в баланс электроэнергии ответчика расхода по потребителю ИП ФИО9 – фактическое потребление данного потребителя неправомерно исключено из полезного отпуска электроэнергии баланса ответчика, при том, что в августе 2019 года электропотребление данного потребителя учтено;

- ошибочное отнесение небалансных потерь за сентябрь 2019 года на ответчика – истцом не подтверждена корректность расчета небаланса электроэнергии за сентябрь 2019 года; не учтено расторжение с ответчиком договоров аренды объектов электросетевого хозяйства с октября 2019 года, внесение изменений в объем потерь покупателя, учтенный в сводном прогнозном балансе за 2019 год, в связи с чем, ответчик не признает предъявленные к оплате объемы «небаланса» за сентябрь 2019 года – 378 679 кВтч, за октябрь 2019 года – 597 877 кВтч;

- необоснованное включение в баланс электроэнергии ответчика объема электроэнергии, потребленной бытовыми потребителями, определенного по приборам АСКУЭ;

- необоснованное включение в баланс электроэнергии ответчика объема электроэнергии, потребленной бытовыми потребителями, не оснащенными АСКУЭ (т. 1, л.д.122-125,141-144, т. 2, л.д.130-133, т. 2, л.д.7, т. 4, л.д.170, т. 12, л.д.42-44, т. 13, л.д.55, т. 16, л.д.87-89,92-96).

Определениями суда от 16.07.2020, от 10.08.2020, от 02.12.2020, от 15.03.2021, от 11.08.2021, от 26.11.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены  ОАО «МРСК Урала», ООО «АЭС-Инвест», ОАО «РЖД», ООО «Русэнергосбыт», ФИО2, МТРЭ Челябинской области, ООО «Уральская энергетическая сетевая компания», ООО «Энергоснабжающая сетевая компания», ООО «Техносервис-ПЭ», ООО «Энерготехсервис», ООО «Механический завод», МУП «Многоотраслевое производственное объединение энергосетей» города Трехгорного,  ММПКХ, ООО «Магнитогорская сетевая компания», ООО «ЭДС», ООО «ИНТЕРНЕШЕНЕЛ БИЛДИНГ КОНСТРАКШЕН», ООО «ТДК», МУП «Городская управляющая компания», ООО «Объединенная электросетевая компания-Челябинск», ООО «Продвижение», ООО «Южноуральская сетевая компания», МУП «Горэлектросеть»,  АО «Трансэнерго», ООО Сетевая Компания «Энергоресурс», ООО «ЭК Маяк», АО «Электросеть», НАО «Вишневогорский горно-обогатительный комбинат», ООО «АТЭК74»,  ООО «Электросетевая компания», ПАО «ЧМЗ автомобильных прицепов «УРАЛАВТОПРИЦЕП»,  ООО «Управление энергоснабжения и связи», ОАО «Челябинская электросетевая компания», ООО «Златэнерготелеком», ООО «Энергетическая компания Альтаир», МУП «Электротепловые сети», ООО «Металлстрой», МУП «КОММЕТ», ООО «Эффект ТК», ООО «Каслинская энергосбытовая компания», АО «Челябинское авиапредприятиеПАО «Челябинский завод профилированного стального настила», ОО  ЧЗС «КЕММА», АО «Государственный космический научно-производственный центр имени М.В. Хруничева», ООО «Региональная сетевая компания», МУП «Копейские электрические сети», ООО «Электро ТК», ФГУП «Приборостроительный завод имени К.А. Володина», временный управляющий ООО «Урал-Ресурс» ФИО3 (т. 1, л.д.153, т. 2, л.д.43, т. 4, л.д.179, т. 8, л.д.80, т. 12, л.д.71-72, т. 13, л.д.165-166).

Третьими лицами Министерством тарифного регулирования и энергетики Челябинской области (далее также МТР, Министерство тарифного регулирования), ООО ЧЗС «Кемма», ОАО «РЖД» представлены письменные мнения (т. 8, л.д.124-125, т. 12, л.д.140, т. 17, л.д.24-26).

Третье лицо ОАО «МРСК Урала» в письменном мнении исковые требования полагало обоснованными, привело дополнительно возражения по доводам ответчика о необоснованном учете показаний приборов учета типа РиМ в Карталинском и Кизильском РЭС, предъявлении к оплате «небалансных» потерь за октябрь 2019 года (т. 2, л.д.5-8).

Третье лицо временный управляющий «ООО «Урал-Ресурс» ФИО3 в письменном мнении полагал исковые требования необоснованными, не подтвержденными достаточными доказательствами (т. 16, л.д.138-139). 

Третье лицо ФИО2 (в спорном периоде – руководитель ООО «Урал Ресурс») в письменном мнении, дополнениях к нему поддержал возражения ответчика по доводам о недоказанности объема «небалансных» потерь в сентябре 2019 года, о необоснованном включении в расчет истца «небалансных» потерь в октябре 2019 года при утрате ответчиком статуса сетевой компании,  о неправомерно принятых к учету показаниях по не допущенным в эксплуатацию в качестве расчетных приборам учета типа РиМ в Карталинском и Кизильском РЭС, о неправомерном отнесении на ответчика потерь в объектах электросетевого хозяйства, принадлежащих ООО «Энерго-С», а также в части разногласий по объему электроэнергии, переданной бытовым потребителям, оснащенным приборами учета, в сентябре 2019 года (т. 5, л.д.9-15, т. 8, л.д.93-111,122,136-138, т. 12, л.д.59-60, т. 17, л.д.17-20)

Истцом представлены письменные объяснения по возражениям ответчика, третьих лиц (т. 2, л.д.8-18, т. 4, л.д.151-153,156-158, т. 5, л.д.5-7, 22-27, т. 6, л.д.1-14, т. 8, л.д.89-93,140-145, т. 9, л.д.1-3, т. 12, л.д.45-48,122-126, т. 14, л.д.12-24, т. 17, л.д.14-16)

Представители истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали.

Представитель ответчика в удовлетворении иска просил отказать, поддержав доводы, изложенные в отзыве, дополнениях к нему.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании поддержал позицию, изложенную в письменном мнении, дополнениях к нему, в удовлетворении иска просил отказать.

Представитель третьего лица ООО «АЭС Инвест» в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в письменном мнении.

Остальные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены (т, 2, л.д.2,44-47, т. 4, л.д.138,139-141, т. 5, л.д.153-157, т. 8, л.д.83-84, т. 12, л.д.73-109,128-139, т. 13, л.д.29-34, т.14, л.д.6, т. 16, л.д.124-125,129-137).

Рассмотрев материалы дела, заслушав явившихся представителей сторон, третьих лиц, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, что истец, начиная с 01.07.2019, в течение спорного периода (01.07.2019 – 31.10.2019) и на момент разрешения спора является гарантирующим поставщиком электроэнергии на территории Челябинской области (Приказ Минэнерго России от 03.06.2019 № 557). 

Ответчику, ООО «Урал-Ресурс» на протяжении спорного периода принадлежали на праве собственности и на праве аренды (до 01.10.2019) объекты электросетевого хозяйства, как для территориальной сетевой организации (ТСО) в установленном порядке был утвержден тариф на услугу по передаче электрической энергии и мощности.

01.07.2019 между ООО «Уралэнергосбыт» (продавец) и ООО «Урал-Ресурс» (покупатель) был подписан (с протоколами разногласий согласования разногласий) договор № 74020311002363 купли-продажи электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь в сетях сетевой организации (т. 1, л.д.17), по условиям п. 2.1 которого продавец обязуется осуществлять продажу покупателю электрической энергии (мощности) для компенсации фактических потерь электрической энергии в сетях покупателя, а покупатель обязуется принимать и оплачивать электрическую энергию для компенсации фактических потерь в объектах электросетевого хозяйства покупателя в объемах фактических потерь, в соответствии с условиями договора и действующего законодательства Российской Федерации (т. 1, л.д.13-56).

Согласно п. 6.1 договора за расчетный период принимается один календарный месяц. Определение объема и стоимости электрической энергии осуществляется в соответствии с п. 6.2.-6.3  договора с применением цены согласно разделу 5 договора.

Порядок составления баланса электрической энергии определен в п. 6.2 договора, в соответствии с которым покупатель на основании оформленных надлежащим образом актов снятия показаний электроэнергии (п. 4.1.8.), определяет объем электроэнергии, поступившей в его сети (приложение № 2) по показаниям приборов учета, принадлежащих Покупателю; по показаниям приборов учета, принадлежащих Сетевым организациям и/или производителю электрической энергии, и/или потребителям Продавца (п. 6.2.1); продавец до 08 числа месяца, следующего за расчетным, предоставляет Покупателю информацию о потреблении электрической энергии потребителями Продавца за расчетный период (п. 6.2.2); Покупатель рассчитывает фактический отпуск электроэнергии из сети, который складывается из электропотребления потребителей Продавца и электроэнергии, переданной в сети смежных сетевых организаций (п. 6.2.3); Покупатель до 08 числа месяца, следующего за расчетным, оформляет баланс электроэнергии по согласованной форме (приложение №4) с приложением оформленных надлежащим образом актов снятия показаний электрической энергии по точкам поставки смежной сетевой организации, согласовывает в соответствующем филиале Продавца и до 09 числа месяца, следующего за расчетным, передает Продавцу (п. 6.2.4). Баланс электроэнергии составляется для расчета величины фактических потерь электроэнергии. При этом объем потерь электрической энергии, учтенный для Покупателя в сводном прогнозном балансе в соответствующем расчетном периоде, определяется в приложении №7.

В силу п. 6.3 договора при наличии у Продавца претензий относительно содержания предоставленных документов, Продавец обязан подписать эти документы в неоспариваемой части, а в отношении спорных условий обязан в течение 5 дней рабочих с момента получения документов предоставить Покупателю обоснованные претензии. Покупатель создает согласительную комиссию, которая должна разрешить все спорные вопросы. Результаты работы согласительной комиссии учитываются при составлении баланса следующего расчетного периода. В противном случае стороны имеют право обратиться в арбитражный суд.

Согласно п. 6.4 договора Продавец в соответствии с действующим законодательством РФ формирует расчетные документы (счета, счета-фактуры), которые Потребитель получает у Продавца.  

В соответствии с п. 6.5 договора окончательный расчет производится покупателем до 18-го числа месяца, следующего за расчетным.

Окончательный протокол урегулирования разногласий от 09.09.2019 не подписан со стороны ООО «Уралэнергосбыт», согласно протоколу (т. 1, л.д.51-56).

В период с июля по октябрь 2019 года истцом в связи с поставкой в объекты электросетевого хозяйства ответчика электрической энергии (мощности) для целей компенсации потерь и в связи с включением ответчика, обладавшего статусом ТСО, в прогнозный баланс по территориальным сетевым организациям, составлены акты приема-передачи электрической энергии и выставлены к оплате счета-фактуры от 31.07.2019 на сумму 42 028 026 руб. 76 коп., корректировочный к нему счет-фактура от 29.06.2021 на 298 571 руб. 51 коп. (к увеличению), счет-фактура от 31.08.2019 на сумму 51 374 647 руб. 82 коп. (с учетом корректировки к уменьшению от 29.06.2021), счет-фактура от 30.09.2019 на сумму 84 038 353 руб. 87 коп.,  корректировочный к нему счет-фактура от 29.06.2021 на 361 823 руб. 99 коп. (к увеличению), счет-фактура от 31.10.2019 на сумму 901 330 руб. 09 коп. (с учетом корректировки к уменьшению от 29.06.2021), всего на сумму 179 002 754 руб. 04 коп., которые ответчиком оплачены в неоспариваемой части, на сумму 137 102 272 руб. 45 коп., что привело к образованию заявленной к взысканию (с учетом уточнения исковых требований) задолженности в размере 41 900 481 руб. 59 коп., суммы пеней, начисленных на нее (т. 1, л.д.57-58,67-68,78-79,95-96, т. 13, л.д.14-17).

В связи с непогашением спорной задолженности ответчиком в добровольном порядке, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в силу следующего.

В соответствии ст.ст. 8, 307 ГК РФ обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

В силу п. 1 ст. 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Статьей 544 ГК РФ предусмотрено, что оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Гражданско-правовые отношения, связанные с поставкой и передачей электрической энергии на розничном рынке электрической энергии, регулируются Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее - Основные положения № 442), Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861), кроме того, соответствующие отношения с участием субъектов оптового рынка электрической энергии регулируются также Правилами оптового рынка электрической энергии и мощности и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам организации функционирования оптового рынка электрической энергии и мощности, утвержденными постановлением Правительства РФ от 27.12.2010 № 1172 (далее – Правила № 1172), иными правовыми актами.

В силу ст. 3 Закона об электроэнергетике гарантирующий поставщик электрической энергии - коммерческая организация, обязанная заключить договор купли-продажи электрической энергии с любым обратившимся к ней потребителем электрической энергии либо с лицом, действующим от имени и в интересах потребителя электрической энергии и желающим приобрести электрическую энергию.

Согласно той же статье территориальная сетевая организация - коммерческая организация, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не относящихся к единой национальной (общероссийской) электрической сети, а в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, - с использованием объектов электросетевого хозяйства или части указанных объектов, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и которая соответствует утвержденным Правительством Российской Федерации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Законом об электроэнергетике определены субъекты, обязанные оплачивать потери в электросетях (ч. 3 п. 4 ст. 26, п. 3 ст. 32). Право установить методику определения и порядок компенсации потерь электроэнергии в электросетях предоставлено Правительству Российской Федерации или уполномоченному им федеральному органу исполнительной власти (п. 2 ст. 21). Порядок определения потерь в электросетях и порядок их оплаты устанавливаются в правилах недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии (п. 3 ст. 26 Закона об электроэнергетике).

Согласно абзацу 3 п. 4 ст. 26 Закона об электроэнергетике сетевая организация или иной владелец электросетевого хозяйства обязаны в установленном порядке по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

В соответствии с п. 3 ст. 32 Закона об электроэнергетике величина фактических потерь электрической энергии, возникших в сетях сетевых организаций, являющихся субъектами оптового рынка, оплачивается этими сетевыми организациями в установленном правилами оптового рынка порядке. При этом такие сетевые организации обязаны заключить в соответствии с указанными правилами договоры купли-продажи электрической энергии и мощности в целях компенсации потерь. Стоимость потерь электрической энергии, возникших в сетях сетевых организаций и учтенных в равновесных ценах на электрическую энергию, не учитывается при определении обязательств по оплате электрической энергии участников оптового рынка - покупателей электрической энергии.

В силу п. 5 ст. 41 Закона об электроэнергетике величина фактических потерь электрической энергии оплачивается сетевыми организациями - субъектами розничных рынков, в сетях которых указанные потери возникли, в порядке, установленном основными положениями функционирования розничных рынков. В случаях, установленных основными положениями функционирования розничных рынков, сетевые организации обязаны осуществлять компенсацию потерь в электрических сетях в первую очередь за счет приобретения электрической энергии, произведенной на функционирующих на основе использования возобновляемых источников энергии квалифицированных генерирующих объектах. Сетевые организации обязаны заключить в соответствии с основными положениями функционирования розничных рынков договоры купли-продажи электрической энергии в целях компенсации потерь.

Согласно п. 4 Основных положений сетевые организации приобретают электрическую энергию (мощность) на розничных рынках для собственных (хозяйственных) нужд и в целях компенсации потерь электрической энергии в принадлежащих им на праве собственности     или     на     ином     законном     основании     объектах     электросетевого     хозяйства, величина потерь электрической энергии, не учтенная в ценах на электрическую энергию, оплачивается сетевыми организациями, в сетях которых они возникли, в порядке, установленном правилами оптового и (или) розничных рынков.

Согласно п. 128 Основных положений № 442 фактические потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства приобретаются и оплачиваются сетевыми организациями, в объектах электросетевого хозяйства которых возникли такие потери, путем приобретения электрической энергии (мощности) у гарантирующего поставщика по договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), заключенному в порядке и на условиях, указанных в разделе III настоящего документа.

В силу п. 29 Основных положений № 442 по договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а потребитель (покупатель) обязуется принимать и оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность).

Существенные условия договора купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) приведены в п. 40 Основных положений № 442.

Согласно п. 82 Основных положений № 442 стоимость объема покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, за вычетом средств, внесенных потребителем (покупателем) в качестве оплаты электрической энергии (мощности) в течение этого месяца, оплачивается до 18-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата. 

Изучив содержание представленного договора № 74020311002363 от 01.07.2019 с учетом представленных протоколов разногласий, урегулирования разногласий, принимая во внимание характер разногласий, возникших между сторонами в рамках спорных правоотношений на протяжении искового периода, суд отмечает, что процесс урегулирования условий названного договора сторонами не был завершен в исследуемом периоде, однако в силу субъектных статусов истца и ответчика на рынке электрической энергии и приведенного выше нормативного регулирования между сторонами в спорном периоде сложились фактические договорные отношения по поставке и оплате электрической энергии для целей компенсации потерь.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст.ст. 309, 310 ГР РФ).

Факт поставки истцом на протяжении спорного периода (июль-октябрь) 2019 года электрической энергии, подлежащей приобретению ответчиком для целей компенсации потерь, возникающих в объектах электросетевого хозяйства, подтвержден материалами дела и не оспаривался сторонами.

Разногласия сторон в части объема подлежащей оплате ответчиком электроэнергии могут быть структурированы и исследованы судом в соответствии с заявленными ответчиком возражениями, указанными им и не оспоренными истцом спорными объемами электроэнергии по каждому возражению и их стоимостью, а именно:

- несогласие с определением объема электроэнергии по не допущенным в эксплуатацию в качестве расчетных приборам учета типа РиМ в Карталинском и Кизильском РЭС: в июле 2019 года - 113 150 кВтч стоимостью 347 998,72 руб., в августе 2019 года – 62 685 кВтч стоимостью 193 283,67 руб., в сентябре 2019 года – 90 742 кВтч стоимостью 308 021,54 руб.;

- неправомерное отнесение на ответчика потерь в объектах электросетевого хозяйства, принадлежащих ООО «Энерго-С»: в июле 2019 года – 16 919 кВтч стоимостью 52 035,26 руб., в августе 2019 года – 11 862 кВтч стоимостью 36 575,44 руб., в сентябре 2019 года – 26 651 кВтч стоимостью 90 466,18 руб.;

- неправомерное не включение в объем электроэнергии, поступающей в сеть ответчика, объема ресурса, поступающего через ТП-58, расположенной в с. Варна Челябинской области (граница балансовой принадлежности ответчика и ОАО «РЖД»), возражение только по июлю 2019 года – 1 167 кВтч стоимостью 3 589,17 руб.;

- невключение в баланс электроэнергии ответчика расхода по потребителю ИП ФИО9 – фактическое потребление данного потребителя неправомерно исключено из полезного отпуска электроэнергии баланса ответчика, при том, что в августе 2019 года электропотребление данного потребителя учтено: только в сентябре 2019 года – 8 791 кВтч стоимостью 29 840 руб. 84 коп.;

- ошибочное отнесение небалансных потерь за сентябрь 2019 года на ответчика – истцом не подтверждена корректность расчета небаланса электроэнергии за сентябрь 2019 года; не учтено расторжение с ответчиком договоров аренды объектов электросетевого хозяйства с октября 2019 года, внесение изменений в объем потерь покупателя, учтенный в сводном прогнозном балансе за 2019 год, в связи с чем, ответчик не признает предъявленные к оплате объемы «небаланса» за сентябрь 2019 года – 378 679 кВтч стоимостью 1 285 416,78 руб., за октябрь 2019 года – 597 877 кВтч стоимостью 1 852 110,54 руб. (весь объем предъявленного к оплате ресурса в октябре 2019 года, который после уточнения исковых требований ограничен 901 330,09 руб.);

- необоснованное включение в баланс электроэнергии ответчика объема электроэнергии, потребленной бытовыми потребителями, определенного по приборам АСКУЭ: возражение только по сентябрю 2019 года – 3 876 716 кВтч стоимостью 13 159 419,78 руб.;

- необоснованное включение в баланс электроэнергии ответчика объема электроэнергии, потребленной бытовыми потребителями, не оснащенными приборами учета АСКУЭ: возражение только по сентябрю 2019 года – 7 470 129 кВтч стоимостью 24 915 564 руб. (т. 1, л.д.144).

Проверив доводы и возражения сторон по приведенным возражениям, суд приходит к следующему.

По доводу о необоснованном отнесении на ответчика потерь в объектах электросетевого хозяйства, принадлежащих ООО «Энерго-С».

Материалами дела подтверждается, что комплекс объектов электросетевого хозяйства, расположенных в п. Звездном г. Южноуральска Челябинской области, включая КТП-56, подключенные от нее оборудование и кабельные линии, составляющие спорный объект электропотребления по проверяемому возражению, ранее (акт об осуществлении технологического присоединения от 06.11.2018, т. 1, л.д.82оборот-83) принадлежал ООО «Южноуральская сетевая компания» (третье лицо по делу), согласно договору купли-продажи от 01.03.2019 был продан ООО «Энерго-С» (ИНН 

<

***>, исключено из числа третьих лиц по делу в связи с прекращением деятельности 20.12.2019, исключением из ЕГРЮЛ) (т. 1, л.д.81оборот-82).

Письмом от 18.03.2019 ООО «Южноуральская сетевая компания» сообщило ООО «Урал-Ресурс» о переходе прав на указанные объекты сторонней организации (т. 1, л.д.80оборот).

Письмом от 25.04.2019 ООО «Урал-Ресурс» в свою очередь сообщило о состоявшейся смене владельца объектов электросетевого хозяйства ОАО «МРСК Урала», выполнявшему по 30.06.2019 функции гарантирующего поставщика электроэнергии на территории Челябинской области, приложив подтверждающие документы (т. 1, л.д.80).

Повторно те же обстоятельства доведены ответчиком до ОАО «МРСК-Урала» письмом от 27.05.2019 (т. 16, л.д.112-113) и до ООО «Уралэнергосбыт» - письмом от 20.09.2019 (т. 16, л.д.114).

Таким образом, на протяжении спорного периода (июль-сентябрь 2019 – в октябре к оплате предъявлены только «небалансные» потери) обозначенный комплекс объектов электросетевого хозяйства принадлежал на праве собственности сторонней организации – ООО «Энерго-С», о чем гарантирующие поставщики соответствующих периодов были осведомлены, и на которой в силу приведенного выше нормативного регулирования лежала обязанность по компенсации гарантирующему поставщику потерь электроэнергии, возникающих в его электросетевых объектах.

В отсутствие доказательств оспаривания представленного договора купли-продажи, признания его недействительным, равно как доказательств выбытия спорных объектов из владения как прежнего, так и нового собственника, нахождения этих объектов в фактическом владении ответчика, правовые основания для возложения на последнего обязанности по оплате электроэнергии в объеме потерь, возникающих в указанном комплексе объектов, отсутствуют.

Такие правовые основания не создают и те обстоятельства, что истцом с ООО «Энерго-С» не был заключен договор купли-продажи электроэнергии для целей компенсации потерь, в настоящее время организация деятельность прекратила, предъявление к ней требований невозможно, собственник объектов после ликвидации ООО «Энерго-С» (20.12.2019) не известен. 

Отсутствие сведений о регистрации прав в отношении спорных объектов в ЕГРН (т. 4, л.д.159-169), не свидетельствует об отсутствии права на исследуемые объекты у ООО «Южноуральская сетевая компания» и не опровергает переход данного права к ООО «Энерго-С».

В этой связи возражения ответчика в данной части заслуживают внимание, в связи с чем требования истца о взыскании задолженности не подлежат удовлетворению в объеме заявленных по данному доводу разногласий, по расчету истцом не оспоренном: в июле 2019 года – 16 919 кВтч стоимостью 52 035,26 руб., в августе 2019 года – 11 862 кВтч стоимостью 36 575,44 руб., в сентябре 2019 года – 26 651 кВтч стоимостью 90 466,18 руб., всего в сумме 179 076 руб. 00 коп.

По доводу о необоснованном включении в баланс электроэнергии ответчика объема электроэнергии, потребленной бытовыми потребителями, определенного по приборам АСКУЭ.

В данной части возражения ответчика основаны на том обстоятельстве, что 24.10.2019 он в связи с прекращением права аренды на объекты электросетевого хозяйства, принадлежащие ООО «АЭС Инвест» (третье лицо по делу), ООО «Урал-Ресурс» было лишено тарифа, утратило статус территориальной сетевой организации, при этом в октябре 2019 года истцом не предъявлены к оплате ответчику потери в объектах электросетевого хозяйства, следовательно, баланс электроэнергии не принят, при определении объема обязательств ответчика за октябрь 2019 года уже не учитывался объем полезного отпуска бытовым потребителям. Вместе с тем, объем полезного отпуска по бытовым потребителям, оснащенных приборами учета АСКУЭ, определен по показаниям, переданным не на 30.09.2019, а на различные более ранние даты. Таким образом, объем электроэнергии, фактически потребленный указанной группой потребителей за оставшиеся после даты принятых показаний дни сентября, и который в силу приведенных обстоятельств не может быть учтен при определении баланса электропотребления в октябре 2019 года при передаче следующих показаний, необоснованно занижает объем фактического полезного отпуска и, соответственно, на тот же объем безосновательно увеличивает объем предъявленных к оплате ответчику потерь электроэнергии.

Поскольку характеристики названных приборов учета позволяют достоверно установить показания на конкретную дату, ответчиком и третьим лицом ФИО2 на основе анализа предоставленных истцом исходных данных по потреблению определен объем такого неучтенного бытого потребления (по состоянию на 30.09.2019) и стоимость завышенного в этой связи объема потерь, предъявленного к оплате ответчику в сентябре 2019 года: 3 876 716 кВтч стоимостью 13 159 419 руб.78 коп.

Правильность расчета ответчика истцом не оспорена, достаточными достоверными доказательствами не опровергнута, при этом в контексте установленных фактических обстоятельств и последствий прекращения у ответчика статуса территориальной сетевой организации, примененный способ определения объема полезного отпуска бытовым потребителям, по мнению суда, способствует более объективному сальдированию расчетов сторон. Принимая во внимание технические характеристики приборов учета по заявленной группе потребителей, такой способ корректировки объема бытового потребления в сентябре 2019 года не затрагивает прав и не нарушает порядок начислений, выполняющихся в отношении таких конечных потребителей.

 В этой связи, признавая возражения ответчика в данной части обоснованными, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности в соответствующей части (сентябрь 2019 года на сумму 13 159 419 руб.78 коп.).

Между тем, в остальной части суд находит обоснованной правовую позицию истца, доводы ответчика отклоняет по следующим основаниям.

Так, полагая необоснованным включение в баланс электроэнергии ответчика объема электроэнергии, потребленной бытовыми потребителями, не оснащенными приборами учета АСКУЭ, ответчик произвел расчет такого «неучтенного» потребления сентября 2019 года, путем определения среднего потребления по каждому потребителю, исходя из следующих (переданных в октябре 2019 года) показаний прибора учета. Арифметически произведенный ответчиком расчет истцом не оспорен, в связи с чем, определением от 17.02.2022 (резолютивная часть от 10.02.2022) судом отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о проведении по делу судебной экспертизы по вопросу определения объема и стоимости бытового потребления по указанной группе потребителей в сентябре 2019 года.

В то же время, суд считает заслуживающими внимание доводы истца об отсутствии правовых оснований для применения такого алгоритма определения объема бытового потребления (по среднему) в отношении части расчетного периода (часть сентября), при оснащенности потребителей исправными приборами учета, регулярно передающихся показаниях и отсутствии при этом объективных (учетных) данных объема потребления на конкретную дату – 30.09.2019.

Ссылка ответчика на положения п. 59 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 № 354 не может быть признана обоснованной, поскольку содержит основания для предъявления к оплате владельцам жилых помещений ресурса в объеме среднемесячного потребления, не применимые к ситуации наличия исправных приборов учета и регулярно передающихся показаний. Алгоритм расчета в объеме среднего потребления не связан с определением объективных данных потребления, при этом затрагивает расчеты истца с последующим владельцем объектов электросетевого хозяйства, обеспечивающих электроснабжение данной группы потребителей – ОАО «МРСК Урала» и конечными потребителями, в отсутствие достаточных правовых оснований. Положения Правил № 354 оснований для их расширительного применения не содержат. 

Принимая во внимание общий для сферы отношений энергоснабжения принцип приоритета учетного (приборного) метода определения объема потребленного ресурса, любой иной нормативно закрепленный алгоритм может применяться строго при наличии предусмотренных той же нормой оснований и с учетом определенных содержательно и по субъектному составу пределов регулирования такой нормы.

По доводу ответчика о несогласии с определением объема электроэнергии по не допущенным в эксплуатацию в качестве расчетных приборам учета типа РиМ в Карталинском и Кизильском РЭС.

В соответствии с п. 136 Основных положений № 442 определение объема потребления    (производства)     электрической    энергии     (мощности)    на     розничных     рынках, оказанных услуг по передаче электрической энергии, а также фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства осуществляется на основании данных, полученных: с использованием указанных в настоящем разделе приборов учета электрической энергии, в том числе включенных в состав измерительных комплексов, систем учета; при отсутствии приборов учета и в определенных в настоящем разделе случаях - путем применения расчетных способов, предусмотренных настоящим документом и приложением № 3.

В соответствии с п.137 Основных положений №442 (в редакции 10.10.2018) приборы учета, показания которых используются при определении объемов потребления (производства) электрической энергии (мощности) на розничных рынках, оказанных услуг по передаче электрической энергии, фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства, за которые осуществляются расчеты на розничном рынке, должны соответствовать требованиям законодательства Российской Федерации об обеспечении единства измерений, а также установленным в настоящем разделе требованиям, в том числе по их классу точности, быть допущенными в эксплуатацию в установленном настоящим разделом порядке, иметь неповрежденные контрольные пломбы и (или) знаки визуального контроля.

Согласно п.139 Основных положений (в редакции 10.10.2018) для учета электрической энергии, потребляемой потребителями, не указанными в п. 138 настоящего документа, с максимальной мощностью менее 670 кВт, подлежат использованию приборы учета класса точности 1,0 и выше - для точек присоединения к объектам электросетевого хозяйства напряжением 35 кВ и ниже и класса точности 0,5S и выше - для точек присоединения к объектам электросетевого хозяйства напряжением 110 кВ и выше.

Для учета электрической энергии, потребляемой потребителями с максимальной мощностью не менее 670 кВт, подлежат использованию приборы учета, позволяющие измерять почасовые объемы потребления электрической энергии, класса точности 0,5S и выше, обеспечивающие хранение данных о почасовых объемах потребления электрической энергии за последние 90 дней и более или включенные в систему учета.

Класс точности измерительных трансформаторов, используемых в измерительных комплексах для установки (подключения) приборов учета, должен быть не ниже 0,5. Допускается использование измерительных трансформаторов напряжения класса точности 1,0 для установки (подключения) приборов учета класса точности 2,0.

В силу п.140 Основных положений (в редакции 10.10.2018) для учета электрической энергии в точках присоединения объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организации к объектам электросетевого хозяйства другой сетевой организации подлежат использованию приборы учета, соответствующие требованиям, предусмотренным п. 139 настоящего документа.

Согласно п. 144 Основных положений № 442, приборы учета подлежат установке на границах балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов розничного рынка - потребителей, производителей электрической энергии (мощности) на розничных рынках, сетевых организаций, имеющих общую границу балансовой принадлежности, а также в иных местах, определяемых в соответствии с настоящим разделом с соблюдением установленных законодательством Российской Федерации требований к местам установки приборов учета. При отсутствии технической возможности установки прибора учета на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов розничного рынка прибор учета подлежит установке в месте, максимально приближенном к границе балансовой принадлежности, в котором имеется техническая возможность его установки

Граница балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности между смежными сетевыми организациями на основании актов разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, представленными ОАО «МРСК Урала» в материалы дела, проходит по опорам, от которых запитаны понижающие ТП Ответчика (т. 3, л.д.51-97).

Приборы учета по спорным точкам были установлены не на границе балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, а в ТП и имели класс точности 2, что ответчиком не опровергнуто.

Ответчик не инициировал установку приборов учета на границе раздела балансовой принадлежности в соответствии с требованиями п.144 Основных положений, при таких условиях действия ОАО «МРСК Урала» по установке более точных приборов учета РиМ 384.02/2 в границах балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности (на опорах ВЛ-0,4 кВт), являются правомерными, направлены на повышение эффективности учета и приведение его в соответствие с требованиями приведенного выше нормативного регулирования.

Допуск приборов учета был произведен ОАО «МРСК» в присутствии гарантирующего поставщика, представителя ответчика с соблюдением требований п.п.137, 139,140. 144, 152 Основных положений № 442, что подтверждается актами допуска приборов учета электрической энергии в эксплуатацию (т. 3, л.д.19-50).

Довод ответчика о невозможности проверить правильность работы спорных приборов учета не может быть принят судом в отсутствие доказательств их не корректной работы в исковом периоде, в отсутствие обоснованных сомнений в их исправности и в отсутствие ходатайств о проведении по данному вопросу экспертизы. Наличие у данных приборов учета выносного дисплея при том, что такая конструктивная особенность соответствует типу приборов (т. 6, л.д.15-25), не противоречит действующим нормативным требованиям и стандартам, не влияет на класс точности и исправность приборов учета, не свидетельствует о неправомерности допуска таких приборов в эксплуатацию или об их неисправности.

По доводу ответчика о том, что им не был включен в объем электроэнергии, поступающей в сеть ответчика, объем ресурса, поступающего через ТП-58, расположенную в с. Варна Челябинской области (граница балансовой принадлежности ответчика и ОАО «РЖД»), суд отмечает, что по логике определения объема подлежащих оплате ответчиком потерь электроэнергии недоучет истцом объема поступления электроэнергии в сети ответчика ведет к занижению объема предъявленного к оплате ответчику ресурса и в этом смысле прав ответчика не нарушает.

В то же время, по результатам проверки приведенный довод ответчика судом отклоняется, опровергается представленными истцом актами снятия показаний приборов учета (т. 17, л.д.55-58), наглядно демонстрирующих, что переданные ответчиком сведения о поступлении в сеть по ТП-58 в июле действительно не были приняты к расчету истцом в июле (т. 17, л.д.55-56), между тем, в августе 2019 года объем поступления ресурса в сеть ответчика определен истцом с учетом показаний по ТП-58, переданных за июль-август, что нивелирует неточность учета в июле 2019 года (т. 17, л.д.55,57-58). Достоверность представленных и актов устных пояснений представителя истца, данных в судебном заседании 10.02.2022 по указанному вопросу, присутствовавшими представителем ответчика и третьим лицом ФИО2 не оспаривались.

Отклоняя довод ответчика о невключении в баланс электроэнергии ответчика расхода по потребителю ИП ФИО9 со ссылкой на то, что фактическое потребление данного потребителя неправомерно исключено из полезного отпуска электроэнергии баланса ответчика, при том, что в августе 2019 года электропотребление данного потребителя учтено, суд исходит из недоказанности данного довода. Ни в отзыве, дополнениях к нему, ни устно в судебных заседаниях представитель ответчика не ссылается на конкретные имеющиеся в материалах дела доказательства в обоснование приведенного возражения, судом их также не выявлено. 

Отклоняя довод ответчика о недоказанности представленного истцом расчета объема «небалансных» потерь за сентябрь и октябрь 2019 года, суд обращает внимание, что истцом в материалы дела представлены договоры, акты снятия показаний приборов учета, балансы по сетевым организациям, потребителям – юридическим лицам и индивидуальным потребителям, сводные акты учета потребления, прогнозные планы за каждый месяц расчетного периода, на бумажном и электронных носителях, судом по ходатайствам сторон неоднократно предоставлялось время для проверки представленных сведений и расчетов.

Доказательств, очевидно указывающих на нарушение истцом предусмотренных алгоритмов расчета спорных объемов ресурса или свидетельствующих о несоответствии конкретным представленным в материалы дела доказательствам, в том числе, подтверждающим объем потребления или результаты баланса по потребителям или сетевым организациям, ответчиком, третьим лицом ФИО2 не представлено.

При этом доводы третьего лица ФИО2 о якобы имеющихся несоответствиях по количеству учтенных сетевых организаций и объемам их потребления, контррасчет (т. 5, л.д.9-15) мотивированно отклонены истцом в письменных объяснениях от 26.01.2022 (т. 17, л.д.14-16).

Суд также принимает во внимание, что ходатайств о проведении по делу судебной экспертизы для целей проверки логической и арифметической правильности и документальной обоснованности представленного истцом расчета (с учетом объемов первичной документации, которая может быть подвергнута проверке) ответчиком, третьими лицами не заявлялось. При таких обстоятельствах глубина проверки расчета, представленного истцом, ограничивается проверкой конкретных возражений, обоснованных ссылками на конкретные доказательства в материалах дела. Судом с учетом обозначенных пределов проверки расчета истца обоснованность возражений ответчика, третьего лица ФИО2, поддержанных в письменном мнении временного управляющего ответчика, не выявлена. 

По доводу ответчика о необоснованном предъявлении к оплате «небалансных» потерь в октябре 2019 года.

В обоснование заявленных в данной части возражений ответчик сослался на то, что статус территориальной сетевой организации приобретен им после принятия в аренду от ООО «АЭС Инвест» принадлежащих последнему объектов электросетевого хозяйства. Однако договоры аренды были расторгнуты по инициативе ООО «АЭС Инвест» с 01.10.2022, объекты электросетевого хозяйства переданы во владение ОАО «МРСК Урала», постановлением тарифного органа от 24.10.2019 ответчик лишен ранее установленного тарифа в связи с утратой статуса ТСО.

Приведенные ответчиком обстоятельства материалами дела подтверждаются (т. 1, л.д.126-127, т. 2, л.д.22-36, т. 8, л.д.112-119).

Постановлением МТР от 27.12.2018 № 89/11 (т. 8, л.д.112-119) установлены единые котловые тарифы на услуги по передаче электрической энергии на территории Челябинской области, ООО «Урал-Ресурс» включено в список сетевых организаций, по которым при составлении прогнозного плана на 2019 года учтена необходимая валовая выручка, расходы на технологическое присоединение, величина потерь, учтенная при формировании тарифов (т. 8, л.д.115).

Постановлением тарифного органа от 24.10.2019 № 79/1 внесены изменения в постановление  от 27.12.2018 № 89/11 и в постановление от 13.05.2019 № 38/2, прекращены тарифы, установленные для ООО «Урал-Ресурс» как для ТСО.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что о прекращении договоров аренды ответчик уведомил истца письмом от 16.10.2019 (т. 5, л.д.28), одновременно предоставил перечень объектов электросетевого хозяйства, имеющихся в собственности ответчика на 01.10.2019 (т. 5, л.д.29-31).

Таким образом, несмотря на то, что исходя из перечня объектов в собственности ответчика (т. 5, л.д.29-31) усматривается несоблюдение критериев (по сумме протяженности линий электропередачи и проектных номинальных классов напряжения объектов во владении) отнесения сетевой организации к числу территориальных (постановление Правительства РФ от 28.2.2015 № 184), ответчик сохранил статус сетевой организации, являясь собственником объектов электросетевого хозяйства с действующим тарифом на услугу по передаче электроэнергии. При этом уровень такого тарифа учитывал, в том числе, расходы, связанные со статусом именно территориальных сетевых организаций, а также участие ответчика в прогнозном балансе электропотребления на 2019 год.

Определением суда от 15.03.2021 в МТР истребованы применительно к установленным обстоятельствам настоящего дела сведения о возможности внесения изменений в сводный прогнозный баланс месяца, в котором одна из сетевых организаций лишена индивидуального тарифа на услуги по передаче электрической энергии (т. 8, л.д.81-82).

Согласно полученному ответу Министерства тарифного регулирования внесение изменений в сводный прогнозный баланс в отношении территориальных сетевых организаций действующим нормативным порядком не предусмотрено (т. 8, л.д.124-125).

Принимая во внимание, что после прекращения права аренды в отношении объектов электросетевого хозяйства ООО «АЭС Инвест» ответчик был лишен возможности использовать их в хозяйственной деятельности и извлекать прибыль, суд исходит из того, что прекращение такого права в рассматриваемом случае относится к хозяйственным рискам ответчика и не влечет автоматического прекращения обязательств, связанных со статусом ТСО, включая участие в распределении «небалансных» потерь (т. 2, л.д.9).

Кроме того, в отношении оставшихся во владении ответчика объектов электросетевого хозяйства на праве собственности ответчик в октябре 2019 года продолжал применять установленный для него индивидуальный тариф несмотря на формальное несоответствие критериям ТСО, что подтверждается актом об оказании услуг по передаче электроэнергии в отношении заказчика – ОАО «МРСК Урала» от 31.10.2019, протокола разногласий с указанной организацией за октябрь 2019 года, уведомлением об уступке права требования (т. 8, л.д.146-149).

В этой связи обоснованными являются доводы истца о том, что в  условиях котловой модели взаиморасчетов по принципу все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают «котлодержателю» услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями через индивидуальные тарифы, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (п.п. 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Для потребителей Челябинской области утверждены единые (котловые тарифы) на услуги по передаче электрической энергии. ОАО «МРСК Урала» является «котлодержателем» на территории Челябинской области, где необходимая валовая выручка ОАО «МРСК Урала» определена с учетом затрат смежных сетевых организаций (постановление Министерства тарифного регулирования № 89/11 от 27.12.2018), в том числе затрат ООО «Урал-Ресурс» (п. 38 Приложения № 1 к Постановлению № 89/1).

Нормативные технологические потери электроэнергии входят в тариф на услуги по передаче электроэнергии и оплачиваются потребителями по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории Челябинской области и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел».

Определение объема потерь ответчику за октябрь 2019 года произведено с соблюдением требований п. 190 Основных положений. При этом объем небаланса в отношении ООО «Урал-Ресурс» рассчитан из объемов, учтенных в сводном прогнозном балансе на октябрь 2019 года - 26 077 800 кВтч (утвержден Приказом Федеральной антимонопольной службы от 16.11.2018г. № 1570/18-ДСП, т. 2, л.д.9).

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика задолженности в размере 41 900 481 руб. 59 коп. подлежит удовлетворению в части, в сумме 28 561 984 руб. 94 (41 900 481,59 - 179 076 - 13 159 419,78).

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика пени в связи с просрочкой оплаты потребленной электроэнергии, в размере 14 870 041 руб. 35 коп. (т. 17, л.д.59-60) по состоянию на 04.08.2021 с последующим начислением по день фактической уплаты задолженности.

Согласно п. 82 Основных положений № 442 стоимость объема покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, за вычетом средств, внесенных потребителем (покупателем) в качестве оплаты электрической энергии (мощности) в течение этого месяца, оплачивается до 18-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата. 

Факт нарушения ответчиком обязательства по своевременной оплате ресурса установлен судом, подтверждается материалами дела.

Лицо, нарушившее обязательство, несет ответственность установленную законом или договором (ст. 401 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с абз. 8 п. 2 ст. 37 Закона об электроэнергетике потребитель или покупатель электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие электрическую энергию гарантирующему поставщику или производителю электрической энергии (мощности) на розничном рынке, обязаны уплатить ему пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

По расчету истца сумма неустойки за период с 20.08.2019 по 04.08.2021 составила 14 870 041 руб. 35 коп. (т. 17, л.д.60).

Проверив расчет истца, суд с учетом приведенных положений п. 82 Основных положений № 442 не может согласиться с ним в части определения начала начисления пени с 30.06.2021 по корректировочным счетам-фактурам от 29.06.2021 (доначисления за июль и сентябрь 2019 года).

С учетом изложенного, а также принимая во внимание частичное удовлетворение требования о взыскании задолженности, требование истца о взыскании пени также является обоснованным в части, в сумме 10 483 168 руб. 47 коп.

Ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера пени на основании ст. 333 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.

Как следует из п. 69 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и п. 1 ст. 333 ГК РФ, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке. 

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии с требованиями АПК РФ. 

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 683-О-О указано, что п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в статье 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

Исследовав конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о наличии в данном случае оснований для уменьшения размера неустойки в отношении периодов просрочки, допущенных после оплаты выставленных счетов-фактур в неоспариваемой части, поскольку после оплаты неоспариваемых сумм просрочка ответчиком допущена при наличии мотивированного несогласия с выполненными истцом начислениями, определенность в которые внесена только при разрешении спора в судебном порядке. К таким суммам судом не отнесены суммы корректировок от 29.06.2021, поскольку мотивированных возражений по ним ответчиком не было заявлено. При этом, учитывая профессиональный статус обоих участников спорных правоотношений, размер и степень обоснованности заявлявшихся ответчиком возражений, последствия образовавшейся просрочки, в том числе по спорным требованиям, для каждой из сторон, суд полагает возможным уменьшение размера неустойки по обозначенным периодам до 1/170 ставки рефинансирования от суммы задолженности за каждый день просрочки. 

С учетом применения положений ст. 333 ГК РФ требование истца о взыскании пени за период с 20.08.2019 по 04.08.2021 подлежит удовлетворению в части, в сумме 8 347 429 руб. 83 коп., исходя из следующего расчета:

 

Оплата 

Остаток долга 

Сумма просроченного 

Период просрочки

Дней просрочки

Ставка, 1/130 

Сумма пени

Сумма пени 333 ГК

 

Июль

41 975 991,15

 

298 571,51

(корр + от 29.06.2021)

27.08.19

41 631 581,95

 

642 980,71

41 975 991,15

 

344 409,2

 

298 571,51

 

20.08.19-27.08.19

 

28.08.19-04.08.21

 

20.07.21-04.08.21

8

708

 

16

7,25

 

6,5

 

6,5

187 277,50

 

121 920,86

 

2 388,57

187 277,50

 

93 233,6 (1/170)

 

2 388,57

Август

51 338 072,38

(с учетом корр от 29.06.2021)

и с учетом обоснованных возр.

24.10.19

51 221 066,16

 

117 006,22

51 338 072,38

 

117 006,22

19.09.19-24.10.19

25.10.19-04.08.21

36

 

650

7

6,5

995 168,79

38 027,02

995 168,79

29 079,49 (1/170)

Сентябрь

70 788 468,27

361 823,99 (корр + от 29.06.2021)

24.10.19

44 249 624,34

 

26 900 667,92

70 788 468,27

26 538 843,93

 

361 823,99

19.10.19-24.10.19

25.10.19-04.08.19

 

20.07.21-04.08.21

6

650

 

16

7

6,5

 

6,5

228 701,21

8 625 124,28

 2 894,59

228 701,21

6 595 683,27 (1/170)

2 894,59

Октябрь 

901 330,09

(с учетом корр от 29.06.2021)

0

901 330,09

901 330,09

19.11.19-04.08.21

625

6,5

281 665,65

215 391,38 (1/170)

ИТОГО

165 664 257,39

137 102 272,45

28 561 984,94

 

10 483 168,47

8 347 429,83

Определением  Арбитражного  суда  Челябинской  области по делу № А76-800/2021 в отношении ООО «Урал-Ресурс» 05.08.2021 введена процедура, применяемая по делам о несостоятельности (банкротстве) – наблюдение (т. 13, л.д.52).

В силу абз. 9 п. 1 ст. 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Как следует из п. 1 ст. 5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», денежные обязательства относятся к текущим платежам, если они возникли после даты принятия заявления о признании должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом.

Поскольку рассматриваемые требования о взыскании задолженности к текущим не относятся, не являются текущими и требования о взыскании начисленной на такую задолженность пени.

С учетом изложенного, в удовлетворении требования о взыскании пени за период после введения процедуры наблюдения следует отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в суд подлежит уплате в соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) с учетом ст. ст. 333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.

При обращении в суд платежным поручением от 11.03.2020 № 2581 истец уплатил государственную пошлину в размере 200 000 руб. 00 коп. (т.1, л.д.5), что соответствует цене иска.

Вместе с тем, в настоящем деле неустойка уменьшена судом по правилам ст. 333 ГК РФ на основании заявления ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая вопросы о распределении между сторонами расходов по уплате государственной пошлины в случаях уменьшения размера подлежащей взысканию неустойки, арбитражным судам необходимо учитывать, что согласно п. 2 ч. 1 ст. 333.22 НК РФ в цену иска включаются указанные в исковом заявлении суммы неустойки (штрафов, пеней) и проценты. Если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам ст. 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Исходя из изложенного, для целей распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины следует исходить из размера заявленных исковых требований 56 770 522 руб. 94 коп., размера обоснованных требований 39 045 153 руб. 41 коп. (где 28 561 984,94 – определенная судом сумма  задолженности; 10 483 168,47 – сумма неустойки без учета применения ст. 333 ГК РФ).

Таким образом, с ответчика в пользу истца в возмещение расходов последнего на уплату государственной пошлины следует взыскать 137 554 руб. 32 коп. (39 045 153,41 х 200 000 / 56 770 522,94).

Руководствуясь ст.ст. 49, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» в пользу общества с ограниченной ответственности «Уралэнергосбыт» задолженность в размере 28 561 984 руб. 94 коп., пени в размере 8 347 429 руб. 83 коп., всего 36 909 414 руб. 77 коп., а также в возмещение расходов на уплату государственной пошлины 137 554 руб. 32 коп.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области. 

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Судья                                                                                      Г.Р. Максимкина

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru