СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                         Дело № А45-31250/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2019 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1

судей

 

ФИО2

ФИО3

 

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Лачиновой К.А. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кобрин» (№07АП-12307/2018(1)) на определение от 06.11.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Свиридовой Г.В.) по делу № А45-31250/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новосибирская инвестиционная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 

<

...>, этаж 6, офис 6), по заявлению общества с ограниченной ответственностью «КОБРИН» о включении требования в размере 3 126 246 рублей 58 копеек в реестр требований кредиторов должника,

В судебном заседании приняли участие: 

от ООО «Корбин»: ФИО4, доверенность 13.11.2017,

от иных лиц: не явились (извещены), 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.04.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Новосибирская инвестиционная компания» (далее – должник, ООО «НИК») введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, наблюдение. Временным управляющим должника назначен член Союза арбитражных управляющих «Авангард» - ФИО5. 

Сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано 28.04.2018 в газете «Коммерсантъ» №75. 

Общество с ограниченной ответственностью «Кобрин» (далее – ООО «Кобрин») обратилось 28.05.2018 в арбитражный суд с требованием, уточненным в ходе судебного разбирательства, в размере 3 126 246 рублей 58 копеек из них, 3 000 000 рублей 00 копеек - основной долг, 126 246 рублей 58 копеек проценты за пользование займом, по уступленному по договору цессии №17/01 от 17.01.2018 права требования долга по договору займа №П16-001 от 01.02.2015, заключенному между ООО "НИК" и обществом с ограниченного ответственностью «СтройИнвест» (далее – ООО «СтройИнвест»), о включении в реестр требований кредиторов должника – ООО "НИК".

Определением от 06.11.2018 Арбитражного суда Новосибирской области суд отказал ООО «Корбин» во включении требования в размере 3 126 246 рублей 58 копеек, из них, 3 000 000 рублей основной долг, 126 246 рублей 58 копеек проценты за пользованием займом в реестр требований кредиторов должника - ООО «НИК».

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Корбин» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, с учетом дополнений, что ООО «Корбин» и ООО «НИК» не являются аффилированными лицами. Не согласен с выводами суда о наличии злоупотребления правом со стороны ООО «Корбин». Договор цессии от 17.01.2018 не признан недействительным. У должника имеются два земельных участка, что свидетельствует о его финансовой состоятельности.

ООО «НИК», в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу.

ООО «ТД «Арматор» в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебном заседании представитель ООО «Корбин» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела сверки взаимных расчетов, выписки по операциям на счете, заверенные банком платежных поручений №48 от 18.01.2018, №87 от 24.01.2018, №16 от 02.02.2016, №29, №30, №31, №32, №33 от 03.02.2016, письмо ООО «Строй Инвест» №14 от 18.01.2018.

По смыслу частей 2, 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции при наличии ходатайства лица, участвующего в деле, о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств и при условии надлежащего обоснования лицом, участвующим в деле, невозможности представления в суд первой инстанции данных доказательств по причинам, не зависящим от него, а также в случае отказа судом первой инстанции в удовлетворении соответствующего ходатайства.

Учитывая необходимость оценки представленных документов в совокупности с другими, имеющимися доказательствами, а также, исходя из того, что их не приобщение может привести к принятию необоснованного судебного акта (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 36 от 28.05.2009), суд апелляционной инстанции, в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств настоящего спора, руководствуясь частью 1, 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные документы, принял в качестве дополнительных доказательств.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участника процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определение Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции полагает, что оно подлежит отмене.

Как следует из материалов дела, между ООО «СтройИнвест» (далее - займодавец) и ООО «НИК» (далее - заёмщик) был заключен договор займа № П16-001 от 01.02.2016, по условиям которого заимодавец передает заемщику денежные средства в размере 3 000 000 рублей 00 копеек, а заемщик обязуется возвратить заем не позднее 30.06.2016 года, а также уплатить заимодавцу проценты на сумму займа, из расчета 16% годовых, в соответствии с условиями настоящего договора займа. Заемщик обязуется уплачивать заимодавцу проценты на сумму займа ежемесячно, за каждый прошедший календарный месяц в срок до 10 числа месяца, следующего за расчетным. Проценты за пользование займом за последний процентный период уплачиваются одновременно с возвратом займа. 

Согласно дополнительному соглашению № 1 от 30.06.2016 к договору займа № П16-001 от 01.02.2016 стороны изложили пункт 1.1. договора в следующей редакции: «По настоящему договору заимодавец передает заемщику денежные средства в размере 3 000 000 рублей в порядке, установленном настоящим договором, а заемщик обязуется возвратить заем не позднее 30.06.2017 года, а также уплатить заимодавцу проценты на сумму займа, из расчета 16,0% годовых, в соответствии с условиями настоящего договора». 

Займодавец исполнил взятые на себя обязательства по договору займа, предоставил заёмщику заём в сумме 3 000 000 рублей 00 копеек, что подтверждается платежным поручением № 16 от 02.02.2016. 

Письмом от 03.02.2016, полученным ООО «НИК», ООО «СтройИнвест» уточнило назначение платежа, в связи с неверным указанием года договора займа – «предоставление займа по договору П16-001 от 01.02.2016, 16% годовых, НДС не облагается».

Заёмщик свои обязательства по договору займа не исполнил, сумму займа и проценты за пользование заёмными средствами не вернул. 

17.01.2018 между ООО «Кобрин» (цессионарий) и ООО «СтройИнвест» (цедент) был заключен договор цессии № 17/01, в соответствии с пунктом 1.1. которого цедент передает, а цессионарий принимает права требования к ООО «НИК», принадлежащие цеденту и вытекающие из договора займа № П16-001 от 01.02.2016, заключенного между ООО «СтройИнвест» (заимодавец) и ООО «НИК» (заемщик), право требования основного долга по договору займа в размере 3 000 000 рублей 00 копеек; процентов за пользование заемными средствами, начисленных, но не уплаченных до даты передачи прав требования в размере 76 273 рублей 96 копеек. 

Согласно пункту 1.3. договора цессии наличие прав требования в размерах, указанных в настоящем договоре цессии (п. 1.1.1. - 1.1.2.) подтверждается следующими документами: договором займа П16-001 от 01.02.2016; документом, подтверждающим передачу ООО «СтройИнвест» денежных средств по договору займа должнику (платежное поручение № 16 от 02.02.2016); копией письма от 03.02.2016 об уточнение назначения платежа платежного поручения № 16 от 02.02.2016. 

В соответствии с пунктами 2.1.-2.2. договора цессии цедент в течение 10 рабочих дней со дня подписания настоящего договора цессии обязуется по акту приема-передачи передать цессионарию документы, подтверждающие наличие прав требований по конкретному должнику, а именно: оригинал договора займа П16-001 от 01.02.2016; оригинал дополнительного соглашения № 1 к договору займа П16- 001 от 01.02.2016, копию платежного поручения № 16 от 02.02.2016, подтверждающего передачу ООО «СтройИнвест» денежных средств по договору займа должнику, заверенные цедентом, копию письма от 03.02.2016 об уточнение назначения платежа платежного поручения №16 от 02.02.2016. 

В течение 30 дней после подписания настоящего договора цедент обязуется уведомить должника о переходе прав требований, указанных в п. 1.1. настоящего договора цессии. 

Согласно акту приема-передачи документов от 17.01.2018 к договору цессии № 17/01 от 17.01.2018 цедент передал цессионарию документы, указанные в пункте 2.1. договора цессии. 

Также цедент исполнил свои обязательства предусмотренные пунктом 2.2. договора цессии в части уведомления ООО «НИК» об уступке права требования, что подтверждается уведомлением от 17.01.2018 с отметкой ООО «НИК» о получении. 

Согласно пункту 1.4. договора цессии к цессионарию переходят права требования цедента к должнику в том объеме и на тех условиях, которые существуют к моменту перехода права, права требования, которые могут возникнуть в связи с неисполнением договора займа, права требования, по которым не наступил срок платежа на момент заключения каждого дополнительного соглашения, в том числе права залогодержателя. 

В соответствии пунктом 1.4. договора цессии к цессионарию также перешли права требования процентов и неустойки по договору займа № П16-001 с даты приобретения прав требования долга к ООО «НИК» по дату введения наблюдения.

 ООО «НИК» задолженность не погашена.

Полагая, что образовавшаяся задолженность подлежит включению в реестр требований кредиторов должника, ООО «Кобрин» обратилось в арбитражный суд в данным заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из наличия признаков взаимозависимости и аффилированности должника и кредитора, приобретение кредитором права требования к должнику, в отношении которого было возбуждено дело о банкротстве, и «наращивание» требований к должнику свидетельствует о направленности сделки на увеличение кредиторской задолженности должника в нарушение интересов добросовестных кредиторов, что свидетельствует о злоупотреблении кредитором своими правами в целях получения контрольного количества голосов на собрании кредиторов в нарушении статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем, судом не учтено следующее.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве. 

В статье 2 Закона о банкротстве указано, что для целей применения этого закона денежным обязательством является обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть рассмотрены без привлечения лиц, участвующих в деле.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ). 

На основании пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом (пункт 2 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В обоснование требования ООО «Корбин» представило договор цессии №17/01 от  17.01.2018, акт приема-передачи от 17.01.2018, договор займа П16-001 от 01.02.2016 и дополнительное соглашение к нему, выписки по операциям на счете,  платежные поручения №48 от 18.01.2018, №87 от 24.01.2018, №16 от 02.02.2016, №29, №30, №31, №32, №33 от 03.02.2016, уведомление об уступки требования от 17.01.2018, письмо ООО «Строй Инвест» №14 от 18.01.2018.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ООО «НИК» и ООО «Кобрин» являются взаимозависимым лицами - ООО «НИК» является одним из учредителей ООО «Кобрин» с момента образования данного юридического лица. 

Таким образом, право требования перешло к аффилированному с должником лицу.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований (созданных формально и направленных на искусственное формирование задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом установление самого факта аффилированности между должником и кредитором не свидетельствует о злоупотреблении правом и не является основанием для отказа во включении требования в реестр, поскольку действующее законодательство не предусматривает запрет коммерческой деятельности между аффилированными лицами.

Таким образом, суду следует установить наличие (отсутствие) реальных заемных правоотношений, действительность (ничтожность) договоров займа и цессии, наличие (отсутствие) в действиях должника, ООО «СтройИнвест» и ООО «Кобрбин», заключивших эти договоры, признаков злоупотребления правом.

Исходя из анализа фактических обстоятельств дела, на основе оценки представленных в материалы дела доказательств, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В апелляционной жалобе ООО «Кобрин» ссылается на то, что согласно выписке ЕГРЮЛ ООО «Кобрин», ООО «НИК» является учредителем общества с долей 18,18 %,  что согласно статье 4  Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», не отвечает признакам аффилированности юридического лица.

 Между тем, предоставление займа ООО «СтройИнвест» производилось не аффилированными лицами.

В рассматриваемом случае, все денежные средства предоставлялись путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет должника, деньги проходили по расчетным счетам и отражались в бухгалтерской отчетности.

Кроме того, согласно представленному платежному поручению № 16 от 02.02.2016 ООО «СтройИнвест» перечислил заёмщику денежные средства, с указанием назначения платежа – «предоставление займа по договору П16-001 от 01.02.2015, 16% годовых, НДС не облагается».

Вместе с тем, из пояснений должника следует, что денежные средства были необходимы для пополнения оборотных средств и были израсходованы на расчеты с кредиторами по наступившим обязательствам.

Указанные обстоятельства подтверждаются выпиской по счету ООО «НИК» ПАО «Сбербанк России».

Доказательств того, что указанные денежные средства, были перечислены по иному договору или в отсутствии реальных правоотношений сторон, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленными доказательствами подтверждается как реальность заключенного между сторонами договора займа, так и его исполнение.

Согласно содержанию договора уступки права требования №17/01 от 17.01.2018 и переданных заявителю документов, определить конкретное обязательство, права по которому передаются, объем уступаемых прав, а также то, что оно основано на возмездном отчуждении права, возможно.

Согласно представленным платежным поручениям и выпискам по счетам ООО «Корбин», договор уступки права требования №17/01 от 17.01.2018 исполнен заявителем.

Договор цессии не расторгнут, не признан недействительным в установленном законом порядке.

Каких-либо явных несоответствий или противоречий в представленных кредитором документах, которые ставили бы под сомнение факт заключения и исполнения договоров займа №П16-001 и уступки права требования №17/01, не имеется. Заявлений о фальсификации доказательств от лиц, участвующих в рассмотрении требования, не поступало.

В обоснование экономической целесообразности приобретения права требования к ООО «НИК», кредитор указал на то, что в момент заключения договора, должник еще не был признан банкротом (процедура наблюдения введена только 24.04.2018), кроме того у должника имелись финансовые вложения и дебиторская задолженность с контрагентами ведущими активную хозяйственную деятельность. Кроме того кредитор указал, что у ООО «НИК» имеются два земельных участка, что подтверждается выписками ЕГРП.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств злонамеренного соглашения сторон при заключении договоров займа и уступки права требования, направленных на цель причинения вреда кредиторам, а также обоюдного порока воли, что также входит в предмет доказывания при рассмотрении спора о признании их недействительными (ничтожными) согласно статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенных со злоупотреблением правом.

Совершение сторонами соглашений об уступке права требования действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред должнику, а также злоупотребление правом в иных формах является недоказанным. Между тем кредитор, обладающий реальным правом требования к должнику, не может быть лишен возможности уступить это право другому кредитору только по причине того, что новый кредитор будет являться лицом, аффилированным с должником. Подобная аффилированность в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ сама по себе еще не свидетельствует о наличии единственной цели осуществления своих прав, полученных по цессии, в виде причинения вреда другим кредиторам.

Поскольку указанное соглашения об уступке прав требований соответствуют положениям статей 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности заявленного ООО «Кобрин» требования о включении в реестр требований кредиторов должника.

При установлении размера требований кредитор указал на наличие задолженности в размере 3 000 000 основного долга по договору займа №П16-001 от 01.02.2016 и  126 246 рублей 58 копеек процентов за пользование заемными средствами за период с 18.01.2018 по 23.04.2018 включительно, в соответствии пунктом 1.4. договора цессии.

Расчет судом проверен и признан верным.

Несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, является основанием для отмены определения от 06.11.2018 Арбитражного суда Новосибирской области и принятии по делу нового судебного акта о включении требования общества с ограниченной ответственностью «Кобрин» в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Новосибирская инвестиционная компания» в размере 3 126 246 рублей 58 копеек, из них, 3 000 000 рублей основной долг по договору займа , 126 246 рублей 58 копеек проценты за пользование чужими денежными средствами, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 2 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 06.11.2018 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-31250/2017 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

Включить требования общества с ограниченной ответственностью «Кобрин» в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Новосибирская инвестиционная компания» в размере 3 206 465 рублей 74 копейки, из них, 3 000 000 рублей основной долг по договору займа , 203 835 рублей 60 копеек проценты за пользование чужими денежными средствами.

В удовлетворении в остальной части отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

ФИО3