Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32

e-mail: a32.nchernyy@ARBITR.RU, сайт: http://krasnodar.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

решение

Дело № А32-21341/2019

г. Краснодар

04 октября 2021 года

Резолютивная часть решения принята 27 сентября 2021 года;

Полный текст решения изготовлен 04 октября 2021 года;

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Черного Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ООО «Ростэкэлектросети», г. Краснодар (ОГРН/ИНН 

<

***>/

<

***>)

к ПАО «Кубаньэнерго», г. Краснодар (ОГРН/ИНН 

<

***>/

<

***>)

о взыскании задолженности и пени в размере 16 074 049,25 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, по доверенности от 21.01.2021,

от ответчика: ФИО3, по доверенности от 09.12.2020,

от третьих лиц: не явился, 

 

УСТАНОВИЛ:

В арбитражный суд обратилось ООО «Ростэкэлектросети» (далее – истец) с заявлением к ПАО «Кубаньэнерго» (далее – ответчик) о взыскании задолженности за оказанные услуги по передаче электрической энергии период с февраля 2017 по март 2018 в размере 11 634 744,68 руб., пени за период с 20.07.2016 по 05.03.2019 в размере 4 439 304,57 руб., пени начиная с 06.03.2019 по день фактической оплаты задолженности, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 103 370 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2019 указанное исковое заявление было принято судом к производству.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.06.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Региональная энергетическая комиссия – Департамент цени и тарифов по Краснодарскому краю.

Протокольным определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.08.2020 установлена смена наименования ответчика на ПАО «Россети Кубань».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ВТ-Ресурс». 

Протокольным определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.08.2021, судебное заседание отложено на 27.09.2021 на 12:30.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал с учетом ходатайства об уточнении требований, согласно которому просил взыскать с ответчика задолженность в размере 4 099 029,25 руб., пени за период с 20.07.2016 по 12.08.2020 в размере 6 349 897,78 руб., пени начиная с 13.08.2020 по день фактической оплаты задолженности, расходы по уплате государственной пошлины. 

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал ранее изложенные доводы возражения.

Третьи лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялся перерыв до 13:00 27.09.2021, после окончания которого, судебное заседание было продолжено.

Лица, участвующие в деле, после перерыва явку своих представителей не обеспечили, дополнительные документы, ходатайства не представили.

Дело подлежит рассмотрению в порядке ст. 156 АПК РФ.

В соответствии со ст. 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Рассмотрев заявленное истцом ходатайство об уточнении исковых требований, суд счел возможным его удовлетворить.

Кроме того, судом установлено, что ранее ответчиком было заявлено ходатайство о привлечении АО «НЭСК» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Согласно ч. 1 ст. 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исковое заявление основано на обязательствах, вытекающих отношений по оказанию услуг по передаче электрической энергии, АО «НЭСК» стороной спорных отношений не является.

Доказательства того, что судебным актом по настоящему делу могут быть затронуты права и законные интересы АО «НЭСК» в материалы дела не представлены. 

Следовательно, предусмотренные ст. 51 АПК РФ основания для привлечения АО «НЭСК» к участию в деле в качестве третьего лица отсутствуют.

Изучив материалы дела и оценив имеющиеся в деле доказательства с учетом их относимости и допустимости, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 18.03.2013 № 407/30-691, по условиям которого истец обязуется оказывать услуги по передаче электрической энергии от точек приема и до точек отпуска путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или на ином законном основании, а ответчик обязуется оплачивать эти услуги в порядке, установленном договором. 

Истец оказал ответчику услуги по передаче электроэнергии за период с июня 2016 по март 2018 на общую сумму 12 280 034,61 руб. 

Невыполнение ответчиком обязательств по оплате оказанных услуг в досудебном порядке послужило основанием для обращения истца в суд для взыскания задолженности и пени в судебном порядке. 

Принимая решение, суд руководствовался следующим. 

Правовая природа спорного договора определяется с учетом норм гражданского законодательства, регулирующих положения о возмездном оказании услуг (гл. 39 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Кроме этого, отношения по передаче электрической энергии регулируются нормами специальных нормативных правовых актов, в частности, Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 «Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям». 

В силу п. 2 ст. 26 Федерального закона Российской Федерации от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основании договора возмездного оказания услуг. Договор оказания этих услуг является публичным. 

Обязательным условием оказания услуг по передаче электрической энергии покупателю является его участие в оптовом рынке или наличие у такого покупателя заключенного с производителем или иным поставщиком электрической энергии договора купли-продажи электрической энергии, исполнение обязательств по которому осуществляется надлежащим образом. 

Согласно п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК Ф) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. 

В соответствии с п. 1 ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. 

В соответствии со ст. ст. 307, 309, 310 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п. либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований-в соответствии с обычаями делового оборота или иными предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от их исполнения не допускается. 

В ст. 65 АПК РФ указано, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что он приобрел права владения и пользования в отношении объектов электросетевого хозяйства: ТП-277 (на основании договора аренды от 01.06.2016 № 009/АР), ТП-680 (на основании договора купли-продажи от 03.02.2017 № 018/КП), ТП-679 (на основании договора купли-продажи от 03.02.2017 № 021/КП), ТП-678 (на основании договора купли-продажи от 03.02.2017 № 022/КП), ТП-677 (на основании договора купли-продажи от 03.02.2017 № 020/КП).

Посредством указанных объектов в период с июня 2016 по март 2018 обеспечивалась передача электрической энергии до точек поставки потребителей электрической энергии, что подтверждается актами первичного учета принятой и переданной электроэнергии по спорным точкам поставки за спорный период, подписанными между истцом и ответчиком.

В ходе рассмотрения спора судебного разбирательства истец и ответчик урегулировали спор относительно задолженности по ТП-677, ТП-678, ТП-679, ТП-680 за период с сентября 2017 по март 2018, по ТП-277 за период с января 2017 по март 2018, задолженность за указанные периоды ответчиком погашена, путем зачета требований от 21.10.2019, переводом долга от 17.01.2020, в связи с чем истец уточнил сумму заявленных требований. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено.

На дату рассмотрения спора за ответчиком числится задолженность в размере 4 099 029,25 руб. за период июнь-декабрь 2016 за передачу электрической энергии посредством ТП-277.

Возражая относительно требований, ответчик указывает на то, что у него отсутствуют основания для оплаты объема услуг по передаче электрической энергии посредством ТП-277 в июне-декабре 2016, поскольку спорный объект не был учтен регулирующим органом при установлении индивидуального тарифа для взаиморасчетов между истцом и ответчиком на 2016.

Указанный довод является несостоятельным в силу следующего.

Взаиморасчеты потребителей услуг по передаче электроэнергии с сетевыми организациями основываются на принципах недискриминационного доступа к этим услугам, государственного ценового регулирования этой деятельности, соблюдения баланса экономических интересов субъектов электроэнергетики и потребителей электроэнергии (ст. ст. 6, 20, 23 п. 4 ст. 23.1 Закона об электроэнергетике). 

Во исполнение этих принципов нормативно установлен порядок регулирования цен в электроэнергетике и реализована котловая экономическая модель взаиморасчетов потребителей и сетевых организаций за услуги по передаче электроэнергии (пп. 42, 48 Правил № 861, раздел VIII Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2). 

Цены на услуги по передаче электроэнергии, оказываемые по сетям территориальной сетевой организации, устанавливаются на период регулирования (как правило, не менее чем на календарный год) исходя из плановых величин, характеризующих затраты на содержание и эксплуатацию объектов электросетевого хозяйства, которыми сетевая организация будет на законном основании владеть и использовать в своей деятельности в регулируемом периоде, и объем перетока электроэнергии через эти объекты (раздел III Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178, далее – Основы ценообразования).

В условиях котловой модели взаиморасчетов по принципу «котел сверху» все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают «котлодержателю» услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого «котлодержатель» собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями через индивидуальные тарифы, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (п. 3 Основ ценообразования, пп. 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Таким образом, решение органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов об установлении тарифа (тарифное решение), включающее как котловой, так и индивидуальные тарифы, учитывает экономически обоснованные интересы всех электросетевых организаций, входящих в «котел». 

В силу нормативного характера тарифного решения оно обязательно для смежных сетевых организаций, а в силу пункта 35 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных  постановлением Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178 оно должно применяться в расчетах по тем же правилам, по которым устанавливался тариф. 

Подлежащие судебной защите разумные ожидания сетевых организаций, осуществляющих регулируемую деятельность, сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом (то есть посредством использования тех объектов электросетевого хозяйства), которые оценены и признаны экономически обоснованными при утверждении тарифа. 

В условиях взаиморасчетов в рамках котловой модели несоблюдение этого правила и использование сетевой организацией по своей воле дополнительных объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифном решении, с требованием об оплате дополнительного объема услуг может повлечь дисбаланс в распределении котловой выручки и, как следствие, нарушение прав прочих участников котловой модели. 

Использование сетевой организацией дополнительных объектов электросетевого хозяйства (в том числе посредством аренды) после утверждения тарифа само по себе не является противозаконным. Однако сетевая организация как профессиональный участник рынка электроэнергетики должна соотносить экономические последствия своих действий с правилами взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии, так как свобода ее деятельности ограничена государственным регулированием, и не должна нарушать права иных участников котловой модели. Риск наступления неблагоприятных последствий экономических решений сетевой организации, своей волей принявшей в пользование дополнительные сети, должен лежать на этом лице.

Указанный правовой подход отражен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804.

Таким образом, оплата стоимости услуг по передаче электрической энергии обусловлена учетом электросетевого оборудования в тарифном решении, в частности, при установлении котлового тарифа. 

В силу правового подхода Верховного Суда РФ, изложенного в определении от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804 расчеты за оказанные услуги по передаче электрической энергии не должны приводить к дисбалансу в распределении котловой выручки и, как следствие, к нарушению прав прочих участников котловой модели.

Из пояснений истца следует, что в целях установления учтен ли спорный объект электросетевого хозяйства при установлении единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электроэнергии на 2016 и, соответственно, при установлении индивидуального тарифа для взаиморасчетов между ответчиком и иной территориальной сетевой организацией, истцом в адрес РЭК-департамента направлен запрос от 29.12.2020.

Письмом от 18.01.2021 РЭК-департамент сообщил, что представить данную информацию не представляется возможным в связи с утилизацией 27.02.2019 материалов за 2015-2016.

В ходе рассмотрения спора третье лицо ООО «ВТ-Ресурс» сообщило о том, что спорный объект (ТП-277) был учтен регулирующим органом при установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между ПАО «Россети Кубань» и ООО «ВТ-Ресурс» на 2016.

Из представленных ООО «ВТ-Ресурс» в материалы дела документов следует, что ТП-277, как точка поставки, была включена в договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 18.07.2007 № 407/30-591, заключенный между ответчиком и смежной сетевой организацией - ООО «ВТ-Ресурс».

Третье лицо ООО «ВТ-Ресурс» указало на то, что между ответчиком и ООО «ВТ-Ресурс» вплоть до 01.06.2016 отсутствовали разногласия относительно оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии, оказанных посредством ТП-277, что подтверждено первичными документами, представленными. Оплата производилась ответчиком третьему лицу в период январь-май 2016 в полном объеме. 

Исходя из поведения ответчика, надлежащим образом оплачивавшего ООО «ВТ-Ресурс» стоимость услуг по передаче электроэнергии, оказанных посредством ТП-277 в январе-мае 2016, в соответствии с индивидуальным тарифом, установленным приказом региональной энергетической комиссии – департамента цен и тарифов Краснодарского края от 25.12.2015 № 82/2015-э, отсутствия иных доказательств, свидетельствующих о том, что спорное оборудование не учитывалось при установлении единых (котловых) тарифов на 2016, а также принимая во внимание наличие у ответчика статуса «котлодержателя» на территории Краснодарского края, который должен обладать информацией относительно учета спорного оборудования регулирующим органом при установлении котлового тарифа, следует, что спорное оборудование было учтено регулирующим органом при принятии тарифно-балансовых решений на 2016.

Таким образом, после утраты ООО «ВТ-Ресурс» права владения в отношении ТП-277, с 01.06.2016 указанная точка перешла к истцу, в связи с чем истец приобрел право владения в отношении объекта электросетевого хозяйства, учтенного регулирующим органом в тарифно-балансового решения на 2016. 

Статус «котлодержателя» обязывает сетевую организацию не только осуществлять распределение котловой выручки между смежными сетевыми организациями, но и стабилизировать рынок услуг по передаче электроэнергии, а не создавать правовую неопределенность для его участников.

Стабилизирующая роль «котлодержателя» котла заключается в справедливом распределении котловой выручки между смежными сетевыми организациями, которое должно основываться на тарифном решении.

Таким образом, оплачивая смежным сетевым организациям стоимость оказанных услуг по передаче электрической энергии «котлодержатель» должен знать состав электросетевого хозяйства, участвующего в процессе передачи электрической энергии и учтенного регулирующим органом при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии.

В данном случае, учитывая принцип обязательности заключения договора оказания услуг между сетевыми организациями и, как следствие, обязательность его исполнения, в том числе, в части своевременной и полной оплаты, ответчик, имел право отказать истцу во включении точек поставки в договор оказания услуг по передаче электрической энергии и оплате объема услуг оказанных посредством использования объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих истцу, только в случае, если расходы на эксплуатацию и содержание ТП-277 не были учтены при установлении котлового тарифа учитывающего необходимую валовую выручку (НВВ) всех сетевых организаций (абз. 6 п. 49 Методических указаний № 20-э/2).

Как следует из материалов дела ответчик направил в адрес региональной энергетической комиссии-департамента цен и тарифов Краснодарского края запрос о предоставлении информации учтена ли ТП-277 в тарифном решении для истца.

Регулирующий орган сообщил ответчику, что для истца спорный объект не учтен, ввиду чего ответчик посчитал, что указанное достаточно для отказа от оплаты истцу услуг по передаче электрической энергии.

Вместе с тем вопрос учета спорного объекта при установлении котлового тарифа в составе НВВ другой сетевой организации ответчиком перед регулятором не поднимался.

При этом, оплатив ООО «ВТ-Ресурс» стоимость услуг по передаче электрической энергии, оказанных в январе-мае 2016 (в том числе, посредством ТП-277), «котлодержатель» исходил из того, что все объекты электросетевого хозяйства, участвующие в процессе оказания услуг до точек поставки по договору оказания услуг по передаче электрической энергии, заключенному между ними, учтены регулирующим органом при установлении котлового тарифа.

Ответчиком не доказано отсутствие правовых оснований для неоплаты спорного объема услуг по ТП-277, поскольку довод относительного того, что спорный объем не учтен при формировании котлового тарифа на 2016, документально не подтвержден.

Закон не запрещает сетевым организациям передавать друг другу сетевые объекты в течение периода регулирования, однако принятие объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организацией от другой в течение периода регулирования в отсутствие объективных экономических обстоятельств не является основанием для определения стоимости услуг по тарифу нового владельца. Иное приведёт к нарушению прав участников котловой модели регулирования и конечных потребителей электроэнергии (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281).

Таким образом, несмотря на то, что тариф для пары сетевых организаций – ПАО «Кубаньэнерго» и ООО «ВТ-Ресурс» (приказ региональной энергетической комиссии – департамента цен и тарифов Краснодарского края от 25.12.2015 № 82/2015-э) выше, чем тариф для пары сетевых организаций – ПАО «Кубаньэнерго» и ООО «Ростэкэлектросети» (приказ региональной энергетической комиссии – департамента цен и тарифов Краснодарского края от 29.12.2015 № 88/2015-э), истец предъявлял ответчику к оплате стоимость услуг по передаче электрической энергии, рассчитанный по более низкому тарифу, что свидетельствует об отсутствии риска дисбаланса в распределении котловой выручки, нарушения прав и законных интересов ответчика.

Помимо этого, истцом в материалы представлены доказательства, свидетельствующие об отсутствии дисбаланса в распределении котловой выручки и при оплате ответчиком истцу стоимости услуг по передаче электроэнергии в случае, если бы ТП-277 не учитывалась при утверждении тарифа, а именно экспертное заключение РЭК-департамента по корректировке необходимой валовой выручки и экономическому обоснованию тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «Ростэкэлектросети» на 2019 с учетом долгосрочных параметров регулирования (2016-2020) от 06.12.2018.

Согласно расчету расходов на 2016-2019, являющемуся приложением к данному заключению при установлении тарифов на 2016 РЭК-департамент утвердил плановую величину НВВ истца – 31 252,45 тыс. руб. Фактически истец собрал НВВ в 2016 – 24 502,70 тыс. руб., из чего следует, что истец недобрал в 2016 - 6 749,75 тыс. руб., что больше суммы заявленных в настоящем деле исковых требований за 2016.

В свою очередь, ответчиком заявлено о наличии у него права, а не обязанности оплачивать стоимость услуг по передаче электрической энергии, а также о том, что решение об оплате стоимости оказанных сетевой организацией услуг зависит от факта получения денежных средств от гарантирующего поставщика имеют признаки злоупотребления правом.

Указанная позиция не соответствует принципу добросовестности участников гражданских правоотношений и рассматривается судом как злоупотребление правом (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью, причинить вред другим лицам. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне. 

Вместе с тем из представленных ответчиком и истцом документов и пояснений доказательств недобросовестности со стороны истца суду не представлено.

Довод ответчика об отсутствии у него взыскиваемой суммы, в связи с отсутствием оплаты оказанных услуг по потребителям, присоединенным к ТП-277 со стороны АО «НЭСК» судом не принят ввиду следующего. 

Факт наличия/отсутствия договорных отношений между ответчиком и АО «НЭСК» по точкам поставки потребителей, присоединенных к ТП-277 не влияет на обязанность ответчика оплатить стоимость услуг по передаче электрической энергии, оказанных потребителям.

Пп «е» п. 2, пп «б» п. 4 Правил ограничения предусмотрено, что при прекращении обязательств по снабжению электрической энергией (мощностью) и (или) оказанию услуг по передаче электрической энергии в отношении энергопринимающих устройств по договору энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)) и (или) договору оказания услуг по передаче электрической энергии, в том числе по причине смены собственника или владельца объектов электросетевого хозяйства, к которым технологически присоединены такие энергопринимающие устройства, если при этом в отношении таких энергопринимающих устройств не заключен и не вступил в силу новый договор, на основании которого осуществляется продажа электрической энергии (мощности) и (или) оказание услуг по передаче электрической энергии вводится ограничение режима потребления электрической энергии по инициативе сетевой организации, оказывающей услуги по передаче электрической энергии в точке (точках) поставки потребителя

Таким образом, ответчик, подписав дополнительное соглашение с АО «НЭСК» об исключении точек поставки, руководствуясь указанными нормами права, действуя разумно и добросовестно, имел право инициировать введение полного ограничения режима потребления в отношении потребителей электрической энергии, присоединенных к ТП-277 либо продолжить оказание услуг по передаче электрической энергии (в случае нарушения гарантирующим поставщиком порядка, установленного п. 126 Основных положений № 442) и предъявить АО «НЭСК» к оплате стоимость оказанных услуг по передаче электрической энергии.

Несовершенные ответчиком действий, направленные на прекращение поставки электрической энергии потребителям, присоединенным к ТП-277, относится к категории предпринимательского риска ответчика и не влияет на законные интересы истца, надлежащим образом обеспечившего передачу электрической энергии по принадлежащим ему сетям.

Более того, как следует из материалов дела в спорный период времени (с июня 2016 по декабрь 2016) между истцом и ответчиком были подписаны акты первичного учета, согласованные гарантирующим поставщиком электрической энергии - АО «НЭСК» и подтверждающие факт поставки электрической энергии потребителям электрической энергии, присоединенным к ТП-277.

При таких обстоятельствах, ответчик не вправе ссылаться на неполучение платы за оказанные услуги по передаче электрической энергии от АО «НЭСК», как на основание отсутствия задолженности, взыскиваемой в рамках настоящего спора.

Доказательств, опровергающих достоверность представленных истцом данных, ответчиком не представлено.

Также ответчиком не представлены доказательства того, что содержащиеся в представленных истцом документах сведения о количестве оказанных услуг по передачи электроэнергии за спорный период являются недостоверными, и доказательства потребления иных объемов.

В соответствии с ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Согласно ч. 3 указанной статьи, признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Поскольку размер задолженности подтвержден материалами дела, доказательств по оплате оказанных услуг по передачи электроэнергии в полном объеме на момент рассмотрения спора не представлено, суд пришел к выводу об обоснованности требований истца о взыскании с ответчика задолженности в размере 4 099 029,25 руб.

Также истцом заявлены требования с учетом уточнения о взыскании пени за период с 21.07.2016 по 12.08.2020 в размере 6 349 897,78 руб., пени начиная с 13.08.2020 по день фактической оплаты задолженности. 

Согласно ст. 12 ГК РФ взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

В силу ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. 

На основании ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Заявляя настоящие требования, истец руководствуется абз. 5 п. 2 ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», в соответствии с которым потребители услуг по передаче электрической энергии, определяемые правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие оказанные им услуги по передаче электрической энергии, обязаны уплатить сетевой организации пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты. 

Поскольку ответчик ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по оплате и несет ответственность за просрочку, начисление пени и предъявление требования об ее взыскании является правомерным.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявленного ответчиком ходатайства, суд исходит из следующего.

Согласно п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 333 ГК РФ).

При взыскании неустойки с иных лиц правила ст. 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (п. 1 ст. 333 ГК РФ). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам ст. 333 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. При этом согласно п. 2 данной статьи уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Диспозиция ст. 333 ГК РФ и указанные разъяснения по ее применению свидетельствует о наличии у суда права, а не обязанности применения положений вышеназванной статьи при установлении указанных в ней обстоятельств.

В силу п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика, а несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

В соответствии с положениями п. 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (п. 77 названного постановления).

Заявляя ходатайство о снижении неустойки, ответчик, в нарушение ст. 65 АПК РФ, доказательств, свидетельствующих о несоразмерности неустойки, не представил.

Кроме того, в данном случае неустойка взыскивается в силу указания закона, и, устанавливая в законе размер неустойки, законодатель фактически определяет ее минимальный размер, поэтому при законной неустойке ее несоразмерность исключена.

Также стоит отметить, что устанавливая ответственность в размере 1/130 ставки рефинансирования, законодатель преследовал цель повысить платежную дисциплину между профессиональными участниками предпринимательских правоотношений в области электроэнергетики, которыми являются стороны по настоящему делу.

В рассматриваемом случае, оценив представленные материалы дела, доводы ответчика, суд не усматривает обстоятельств, свидетельствующих об исключительных обстоятельствах, препятствующих своевременному исполнению обязательств по оплате.

Удовлетворение искового заявления с учетом ст. 333 ГК РФ не приведет к установлению разумного баланса интересов сторон.

Сам по себе размер неустойки, рассчитанный исходя из 1/130 ставки рефинансирования Центрального банка РФ, не подтверждает несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и нарушения баланса интересов сторон, как участников гражданского оборота.

На основании вышеизложенного, суд не находит оснований для снижения неустойки.

Проверив представленный истцом расчет пени судом установлено, что он составлен арифметически неверно, вместе с тем заявленный размер пени не нарушает права и законные интересы ответчика, поскольку по расчету суда истец имеет право на взыскание пени в большем размере.

Поскольку суд не вправе выходить за пределы исковых требований, увеличивая тем самым сумму исковых требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию пени в сумме 6 349 897,78 руб.

При этом суд отмечает, что по смыслу ст. ст. 539 и 544 ГК РФ обязательство по оплате возникает у потребителя в силу факта потребления оказанных услуг независимо от наличия или отсутствия выставленных в его адрес счетов-фактур. 

Кроме того, в случае отсутствия у ответчика возможности получения первичных расчетных документов непосредственно у исполнителя, он не лишен возможности самостоятельного расчета стоимости оказанных услуг за истекший расчетный период с целью произведения ее своевременной оплаты во избежание применения к нему такой меры ответственности как законная неустойка. 

В соответствии с п. 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставомисполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (ч. 1 ст. 7, ст. 8, п. 16 ч. 1 ст. 64 и ч. 2 ст. 70 Закона об исполнительном производстве). 

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (ст. 202 ГПК РФ, ст. 179 АПК РФ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

На основании изложенного, требование истца о взыскании с ответчика пени в размере 1/130 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, начиная с 13.08.2020 по день фактической оплаты, является законным и подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 104 450 руб. на основании платежных поручений № 165 от 13.05.2019, № 355 от 19.08.2019.

Как следует из материалов дела, часть заявленной задолженности в размере 7 535 715,43 руб., погашена ответчиком путем зачета требований от 21.10.2019, переводом долга от 17.01.2020, т.е. после даты подачи искового заявления и принятия его судом к производству (22.05.2019).

При указанных обстоятельствах и с учетом уточнения исковых требований в части пени, подлежащая уплате истцом государственная пошлина должна составлять размер 112 923 руб.

В силу абз. 3 пп. 3 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина при добровольном удовлетворении ответчиком требований истца после обращения последнего в арбитражный суд и вынесения определения о принятии искового заявления к производству возврату не подлежит.

Согласно п. 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах практики применения главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации» в силу пп. 3 п. 1 ст. 333.40 Кодекса при отказе истца от иска в связи с добровольным удовлетворением ответчиком заявленных требований уплаченная истцом государственная пошлина возврату из бюджета не подлежит. Данная норма не может рассматриваться как исключающая применение положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о распределении судебных расходов между лицами, участвующими в деле, и возлагающая на истца бремя уплаты пошлины.

Согласно п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при прекращении производства по делу ввиду отказа истца от иска в связи с добровольным удовлетворением его требований ответчиком после обращения истца в суд судебные издержки взыскиваются с ответчика (ч. 1 ст. 101 ГПК РФ, ч. 1 ст. 113 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ). 

При этом следует иметь в виду, что отказ от иска является правом, а не обязанностью истца, поэтому возмещение судебных издержек истцу при указанных обстоятельствах не может быть поставлено в зависимость от заявления им отказа от иска. Следовательно, в случае добровольного удовлетворения исковых требований ответчиком после обращения истца в суд и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат взысканию с ответчика.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.09.2016 № Ф08-7233/2016 по делу № А53-645/2016.

Поскольку материалы дела свидетельствуют о том, что сумма исковых требований частично погашена ответчиком после даты подачи искового заявления истцом и принятия судом искового заявления к производству, а исковые требования в части пени с учетом уточнения удовлетворены судом в размере 6 349 897,87 руб., следовательно, расходы по уплате государственной пошлины в размере 104 450 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца, в части 8 473 руб. государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст. ст. 9, 49, 65, 70, 71, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства ответчик о привлечении АО «НЭСК» в качестве третьего лица отказать.

Ходатайство истца об уточнении исковых требований удовлетворить.

В удовлетворении ходатайства ответчика о снижении неустойки отказать.

Взыскать с ПАО «Россети Кубань», (ОГРН/ИНН 

<

***>/

<

***>) в пользу ООО «Ростэкэлектросети», (ОГРН/ИНН 

<

***>/

<

***>) задолженность за оказанные услуги по передаче электрической энергии в размере 4 099 029,25 руб., пени за период с 21.07.2016 по 12.08.2020 в размере 6 349 897,78 руб., пени, начиная с 13.08.2020 по день фактической оплаты задолженности в размере 4 099 029,25 руб., исходя из размера 1/130 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, за каждый день просрочки, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 104 450 руб.

Взыскать с ПАО «Россети Кубань», (ОГРН/ИНН 

<

***>/

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 8 473 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления полного текста судебного акта в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                                                Н.В. Черный