ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

«

Дело № А08-11819/2021

город Воронеж

17» августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «16» августа 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено «17» августа 2022 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

        председательствующего судьи

        ФИО1,

        судей

                          ФИО2,

                          ФИО3,

                 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО4,

 

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО5: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

от общества с ограниченной ответственностью «Элит Лига- Региональная Организация Сетевых Столовых»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 на решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.04.2022 по делу №А08-11819/2021 (судья Линченко И.В.),

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Элит Лига-Региональная Организация Сетевых Столовых» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании компенсации в размере 200 000 руб., 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Элит лига - Региональная организация сетевых столовых» (далее - истец, ООО «ЭЛ-РОСС») обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО5  (далее - ответчик, ИП ФИО5) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 364388 в размере 200 000 руб.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 25.04.2022  исковые требования удовлетворены в полном объеме. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ИП ФИО5 обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит обжалуемое решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В отзыве на апелляционную жалобу истец полагает, что решение суда является законным и обоснованным.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны явку полномочных представителей не обеспечили. Учитывая наличие в материалах дела доказательств надлежащего извещения указанных лиц о месте и времени судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 АПК РФ, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, полагает решение суда первой инстанции подлежащим оставлению без изменения.

Из материалов дела следует, что ООО «ЭЛ-РОСС» является правообладателем товарного знака «Шашлычный двор» по свидетельству Российской Федерации № 364388 (дата регистрации 11.11.2008, срок действия исключительного права до 20.09.2027) в отношении услуг 43-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ) «закусочные, кафе, рестораны».

ИП ФИО5 на объекте оказания услуг общественного питания (кафе «Шашлычный двор»), расположенном по адресу: 

<

...> без согласия правообладателя товарного знака «Шашлычный двор» по свидетельству Российской Федерации № 364388, использовало в своей коммерческой деятельности для индивидуализации услуг общественного питания обозначение «Шашлычный двор», являющееся сходным до степени смешения со словесным элементом товарного знака истца «Шашлычный двор» по свидетельству № 364388, что установлено 16.08.2021 представителем истца посредством фотофиксации, поиска общедоступной информации в сети «Интернет».  

ООО «ЭЛ-РОСС» заключен лицензионный договор № 6-л-93/19 от 10.07.2019 с главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО6 на право неисключительного использования товарного знака «Шашлычный двор» по свидетельству № 364388, согласно которому размер лицензионного вознаграждения составляет 100 000 руб. в год. Вышеуказанный лицензионный договор зарегистрирован Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (номер государственной регистрации РД0328780 от 19.03.2020).

В рамках соблюдения досудебного порядка урегулирования спора в адрес ответчика направлено претензионное письмо с требованием о прекращении нарушения исключительных прав истца, которая оставлена ИП ФИО5 без ответа и удовлетворения.

Истец, полагая, что нарушены его исключительные права на товарный знак «Шашлычный двор» по свидетельству Российской Федерации № 364388, обратился в арбитражный суд с иском о взыскании компенсации в размере 200 000 руб., рассчитанной исходя из двукратного размера стоимости права использования товарного знака. 

Удовлетворяя исковые требования о взыскании компенсации за нарушение права истца на товарный знак, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодекса Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации. 

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 

2) при выполнении работ, оказании услуг; 

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. 

Указанный перечень не является исчерпывающим. 

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

В силу пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования, в том числе: 

о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 

о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Как следует из пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. 

Исходя из приведенных норм права, с учетом положений части 1 статьи 65 АПК РФ в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования тождественного или сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. 

В соответствии с Постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 2979/06 и № 3691/06 угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 162 Постановления №10, смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака, или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров (услуг) для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров (услуг) или при низкой степени однородности товаров (услуг), но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. 

Однородность товаров (услуг) устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара (услуги) представления о принадлежности этих товаров (услуг) одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров (услуг), их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров (услуг), круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. 

Рассматривая вопрос о сходстве используемого ответчиками словесного обозначения с товарным знаком истца, суд первой инстанции обоснованно руководствовался положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила), а также Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018                  № 128 (далее - Руководство, утвержденное приказом ФСИС от 24.07.2018             № 128), в соответствии с которыми судом первой инстанции было установлено, что сравниваемые обозначения сходны до степени смешения и используются в отношении однородных услуг (закусочные, кафе, рестораны). 

Данный подход соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам, изложенной в постановлении от 25.10.2019 по делу № А74-20451/2018. 

Принадлежность истцу товарного знака «Шашлычный двор» по свидетельству № 364388, подтверждается материалами дела. 

Факт использования ответчиком указанных обозначений подтверждается представленными в дело доказательствами и не оспаривается ответчиком (отзыв, фотографии). 

Проведя сравнительный анализ формы и способа использования обозначения товарного знака «Шашлычный двор», правообладателем которого является истец, и вывески «Шашлычный двор», размещенной на кафе ответчика, суд области сделал правомерный вывод о том, что используемое ИП ФИО5 обозначение на вывеске является сходным до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком № 364388. 

В рассматриваемом случае вывод о сходстве товарных знаков должен делаться на основе восприятия не отдельных элементов, а вывески в целом, учитывая общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. 

На представленных в материалы настоящего дела доказательствах                        (свидетельство на товарный знак, фотографиях) судом области идентифицировано комбинированное обозначение, включающее изобразительный элемент и словесный элемент «Шашлычный двор», выполненный в оригинальной графической манере. 

Согласно материалам дела обозначение используется в отношении услуг кафе, однородного услугам 43 класса МКТУ «закусочные, кафе, рестораны», для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак по свидетельству № 364388. 

В результате суд области правомерно пришел к выводу, что обозначения являются сходными до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 364388, поскольку ассоциируются с ним в целом в силу фонетического и семантического сходства словесных элементов «Шашлычный двор». 

Ответчик не представил доказательств того, что  имел право использовать товарный знак № 364388 при оказании услуг кафе, в предложениях об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках, при этом следует отметить, что в силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ указанные действия являются способами использования товарного знака (знака обслуживания). 

В спорном случае суд первой инстанции учел факт однородности услуг, для которых зарегистрирован товарный знак «Шашлычный двор», отнесенный к 43-му классу МКТУ «услуги, связанные с деятельностью кафе, ресторанов, обеспечение пищевыми продуктами и напитками» и деятельности, которую осуществляет общество в кафе с использованием вывески «Шашлычный двор». 

Анализ представленных обозначений истца и ответчика по графическому критерию показывает очевидные сходства ввиду присутствия в обозначениях сходных изобразительного и словесного элемента. 

Вместе с тем написание словесных элементов обоих обозначений оригинальным шрифтом русскими буквами усиливает сходство тем, что потребитель может воспринимать их как предназначенные для маркировки идентичных либо однородных услуг, в связи с чем вероятность их смешения является достаточно высокой. 

Учитывая, что изображение, содержащееся на вывеске кафе, принадлежащего предпринимателю, является сходным до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, правообладателем которого является ООО «ЭЛ-РОСС», разрешение на использование данного товарного знака ответчик не получил, вывеска «Шашлычный двор» использовалась при осуществлении ответчиком деятельности по оказанию услуг общественного питания (кафе), являющихся однородными с услугами, в отношении которых спорный товарный знак зарегистрирован, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации за незаконное использование товарного знака ввиду нарушения ответчиком исключительных прав истца. 

Довод заявителя апелляционной жалобы об ошибочности вывода суда первой инстанции о сходстве до степени смешения используемого им обозначения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации            № 364388, о необоснованном отклонении ходатайства о допросе свидетелей относительно указанного вопроса, не может быть принят во внимание, поскольку из принятого по настоящему делу решения следует, что судом первой инстанции полно и всесторонне рассмотрен и исследован вопрос о сходстве сравниваемых обозначений, показания свидетелей допустимым доказательством указанного обстоятельства не являются.

В рассматриваемом случае истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а именно - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

В силу пункта 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. 

Суд области, проверив произведенный истцом расчет суммы компенсации, правомерно признал его верным. Ответчик в суде первой инстанции контррасчет не представил, возражений в отношении стоимости права, периода нарушения права истца не заявил, доказательства прекращения использования обозначения, сходного с товарным знаком истца, не предъявил.

Руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, учитывая характер нарушения исключительных прав истца и степень вины нарушителя, принимая во внимание, что истцом заявлены требования о компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 364388 в размере 200 000 руб., суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации в пределах заявленной истцом суммы 200 000 руб. на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а именно - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 12.10.2021 № С01-1563/2021 по делу № А32-46165/2020, от 12.05.2022 № С01-663/2022 по делу № А14-17151/2021, от 05.05.2022 № С01-537/2022 по делу № А32-10920/2021. 

В отношении доводов ответчика о недобросовестных действиях истца и злоупотреблении им правом в связи с обращением за судебной защитой по фактам выявленных нарушений исключительных прав на принадлежащий ему товарный знак, судом первой инстанции правомерно установлено, что согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Само по себе обращение в суд с соответствующим исковым заявлением в защиту нарушенного исключительного права на принадлежащее правообладателю средство индивидуализации не является злоупотреблением правом.

При этом, заявляя о недобросовестности и злоупотреблении правом со стороны истца, ответчиком не представлено каких-либо доказательств в обоснование своей правовой позиции; доводы предпринимателя в рассматриваемой части признаются судом  несостоятельными.

Документально подкрепленных доводов, опровергающих вышеназванные выводы суда, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы по существу не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, допущено не было. 

При таких обстоятельствах решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.04.2022 по делу №А08-11819/2021 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Расходы по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ее заявителя и возврату либо возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 25.04.2022 по делу №А08-11819/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

                                                                                        

Председательствующий судья 

ФИО1

 

судьи       

ФИО2

 

ФИО3