№ 09АП-53903/2019

Дело № А40-197920/16

г. Москва

10 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 декабря 2019 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 10 декабря 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой, 

судей Д.Г. Вигдорчика, С.А. Назаровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы внешнего управляющего ООО "Софрино-Эстейт", ООО "Софрино-газ"

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2019

об отказе в удовлетворении заявления внешнего управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок (67 предварительных договоров купли-продажи, Соглашения о передаче недвижимого имущества от 04.12.2018); о признании требования ФИО3 в размере 28 775 000 руб. обоснованным и включении его в третью очередь реестра требований кредиторов должника,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Рент-плюс» - ФИО4 по дов. от 08.2019

ФИО5 – паспорт, лично

от ФИО3 – ФИО6 по дов. от 20.11.2019

от ООО "Софрино-газ"- ФИО7 по дов. от 18.10.2019

Конкурсный кредитор ФИО8 – паспорт, лично

Иные лица не явились, извещены. 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.01.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Софрино-Эстейт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – Должник, Общество) введено внешнее управление сроком на 18 месяцев. 

Определением от 16.10.2018 внешним управляющим ООО «СофриноЭстейт» утвержден ФИО2 

ФИО3 (далее – кредитор) обратилась в Арбитражный суд г. Москвы  с заявлением о включении реестр требований кредиторов Должника третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Софрино Эстейт» требований в размере 28 775 000 руб., в связи с отчуждением в пользу Должника доли в размере 64/186 в праве собственности на объект недвижимости - нежилые помещения, расположенные в 2-х этажном здании подземного гаража-стоянки со спортивно-развлекательным и торгово-офисным центром по адресу: Московская обл., г. Королев, мкр. Болшево, ул. Пушкинская, д.17, пом. 01, К№: 50:45:0010302:1742, приобретенгой последней по 64 предварительным договорам купли-продажи.  

Внешний управляющий Должника, полагая, что 64 предварительных договора купли-продажи доли в праве собственности, а также соглашение о передаче недвижимого имущества от 04.12.2018, заключенные между ФИО3 и ООО «Софрино-Эстейт», являются недействительными сделками, обратился в Арбитражный суд города Москвы с соответствующим заявлением.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2019 по делу № А40-197920/16 суд отказал в удовлетворении заявления временного управляющего Должника о признании сделок недействительными и признал требования ФИО3 в размере 28 775 000 руб. обоснованным и включил  его в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ООО "Софрино-Эстейт" и ООО "Софрино-газ" обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение Арбитражного суда города Москвы отменить и вынести по делу новый судебный акт, которым признать спорные сделки недействительными и отказать в удовлетворении требований кредитора в полном объеме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ООО «Рент-плюс», ООО «Софрино-газ» поддержали доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, просили определение суда первой инстанции отменить, и вынести по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований кредитора в полном объеме, а также признать спорные сделки недействительными.

Конкурсный кредитор – ФИО8 поддержал доводы жалоб, представил дополнительно письменную позицию, которая приобщена к материалам дела. 

Представитель ФИО3., явившейся в судебное заседание, возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В суд апелляционной инстанции, выполняя требование определения суда представлены заверенные надлежащим образом предварительные договоры, которые приобщены к материалам дела, подлинники коллегия судей также обозревала. 

Апелляционные жалобы рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обжалуемое определение подлежит отмене в силу следующих причин.

Как следует из материалов дела, между Должником, в лице генерального директора ФИО5 (Сторона 1), и кредитором (Сторона 2) были заключены следующие Договоры: Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №96 от 12.01.2016; 2. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №98 от 12.01.2016; 7 3. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №99 от 12.01.2016; 4. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №101 от 12.01.2016; 5. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №102 от 12.01.2016; 6. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №105 от 13.01.2016 7. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №106 от 13.01.2016 8. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №119 от 13.01.2016; 9. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №120 от 13.01.2016; 10. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №121 от 13.01.2016; 11. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №122 от 13.01.2016; 12. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №124 от 14.01.2016; 13. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №126 от 14.01.2016; 14. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №131 от 14.01.2016; 15. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №132 от 14.01.2016; 16. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №133 от 14.01.2016; 17. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №134 от 15.01.2016; 18. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №135 от 15.01.2016; 19. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №136 от 15.01.2016; 20. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №137 от 15.01.2016; 21. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №138 от 15.01.2016; 22. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №139 от 15.01.2016; 23. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №140 от 15.01.2016; 24. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №141 от 18.01.2016; 25. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №142 от 18.01.2016; 26. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №144 от 18.01.2016; 27. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №145 от 18.01.2016; 8 28. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №146 от 18.01.2016; 29. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №147 от 19.01.2016; 30. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №148 от 19.01.2016; 31. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №149 от 19.01.2016; 32. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №150 от 19.01.2016; 33. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №151 от 19.01.2016; 34. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности № 152 от 20.01.2016; 35. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №153 от 20.01.2016; 36. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №154 от 20.01.2016; 37. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №155 от 20.01.2016; 38. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №156 от 20.01.2016; 39. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №160 от 21.01.2016; 40. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №161 от 21.01.2016; 41. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №162 от 21.01.2016; 42. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №163 от 21.01.2016; 43. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №164 от 21.01.2016; 44. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №165 от 22.01.2016; 45. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №166 от 22.01.2016; 46. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №167 от 22.01.2016; 47. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №168 от 22.01.2016; 48. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №169 от 22.01.2016; 49. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №170 от 25.01.2016; 50. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №171 от 25.01.2016; 51. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №172 от 25.01.2016; 52. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №173 от 25.01.2016; 9 53. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №174 от 25.01.2016; 54. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №175 от 26.01.2016; 55. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №176 от 26.01.2016; 56. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №177 от 26.01.2016; 57. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №179 от 26.01.2016; 58. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №180 от 26.01.2016; 59. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №181 от 27.01.2016; 60. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №182 от 27.01.2016; 61. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №183 от 27.01.2016; 62. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №184 от 27.01.2016; 63. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №185 от 27.01.2016; 64. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №186 от 27.01.2016г

По условиям вышеуказанных Договоров, Сторона 1 обязалась заключить в будущем со Стороной 2  договор купли-продажи доли в праве собственности на объект недвижимости - нежилые помещения, расположенные в 2-х этажном здании подземного гаража-стоянки со спортивно-развлекательным и торгово-офисным центром по адресу: Московская обл., г. Королев, мкр. Болшево, ул. Пушкинская, д.17, пом. 01, К№: 50:45:0010302:1742. № 2, а Сторона 2 обязался оплатить стоимость вышеуказанного имущество.

Как укаывает ФИО3, во исполнений условий Договоров, ею на расчетный счет Должника в период с 03.02.2016 по 30.03.2016 были перечисленные денежные средства всего в  размере 28 775 000 руб.

Исполнив свои обязательства по спорным договорам, ФИО3 в 2016 году обратилась в Королевский городской суд Московской области с требованием о признании за ней права собственности на объекты недвижимости, так как должник уклонялся от их передачи.

Вступившим в законную силу решением Королевского городского суда Московской области от 14.11.2016 по делу № 2-3503/16 за Разумеемой В.А. было признано право собственности в размере 64/186 доли объекта недвижимости - нежилые помещения, расположенные в 2-х этажном здании подземного гаража-стоянки со спортивно-развлекательным и торгово-офисным центром по адресу: Московская обл., г. Королев, мкр. Болшево, ул. Пушкинская, д.17, пом. 01, К№: 50:45:0010302:1742. 

В связи с возможными рисками по признанию 64 предварительных договоров недействительными сделками по инициативе ФИО3 ею с ООО «СофриноЭстейт» в лице внешнего управляющего ФИО2 04.12.2018 было подписано соглашение, удостоверенное нотариусом Мытищинского нотариального округа Московской области ФИО9 (зарегистрировано в реестре за № 50/452-н/50- 2018-5-115), о передаче помещений в конкурсную массу. 

В связи с возвратом доли в праве собственности на помещение в конкурсную массу, ФИО3, ссылаясь на пункт 29.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), обратилась в Арбитражный суд г. Мсоквы с заялением о  включении в состав требований третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Софрино Эстейт» ее требования в размере 28 775 000 руб.

Возражая против удовлетворения требований кредитора, и заявляя о недействительности Договоров внешний управляющий указал, что оплата по спорным Договорам фактически кредитором не производилась, а внесенные платежи имели характер «транзитных платежей».

При этом указал, что сделки совершены с целью причинения вреда кредитором и являются мнимыми и безвозмездными.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования кредитора, и отказывая в требованиях внешнему управляющему, указал, что факт оплаты по Договорам подтвержден самим внешним управляющим, факт транзитности платежей не подтвержден документально, кроме того, суд, в порядке ст. 69 АПК РФ при  вынесении судебного акта,  оценил решение Королевского городского суда Московской области от 14.11.2016 по делу № 2-3503/16 .

Судебная коллегия, с учетом пояснений данных сторонами в рамках судебных заседаний Девятого арбитражного апелляционного суда, доводов апелляционных жалоб и представленных в дело доказательств, не может согласиться данными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Так, в соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным - ГК РФ или законодательством о юридических лицах). 

Исходя из п.1 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В обоснование своих доводов о недействительности предварительных Договоров и транзитноо характера перечисления денежных средств, в рамках настоящего обособленного спора внешним управляющим представлены в материалы дела выписки по счетам ООО «Софрино-Эстейт», открытым в ПАО Сбербанк и НОКССБАНК за период с 01.01.2016г. по 01.05.2016 и с 01.01.2016 по 01.04.2016 соответственно.

Согласно вышеуказанным выпискам, денежные средства , являющиеся оплатой по Договорам, и перечисляемые ФИО3 на расчетный счет Должника в тот же день или на следующие сутки перечислялись на расчетный счет ООО «Софрино -Инвест» в качестве займа.

В материалы дела также представлена банковская выписка по расчётному счету ООО «Софрино-Инвест», согласно которой с расчетного счета ООО «Софрино-Инвест» денежные средства в полном объеме в тот же день (день поступления) или на следующий день перечислялись на счет ФИО10, являющегося отцом ФИО3

При этом рассматриваемом периоде (4-5 месяцев), никаких иных операций по счетам Должника не производилось, что свидетельствует о неосуществлении Обществом деятельности в указанный период. 

Перечисление ООО «Софрино-Эстейт» средств в качестве займа в пользу ООО «Софрино-Инвест» согласно выпискам осуществлялось только в даты и пределах сумм, поступающих от ФИО11, фактов перечислений по займу в периодах за пределами получения ООО «Софрино-Эстейт» «оплаты за Имущество» от ФИО3

При этом, коллегия судей считает дополнительно отметить, что, какого-либо  обоснования с приложением соответствующих документов в опровержение доводов управляющего ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции представлено не было. 

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации , разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. 

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником. 

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и  нисходящей линии, сестры, братья и их родственники.

В ситуации предъявления к должнику требований кредитора, связанного с должником не только обязательственными, но и личными правоотношениями, сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность, заинтересованность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) при заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

Если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки (п. 20 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5(2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017)).

Как указано ранее факт перечисления денежных средств, поступавших в качестве оплаты по Договорам от кредитора к Должнику, их дальнейшее перечисление от Должника в пользу ООО «Софрино-Инвест», а последующем ФИО10 подтвержден соответствующими выписками с расчетных счетов Обществ.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При установлении фактической аффилированности лиц, по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Факт наличия родства между ФИО3 (дочь) и ФИО10 (отец) был подтвержден в рамках рассмотрения настоящего обособленно спора, что является основанием для признания за вышеуказанными лицами признаков фактической аффилированности.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником (данный довод изложен в Определении ВС РФ от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629). 

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его 5 аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018г. № 305-ЭС18-3533).

Факт аффилированности Заявителя и должника соответствует действительности, ввиду чего к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

В то же время, ни Должник, ни кредитор не обоснвоали экономическую необходимость перечисления денежных средств от Должника к ООО «Софрино-Эстейт», а в последующем к контролирующему ООО «Софрино-Эстейт» лицу -ФИО10, являющемуся одновременно отцом ФИО3

При этом, сам Кредитор, являющийся безработной, студентом, не раскрыл источники, позволяющие последней в спорный период перечислить денежные средства в оспариваемом объеме Должнику.

Таким образом, обращение аффилированого к должнику лица с настоящим заявлением о включении в реестр требований кредиторов, ввиду субъектного состава правоотношений направлено на минимизацию негативных экономических последствий от процедуры банкротства в отношении подконтрольного общества-должника, что является злоупотреблением правом по смыслу ст. 10 ГК РФ. Под злоупотреблением правом понимается, в том числе ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав (в данном случае заявитель ссылается на наличие неисполненных обязательств по договору), но недозволенным образом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181). 

Под злоупотреблением правом понимается, в том числе ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав (в данном случае заявитель ссылается на наличие неисполненных обязательств по договору), но недозволенным образом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181). Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков  аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. (п.З Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов контролирующие его лица объективно влияют на хозяйственную деятельность должника. 

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такое лицо подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. 

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63, неосведомленность о тяжелом финансовом состоянии должника (о признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества) указывает на добросовестность кредитора. 

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 59 «О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 59) «Бремя доказывания осведомленности контрагента о тяжелом финансовом состоянии должника (признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества) возлагается на лицо, которое оспаривает сделку». 

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать о тяжелом финансовом состоянии должника (признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества), принимаются во внимание сведения о том, насколько он действовал разумно и проявлял требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность. 

К факторам, которые свидетельствуют о знании кредитора о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества, судебная практика относит:

 - неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой отсрочить или рассрочить долг по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок (например, неоднократное направление в банк заявления о реструктуризации кредита);

 - знание кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом и другие факторы.

При наличии фактической аффилированности кредитора и Должника через контролирующее лицо - ФИО10, ФИО3 при переводе денежных средств Должнику  под видом оплаты за Договоры, не могла не знать о наличии цели причинения вреда кредиторам Должника и о предбанкротном состоянии Общества.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

 Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. 

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию

Таким образом, внешним управляющим Должника доказаны также обстоятельства, указывающие на недействительность сделок Должника  по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, судом апелляционной инстанции, также приятны во внимание сведения, отраженные в письменных пояснениях ФИО5, являвшегося генеральным директором Должника и заключавшего спорные Договоры, а также учтена позиция последнего, озвученная при рассмотрении апелляционных жалоб, согласно которой  денежные средств по спорным договорам после их поступления на расчетный счет Должника переводились в адрес ООО «Софрино-Тнвест» по указанию ФИО10, который действовал от имени ФИО12, являющегося учредителем Должника.

Следовательно, совокупность собранных в рамках настоящего обособленного спора доказательств позволяет придти к выводу о том, что перечисление кредитором денежных средств по спорным Договорам носило характер формальных действий и было направлено на незаконный вывод ликвидного имущества Должника, посредством искусственного создания кредиторской задолженности перед подконтрольными лицами, и данные платежи носят характер «транзитных».

При этом, судебная коллегия считает, что решение  Королевского городского суда Московской области от 14.11.2016 по делу № 2-3503/16, не может являться  тем доказательством, которое в безусловном порядке опровергает данный вывод.

Пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 г. № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» установлено правило, в соответствии с которым, независимо от состава лиц, участвующих в деле, при рассмотрении спора, связанного с другим иском, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Как указал Конституционный суд РФ в Определении от 06.11.2014 г. № 2528-О, часть 2 ст. 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает возможности их различной правовой оценки в зависимости от характера конкретного спора.

Таким образом, не любой вывод, изложенный в судебном акте, может быть использован в качестве преюдиции в другом деле.

Как указывал Конституционный Суд РФ в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 г. № 14-П, от 19.12.2005 г. № 12-П и др.), публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции РФ принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, судебный акт общей юрисдикции, подтверждающий те или иные обстоятельства, в рамках дела о банкротстве не может являться доказательством существования единой правовой оценки, которая подлежит признанию судом при рассмотрения какого-либо спора по данному делу, поскольку такие действия затрагивают не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

Согласно ч. 1 ст. 64 АПК РФ, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, устанавливаются судом на основании доказательств по делу, содержащих сведения о фактах.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Согласно ч. 2 ст. 65 АПК РФ, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Судом общей юрисдикции при вынесении ранее указанного решения в обстоятельствах согласованных действий сторон сделок реальное поступление денежных средств за проданное имущество, равно как вопросы о том позволяло ли финансовое положение покупателя с учетом его доходов приобрести соответствующе дорогостоящее имущество, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности  не проверялись и не устанавливались.

Кроме того, как следует из представленных кредитором ФИО8, документам, определением Королевского городского суда Московской области, восстановлен срок на обжалование решения суда от 14.11.2016 года по гражданскому делу – ФИО3 к ООО «Софрино-Эстейт». 

Таким образом, судебной коллегий установлены следующие обстоятельства:

- факта единовременности и идентичности поступления денежных средств от кредитора к Должнику , их дальнейшее перечисление на расчетный счет аффинированного лица ООО «Сфрино –Инвест», а в последующем к ФИО10;

- идентичность денежных сумм, переводимых по цепочке вышеуказанных сделок;

- факт аффилированности кредитора и Должника через ФИО10;

Судебная коллегия, с учетом вышеизложенных обстоятельств, исследовав и оценив в соответствии с требованиями статей 9, 64, 65, 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, пришла к выводу о том, что правоотношения сторон имеют гражданско-правовую природу лишь формально, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не являлся родственником контролирующего Должника лица), а действия Должника,  Разумеема А.Н., кредитора и ООО «Софрино-Инвест», были направлены на искусственное создание кредиторской задолженности должника без осуществления реальной хозяйственной операции. 

При этом заявитель является заинтересованным лицом по отношению к должнику, а Разумев А.Н. является лицом, которое контролирует как деятельность должника, так и деятельность заявителя. 

Разумная хозяйственная цель в действиях как Должника так и кредитора отсутствует. 

В связи с чем Спорные платежи по сути являются перераспределением активов между подконтрольными лицами, а приобретение доли в праве собственности  осуществлялось именно в связи с  наличием родственных связей кредитора и контролирующего Должника лица, и не являлись сделками, совершенными в рамках разумной стандартной хозяйственной практики с целью создания гражданско-правовых отношений, при этом в результате таких действий наращивалась задолженность Должника, и действия сторон были направлены безвозмездный вывод ликвидного имущества банкротящегося Должника, и данная цель противопоставлена в настоящем деле требованиям внешних незаинтересованных кредиторов.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции не в полной мере исследовал фактические обстоятельства дела,  и пришел к неверному выводу, о том, что спорные Договоры являются действительными сделками, при  наличии признаков указывающих на их недействительность на основании п.1, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Принимая во внимание, что соглашение о передаче недвижимого имущества от 04.12.2018, заключенного между ООО «Софрино-Эстейт» и ФИО3 был заключено на основании спорных Договоров, которое признаны недействительными сделками, то данное соглашение также является недействительным.

Рассматривая вопрос относительно правомерности и обоснованности требований кредитора, основанных на сделке (договоре), суд обязан оценить сделку на предмет соответствия ее закону. Признание долга со стороны должника и, как следствие, включение кредитора в реестр требований кредиторов напрямую затрагивают права иных кредиторов должника (перераспределение числа голосов на собрании кредиторов, увеличение риска неполучения удовлетворения за счет конкурсной массы и прочее). 

В круг доказательств по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входит выяснение обстоятельств возникновения долга, даже при отсутствии на этот счет возражений со стороны лиц, участвующих в деле о банкротстве. 

В случае необоснованного включения кредитора со значительным размером требований в реестр требований кредиторов, может быть нарушен баланс интересов вовлеченных в процесс банкротства конкурсных кредиторов. 

Поскольку на контролирующих участников должника подлежит распределению риск банкротства контролируемого ими лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных кредиторов, заявленное требование судом удовлетворению не подлежит.

С учетом вышеизложенного, требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 28 775 000 руб.  подлежат оставлению без удовлетворения. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2019 по делу № А40-197920/16 отменить. 

Удовлетворить заявление внешнего управляющего ФИО2 о признании недействительными следующих сделок: 1.Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №96 от 12.01.2016; 2. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №98 от 12.01.2016; 7 3. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №99 от 12.01.2016; 4. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №101 от 12.01.2016; 5. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №102 от 12.01.2016; 6. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №105 от 13.01.2016 7. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №106 от 13.01.2016 8. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №119 от 13.01.2016; 9. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №120 от 13.01.2016; 10. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №121 от 13.01.2016; 11. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №122 от 13.01.2016; 12. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №124 от 14.01.2016; 13. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №126 от 14.01.2016; 14. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №131 от 14.01.2016; 15. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №132 от 14.01.2016; 16. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №133 от 14.01.2016; 17. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №134 от 15.01.2016; 18. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №135 от 15.01.2016; 19. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №136 от 15.01.2016; 20. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №137 от 15.01.2016; 21. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №138 от 15.01.2016; 22. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №139 от 15.01.2016; 23. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №140 от 15.01.2016; 24. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №141 от 18.01.2016; 25. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №142 от 18.01.2016; 26. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №144 от 18.01.2016; 27. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №145 от 18.01.2016; 8 28. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №146 от 18.01.2016; 29. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №147 от 19.01.2016; 30. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №148 от 19.01.2016; 31. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №149 от 19.01.2016; 32. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №150 от 19.01.2016; 33. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №151 от 19.01.2016; 34. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности № 152 от 20.01.2016; 35. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №153 от 20.01.2016; 36. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №154 от 20.01.2016; 37. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №155 от 20.01.2016; 38. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №156 от 20.01.2016; 39. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №160 от 21.01.2016; 40. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №161 от 21.01.2016; 41. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №162 от 21.01.2016; 42. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №163 от 21.01.2016; 43. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №164 от 21.01.2016; 44. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №165 от 22.01.2016; 45. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №166 от 22.01.2016; 46. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №167 от 22.01.2016; 47. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №168 от 22.01.2016; 48. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №169 от 22.01.2016; 49. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №170 от 25.01.2016; 50. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №171 от 25.01.2016; 51. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №172 от 25.01.2016; 52. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №173 от 25.01.2016; 9 53. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №174 от 25.01.2016; 54. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №175 от 26.01.2016; 55. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №176 от 26.01.2016; 56. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №177 от 26.01.2016; 57. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №179 от 26.01.2016; 58. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №180 от 26.01.2016; 59. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №181 от 27.01.2016; 60. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №182 от 27.01.2016; 61. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №183 от 27.01.2016; 62. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №184 от 27.01.2016; 63. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №185 от 27.01.2016; 64. Предварительный договор купли-продажи доли в праве собственности №186 от 27.01.2016г.

Признать недействительным Соглашение о передаче недвижимого имущества от 04.12.2018, заключенного между ООО «Софрино-Эстейт» и ФИО3.

Отказать в удовлетворении требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 28 775 000 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ю.Л. Головачева

Судьи: Д.Г. Вигдорчик

С.А. Назарова