ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-81490/2021

27 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     27 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей  Герасимовой Е.А., Титовой М.Г.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:  

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 11.01.2022;

от ООО «Олеся» - ФИО4, по доверенности от 29.11.2021;

от ООО «Преграда» - ФИО5, по доверенности от 09.01.2020;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-10997/2022, 13АП-10998/2022) ФИО2, ООО «Преграда» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2022 по делу № А56-81490/2021(судья  Шведов А.А.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Преграда» к ФИО2, ООО «Олеся» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торговый дом «Олеся»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Преграда» о привлечении ФИО2 и ООО «Олеся» (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торговый Дом «Олеся» в сумме 8 139 877,22 руб.

Решением суда первой инстанции от 01.03.2022 исковые требования ООО «Преграда» удовлетворены частично. Суд привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торговый дом «Олеся» и взыскал с ФИО2 в пользу ООО «Преграда» 8 139 877,22 руб., а также 63 699,38 руб. государственной пошлины за рассмотрение искового заявления. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. 

Не согласившись с указанным решением, ФИО2 и ООО «Преграда» обратились с апелляционными жалобами.

В апелляционной жалобе ООО «Преграда» просит отменить решение и принять по делу новый судебный акт о солидарном привлечении ФИО2 и ООО «Олеся» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торговый дом «Олеся» в сумме 8 139 877,22 руб. В обоснование указывает, что 19.03.2018 ФИО2 являлся руководителем и ООО «Торговый дом «Олеся», и ООО «Олеся», в связи с чем полагает, что ООО «Олеся» является контролирующим ООО «Торговый дом «Олеся» лицом, т.к. незаконно извлекло имущественную выгоду в результате недобросовестного поведения ФИО2 Кроме того, ссылается на то, что с 19.03.2018 ООО «Торговый дом «Олеся» полностью утратило возможность исполнения своих денежных обязательств перед кредиторами в связи с согласованным поведением самого должника и аффилированного с ним ООО «Олеся», которым руководил ФИО2 

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит решение отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать. В обоснование указывает, что из бухгалтерского баланса должника на 31.12.2017 следует, что ООО «Торговый дом «Олеся» не могло исполнить обязательство перед ООО «Олеся» ни поставкой товаров, ни уплатой денежных средств до 19.03.2018, при этом судом установлено, что невозможность полного погашения требований кредиторов возникла не вследствие совершенного платежа, а возникла до него.  Также ФИО2 указывает на отсутствие (непредставление) со стороны ООО «Преграда» доказательств относительно предмета доказывания,  полагая, что со стороны суда первой инстанции не было предложено представить дополнительные доказательства в подтверждение факта реальности существования обязательств между ООО «Торговый дом «Олеся» и ООО «Олеся», при отсутствии спора между указанными лицами по вопросу существования и реальности соответствующих обязательств. Кроме того, ФИО2 в жалобе полагал, что у суда отсутствовали достаточные основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по ст.61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь, в том числе на то, что прекращение деятельности ООО ТД «Олеся» явилось не следствием спорного платежа, совершенного данным Обществом в пользу ООО «Олеся», а внешними факторами, вызванными кризисом на рынке продажи бытовой техники и банкротством ключевых контрагентов, при отсутствии возникновения у Общества новых обязательств.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Преграда», поступившем от ООО «Олеся», заявлены возражения против ее удовлетворения, со ссылкой на отсутствие причинения вреда кредиторам фактом совершения платежа со стороны ООО ТД «Олеся» в пользу ООО «Олеся», а также при отсутствии доказательств убыточности сделки между вышеуказанными лицами, в рамках которой и был произведен частичный возврат авансового платежа. ООО «Олеся» также отмечало, что  платеж был совершен со стороны ООО ТД «Олеся» по действующему обязательству и на данный платеж само Общество (ООО «Олеся») не влияло, и не допустило каких-либо незаконных действий (бездействий), что указывает на правомерность отказа суда первой инстанции в привлечении ООО «Олеся» к субсидиарной ответственности по заявлению ООО «Преграда».  

Протокольным определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 судебное заседание отложено на 27.07.2022.

15.07.2022 от ФИО2 поступили дополнительные документы, подтверждающие возникновение взаимных требований ООО «Торговый дом «Олеся» и ООО «РИТЕК», которые стороны намеревались прекратить соглашением о прекращении обязательств зачетом встречных требований от 19.02.2017, а также перечисление ООО «Олеся» в пользу ООО «Торговый дом «Олеся» денежных средств в размере 29 156 962,40 руб. по договору поставки от 06.04.2017 №4.

25.07.2022 от ФИО2 поступили объяснения по делу, с представлением в качестве приложений ряда документов, с указанием на действительность обязательств между ООО ТД «Олеся» и ООО «Олеся», со ссылкой на факт прекращения дела о банкротстве в отношении ООО ТД «Олеся» по заявлению ООО «РИТЕК», при отсутствии согласия ООО «РИТЕК» по финансированию процедуры, а также на наличие выводов суда в деле о банкротстве ООО «Торговый дом «Олеся» в части  установления оснований для прекращения производства по делу.

26.07.2022 от ООО «Преграда» поступили письменные  возражения на жалобу ФИО2 и на отзыв ООО «Олеся».

Апелляционным судом также было истребовано из суда первой инстанции  дело о банкротстве ООО «Торговый дом «Олеся» (№А56-50128/2018) для целей ознакомления с имеющимися в деле материалами, дано дело поступило в апелляционный суд, и было изучено судом при подготовке к судебному разбирательству.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании 27.07.2022 представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы ФИО2 поддержал в полном объеме, с представлением пояснений по фактическим обстоятельствам и по правовой оценке доводов жалобы и обжалуемого судебного акта.

Представитель ООО «Преграда» поддержал жалобы Общества, заявив возражения относительно апелляционной жалобы ФИО2 и доводы ООО «Олеся».

Представитель ООО «Олеся» поддержал ранее изложенную в отзыве позицию и доводы в поддержку жалобы ФИО2 и в части возражений по жалобе ООО «Преграда»  

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и содержания обжалуемого определения  между ООО «РИТЕК» (поставщик) и ООО «Торговый Дом «Олеся» (покупатель) заключен договор от 09.01.2017 №2 от 15.09.2011 №6, согласно которому поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить товар.

 19.02.2017  ООО «РИТЕК» и ООО «Торговый Дом «Олеся» заключили соглашение о прекращении обязательств зачетом встречных требований.

 Решением Арбитражного суда Новгородской области от 14.04.2017 (резолютивная часть решения объявлена 13.04.2017) по делу №А44-1599/2017 ООО «РИТЕК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим ООО «РИТЕК» утвержден ФИО6.

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 20.09.2017 по делу №А44-1599/2017 соглашение о прекращении обязательств зачетом встречных требований от 19.02.2017 на сумму 7 533 961 руб., заключенное между ООО «РИТЕК» и ООО «Торговый Дом «Олеся» признано недействительным. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.01.2018 по делу №А56-93356/2017 с ООО «Торговый Дом «Олеся» в пользу ООО «РИТЕК» взыскано 7 533 961 руб. задолженности по оплате поставленного товара, 605 916,22 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 17.01.2018, а также сумма процентов за пользование чужими денежными средствами, исчисленная по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на сумму задолженности за период с 18.01.2018 по дату погашения задолженности.

 Определением Арбитражного суда Новгородской области от 25.11.2020 по делу №А44-1599/2017 в порядке процессуального правопреемства ООО «РИТЕК» заменено на правопреемника ООО «Преграда».

 Ссылаясь на неисполнение ООО «Торговый Дом «Олеся» решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.01.2018 по делу №А56-93356/2017, ООО «РИТЕК» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Торговый Дом «Олеся» несостоятельным (банкротом).

 Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.05.2018 возбуждено производство по делу №А56-50128/2018 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговый Дом «Олеся». 

 Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.11.2018 по делу №А56-50128/2018, резолютивная часть которого объявлена 19.10.2018, заявление ООО «РИТЕК» признано обоснованным; в отношении ООО «Торговый Дом «Олеся» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО7

 Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2019 определение от 08.11.2018 по делу №А56-50128/2018 отменено; в удовлетворении заявления ООО «РИТЕК» о признании ООО «Торговый Дом «Олеся» несостоятельным (банкротом) отказано; производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговый Дом «Олеся» прекращено в связи с отсутствием финансирования расходов по делу.

 Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.06.2021 по делу №А56-50128/2018 ООО «РИТЕК» заменено на правопреемника ООО «Преграда». 

Поскольку производство по делу №А56-50128/2018 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговый Дом «Олеся» прекращено в связи с отсутствием у должника денежных средств на финансирование процедуры банкротства, и требования ООО «Преграда» остались непогашенными, последнее обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении ФИО2 и ООО «Олеся» к субсидиарной ответственности.

Как правильно указал суд первой инстанции,  согласно подпункту 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам названной статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

 Суд первой инстанции в обжалуемом определении также указал, что согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе право кредитора, требования которого были включены в реестр требований кредиторов должника, по возможности инициации подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности после завершения либо прекращения производства по делу о банкротстве соответствующего должника предусмотрено положениями статьи 61.14 Закона о банкротстве (пункт 3 данной статьи).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

 В пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрены случаи, когда возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи (пункт 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

 В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Для правильного разрешения вопроса об отнесении лица к числу контролирующих правовое значение имеет наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). При этом, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

Если сделки, изменившие судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим. 

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ и указано в обжалуемом определении в отношении ООО «Торговый дом «Олеся», единственным участником и единоличным исполнительным органом общества с момента образования по настоящее время является ФИО2 

 В качестве оснований для привлечения ФИО2 и ООО «Олеся» к субсидиарной ответственности ООО «Преграда» указало на неподачу руководителем ООО «Торговый Дом «Олеся» ФИО2 заявления о признании указанного общества несостоятельным (банкротом), а также на невозможность полного погашения требований заявителя вследствие действий и (или) бездействия ответчиков, ссылаясь при этом на перечисление ФИО2, как генеральным директором ООО «Торговый дом «Олеся», поступивших 19.03.2018 от ООО «С-Витязь» (ИНН 

<

***>) денежных средств в пользу аффилированного лица - ООО «Олеся» в период невозможности исполнения со стороны должника взятых на себя обязательств перед независимым кредитором (ООО «РИТЕК»), что привело к фактической неплатежеспособности должника, а также впоследствии к прекращению производства по делу по основанию, предусмотренному абзацем восьмым пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

 Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

 В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

 Согласно подпункту 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

 В соответствии с пунктом 16 Постановления №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

 Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

По материалам дела установлено, что 19.03.2018 ООО «Витязь-С» совершило в пользу ООО «Торговый Дом «Олеся» платежи на сумму 1 621 970 руб. с указанием на премию за 9 месяцев 2017 года по акту от 30.09.2017 №7 и на сумму 5 652 224,58 руб. с назначением платежа «оплата цены товара по договору от 01.03.2012 №4». 

В тот же день – 19.03.2018 после поступления от ООО «Витязь-С» денежных средств ООО «Торговый Дом «Олеся» перечислило в пользу ООО «Олеся» денежные средства в размере 7 250 000 руб., со ссылкой на возврат излишне перечисленной суммы по письму от 19.03.2018 №18.

 Как полагает заявитель, совершением перечисления в пользу ООО «Олеся» должник лишил ООО «РИТЕК» возможности удовлетворения требований за счет денежных средств, поступивших от ООО «Витязь-С», с учетом того, что  единственным поступлением в 2018 году на расчетный счет ООО «Торговый Дом «Олеся» был вышеуказанный платеж от ООО «Витязь-С», иных операций по перечислению денежных средств на счет должника не совершалось.

 В свою очередь, ФИО2 ссылался на прекращение хозяйственной деятельности ООО «Торговый Дом «Олеся» в 2018 году, тогда как   по итогам 2017 года результатом хозяйственной деятельности ООО «Торговый дом «Олеся» стал убыток в сумме 102 308 000 руб., в то время как в 2015 - 2016 годах оно получало прибыль в суммах 6 215 000 руб.и 6 535 000 руб. соответственно. 

Как следует из материалов дела, в том числе и подтверждено материалами банкротного производства в отношении ООО «Торговый дом «Олеся», по состоянию на 31.12.2017 общая стоимость активов ООО «Торговый дом «Олеся» составляла 8 950 000 руб., а размер его кредиторской задолженности – 70 848 000 рублей 00 копеек, т.е. величина имущества должника в 7,9 раза меньше его долга перед кредиторами, при этом в 2015-2016 годах стоимость имущества должника превышала размер его долга.

В обжалуемом определении суд первой инстанции также указал на то, что  в 2017 году ООО «Торговый дом «Олеся» получило от ООО «Олеся» предоплату по договору поставки от 06.04.2017 № 4 в сумме 29 156 962,40 руб, при этом на конец 2017 года ООО «Торговый дом «Олеся» имело требование к ООО «С-Витязь» в сумме 7 274 194,58 руб. и к ООО «РИТЕК» в сумме 1 010 096,27 руб., также имело задолженность перед ООО «РИТЕК» в сумме 7 533 961 руб. и перед ООО «Олеся» в сумме 9 156 962,40 руб. 

Суд первой инстанции сослался на то, что на момент перечисления должником (ООО «Торговый дом «Олеся») денежных средств, поступивших от ООО «Витязь-С», в пользу ООО «Олеся», должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, данные бухгалтерского баланса за 2017 год свидетельствуют о неудовлетворительном финансовом положении ООО «Торговый Дом «Олеся».

Вышеуказанные обстоятельства, в целом, не оспариваются ФИО2, исходя из содержания апелляционной жалобы. 

 Из материалов дела следует и также по существу не оспаривается ФИО2, что ФИО2 являлся руководителем и единственным учредителем ООО «Торговый Дом «Олеся», ООО «Олеся» и ООО «Витязь-С», что в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве свидетельствует о том, что все  указанные Общества и лично ФИО2 являются заинтересованным по отношению к должнику лицами.

Как указал суд первой инстанции,  в результате перечисления платежа в пользу аффилированного лица задолженность ООО «Торговый Дом «Олеся» перед ООО «Олеся» уменьшилась с 9 156 962,40 руб. до 1 906 962,40 руб. При этом суд первой инстанции в определении сослался на то, что  доказательства оснований возникновения задолженности должника перед ООО «Олеся» суду первой инстанции  не представлены, что свидетельствует о необоснованности довода ФИО2 о возврате излишне уплаченной суммы.

Оценивая доводы ФИО2 по апелляционной жалобе относительно наличия соответствующих доказательств реальности обязательственных отношений между ООО «Торговый дом «Олеся» и ООО «Олеся», применительно к основаниям оплаты денежных средств, суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО2, в целом имел необходимые процессуальные возможности для представления в суде первой инстанции не только отзыва на исковое заявление ООО «Преграда», но и представления иных сведений и доказательств, в том числе по вопросу раскрытия всего объема доказательств в части возникновения и исполнения между ООО «Торговый дом «Олеся» и ООО «Олеся» обязательств. В условиях состязательности, вне зависимости от активной либо относительно пассивной роли суда, рассматривающего дело, соответствующее лицо было вправе представить соответствующие сведения и доказательства в подтверждение определенных юридически значимых фактов. При этом, в целях восполнения пробелов в доказательственной базе и правильного разрешения спора на стадии апелляционного пересмотра апелляционный суд счел возможным предложить участвующим в деле лицам представить дополнительные доказательства, что впоследствии обусловило приобщение апелляционным судом сведений, представленных ФИО2, в части наличия между вышеуказанными юридическими лицами обязательственных отношений  в рамках ранее заключенного договора поставки от 06.04.2017 №4, а также сведений о расчетах между указанными лицами, наряду со сведениями об обязательственных отношениях между ООО «РИТЕК» и ООО «Торговый дом «Олеся», исходя из наличия обязательств по поставке товара по ряду договоров, применительно к которым 19.02.2017 было заключено соглашение о зачете взаимных требований, признанное впоследствии недействительным в деле о банкротстве ООО «РИТЕК».         

Суд первой инстанции в обжалуемом определении указала, что  в пункте 23 Постановления №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. На заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

 Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно сослался на  то, что сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

При этом суд первой инстанции указал, что  обстоятельства совершения невыгодной для должника сделки руководителем должника ФИО2 подтверждают, что экономический аспект совершенной должником сделки по перечислению полученных от аффилированного лица ООО «Витязь-С» в пользу другого заинтересованного лица ООО «Олеся» имеет для ООО «РИТЕК» (впоследствии его правопреемника ООО «Преграда») отрицательный эффект, в частности после совершения сделки по перечислению денежных средств пользу заинтересованного по отношению к должнику лица в отсутствие документальных  обоснований и какого-либо встречного предоставления должнику по сделке выбыли ликвидные активы должника в виде денежных средств, при этом сделка заключена в условиях увеличения пассивов общества и осведомленности ФИО2 как руководителем ООО «Торговый Дом «Олеся» о неисполненных обязательствах последнего перед ООО «РИТЕК», подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами. Суд первой инстанции посчитал, что  существенная убыточность сделки выражается в прекращении хозяйственной деятельности ООО «Торговый Дом «Олеся» и прекращении исполнения должником обязательств перед независимым кредитором ООО «РИТЕК», то есть указанная сделка привела к объективному банкротству ООО «Торговый Дом «Олеся», которое наступило по вине ФИО2, который осуществлял руководство текущей деятельностью общества. 

При таком положении суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Оценивая данные выводы, исходя из заявленных доводов апелляционной жалобы ФИО2 и возражений по ней со стороны ООО «Преграда», суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить следующее.

Действительно, по общему правилу, установленному статьей 61.11 Закона о банкротстве, если исходить из презумпций, обусловленных необходимостью оценки действий (бездействия) контролирующих должника лиц (в данном случае, ФИО2), связанных с тем, что именно по указанию ФИО2  был осуществлен платеж в пользу аффилированного с ним лица (ООО «Олеся») по передаче фактически единственного в соответствующий период ликвидного имущества (значительной суммы денежных средств, поступивших в качестве платежа дебитора ООО «Торговый дом «Олеся»), со ссылкой на исполнение определенных гражданско – правовых обязательств (как возврат части ранее полученного аванса по договору поставки), предполагает возможное установление как признаков несостоятельности должника в соответствующий период (о чем ФИО2 могло и должно быть известно), так и формальных признаков убыточности сделки, как таковой и существенности причинения вреда кредиторам должника. В этой связи, при наличии определенных доказательств, указывающих на наличие реальных обязательств между ООО «Торговый дом «Олеся» и ООО «Олеся» (притом, что суду первой инстанции таких доказательств в полной мере не было представлено) сам по себе платеж мог повлиять как на величину активов должника, так и на величину его пассивов, исходя из того, что существенной убыточности сама по себе сделка между указанными лицами, как и платеж по ней могли и не повлечь. Между тем, как полагает апелляционный суд, действия ФИО2, как контролирующего должника лица, в рассматриваемой ситуации не свидетельствуют о его добросовестности и разумности, поскольку ФИО2 на момент совершения вышеназванного платежа в пользу ООО «Олеся» было заведомо известно о том, что к ООО «Торговый дом «Олеся» имеет имущественные притязания ООО «РИТЕК», в силу признания судом в деле о банкротстве указанного Общества недействительным соглашения о зачете (судебный акт арбитражного суда Новгородской области был вынесен в сентябре 2017 года и вступил в силу в декабре 2017 года), исходя из применимых последствий, в том числе и в связи с наличием вступившего в силу судебного акта по иску ООО «РИТЕК» о взыскании с ООО «Торговый дом «Олеся» денежной суммы в качестве задолженности (судебный акт был принят в январе 2018 года в рамках дела №А56-93356/2017). Апелляционный суд исходит из того, что вне зависимости от внешних обстоятельств, повлиявших на фактическое прекращение производственной  деятельности ООО «Торговый дом «Олеся» уже в конце 2017 года, с учетом изменения коньюктуры рынка и банкротства крупных контрагентов (в число которых входило и ООО «РИТЕК»),  в условиях ограниченного объема материальных ресурсов у должника (ООО «Торговый дом «Олеся») ФИО2 не предпринял требуемых от добросовестного и разумного руководителя мер и действий, направленных на справедливое и соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Апелляционный суд отмечает, что вывод ликвидного актива (денежных средств) на аффилированное должнику лицу в условиях наличия у должника признаков несостоятельности (банкротства), в том числе со ссылкой на наличие обязательственных отношений между данными лицами, исходя из заведомого последующего неисполнения и невозможности исполнения обязательств перед иными кредиторами, о наличии которых было ФИО2 известно, в том числе и с учетом наличия судебного акта, вступившего в законную силу (в пользу ООО «РИТЕК»), исполнение которого фактически было ФИО2 проигнорировано, свидетельствует не только о явном предпочтении интересов и исполнения обязательств в пользу заинтересованного лица, но и о том, что данными действиями ФИО2 повлек существенное нарушение прав независимого кредитора, создал все предпосылки для последующей невозможности осуществления банкротной процедуры в отношении ООО «Торговый дом Олеся», которая впоследствии была прекращена на стадии апелляционного производства, при наличии апелляционной жалобы именно ФИО2, в том числе, с целью фактического недопущения процедуры оспаривания соответствующей сделки, связанной с осуществлением спорного платежа в пользу ООО «Олеся» в подозрительный и предбанкротный период. Доводы ФИО2 относительно невозможности использования процедуры привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в связи с прекращением производства по делу о банкротстве, наличием судебного акта апелляционного суда от 27.02.2019 по делу о банкротстве ООО «Торговый дом «Олеся», с изложением соответствующих выводов относительно перспектив оспаривания сделки в деле о банкротстве и, как следствие, истечение соответствующих сроков для оспаривания по основаниям предпочтения, как полагает апелляционный суд, в полной мере не могут свидетельствовать о том, что в рамках настоящего искового производства невозможно установить наличие соответствующих оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. Апелляционный суд исходит из того, что  при вынесении вышеназванного постановления о прекращении дела о банкротстве ООО Торговый дом «Олеся» суд, во - первых, не осуществлял анализ и перспективу оспаривания вышеуказанного платежа, не давал оценку фактических обстоятельств его совершения, а во-вторых, не оценивал поведение контролирующих должника лиц относительно действий либо бездействий, связанных с инициацией со стороны кредитора ООО «РИТЕК» банкротной процедуры. Поскольку ООО «Ритек» при подаче заявления о банкротстве ООО ТД «Олеся» само находилось в процедуре конкурсного производства, не имея соответствующих ликвидных активов в конкурсной массе, то данные обстоятельства, наряду с иными факторами, и послужили основанием для прекращения дела о банкротстве в отношении ООО ТД «Олеся», при отсутствии финансирования соответствующей процедуры. Следует отметить, что и после прекращения соответствующего производства должник и его контролирующее лицо не предприняли каких-либо действий по погашению долга перед ООО «РИТЕК», в условиях фактической несостоятельности ООО «ТД «Олеся».

Таким образом, как полагает апелляционный суд, вне зависимости от обстоятельств, связанных с невозможностью в настоящее время  оспаривания платежа, совершенного ООО ТД «Олеся» в пользу ООО «Олеся» 19.03.2018, как по основаниям предпочтения, так и потенциального причинения вреда кредиторам, исходя из квалификации направленности данных действий, произведенных ФИО2 заведомо в ущерб независимому кредитору (ООО «РИТЕК»), с выводом ликвидного имущества (денежных средств) на аффилированное лицо, ФИО2 мог быть привлечен к субсидиарной ответственности по пункту 1 и  12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку своими действиями допустил ситуацию, в рамках которой интересы независимого кредитора были фактически проигнорированы (не исполнен судебный акт, вступивший в силу, по взысканию долга), что повлекло невозможность формирования конкурсной массы, в том числе и в связи с прекращением дела о банкротстве по основанию, не связанному с погашением требований кредиторов, а вследствие иных факторов), что не отвечает требованиям разумности и добросовестности. 

При этом апелляционный суд дополнительно отмечает, что со стороны ФИО2 не было предпринято действий по предъявлению требований к ООО «РИТЕК» в рамках дела о банкротстве данного лица, исходя из потенциального наличия встречных требований к указанному лицу по обязательственным правоотношениям, что также не свидетельствует о разумности данных действий (фактического бездействия) и предопределяет причинно-следственную связь с потенциальными убытками для ООО «Торговый дом «Олеся». Соответственно, апелляционный суд не оценивает перспектив фактического погашения указанного требования, в случае его включения в реестр, однако отмечает, что ФИО2, будучи руководителем юридического лица, имеющего имущественное требование к лицу, находившегося в процедуре банкротства, с учетом имеющейся информации о признании недействительным ранее заключенного соглашения о зачете, был обязан оценить риски несовершения соответствующих действий.

 При этом апелляционный суд дополнительно полагает необходимым отметить, что будучи разумным и добросовестным руководителем, ФИО2 по итогам анализа хозяйственной деятельности должника (ООО Торговый дом «Олеся») за 2017 год еще до совершения оспариваемого платежа в пользу ООО «Олеся» должен был предпринять действия по обращению с самостоятельным заявлением о банкротстве ООО ТД «Олеся» (ранее за несовершение указанных действий ФИО2  в ноябре 2018 года привлекался к административной ответственности постановлением должностного лица МИФНС №22 по г.Санкт-Петербургу).

Апелляционный суд при этом отмечает, что отказ суда первой инстанции относительно оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве (в связи с не обращением с заявлением о банкротстве должника), хотя и формально-юридически является обоснованным (в силу отсутствия возникновения новых обязательств должника), однако полагает, что подобное обращение со стороны руководителя должника до совершения вышеназванного платежа в пользу ООО «Олеся», могло бы обеспечить потенциальное пополнение конкурсной массы (за счет поступивших денежных средств от дебиторов), а также осуществить мероприятия по справедливому и пропорциональному удовлетворению требований кредиторов, в случае их включения в реестр требований должника, что также могло быть оценено в качестве разумного шага со стороны руководителя должника.

  Кроме того, как полагает апелляционный суд, в условиях наличия соответствующей информации о составе активов и пассивов должника, объема кредиторской задолженности ФИО2 должен был предпринять меры по урегулированию вопросов погашения кредиторской задолженности, в условиях равной и справедливой защиты прав кредиторов должника, с использованием всех доступных и законных способов защиты данных прав. Указанных действий со стороны ФИО2 совершено не было. 

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции полагает возможным оставить в силе судебный акт суда первой инстанции в части установления оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, исходя из дополнительных выводов, изложенных в настоящем постановлении.                             

Суд первой инстанции в обжалуемом определении указал, что  требование заявителя о привлечении ООО «Олеся» к субсидиарной ответственности по указанному в заявлении  основанию неправомерно, поскольку ООО «Олеся», несмотря на аффилированность по отношению к ООО «Торговый Дом «Олеся», не является контролирующим должника лицом, доказательств влияния ООО «Олеся» на принимаемые должником решения не представлено, причинно-следственная связь между вменяемыми ООО «Олеся» в вину обстоятельствами в виде необоснованного получения платежа от ООО «Торговый Дом «Олеся», а также банкротством должника и невозможностью погашения требований кредитора, не доказана, что исключает возможность привлечения ООО «Олеся» к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

С указанными выводами апелляционный суд полагает необходимым согласиться, отмечая, что ООО «Олеся», несмотря на наличие контроля за его деятельностью со стороны ФИО2, не являлось корпоративно связанным лицом с ООО «Торговый дом «Олеся», при этом управленческие решения по осуществлению платежа принимал непосредственно руководитель ООО ТД «Олеся». В свою очередь, сам платеж имел под собой гражданско-правовое основание, с учетом наличия соответствующих обязательств между ООО «ТД «Олеся» и ООО «Олеся», что предопределяет обязательственную природу правоотношений и указывает на отсутствие со стороны ООО «Олеся» непосредственных противоправных деяний, в связи с принятием соответствующего платежа, при действительности лежащего в его основе обязательства и отсутствии оснований для его квалификации в качестве ничтожной сделки.

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд не усматривает достаточных оснований для отмены обжалуемого судебного акта суда первой инстанции, что влечет отказ в удовлетворении апелляционных жалоб.

Судебные расходы по рассмотрению апелляционных жалоб распределены судом в порядке статьи 110 АПК РФ.    

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.03.2022 по делу №  А56-81490/2021  оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

Е.А. Герасимова

 М.Г. Титова