﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1664/2020(2)-АК

Дело № А50-36078/2018

31 мая 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 мая 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего    Чепурченко О.Н.,  

судей  			       Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретаря судебного заседания Шмидт К.А.,

при участии:

от ООО «Вежливые люди-Пермь»: Батракова С.В., паспорт, доверенность от 01.02.2021;

от конкурсного управляющего Стреколовской В.А.: Ларионова М.А., паспорт, доверенность от 25.09.2020,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Стреколовской Вероники Александровны

на определение Арбитражного суда Пермского края от 09 марта 2021 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки должника недействительной,

вынесенное в рамках дела № А50-36078/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Управляющая компания «Добрый дом» (ОГРН 1085904015603, ИНН 5904193394),

третье лицо: ООО «Охранное предприятие «Арсенал-Союз»,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.11.2018 принято к производству заявление ООО «Управляющая компания «Добрый дом» о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 30.01.2019 заявление ООО «Управляющая компания «Добрый дом» о признании его несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении него введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден Кукоев Алексей Вячеславович, член Ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Сведения о введении в отношении должника наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 09.02.2019 № 24.

Решением арбитражного суда от 19.08.2019 ООО «Управляющая компания «Добрый дом» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на Кукоева А.В.

Определением от 16.01.2020 конкурсным управляющим ООО «Управляющая компания «Добрый дом» утвержден Литовченко Алексей Андреевич, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

09 августа 2020 года в арбитражный суд проступило заявление конкурсного управляющего о признании перечислений денежных средств со счетов должника в пользу общества «Вежливые люди- Пермь» в общей сумме 2 716 005 руб., совершенных в период с 19.01.2016 по 29.05.2018, недействительными сделками.

Определением от 27.10.2020 Литовченко Алексей Андреевич освобожден от исполнения обязанности конкурсного управляющего должника; конкурсным управляющим ООО «Управляющая компания «Добрый дом» утверждена Стреколовская Вероника Александровна, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

К участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Охранное предприятие «Арсенал-Союз» (ООО «ОП «Арсенал-Союз»).

С учетом заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) уточнений, конкурсный управляющий просил признать недействительными заключенные должником с ООО «Вежливые люди-Пермь» договоры от 01.12.2015 № 3, от 01.12.2015 № 4 и от 13.07.2016 № 12; применить последствия их недействительности в виде взыскания с ответчика 2 716 005 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09 марта 2021 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании договоров на оказание услуг от 01.12.2015 № 3, от 01.12.2015 № 4 и от 13.07.2016	№ 12, заключенных между ООО «Управляющая компания «Добрый дом» и ООО «Вежливые люди-Пермь», недействительными сделками отказано.

В порядке распределения судебных расходов с должника в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Стреколовская В.А. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что ответчик не мог оказывать услуги по охране имущества должника в виду отсутствия у него лицензии на осуществление охранной деятельности; в договоре отсутствуют полномочия ответчика на заключение от лица должника, договоров с иными организациями, по оказанию охранных услуг. Ссылается на то, что ответчик не может в точности указать какие именно услуги оказывались истцу: в отзыве от 19.10.2020 ответчик утверждал, что осуществлял работы в том числе, по устранению неисправностей в системе видеонаблюдения установленного на посту вахты и в надземном паркинге, замену блоков питания в системе видеонаблюдения, обслуживание видеокамер, тогда как ремонт системы видеонаблюдения являлось обязанностью ООО УК «Добрый дом» (подп.6 п. 6.1 спорных договоров); ответчик также взял на себя обязательства по сохранности имущества на периметре придомовой территории на спорных объектах и в этих целях заключил договоров с ОП «Ареснал-Союз», тем самым подтверждая факт оказания именно охранных услуг в отсутствие соответствующей лицензии, как следует из обжалуемых договоров, ответчик не был наделен полномочиями действовать в качестве агента должника, и в соответствии с разделом 5 спорных договоров, именно сотрудники ответчика должны были выполнять необходимые действия по пресечению противоправных действий со стороны третьих лиц; представленные в материалы дела сведения от ОП «Арсенал-Союз» о выезде на спорные объекты, не подтверждают факт реальности оказания соответствующих услуг; в отзыве от 25.11.2020 ответчик уже утверждает, что оказывал истцу услуги консьержной службы, в связи с чем, противоречит самому себе в ранее представленном отзыве от 19.11.2020, при этом у должника в штате имелось необходимое количество наемных сотрудников, принятых в должности консьержей, что само по себе может служить основанием подтверждения факта дублирования функций консьержной службы самого должника и ответчика, в связи с чем, представляется не разумным, оплаты услуг ответчику, которые были оказаны иными лицами. Также апеллянт отмечает, что ответчиком не доказан факт, наличия трудовых или иных отношений с лицами, которые якобы по утверждению ответчика, оказывали услуги консьержей на спорных объектах, находящихся в управлении должника; представленные договоры, акты, счета-фактуры, не могут служить единственным и бесспорным основанием для признания сделки действительной, для этого необходимо установить фактические обстоятельства реальности отношений между сторонами; исходя из особенностей деятельности должника, прямая необходимость в привлечении сторонних лиц, для оказания услуг консьержной службы, отсутствовала. В своих пояснениях управляющий указывал на недостатки представленных ответчиком доказательств, касающихся реальности оказания услуг, которым суд не дал надлежащую оценку.

ООО «Вежливые люди-Пермь» согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений ст.ст. 156, 266 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ООО «Управляющая компания «Добрый дом» и обществом «Вежливые люди-Пермь» заключены договоры на оказание услуг № 3 от 01.12.2015, № 4 от 01.12.2015 и №12 от 13.07.2016 (т. 1, л.д. 168-169, 208-209, 219-220).

Со ссылками на реквизиты данных договоров в период с 19.01.2016 по 29.05.2018 в пользу общества «Вежливые люди-Пермь» со счетов должника, открытых в ПАО «Сбербанк России» и ПАО «Мособлбанк», были перечислены денежные средства в размерах 2 093 805 руб. и 622 200 руб. соответственно (т. 1, л.д. 66-130).

Полагая, что названные договоры, равно как и произведенные во исполнение их перечисления, являются недействительными сделками, поскольку совершены без встречного предоставления со стороны ответчика, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании их недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

Отказывая в признании оспариваемых сделок недействительными, суд первой инстанции исходил из их реальности, совершения до возникновения у должника признаков неплатежеспособности, что исключает причинение вреда имущественным правам кредиторов, а также возможность признания их недействительными по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также недоказанности условий позволяющих признать оспариваемые сделки недействительными на основании ст.ст. 10, 170 ГК РФ, как мнимые либо совершенные со злоупотреблением правом.   

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и представленных возражений, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно ст. 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в данном пункте.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названого постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве, в частности под недостаточность имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

 Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 6 названного Постановления).

Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам ст. 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ (п. 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63, п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки – как сами договоры на оказание услуг от 01.12.2015 № 3, от 01.12.2015 № 4 и от 13.07.2016 № 12, так и перечисление во исполнение их денежных средств в период с 19.01.2016 по 09.05.2018, совершены в течении трех до возбуждения дела о банкротстве (определение от 29.11.2018), то есть в период подозрительности предусмотренный в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Как правомерно установлено судом первой инстанции, в данном случае доказательств аффилированности общества «Вежливые люди-Пермь» по отношению к должнику не представлено и из имеющихся документов не усматривается.

На момент заключения спорных договоров (2015-2016 года) у должника не имелось признаков неплатежеспособности.

Утверждение конкурсного управляющего о том, что первыми признаками неплатежеспособности должник начал обладать не позднее 01.04.2017 не обосновано и противоречит непосредственно позиции самого конкурсного управляющего в ином обособленном споре (сделка с Кайгородовым Денисом Викторовичем), где приводится довод о возникновении у должника финансовых затруднений в более поздний период времени.

Включение определением суда от 16.05.2019 в реестр требований кредиторов задолженности по обязательным платежам в качестве подтверждения наличия у общества «УК «Добрый Дом» по состоянию на конец первого квартала 2017 года признаков объективного банкротства являться не может. Исходя из структуры включенной по заявлению уполномоченного органа в реестр задолженности следует, что основная ее часть относится к концу 2018 года.

При этом, нельзя не принимать во внимание, что признаки неплатежеспособности не тождественны наличию долга перед отдельным контрагентом, тем более с учетом специфики деятельности должника, осуществлявшего функции управляющей компании объектами жилого фонда, что всегда предполагает наличие временного разрыва между моментом исполнения собственной обязанности перед ресурсоснабжающими компаниями и моментом поступления денежных средств от непосредственных потребителей коммунальных услуг.

Непосредственно перечисления денежных средств в рамках оспариваемых договоров оказания услуг производились в период с 19.01.2016 по 29.05.2018, что также берет свое начало задолго до формирования задолженностей, включенных на сегодняшний день в реестр требований кредиторов должника.

Судом обоснованно отмечено, что, по сути, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается исключительно на наличие сомнений, по его мнению, в реальности оказания ответчиком для должника услуг.

Между тем, материалами дела подтвержден факт оказания обществом «Вежливые люди-Пермь» услуг обществу «УК «Добрый Дом» в рамках названных договоров совокупностью представленных в материалы обособленного спора доказательствами: актами оказанных услуг, подписанными сторонами (т. 1, л.д. 171-192, 210-215, 221-223); договором от 11.11.2015 № 33/2015-в/о, заключенным между ответчиком и обществом «ОП «Арсенал-Союз», с дополнительными соглашениями к нему и первичными документами по соответствующим правоотношениям (сметами, актами), а также счетами на оплату (т. 1, л.д. 224-239); счетами, выставленными в адрес собственников помещений дома, находящегося по адресу: г. Пермь, ул. Н.Островского, 64, на придомовой территории которого расположен паркинг, услуги по охране которого возлагались на ответчика по договору на оказание услуг от 01.12.2015 № 3 (т. 1, л.д. 203).

Более того, реальность правоотношений в рамках договора на оказание услуг от 01.12.2015 № 3, который был расторгнут по инициативе общества «Вежливые люди-Пермь» с 01.03.2019 в связи с наличием просрочки по оплате с стороны общества «УК «Добрый дом», являлась предметом исследования при включении в реестр требований кредиторов должника, по результатам чего определением суда от 25.05.2020 задолженность по указанному договору в размере 256 560 руб. основного долга и 6 522,42 руб. штрафных санкций включена в третью очередь реестра. Судебный акт не оспаривался и вступил в законную силу.

Из совокупности представленных документов следует, что ответчиком должнику оказывались услуги по охране паркинга по адресу: г. Пермь, ул. Н. Островского, 64, в период с 01.12.2015 по 01.03.2019 (договору № 3), а также услуги по охране жилого дома и придомовой территории, расположенных по адресу: г. Пермь, Свердловский район, ул. Уфимская, 10А, в период с 13.07.2016 по 01.06.2017 (договор № 12) и расположенных по адресу: г. Пермь, Свердловский район, ул. Пермская, 53, в период с 01.12.2015 по 05.06.2016 (договор № 4).

Документального опровержения представленных ответчиком доказательств, документов, свидетельствующих о том, что соответствующие услуги в тот же период оказывались на указанных объектах жилого фонда силами штатных сотрудников самого должника, либо иных привлеченных организаций, не представлено (ст. 65АПК РФ).

Доводы конкурсного управляющего о том, что в штате должника имелись сотрудники, которые могли оказывать спорные услуги, подлежит отклонению. Как следует из материалов дела, ООО УК «Добрый дом» осуществлял деятельность по управлению 14 многоквартирных домов. Из представленных в обоснование своего довода доказательств апелляционным судом установлено, что в штате должника одномоментно имелось в период 2016-2019 (первая половина) годы от 4 до 12 консьержей, в связи с чем, принимая во внимание график оказания услуг, объективная возможность оказания услуг консьержа за счет собственных сил у должника отсутствовала.  

Более того, согласно пояснения представителя ответчика, не опровергнутым представителем конкурсного управляющего, в многоквартирном доме по ул. Уфимская, 10А, штатного консьержа должника не было; по ул. Пермская, 53, в период оказания ответчиком услуг с 01.12.2015 по 05.06.2016, штатный консьерж приступил к исполнению обязанностей после окончания оказания ответчиком услуг.

Относительно услуг оказываемых в многоквартирном доле по ул. Н. Островского, 64, представитель ответчика пояснил, что в связи с наличием пристроенного к дому паркинга в доме имелось два различных входа с вахтами (т. 1, л.д. 192-194), что также объясняет невозможность оказания услуг должником самостоятельно без привлечения третьих лиц.

При таких обстоятельствах сделать вывод о том, что у должника отсутствовала необходимость в привлечении ответчика для оказания спорных услуг, не представляется возможным. Реальность правоотношений по оспариваемым договорам подтверждена представленной в материалы дела первичной документацией.

Ссылка апеллянта на отсутствие у ответчика лицензии  на осуществление охранной деятельности признана судом апелляционной инстанции несостоятельной, поскольку оказания услуг консьержа не является деятельностью подлежащей лицензированию; услуги по охране осуществлялись ответчиком посредством привлечения лицензированного общества Охранное предприятие «Арсенал-Союз» на всех трех спорных объектах. 

Также следует отметить, что ответчик, заключая договор с охранным предприятием, действовал не от имени должника, а в собственных интересах; запрета на привлечение исполнителем для оказания услуг третьих лиц, спорные договоры не содержат. Следовательно, утверждение апеллянта об отсутствии у ответчика права на заключения договоров с обществами от имени должника в качестве агента, является необоснованным. 

Довод об отсутствии у ответчика в штате лиц, которые бы могли оказывать спорные услуги опровергается представленными в дело доказательствами.

Ссылка апеллянта на наличие в представленных ответчиком доказательствах недостатков, не опровергает факт оказания должнику услуг.

Указанное, опровергает доводы конкурсного управляющего о мнимости оспариваемых сделок, а также совершения их с противоправной целью с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств обратного в материалах дела не имеется и апелляционному суду не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Исходя из вышеизложенного, у суда первой инстанции не имелось оснований для признания оспариваемых сделок недействительными как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании ст.ст. 10, 170 ГК РФ, в связи с чем в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим Стреколовской В.А. требований о признании сделок недействительными судом первой инстанции отказано правомерно. 

Доводы, приведенные заявителями апелляционных жалоб, являлись предметом исследования суда первой инстанции, установленные по делу обстоятельства не опровергают, в связи с чем основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

Выводы суда положенные в обоснование обжалуемого судебного акта сделаны при полном установлении обстоятельств имеющих значение для разрешения спора с правильным применением норм материального права.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционных жалобах не приведено.

Проверив законность и обоснованность определения от 09.03.2021, оснований для его отмены (изменения), предусмотренных ст. 270 АПК РФ судом апелляционной инстанции не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющегося основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.   

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению на заявителя. Поскольку при принятии апелляционной жалобы конкурсному управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с должника, ООО УК «Добрый дом» в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 09 марта 2021 года по делу № А50-36078/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Управляющая компания «Добрый дом» в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

М.А. Чухманцев