№ 09АП-75720/2019

Дело № А40-148615/16

г. Москва

22 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2020 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 22 января 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Д.Г. Вигдорчика,

судей Ю.Л. Головачевой, С.А.Назаровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2019 по делу № А40- 148615/16, вынесенное судьей Марковым П.А., о взыскании солидарно с ФИО2, ФИО1 в пользу АО КБ "МБР-банк" убытки в размере 354.750.000,02 рублей; о взыскании солидарно с ФИО2 в пользу АО КБ "МБРбанк" убытки в размере 18.000.000 рублей,по делу о несостоятельности (банкротстве) АО КБ "МБРбанк", 

при участии в судебном заседании:

ФИО2 – лично,паспорт,

от ФИО2 – ФИО3 по дов.от 22.02.2019,

от комитета кредиторов АО КБ "МБРбанк" – ФИО4 протокол .от 13.01.2018,

от ФИО1 – ФИО5 по дов.от 22.04.2019,ФИО6 по дов.от 22.04.2019,

от ГК АСВ – ФИО7 по дов.от 06.08.2019,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.07.2016 принято к производству заявление Банка России о признании банкротом АО КБ "МБРбанк", возбуждено производство по делу. Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2016 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий Государственная Корпорация Агентство по страхованию вкладов. Сообщение о признании должника банкротом и утверждении конкурсного управляющего опубликовано в газете "Коммерсантъ" №182 от 01.10.2016, стр. 41. 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего АО КБ "МБР-банк" ГК АСВ о взыскании с ФИО2, ФИО1 убытков. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2019 суд взыскал солидарно с ФИО2, ФИО1 в пользу АО КБ "МБР-банк" убытки в размере 354.750.000,02 рублей; взыскал солидарно с ФИО2 в пользу АО КБ "МБРбанк" убытки в размере 18.000.000 рублей.

Не согласившись с указанным определением ФИО1, ФИО2 поданы апелляционные жалобы, в рамках которых просят определение отменить, принять новый судебный акт. 

В обоснование требований апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что судом неверно применены норма материального права, судом не установлен состав убытков, не доказана вина в причинении ущерба, а также причинно-следственная связь между действиями и причиненными убытками. По мнению апеллянта, доказательств свидетельствующих о наличии совокупности оснований возмещения убытков в материалах дела отсутствуют. Судом первой инстанции сделан неверный вывод. что ФИО1 является субъектом деликтной ответственности, к которой возможно предъявить заявленные требования.

В обоснование требований апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства причинения убытков должнику ответчиками, а также доказательства их недобросовестных действий. Как и ФИО1, апеллянт указывает, что в силу должностных обязанностей не обязан проверять потенциальных клиентов, выезжать по адресам и т.д. Апеллянт выражает несогласие с отказом суда в истребовании доказательств по делу.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО1, ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержали, указали на незаконность Определения от 11.11.2019.

В судебном заседании представитель ГК АСВ, комитета кредиторов АО КБ "МБРбанк" поддержал определение суда от 11.11.2019.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени её рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В ходе конкурсного производства установлено, что виновными действиями Председателя правления Банка ФИО2, членом Правления Банка ФИО1, по формированию активов Банка неликвидной ссудной задолженностью Банку причинены убытки в размере 372.750.000,02 рублей. 

Так, в период с 01.11.2014 по 17.06.2016 Банком, в лице Председателя правления Банка ФИО2, членом Правления Банка ФИО1, заключены 17 кредитных договора с 11 заемщиками, из которых 10 являются юридическими лицами: ООО «Геострой», ООО «Глобальные Айти Системы», ООО «ГорМосСтрой», ООО «Клартон», ООО «МеталлСтройСистем», ООО «Сатурн», ООО «Спектрум Трид», ООО «СпецИнструментСтрой», ООО «СтройРесурс», ООО «Тур-Экспресс», и 1 физическим лицом: ФИО8.

Заемщики обязательства по исполнению кредитных договоров надлежащим образом не исполнили, задолженность перед Банком не погасили. Общая сумма задолженности по указанным кредитным договорам на дату отзыва лицензии составляет 372.750.000,02 рублей. 

Данную ссудную задолженность конкурсный управляющий считает безнадежной, т.к. по результатам ее анализа установлено, что вышеуказанные заёмщики Банка не ведут реальной хозяйственной деятельности и не способны исполнить обязательства по предоставленным ссудам.

Рассмотрев представленные в дело доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что действия членов органов управления Банком по выдаче кредитов заемщикам без проведения комплексного и объективного анализа их деятельности и идентификации, в отсутствии ликвидного обеспечения, являются либо недобросовестными, либо неразумными.

При оценке Банком качества ссудной задолженности не предприняты меры по получению информации для принятия решения на основании совокупности предоставленных сведений и документов. У лиц, принимавших решения о предоставлении Банку ссуд, на момент выдачи кредита также имелась возможность установить обстоятельства, выявленные впоследствии временной администрацией по управлению Банком и конкурсным управляющим, проверить информацию, предоставленную в Банк заемщиками, самостоятельно проанализировать сведения, содержащиеся в открытых источниках, однако данные действия членами органов управления Банка предприняты не были. 

Таким образом, конкурсный управляющий в обоснование своего заявления привел значительный перечень обстоятельств, указывающих, что заемщики не вели реальной деятельности, а их ссуды являлись заведомо невозвратными. 

Довод ответчика о том, что вина ФИО2 в причинении Банку убытков отсутствует, противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам, поскольку при вынесении ответчиком решений о выдаче кредитов ему предоставлялись положительные заключения структурных подразделений Банка о хозяйственной деятельности заемщиков.

По всем заемщикам на кредитный комитет выносились заключения, не отражающие комплексный и объективный анализ деятельности заемщиков, что прямо противоречило требованиям и. 3.1.1. Положения от 26.03.2004 N 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» - далее Положение №254-П.

При этом в ряде случаев в заключениях прямо указывалось на значительный риск невозврата кредитов, характер неведения заемщиками реальной хозяйственной деятельности.

Так Конкурсным управляющим при анализе всех профессиональных суждений но кредитам рассматриваемых 11 заемщиков установлено:

- в заключениях по заемщикам отсутствовал анализ наличия или отсутствия сомнительных операций по счетам, сопоставимость перечисляемых налогов с выручкой заемщика, сопоставление проводимых арендных платежей с имеющимися у заемщика договорами аренды, анализ полноты заработной платы и проводимых хозяйственных платежей, иные обстоятельства, которые выявлены Конкурсным управляющим при проверке заемщиков и указывают на значительный риск невозврата кредитов.

- в выносимых на кредитный комитет заключениях прямо отражалось, что кредиты выдавались без обеспечения, или в качестве обеспечения принимался залог товаров в обороте, но без какого-либо описания документов, подтверждающих его фактическое наличие.

- дополнительно работниками Банка в заключениях указывалось, что у заемщиков основные средства сформированы на балансе Банка в минимальном объеме, имелась долговая нагрузка.

- у некоторых заемщиков в заключениях прямо отражено, что заемщики могли не осуществлять реальную хозяйственной деятельности (ООО «ГОРМОССТРОЙ» и ООО «СТРОЙРЕСУРС»).

Из иной, доступной Банку информации также следовало, что имелся значительный риск невозврата кредитов:

- в материалах дела имеется переписка Банка России с Банком в отношении рассматриваемых заемщиков Банка (ООО «Глобальные Айти Системы», ООО «СпецИнструментСтрой», ООО «Сатурн», ООО «СтройРесурс», ООО «ГЕОСТРОЙ», ООО «ТУР- ЭКСПРЕСС», ООО «ГОРМОССТРОЙ», ООО «Спектрум ТриД») из которой следует, что Банком России выявлены признаки неведения реальной деятельности, факты осуществления сомнительных операций по счетам, а также факты грубого нарушения требования Положения №254-П к сбору и оценке полученных сведений о заемщиках.

- в отношении ООО «СпецИнструментСтрой» и ООО «Глобальные Айти Системы» об указанных фактах неведения заемщиками реальной деятельности Банком России указывалось еще до кредитования в Банке (например, запрос Банка России 07.08.2015 №54-02-24/14253 ДСП).

При таких обстоятельствах Ответчик знал или должен был знать о том, что проверка и анализ деятельности заемщиков Банком проведены недолжным образом, профессиональные суждения не отвечают требованиям комплексности и объективности в нарушение требований Положения 254-П, а принятие решений о выдаче кредитов данным заемщикам -на выбранных условиях может повлечь значительные риски невозврата кредита и причинение Банку убытков.

Несмотря на указанные обстоятельства Ответчиком перед голосованием «за» выдачу кредита и подписанием кредитного договора с указанными заемщиками не запрашивались их кредитные досье в целях проверки их деятельности, а изложенная в заключениях информация о заемщиках не перепроверялась, не запрашивалась дополнительная информация. Такое поведение Ответчика при выше названных обстоятельствах отражает недобросовестность и неразумность действий Ответчика, нежелание и неготовность Ответчика обеспечивать в Банке соблюдение требований Положения №254-П и принимать решения в интересах Банка, повлекшее в итоге причинение Банку убытков.

Апелляционной инстанции также отклоняются доводы ответчика о том, что ФИО2 не несет ответственности, в силу служебного регламента, является несостоятельным.

В соответствии с п. 3.1.1. Положения №254-П требования к обеспечению комплексности и объективности оценки деятельности заемщиков являлись обязательными для всех кредитных организаций на территории РФ.

Поскольку управление и руководство деятельностью Банка, в том числе функций внутреннего контроля возложено нормативно-правовыми актами на органы управления Банком, в том числе на Председателя Правления Банка (ст. 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» и п. 2.2. Положения № 242-П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах»), должность которого занимал Ответчик, то данные органы, включая Ответчика, обязаны были принять все необходимые меры к обеспечению и соблюдению Банком требований законодательства, в том числе Положения №254-П, обеспечить контроль за исполнением внутренними подразделениями Банка указанных положений.

Таким образом, Ответчик, являясь членом кредитного комитета, на котором он мог и должен был знакомиться с материалами кредитных досье и профессиональными суждениями в отношении каждого заемщика (на основании п. 6.3. Положения о кредитном комитете), из которых явно следовало нарушение требований Положения №254-П при проверке деятельности заемщиков, то Ответчик, занимая одновременно должность Председателя Правления Банка, в связи с чем, на него возлагались функции контроля за надлежащей деятельностью Банка, тем не менее, голосовал «за» принятие решений о выдаче кредитов и подписывал кредитные договоры с указанными заемщиками.

Соответственно, Ответчик несет ответственность не только за свои собственные недобросовестные и неразумные действия по выдаче технических кредитов, но и неосуществление контроля за внутренними подразделениями Банка, которые не осуществляли проверку деятельности заемщиков объективно и комплексно, о чем Ответчик не мог не знать. Данная позиция и подход также изложен в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 (далее - Постановление №62).

Довод ФИО2 о положительной кредитной истории заемщиков и о том, что заемщики созданы задолго до получения кредитов, которые обслуживались и погашались, отклоняется судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Положительная кредитная история заемщиков по другим ранее выданным Банком кредитам не могла освобождать Ответчиков от проведения проверки заемщиков в соответствии с Положением №254-11 по вновь выдаваемым Банком кредитам.

Между тем, ООО «ГАС», ООО «ГОРМОССТРОЙ», ООО «КЛАРТОН», ООО «МЕТАЛЛСТРОЙСИСТЕМ», ООО «САТУРН», ООО «СПЕЦИНСТРУМЕНТСТРОЙ», ООО «СТРОЙРЕСУРС», ФИО8 (7 из 11 рассматриваемых заемщиков) до получения кредитов в Банке не имели положительного опыта кредитования в Банке, что подтверждается выписками по счетам заемщиков.

Более того, по всем вменяемым Ответчику в вину кредитам заемщикам-юридическим лицам Конкурсным управляющим установлено, что погашения по основному долгу заемщиками не осуществлялись как до отзыва у Банка лицензии, так и после отзыва.

По кредиту ФИО8 в сумме 25 000 000 рублей поступило незначительное погашение в размере 1 249 999, 98 рублей через кассу Банка, других поступлений в погашение кредита - не было.

Стоит также отметить, что названные Ответчиком обстоятельства (положительная кредитная история, обслуживание заемщиками долга до отзыва у Банка лицензии и факты создания компаний-заемщиков задолго до выдачи кредитов) сами по себе, без учета иных обстоятельств не могут служить основаниями для автоматического признания рассматриваемых заемщиков-юридических лиц осуществлявших хозяйственную деятельность, а кредиты рыночными.

Ответчик полагает, что Конкурсным управляющим не представлено доказательств, указывающих на недобросовестный и неразумный характер действий Ответчика.

Данные выводы Ответчика не соответствуют материалам дела. В частности, судом в Определении подробно описаны и отражены доказательства, подтверждающие, что кредиты являлись заведомо невозвратными, а их кредитование не могло не причинить ущерб:

- отсутствие обеспечения у большинства заемщиков или его формальный характер;

- наличие у заемщиков-юридических лиц признаков компаний, не ведущих реальную хозяйственную деятельность (минимальный уставный капитал, адрес массовой регистрации, отсутствие по адресу регистрации, минимальная численность работников, непрозрачный характер операций по счетам заемщиков - отсутствие хозяйственных платежей, минимальные налоговые платежи, арендные платежи);

-   наличие негативных факторов в финансовом положении заемщиков (высокая долговая нагрузка у заемщиков - организаций), убыточная деятельность у ряда заемщиков, отрицательное значение чистых активов), отсутствие доходов для возврата кредитов,

-   наличие связей ряда заемщиков друг с другом и акционером Банка.

Также в подтверждение позиции об отсутствии и невозвратности выданных кредитов в материалы дела представлены решения судов о взыскании задолженности с заемщиков, постановления о возбуждении исполнительных производств, акты о невозможности взыскания в связи с отсутствием имущества, определения о завершении процедур банкротства в связи с отсутствием у должников имущества.

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая п. 2 и 3 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 пришел к верному выводу, что действия ФИО2 являлись недобросовестными и неразумными, так как на момент принятия убыточных решений, знал или должен был знать о том, что его действия не отвечали интересам юридического лица (кредиты выдавались Ответчиком в отсутствие обеспечения, при наличии в профсуждениях и в иных известных Ответчику источниках (из переписки Банка с Банком России, кредитного досье, материалов проверки заемщиков Банком), информации о признаках неведения реальной хозяйственной деятельности заемщиками), а также, что решения принимались в отсутствие информации, которая должна была быть получена и имела существенное значение для Банка в силу Положения №254-П (в отсутствие проведение анализа операций по счетам заемщиков, оценки финансового положения заемщиков, анализа информации из иных открытых источников).

Доводы ФИО2 относительно необоснованного отказа в удовлетворения ходатайства об истребовании отклоняется, поскольку процессуальные права Ответчика данным отказом нарушены не были.

Выписки по расчетным счетам заемщиков, содержащие информацию по счетам заемщиков, изначально имелись в материалах дела, а выводы по итогам проверки заемщиков Банком России в период с декабря по февраль 2016 года отражены в предписаниях, в которых указаны конкретные недостатки в деятельности органов управления Банка, которые также приобщены к материалам дела.

Одновременно с этим Ответчик, ссылаясь на нарушение своих прав, в нарушение ст. 66 АПК РФ не обосновал как в ходатайстве, так и в апелляционной жалобе почему выписки, имеющиеся в материалах дела недостаточны для доказывания соответствующих обстоятельств по делу, и чем акты проверок Банка России и возражения Банка на акты проверок могут опровергнуть или обосновать доводы Ответчика о надлежащем выполнении Банком требований №254-П по проверке заемщиков, с учетом имеющихся в материалах дела предписаний, вынесенных Банком России, по итогам проверки его деятельности.

В отношении виновных действий ФИО1 апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Ответчик ошибочно полагает, что в материалах дела отсутствуют доказательства виновных действий ФИО1 в причинении Банку убытков, а также причинно-следственной связи между ее действиями и причиненными Банку убытками.

Вместе с тем данный вывод Ответчика несостоятелен на основании следующего.

В судебном акте подробно приводится обоснование технического характера выдаваемых Ответчиком кредитов, основанных на представленных в материалы дела доказательствах (кредитных досье заемщиков, выписках по расчетным счетам заемщиков в Банке, сведениях, полученных Конкурсным управляющим дополнительно из иных открытых источников, органов ФНС, ПФ РФ, в результате выезда на адрес).

Как верно установлено судом и следует из материалов дела (кредитных досье, профсуждений, протоколов кредитного комитета, предписаний Банка России), сведения, указывающие на невозвратность рассматриваемых кредитов, частично имелись в Банке, поскольку в ряде случаев  им не запрашивались и не изучались, но должны были проверяться и анализироваться в силу Положения №254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности ».

Суд, принимая во внимание ст. 53 ГК РФ, ст. 11.1 Федерального закона «О банкротстве», ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», также верно установил, что в компетенцию Ответчика как члена коллегиального исполнительного органа управления Банком - Правления (статус члена Правления подтверждается документами, полученными из Банка России, материалами кредитных досье, не оспаривается Ответчиком) входила организация надлежащей работы Банка, в том числе соблюдение и исполнение Банком требований законодательства и нормативно-правовых актов.

Судом обоснованно установлено, что на Ответчика как члена кредитного комитета (факт вхождения Ответчика в состав кредитного комитета подтверждается соответствующими протоколами кредитного комитета и не оспаривается Ответчиком) возлагалось решение вопросов о выдаче указанным заемщикам кредитов, с правом и возможностью Ответчика организовать изучение всех необходимых для этого документов (что следует из внутреннего положения Банка «О кредитном комитете», «О кредитовании и порядке оценки кредитных рисков»).

Учитывая совмещение указанных статусов, суд верно установил, что Ответчик, голосуя за выдачу кредитов указанным заемщикам, в отсутствие их надлежащей проверки и при наличии в Банке негативной информации о заемщиках, действовал недобросовестно и неразумно.

Кроме того, поскольку в силу внутреннего документа Банка (Положение Банка «О кредитовании и оценке кредитных рисков»), одобрение кредита перед его выдачей являлось обязательной процедурой, то решение Ответчика о голосовании за выдачу рассматриваемых технических кредитов послужило одним из оснований для последующей операции по выдаче Банком кредита.

Следовательно, установленные судом первой инстанции обстоятельства наличия вины Ответчика в причинении Банку убытков и причинно-следственной связи между виновными действиями Ответчика и причиненными Банку убытками полностью подтверждаются собранными  по делу доказательствами.

Ответчик ошибочно считает, что вина ФИО1 в причинении Банку убытков не доказана и отсутствует, поскольку Ответчик была не уполномочена принимать решения о выдаче кредитов, Ответчик не подписывала кредитные договоры, а в подписанных ею протоколах о выдаче кредитов значится ее подпись только как члена кредитного комитета, а не члена Правления или члена Совета директоров.

Данный довод о невиновности Ответчика прямо противоречит доказательствам, имеющимся в материалах дела, установленным судом фактическим обстоятельствам.

В материалы дела Конкурсным управляющим представлены доказательства, подтверждающие факт вхождения Ответчика на момент принятия убыточных решений в состав органов управления - Правления Банка. Данные обстоятельства не оспариваются самим Ответчиком.

Кроме того, в материалы дела представлены протоколы кредитного комитета, на которых Ответчик голосовал за принятие убыточных решений. Данные протоколы Ответчик не оспаривала.

Как верно установлено судом, с учетом требований ст. 53 ГК РФ, ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 11.1. Федерального закона «О банках и банковской деятельности», Устава Банка, Положения Банка «О кредитовании и оценке кредитных рисков» в Банке, Ответчик, входя в состав коллегиального исполнительного органа управления Банком - Правления Банка, обязана была добросовестно и разумно управлять Банком. При этом Ответчик, выступая одновременно членом кредитного комитета, обладая возможностью непосредственно принимать решение о выдаче кредитов на кредитном комитете, участие которого в кредитном процессе являлось обязательным, фактически также обладала компетенцией на решение вопросов о кредитовании в Банке.

В связи с чем Ответчик, голосуя з» выдачу невозвратных кредитов, действовала недобросовестно и неразумно, не только как член кредитного комитета, но и как член Правления.

Суд первой инстанции верно посчитал, что для возникновения ответственности Ответчика как члена органа управления Банка, важен факт ее недобросовестного и неразумного действия (бездействия), а не форма выражения данного действия (бездействия), (решение принято единолично, в составе собрании органов управления или па собрании иного совещательного органа Банка), а также причинно-следственная связь между фактом недобросовестного и неразумного действия (бездействия) Ответчика и негативным последствием для Банка в виде убытков.

Следовательно, Ответчик несет ответственность за одобрение рассматриваемых кредитов на кредитном комитете наряду с лицами, которые подписывали кредитный договор. Указанная позиция также закреплена в п. 7 Постановлении Пленума №62 от 30.06.2013.

Позиция Ответчика об обратном не соответствует фактическим обстоятельствам дела, противоречит имеющимся в деле доказательствам, основана на неверном применении норм материального права.

Ответчик необоснованно полагает, что решение о выдаче кредита ООО«Клартон» не принималось, протокол кредитного комитета отсутствует.

Вместе с тем данный вывод Ответчика противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам.

В материалах кредитного досье ООО «Клартон», представленных в дело, имеется протокол кредитного комитета о выдаче кредита заемщику в размере 30 000 000 рублей, из которого следует, что Ответчик голосовала за выдачу кредита ООО «Клартон».

Позиция Ответчика о том, что она не несет ответственности, поскольку не должна была проверять работу структурных подразделений Банка, отвечающих за проверку заемщиков, является несостоятельной в связи со следующим.

В соответствии с п. 3.1.1. Положения №254-П требования к обеспечению комплексности и объективности оценки деятельности заемщиков являлись обязательными для всех кредитных организаций на территории РФ.

Поскольку управление и руководство деятельностью Банка, в том числе функций внутреннего контроля возложено нормативно-правовыми актами на органы управления Банком, в том числе на коллегиальный исполнительный орган - Правление Банка (ст. 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» и п. 2.2. Положения № 242-П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах»), в состав которого входила Ответчик, то данные органы, включая Ответчика, обязаны были принять все необходимые меры к обеспечению и соблюдению Банком требований законодательства, в том числе Положения №254-П, обеспечить контроль за исполнением внутренними подразделениями Банка указанных положений.

Таким образом, Ответчик, являясь членом кредитного комитета, на котором она могла и должна была знакомиться с материалами кредитных досье и профессиональными суждениями, подготовленными в Банке, а также иной информацией, необходимой для принятия ею решения о выдаче кредита в отношении каждого заемщика (на основании п. 6.3. Положения о кредитном комитете), и из которой следовало нарушение Банком требований Положения №254-П при проверке деятельности заемщиков, то Ответчик, занимая одновременно должность члена Правления Банка, обеспечивая контроль за надлежащей деятельностью Банка, организации в нем работы, тем не менее, голосовала «за» принятие решений о выдаче кредитов.

Соответственно, Ответчик несет ответственность не только за свои собственные недобросовестные и неразумные действия по выдаче технических кредитов, но и неосуществление контроля за внутренними подразделениями Банка, которые не осуществляли проверку деятельности заемщиков объективно и комплексно, о чем Ответчик не могла не знать при рассмотрении вопроса о кредитовании заемщиков, учитывая ее обязанность принять во внимание имеющиеся документы и информацию о заемщиках перед принятием решения. Данная позиция и подход также изложен в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 ««О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ №62).

Ответчик необоснованно считает, что заемщики - юридические лица, в отношении которых Ответчик принимала решения о кредитовании, могли вернуть выдаваемые кредиты, а документы, имеющиеся в досье, являлись достаточными для признания деятельности заемщиков реальной.

Доводы, которые приводит Ответчик в обоснование реальности возврата кредитов заемщиками-юридическими лицами сводятся к факту наличия самих досье, профсуждений с оценкой, наличия в досье балансов, актов проверки заемщиков по адресу,

Однако указанные обстоятельства не опровергают того факта, что кредиты являлись невозвратными, а заемщики не осуществлявшими деятельность, поскольку судом установлено, что Банком не принимались и не учитывались следующие существенные обстоятельства:

-     кредиты выданы без какого-либо обеспечения или данное обеспечение являлось формальным, фактически отсутствовало (в досье нет ни фото заложенного товара за весь период кредитования в подтверждение их реального наличия, документов, подтверждающих обеспечение их сохранности);

-     операции по расчетным счетам всех заемщиков отвечали признакам компаний, не осуществляющих реальной хозяйственной деятельности: отсутствие зарплат или их минимальный объем, минимальный объем налоговых платежей относительно оборотов по счету заемщика, отсутствие или минимальный характер хозяйственных платежей;

-     наличие у ряда заемщиков юридических лиц иных признаков компаний, не ведущих реальную хозяйственную деятельность (минимальный уставный капитал, отсутствие по адресу регистрации, минимальная численность работников);

-    наличие негативных факторов в финансовом положении заемщиков (высокая долговая нагрузка у заемщиков - организаций), убыточная деятельность у ряда заемщиков, отрицательное значение чистых активов), отсутствие доходов для возврата кредитов, отсутствие основных средств или их незначительный характер;

-    в досье заемщиков информация собиралась ненадлежащим образом (отсутствие полных бизнес-планов, технических обоснований по выдаче кредитов, результатов оценки Банком контрагентов заемщиков, отсутствие анализа операций по счетам заемщика);

-    негативные сведения из иных открытых источников показали, что заемщики не вели реальной хозяйственной деятельности (сайты у заемщиков отсутствуют, судебная работа с контрагентами поставщиками никогда не велась и не ведется);

- наличие связей у ряда заемщиков друг с другом и акционером Банка.

Дополнительно судом установлено, что исполнительные производства в отношении заемщиков-юридических лиц завершены невозможностью исполнения, органами принудительного исполнения ни заемщиков, ни их имущества обнаружить не удалось, отсутствие имущества у заемщиков подтверждено также судебными актами о банкротстве. В связи с чем судом верно установлено, что возврат выданных кредитов Банку не будет осуществлен, а действиями по кредитованию указанных заемщиков Банку причинен убыток.

Ссылка Ответчика о том, что она, являясь членом Правления, обязанной осуществлять текущее руководство Банком (ст. 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»), не знакомилась с запросом Банка России, в котором сообщалось о наличии признаков неведения ООО «ГорМосСтрой», ООО «Стройресурс» реальной хозяйственной деятельности лишь подтверждает факт, что организация работы Банка органами управления, в том числе Ответчиком, эффективным образом не осуществлялась.

Ссылка в обоснование реальности деятельности заемщиков ООО «Сатурн», ООО «Клартон», ООО «ГорМосСтрой» и возможности вернуть указанными заемщиками выданные Банком кредиты, учитывая, что данные заемщики находились в кабинете, в которых располагалось всего 1 -2 рабочих стола, не может подтверждать реальность их хозяйственной деятельности при наличии иных обстоятельств, свидетельствующих о неведении ими реальной хозяйственной деятельности.

Не соответствует действительности, противоречит имеющимся в материалах дела документам (выписки по счетам заемщиков в Банке, анализ операций по счетам заемщика) ссылка Ответчика о значительной доле оборотов заемщика ООО «Клартон» к размеру ссудной задолженности (10%). Так, согласно выписке по счету в Банке, при кредите в 30 000 тыс. рублей, доля налогов заемщика ООО «Клартон», в том числе с учетом НДС, налога на прибыль, иных обязательных платежей, рассчитанных за год до выдачи кредита, составляла у заемщика всего 3,3%. К приходным операциям заемщика по счету заемщика Банка доля уплаченных ООО «Клартон» налогов всего 0,5%, что ниже доли объема уплачиваемых налогов в среднем для компании, реально осуществляющей хозяйственную деятельность на рынке - 2,4%.

Кроме того, материалами дела подтверждается, судом установлено, что надлежащая оценка финансового положения заемщика ФИО8 Банком не осуществлена, так как доходы, получаемые заемщиком от работы в АО КБ «МВКБ» не позволяли заемщику вернуть кредит, при этом иные документы, подтверждающие наличие у заемщика имущества, за счет которого Банк мог бы обеспечить возврат кредита, в досье заемщика отсутствуют.

В досье заемщика отсутствовала анкета-заявка, позволявшего также идентифицировать заемщика, подтвердит цели и реальность совершаемой в Банке операции.

Суд первой инстанции верно установил, что при таких обстоятельствах, принятие решения о выдаче кредита ФИО9 прямо нарушало требования Положения Банка России №262-П от 19.08.2004 «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (Положение №262-П), Положения Банка России № 254-П от 26.03.2004 «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности», внутреннего положения Банка «О кредитовании и оценке кредитных рисков» (Положение №254-П), которые требовали идентификации клиента при совершении операции Банком по его счету, надлежащего сбора документов, в том числе анкеты-заявки на выдачу кредита, объективной оценки финансового положения заемщика.

В нарушение данных нормативно-правовых актов и внутренних документов Банка Ответчик голосовала за выдачу кредита ФИО8, что прямо указывает на виновный характер ее действий.

Суд первой инстанции верно и обоснованно посчитал, что Ответчик, являясь членом органа управления в Банке, в силу ст. 53.1 ГК РФ, ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» должна действовать добросовестно и разумно, несет ответственность за свои недобросовестные и неразумные действия (бездействие).

Суд также учел позицию Постановления Пленума ВАС РФ N 62, согласно п. 2 и 3 которого недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации и до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации.

Вместе с тем, Ответчик не приняла во внимание имеющуюся негативную информацию о заемщиках (наличие признаков неведения хозяйственной деятельности таких как массовый адрес, связанность заемщиков, отсутствие обеспечение), проигнорировала факты ненадлежащего сбора и анализа Банком сведений о заемщике (отсутствие в досье и профессиональных суждениях надлежащего анализа операций по счетам, сведений из открытых источниках, сведений о работниках заемщика, факты ненадлежащего формирования кредитного досье, отсутствия документов - анкеты-заявки заемщиков, сведений о контрагентах), и при наличии обязанности учитывать данную информацию Банком при кредитовании в соответствии с п. З.1.1., 3.2.1., 3.5. Положения №254-П, а также Положения Банка «О кредитовании о оценке кредитных рисков», голосовала «За» выдачу указанных кредитов.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции верно установлен недобросовестный и неразумный характер действий Ответчика при кредитовании заемщиков.

Учитывая изложенное, доводы ФИО1, что в судебном акте не указаны нормы права, которые нарушила Ответчик, что Ответчик не несет ответственности за принятые решения о кредитовании в виду отсутствия у нее компетенции (полномочий) на решение вопросов по кредитованию, что заемщики, в отношении которых принимались решения о кредитовании вели реальную хозяйственную деятельность и могли вернуть кредиты - противоречат фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на неверном толковании норм материального права.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.11.2019 по делу № А40- 148615/16 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:                                                                                               Ю.Л. Головачева 

                                                                                                           С.А. Назарова