ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-69418/2020

10 августа 2022 года

г. Санкт-Петербург

 /сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     02 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 августа 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Титовой М.Г.,

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем ФИО1,

при участии:  представителя ф/у ФИО2 - ФИО3 (по доверенности от 17.06.2022), представителя должника ФИО4 (по доверенности от 14.03.2022),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-13740/2022)  индивидуального предпринимателя ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2022 по обособленному спору № А56-69418/2020/сд.1 (судья Шведов А.А.), принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7, 

 

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ФИО7 (далее – должник) о признании ее несостоятельной (банкротом). 

Определением от 23.08.2020 заявление принято; возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 15.10.2020, резолютивная часть которого объявлена 14.10.2020, заявление признано обоснованным; в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО2 

Решением от 25.05.2021, резолютивная часть которого объявлена 21.05.2021, ФИО7 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО2 

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее - заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного 26.05.2020 между должником и ФИО6 (далее - ответчик) договора купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «Бурано» и применении последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе ИП ФИО5 просит указанное определение суда отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, полагая,  что поскольку бухгалтерский баланс ООО «Бурано»  за 2019 год и оценка стоимости доли указанного общества не являются надлежащими доказательствами и не соответствуют требованиям статьи 71 АПК РФ, то вывод суда первой инстанции о равноценности встречного предоставления по оспариваемой сделки является неправильным.

В суд от финансового управляющего и должника поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых они возражают против ее удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов, несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

В настоящем судебном заседании представитель финансового управляющего и представитель должника поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, просили в удовлетворении жалобы отказать, полагая судебный акт первой инстанции законным и обоснованным. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 26.05.2020 между ФИО7 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли (100%) в уставном капитале ООО «Бурано» по номинальной стоимости 10 000 руб. 

Конкурсный кредитор ИП ФИО5 полагая, что сделка по отчуждению принадлежащей должнику доли участия в ООО «Бурано» в пользу ответчика отвечает признакам подозрительной сделки по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и является ничтожной сделкой в силу положений статей 10, 168 и пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки должника недействительной по заявленным основаниям.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1,VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как видно из дела, настоящее заявление предъявлено конкурсным кредитором с размером кредиторской задолженности 25, 1 % от общей суммы реестра. Требование включено в реестр должника определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.10.2021.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В настоящем случае оспариваемый договор заключен в пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в пределах года до возбуждения дела о банкротстве должника. Кроме того, приведенные заявителем в качестве основания для признания сделки недействительным основания, в том числе наличие между сторонами противоправного сговора с целью вывода средств из имущественной массы должника в ущерб кредиторам или иные согласованные недобросовестные действия сторон, подпадают под признаки недействительности по статьям 10, 170 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 Постановления № 63 указано, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

При этом из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 Постановления № 63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Совершение оспариваемой сделки в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления допускает возможность признания ее недействительной по одним только основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но и не исключает одновременное применение оснований, определенных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления № 63 следует, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу положений статьи 2 Закона о банкротстве для целей применения положений данного закона под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника на стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, исходя из приведенных положений юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению в рамках настоящего спора, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона является неравноценность встречного предоставления, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве - заключение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и причинение такого вред, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Ссылаясь на неравноценность встречного предоставления по договору купли-продажи, конкурсный кредитор указывает, что согласно сведениям, размещенным на сайте по продаже готового бизнеса https://burobiz.ru, минимальная стоимость продажи схожего бизнеса составляет от 300 000 руб.

По условиям оспариваемого договора продавец продает покупателю долю в размере 100 % в уставном капитале ООО «Бурано» (пункт 1).

Согласно пункту 4 договора стоимость 100% доли в уставном капитале общества составляет 10 000 руб.

Согласно пункту 5 договора расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Таким образом, по результатам совершения указанной сделки должник возмездно совершил отчуждение принадлежащей ему 100% доли в уставном капитале ООО «Бурано».

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 21 Федерального закона  от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» цена покупки доли или части доли в уставном капитале может устанавливаться уставом общества в твердой денежной сумме или на основании одного из критериев, определяющих стоимость доли (стоимость чистых активов общества, балансовая стоимость активов общества на последнюю отчетную дату, чистая прибыль общества и другие). Заранее определенная уставом цена покупки доли или части доли должна быть одинаковой для всех участников общества вне зависимости от принадлежности такой доли или такой части доли в уставном капитале общества.

Абзац 3 пункта 2 статьи 23 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»  указывает на способ определения стоимости доли в случае выхода участника - на основании бухгалтерской документации за период, предшествующий выходу. Согласно абзацу 2 части 2 статьи 14 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли. Для расчета стоимости доли каждого из участников учитывается стоимость чистых активов предприятия.

По данным бухгалтерского баланса ООО «Бурано» по состоянию на 31.12.2019 величина принимаемых к расчету оборотных активов организации составляет: 225 тыс. руб. (строка баланса 1200), величина долгосрочных и краткосрочных обязательств составляет 215 тыс. руб. (строки баланса 1400, 1500), а величины внеоборотных активов, затрат на выкуп собственных акций, задолженности учредителей по взносам в уставной капитал и доходов будущих периодов отсутствуют (строки баланса 1100, 1320, 1170, 1530).

Согласно части 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если участник продает долю (путем заключения договора купли-продажи), он вправе установить для покупателей любую цену доли, если нет каких-либо ограничений, предусмотренных уставом или договором об осуществлении участниками своих прав, если участники заключали его.

Вышеуказанные обстоятельства расчета стоимости доли, исходя из положений предусмотренных Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», не указывают на факт неравноценного встречного исполнения со стороны ответчика. Доказательств недостоверности отраженных в бухгалтерском балансе сведений подателем жалобы не представлено.

Заявителем так же не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих рыночную стоимость доли общества на момент ее отчуждения и несоответствие ее цене реализации.

При таких обстоятельствах утверждение заявителя о совершении оспариваемой сделки без равноценного встречного предоставления, и, как следствие, причинение вреда кредиторам, наличие у сторон сделки цели причинения вреда кредиторам не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления № 63).

В ходе рассмотрения обособленного спора судом не установлено признаков заинтересованности сторон сделки применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве.

Надлежащих аргументов, подтверждающих доводы о том, что ФИО6 обладал всей полнотой информации об имущественном положении должника, влиял на его деятельность, не приведено.  Кроме того, указанное обстоятельство также не предполагает цели причинения вреда интересам кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд находит верным вывод суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим наличия оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемой сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Разрешая спора, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел признаков мнимости сделки в оспариваемом договоре.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника, вывод имущества должника из конкурсной массы.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Как видно из дела, договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Бурано» удостоверен нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО8 (зарегистрирован в реестре: № 78/310-н/78-2020-1-711 от 26.05.2020 г.). 

Материалами дела также установлено, что 02.06.2020 внесена запись о прекращении у участника ФИО7 обязательственных прав в отношении юридического лица ООО «Бурано» и о возникновении их у ответчика ФИО6, он же является единственным учредителем и генеральным директором ООО «Бурано».

Таким образом, доказательств того, что в действительности отчуждаемое имущество осталось за должником не имеется, реальность оспариваемого договора подтверждена в ходе судебного разбирательства, поскольку покупатель вступил в права участника ООО «Бурано», что свидетельствует о достижении того правового эффекта,  на который была направлена воля участников сделки. 

Совокупность установленных по делу обстоятельств позволила суду первой инстанции прийти к выводу о недоказанности того, что воля сторон сделки была направлена на создание несоответствующих ей правовых последствий, в связи с чем не усмотрел оснований для признания ее мнимой.

Поскольку оспариваемая сделка не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, суд первой инстанции обоснованно указал, что также не имеется условий для применения положений статей 10, 168 ГК РФ.

В силу изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора недействительной сделкой и применения к нему последствий недействительности сделки.

Всем обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, исследованным по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, судом дана надлежащая правовая оценка, с которой оснований не согласиться суд апелляционной инстанции не усматривает.

Все аргументы, приведенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение по существу принятого определения. Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность судебного акта, в апелляционной инстанции не установлено.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта по доводам заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2022 по обособленному спору № А56-69418/2020/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова