ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-27462/2021

Дело № А40-192387/16

г. Москва

22 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июня 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Головачевой Ю.Л.,

судей Бальжинимаевой Ж.Ц., Назаровой С.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО “Ступинский Торговый дом” 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.03.2021 

по делу № А40-192387/16, вынесенное судьей  В.Н.Клыковой,

об отказе в удовлетворении заявления ООО “Ступинский Торговый дом” о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ООО “ТехАльянс”

при участии в судебном заседании:

от ООО “Ступинский Торговый дом”: ФИО2, по дов. от 03.06.2021

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы 19.09.2016 года поступило заявление кредитора ООО "Ступинский Торговый дом" о признании несостоятельным (банкротом) ООО "ТехАльянс"; определением от 23.09.2016 года заявление кредитора принято и возбуждено производство по делу № А40-192387/16-123-232Б.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2017 года в отношении ООО "ТехАльянс" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Определением суда от 15.12.2017 года производство по делу № А40-192387/16-123-232Б о несостоятельности (банкротстве) должника ООО "ТехАльянс" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) прекращено на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2018 года определением суда от 15.12.2017 года оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.06.2018 года определение Арбитражного суда города Москвы суда от 15.12.2017 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2018 года отменены, вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2019 года ООО "ТехАльянс" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете "КоммерсантЪ"  №243 от 07.03.2019.

Арбитражный суд города Москвы 18.12.2019 года поступило заявление, в котором ООО "Ступинский Торговый дом" просит суд привлечь солидарно к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, приостановить производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 31.03.2021, Арбитражный суд города Москвы отказал ООО "Ступинский Торговый дом" в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ТехАльянс".

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО "Ступинский Торговый дом" обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на то обстоятельство, что суд применяет законодательство, не подлежащее применению, а именно ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в недействующей редакции Федерального закона от 28.06.2013. Также ссылается на неисполнение обязанности по подаче заявления Должника в Арбитражный суд о признании банкротом (ст. 61.12. Закона) и  ссылается на неприменение судом Постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017г. в отношении руководителя должника.

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО "ТЕХАЛЬЯНС" поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО "Ступинский Торговый дом" поддержал доводы жалобы. Вопрос об удовлетворении заявленного ходатайства оставил на усмотрение суда. Заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов.

Апелляционный суд, протокольным определением от 15.06.2021, отказывал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, ввиду отсутствия на то правовых и фактических оснований, при этом отмечая, что такое процессуальное действие является правом, а не обязанностью суда.

Также протокольным определением от 15.06.2021, апелляционная коллегия отказала в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных документов, поскольку судебные акты приняты после вынесения обжалуемого определения, притом что заявитель не лишен права обратиться в суд о пересмотре судебного акта в порядке ст. 311 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно ст. 24  Федерального закона от 28.06.2013 года № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования. Данный Федеральный закон был опубликован в «Российская газета» № 141 от 02.07.2013 года.

Акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом (ст.4 ГК РФ).

Исходя из указанных норм права, а также из общих правил о действии закона во времени, положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 года № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» подлежат применению, в том числе в части положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к такой ответственности имели место быть после дня вступления в силу указанного Закона.

Федеральным законом от 29.07.2017 года № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее по тексту - Закон от 29.07.2017 года № 266-ФЗ) были внесены изменения в Закон о банкротстве; положения ст. 10 Закона о банкротстве утратили силу; в Закон о банкротстве введена глава III.2 (статьи 61.10 - 61.22), предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Закон от 29.07.2017 года № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - с 30.07.2017 года.

Положениями п. 3 ст. 4 Закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона от 29.07.2017 года № 266- ФЗ), которые поданы с 01.07.2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ).

На вопрос суда, когда,  по мнению представителя ООО "Ступинский Торговый дом" у должника возникли признаки неплатежеспособности, представитель пояснил, что такой датой заявитель считает 04.08.2016.

Вопреки доводам жалобы, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в период 2015-2017г.г., то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона 28.06.2013 года № 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 года № 266-ФЗ.

Как следует из материалов дела, ФИО5 являлась генеральным директором должника до даты признания должника банкротом.

ФИО4 является единственным участником общества.

Определение понятия "контролирующее должника лицо" дано в абз. 34 ст. 2 и ст. 61.10 Закона о банкротстве, согласно которому контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Приведенные положения позволяют отнести ответчиков к числу контролирующих должника лиц, на которое в силу Закона о банкротстве может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора - документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

При этом ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности. Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзацу второму пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Как следует из определений Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 29.08.2019 года, 18.11.2019 года, 01.06.2020 года, 14.12.2020 года, 10.02.2021 года, 10.02.2021 года, 29.03.2021 года перечисления денежных средств и передача имущества в качестве отступного признаны недействительными на основании п. 1 и п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Также сделка с кредитором-заявителем ООО "Ступинский Торговый дом" по погашению задолженности перед ООО "Ступинский Торговый дом" была признана недействительной, ввиду оказания ООО "Ступинский Торговый дом" предпочтения (определение суда от 18.11.2019 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2020 года).

При этом судебными актами не установлено недобросовестных действий должника или ответчиков. Аффилированность сторон также не установлена.

Довод ООО "Ступинский Торговый дом"  на странице 3 письменных пояснений о том, что должник совершал сделки в пользу заинтересованных лиц не подтвержден доказательствами.

Таким образом, совершение оспоренных сделок, в том числе совершенных в процессе исполнительного производства, обусловлена необходимостью погашения существовавшей на тот момент задолженности перед контрагентами.

Доказательств совершения сделок причинивших вред должнику, сделок, после которых экономическое состояние должника существенно ухудшилось, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчиков и невозможностью формирования конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

С учетом распределения бремени доказывания, установленных положениями ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции действовавшей на момент совершения соответствующих действий), а также разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", а также представленных участвующими в деле лицами документов и озвученных пояснений, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств противоправности действий (бездействия) ответчика, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков, вину причинителя вреда, а также в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ заявитель не представил доказать наличия обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, повлекших неблагоприятные последствия.

В силу п. 2 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 28.06.2013 года № 134-ФЗ нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Как разъяснено в п. 2 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Кредитор указывает, что ответчик – ФИО5 обязана была обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в период с 2015 по февраль 2016 года, ответчик ФИО6 обязан был принять решение о досрочном созыве заседания органа управления для принятия решения о подаче заявления о банкротстве не позднее 2015 - февраля 2016г.

Кредитором заявлен длительный период, в течение которого руководитель должника должен был обратиться с соответствующим заявлением в суд. Конкретной даты, с которой закон о банкротстве связывает обязанность руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве кредитор–заявитель не указал. При этом, с даты подачи заявления о привлечении контролирующих лиц у субсидиарной ответственности (18.12.2019 года) кредитор имел возможность сформировать (уточнить) правовую позицию.

В материалы дела не представлена бухгалтерская отчетность общества в указанный кредитором период. Доказательств искажения бухгалтерской отчетности не представлено.

Согласно судебной арбитражной практике неоплата конкретного долга отдельному кредитору не подтверждает неспособность удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам.

Приобщенная конкурсным управляющим посредством электронной системы «Мой Арбитр» 01.09.2020 года Письменная информация (экспертное заключение), выполненная ИП ФИО7, содержит сведения на 31.12.2016 года, т.е. в период позднее указанного кредитором. Кроме того, представленный документы (Письменная информация) содержит предположительные выводы, поскольку эксперт «не выражает уверенности в отношении дебиторской задолженности на 31.12.2016 года», поясняет, что выводы могли быть иными при выполнении экспертом дополнительных процедур и проведения аудита или обзорной проверки по иным стандартам, отчет предназначен только для сведения конкурсного управляющего на основании Договора от 26.08.2019 года, поскольку проверка проведена в отношении «отдельных фактов хозяйственной деятельности ООО «ТехАльянс».

Кроме того, статьи 9, 10 в редакции Федерального закона от 28.06.2013 года № 134-ФЗ не содержали нормы о привлечении к субсидиарной ответственности участника общества.

С учетом изложенного, отсутствуют основания для удовлетворения заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам общества.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка, и для иной оценки апелляционный суд не усматривает. 

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно. 

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.03.2021 по делу № А40-192387/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО “Ступинский Торговый дом” - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ю.Л. Головачева

Судьи:Ж.Ц. Бальжинимаева

С.А. Назарова