ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А23-3358/2018

г. Тула

18 мая 2021 года

20АП-1987/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 18 мая 2021 года.

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего                    Григорьевой М.А., судей Волковой Ю.А. и Волошиной Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Калужский цементный завод» ФИО2  на определение Арбитражного суда  Калужской области от 18 января 2021 года по делу № А23-3358/2018, 

принятое по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО2 о признании недействительным договора поставки №3/4 от 03.04.2018 и договора купли-продажи №ТРДН-18 от 07.02.2018, заключенных между ООО «Калужский цементный завод» и обществом с ограниченной ответственностью «КерберЭнерго», 

с участием в споре в качестве заинтересованного лица ООО «КерберЭнерго»              (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Калужский цементный завод»       (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Калужский цементный завод» ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 01.03.2021);

конкурсного управляющего ООО «КерберЭнерго» ФИО4 по (решение суда от 20.12.2019),

в отсутствии других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

Определением от 18 января 2021 года (резолютивная часть от 12.01.2021) Арбитражный суд Калужской области отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о признании сделок должника договора поставки №3/4 от 03.04.2018 и договора купли-продажи №ТРДН-18 от 07.02.2018, заключенных должником с ООО «КерберЭнерго», недействительными в деле о банкротстве ООО «Калужский цементный завод». 

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда от 18 января 2021 года отменить и перейти к рассмотрению настоящего обособленного спора по существу. 

В обоснование доводов жалобы заявитель указывал на то, что суд первой инстанции не дал оценку договорам, содержащимся в акте, по критериям недобросовестности, мнимости и намерении причинить вред кредиторам должника.

Полагает, что обжалуемый судебный акт вынесен при недоказанности обстоятельств имеющих значение для дела, выводы которого противоречат фактическим обстоятельствам дела с применением закона, не подлежащего применению к спорным правоотношениям. 

От конкурсного управляющего ООО «КерберЭнерго» ФИО4 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором конкурсный управляющий возражал против доводов жалобы, просил оставить определение суда без изменения, жалобу, без удовлетворения.

Другие лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц участвующих в деле, апелляционный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

15.05.2018 в Арбитражный суд Калужской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «Мастер-С» к                       ООО «Калужский цементный завод» о признании его несостоятельным (банкротом), делу присвоен №А23-3358/2018.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 22 мая 2018 года заявление ООО частное охранное предприятие «Мастер-С» принято к производству.

Решением суда от 10 октября 2018 года (резолютивная часть оглашена 03.10.2018) года ООО «Калужский цементный завод» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев до 03.04.2019, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

03.10.2019 конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок должника, а именно: договор поставки №3/4 от 03.04.2018 и договор купли-продажи №ТРДН-18 от 07.02.2018, заключенные между должником и ООО «КерберЭнерго» и применить последствия недействительности сделок в виде возврата бетонно-смесительного узда РБУ и трансформатора ТРДН-63000/110 в собственность ООО «Калужский цементный завод»   (с учетом уточнений).

Определением суда от 13 ноября 2019 года заявление принято и назначено к рассмотрению, к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечено общество с ограниченной ответственностью «КерберЭнерго».

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ссылался на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в силу которого сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, 03.04.2018 между ООО «Калужский цементный завод» (поставщик) и ООО «КерберЭнерго» (покупатель) был заключен договор поставки №3/4-15, согласно которому поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить оборудование, согласно спецификации (приложение №1) к договору №3/4-15 от 03.04.2018 (т. 1 л.д.11-12).

Согласно спецификации (приложение № 1) предметом договора поставки было оборудование - бетонно-смесительный узел РБУ HZS 75 заводской номер 080501, производительностью 75м3/час (количество 1 штука) стоимостью с учетом НДС -                 6 500 000 руб.

Кроме того, 07.02.2018 между ООО «Калужский цементный завод» (продавец) и ООО «КерберЭнерго» (покупатель) был заключен договор купли- продажи №ТРДН-18, согласно которому продавец обязуется продать покупателю электротехническое оборудование - трансформатор ТРДН-63000/110 У1 в количестве 1 комплект, с заявленными характеристиками и передать указанное оборудование в собственность покупателя, а покупатель обязуется оплатить и принять электротехническое оборудование по наименованию ТРДН-63 000/110 У1 в количестве 1 комплект (т. 1л.д. 13-14).

Согласно пункту 2.1. договора его цена составляет 9 000 000 руб., в том числе              НДС 18%.

Ссылаясь на то, что оспариваемые сделки совершены 03.04.2018 и 07.02.2018, то есть в течение трех лет до принятия к производству арбитражного суда заявления о признании должника банкротом, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, так как на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, конкурсный управляющий должника обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительных сделок и применении последствий их недействительности.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными.

Рассмотрев повторно дело по апелляционной жалобе в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, изучив и оценив в совокупности материалы дела, апелляционный суд не находит оснований для отмены или изменения судебного акта.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

На основании пункта 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статья 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу статьи 166 ГКРФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании статьи 168 указанного выше кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по правилам главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ссылался, в на пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в силу которого сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как указано в разъяснениях, данных в пункте 5, 6, 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статья 61.2 указанного закона предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзаца 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2-5 пункта 2 статьи 61.2 данного закона презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Оспариваемые сделки совершены 03.04.2018 и 07.02.2018, то есть в течение трех лет до принятия судом к производству заявления о несостоятельности (банкротстве)             ООО «Калужский цементный завод» определением от 22 мая 2018 года.

Таким образом, сделка подпадает в период подозрительности определённый пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Однако конкурсным управляющим ООО «Калужский цементный завод» не представлено в материалы дела доказательств того, что ООО «КерберЭнерго» знало о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Коллегия также признает ошибочными доводы управляющего о том, что на момент заключения сделок ООО «КерберЭнерго» располагало сведениями о неплатежеспособности должника, поскольку:

- во-первых, оспариваемые сделки были заключены по месту нахождения должника в с. Маклаки, где проект «Калужский цементный завод» из-за нехватки финансирования был законсервирован в 2016 году;

- во-вторых, на сайте ЕФРСФДЮЛ конкурсными кредиторами были опубликованы 3 сообщения от 02.03.2018, 26.04.2018, 04.05.2018 о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом;

- в третьих, между ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго» был заключен договор оказания услуг №КЭ16-09 от 01.12.2016 по которому ООО «Калужский цементный завод»  задерживал или не производил оплату.

Место заключения договора не свидетельствует о том, что заинтересованное лицо достоверно знало о финансовом положении должника, а тем более о неплатёжеспособности должника. Более того, совершая сделку от 07.02.2018                        ООО «КерберЭнерго» не могло знать о публикациях от 02.03.2018, 26.04.2018, 04.05.2018, а сами по себе данные публикация с достаточной степенью достоверности не свидетельствуют о неплатежеспособности должника. Просрочка по внесению арендной платы также о таковом не свидетельствует.

Кроме того, управляющий в своих уточнениях от 01.10.2019 ссылается на акт взаимозачета № 22 от 30.09.2018, который был предметом рассмотрения суда, а также в письменных пояснениях от 02.10.2019, конкурсный управляющий ООО «КЦЗ», в качестве основания для признания сделок недействительными ссылается на пункт 1 статьи 170 ГК РФ и статьи 10 ГК РФ, а также упоминает пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом управляющий ссылается на то, что должник не преследовал цели порождения каких-либо новых прав и обязанностей, как у него, так и у контрагента, так как оплата по сделкам полностью не производилась, а имущество остаётся в распоряжении должника. Данные сделки своей целью имели причинение вреда имущественным правам кредиторов и были направлены на сокрытие или вывод имущества должника, совершены в отсутствие соразмерного (равноценного) встречного представления - оплата по сделкам практически отсутствовала.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10               ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата имущества, дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с этим злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по спорам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Злоупотребление правом имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность (определение Верховного Суда РФ от 03.02.2015 № 32КГ14-17).

Из содержания статьи 10 ГК РФ, что под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом.

В то же время, по общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Как предусмотрено пунктом 4 названной статьи, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно статье 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора, подразумевая, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, не означает, что при заключении договора они могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по спорам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;

наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц;

наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия 

(определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 01.12.2015 № 4- КГ15-54, определение Верховного Суда РФ от 09.01.2018 № 50-КГ17-27).

Исходя из пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. То есть стороны не преследуют цели совершения сделки по признакам статьи 153 ГК РФ.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, при этом поведение сторон свидетельствует о порочности воли обеих сторон сделки.

В рамках дела №А23-3358/2018 рассматривалось заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 о признании недействительной сделкой должника предоставление встречного однородного требования, заключенного между                            ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго» в размере 10 795 500 руб.

В рамках рассмотрения указанного заявления было установлено наличие договорных отношения между сторонами, а именно:

01.12.2016 между ООО «Калужский цементный завод» (заказчик) и                            ООО «КерберЭнерго» (исполнитель) был заключен договор оказания услуг №КЭ16-09, предметом которого является оказание исполнителем услуг по эксплуатационному и техническому обслуживанию: комплекс работ по техническому обслуживанию трансформаторных и распределительных подстанций, внутренних сетей электроснабжения и освещения, систем канализации и водопровода, а также выполнение ремонтных и восстановительных работ с использованием запасных частей, материалов, инструмента и оборудования исполнителя (т. 2 л.д. 121-126);

30.11.2016 между ООО «Калужский цементный завод» (арендодатель) и                    ООО «КерберЭнерго» (арендатор) был заключен договор № 01 -ОП, согласно которому арендодатель предоставляет арендатору во временное пользование принадлежащее ему на праве собственности помещение №4 площадью 19,8 кв.м., являющееся частью двухэтажного нежилого здания, общей площадью 766,3 кв.м., находящегося по адресу: 249314, 

<

...> (т. 2 л.д. 127-128);

03.04.2018 между ООО «Калужский цементный завод» (поставщик) и                       ООО «КерберЭнерго» (покупатель) был заключен договор поставки №3/4-15, согласно которому поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить оборудование, согласно спецификации (приложение №1) к договору №3/4-15 от 03.04.2018 года;

07.02.2018 между ООО «Калужский цементный завод» (продавец) и                         ООО «КерберЭнерго» (покупатель) был заключен договор купли-продажи №ТРДН-18, согласно которому продавец обязуется продать покупателю электротехническое оборудование - трансформатор ТРДН-63000/110 У1 в количестве 1 комплект, с заявленными характеристиками и передать указанное оборудование в собственность покупателя, а покупатель обязуется оплатить и принять электротехническое оборудование по наименованию ТРДН-63 000/110 У1 в количестве 1 комплект.

В рамках вышеуказанных обязательств между ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго» был подписан акт взаимозачета № 22 от 30.09.2018 на сумму               10 795 500 руб.

Определением от 28 января 2020 года (резолютивная часть оглашена 21.01.2020), суд признал недействительной сделкой - акт взаимозачета № 22 от 30.09.2018, заключенный между ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго» на сумму                           10 795 500 руб. При этом судом была восстановлена задолженность общества с ограниченной ответственностью «Калужский цементный завод» перед обществом с ограниченной ответственностью «КерберЭнерго» в сумме 10 795 500 руб., а также восстановлена задолженность общества с ограниченной ответственностью «КерберЭнерго» перед обществом с ограниченной ответственностью «Калужский цементный завод» в сумме 10 795 500 руб. Основанием признания сделки недействительной указан пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (т. 2 л.д. 116-119).

Указанное определение обжаловано не было и вступило в законную силу 12.02.2020.

Судом области установлено, что в отношении ООО «КерберЭнерго» также возбуждена процедура банкротства, последнее признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство (дело №А40-198578/19-71-21Б, решение от 20 декабря 2019 года).

Конкурсный управляющий ООО «Калужский цементный завод» (поставщик) ссылаясь на определение суда от 28 января 2020 года в рамках дела №А40-198578/19-71-21Б обратился с заявлением в Арбитражный суд города Москвы о включении в реестр требований кредиторов ООО «КерберЭнерго» задолженности в размере 10 795 500 руб., ссылаясь на определение Арбитражного суда Калужской области от 28 января 2020 года, договоры поставки №3/4-15 от 03.04.2018 и купли-продажи №ТРДН-18 от 07.02.2018, заключенные между ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05 октября 2020 года (резолютивная часть вынесена 27.07.2020) включен в реестр требований кредиторов              ООО «КерберЭнерго» основной долг в размере 10 795 500 руб. (т. 2 л.д. 12).

Таким образом, обращаясь в Арбитражный суд города Москвы в рамках дела №А40-198578/19-71-21Б, конкурсный управляющий ООО «Калужский цементный завод» не оспаривал, вышеуказанные договоры поставки №3/4-15 от 03.04.2018 года и купли - продажи №ТРДН-18 от 07.02.2018, заключенные между ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго», не ссылался на их недействительность.

Данные договоры были предметом проверки в двух обособленных спорах и не были признаны недействительными, наоборот послужили основанием для включения требования в размере 10 795 500 руб. в реестр требований кредиторов                               ООО «КерберЭнерго». При рассмотрении указанных споров, конкурсный управляющий ООО «Калужский цементный завод» признавал факт наличия и реальности взаимоотношений между ООО «Калужский цементный завод» и ООО «КерберЭнерго» по вышеуказанным договорам, избрал способ защиты нарушенного права - включение в реестр.

Более того, из материалов дела следует, что ООО «КерберЭнерго» по письмам               ООО «Калужский цементный завод» осуществляло платежи в пользу третьих лиц за              ООО «Калужский цементный завод», что подтверждается выпиской по счету                       ООО «КерберЭнерго», платежными поручениями ООО «КерберЭнерго», письмами             ООО «Калужский цементный завод», универсальными передаточными актами (т. 2 л.д. 65-82).

Указанное, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии мнимости в рассматриваемых взаимоотношениях сторон.

Также управляющим не доказано злоупотребление правами со стороны                     ООО «КерберЭнерго» (в чем оно выходит за пределы, отличается от положений пунктов   1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценности встречного исполнения обязательств, с учетом выше установленных судом обстоятельств, конкурсным управляющим ООО «Калужский цементный завод» также не доказано.

При данных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными.

При вышеуказанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих отмену судебного акта в любом случае в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 18 января 2021 года по делу                 № А23-3358/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

М.А. Григорьева

Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина