Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №

А40-170367/2019-146-1439

16 июня 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 08 июня 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 16 июня 2020 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего судьи

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Касьяновой Н.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, Дата регистрации: 26.06.2017)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 107078, Москва, Мясницкий проезд, д. 4, стр.1)

третье лицо: ГКУ «Технический центр Департамента культуры города Москвы» (127051, 

<

...>, этаж 5, ОГРН: 

<

***>, Дата регистрации: 07.02.2007, ИНН: 

<

***>)

о признании недействительным Решение Московского УФАС от 14.03.2019 № 2-19-2715/77-19

при участии: от заявителя – не явился, извещен; от заинтересованного лица –  не явился, извещен; от третьего лица – ФИО3, паспорт, дов. № ТИ-15-9/20 от 09.01.2020;

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предпринимателя ФИО2 обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным Решения Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве от 14.03.2019 № 2-19-2715/77-19.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено ГКУ «Технический центр Департамента культуры города Москвы».

Представители заявителя и заинтересованного лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствии надлежащим образом извещенных заявителя и заинтересованного лица.

Представитель третьего лица в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных требований, доводы изложены в письменных пояснениях.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, в возражениях на него и в выступлениях присутствующего представителя третьего лица, оценив на основании ст. 71 АПК РФ материалы дела в их совокупности и взаимосвязи по своему внутреннему убеждению, суд признал заявление не подлежащим удовлетворению.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В соответствии со ст. 13 ГК РФ, п. 6 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Таким образом, в круг обстоятельств подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Как следует из материалов дела, Московское УФАС России решением по делу №2-19-2715/77-19 от 14.03.2019 включило сведения об Индивидуальном предпринимателе ФИО2 в реестр недобросовестных поставщиков.

Не согласившись с вынесенным решением, заявитель обратилась с настоящим заявлением в суд.

Как считает заявитель, заказчиком не были исполнены требования ст. 95 Закона о контрактной системе в части надлежащего уведомления предпринимателя о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта.

Так, заявитель настаивает на том, что названное решение не было размещено в течение трех рабочих дней с момента принятия в единой информационной системе в сфере закупок (далее - ЕИС), что, по мнению предпринимателя, является существенным нарушением процедуры расторжения контракта и, как следствие, сведения о ней не могли быть включены в реестр недобросовестных поставщиков.

Кроме того, заявитель ссылается на то, что принятое заказчиком решение об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта принято после истечения срока его действия.

Таким образом, индивидуальный предприниматель считает, что в ее действиях отсутствуют признаки недобросовестного поведения при исполнении государственного контракта, что исключает возможность нахождения сведений о ней в реестре недобросовестных поставщиков.

Судом проверено и установлено, что процессуальный срок, предусмотренный ст. 198 АПК РФ, заявителем соблюден.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд руководствуется следующим.

Как следует из материалов дела, обжалуемое решение принято антимонопольным органом  по результатам проверки факта одностороннего отказа ГКУ «Технический центр Департамента культуры г. Москвы» (далее также - заказчик) от исполнения государственного контракта, заключенного по результатам проведения электронного аукциона на поставку станка сценического комплектного для нужд ГКУ «Технический центр Департамента культуры г. Москвы» (реестровый номер 0373200138218000901).

Согласно материалам дела, решение о включении сведений о заявителе в реестр недобросовестных поставщиков,  принято в связи с тем, что антимонопольным органом было установлено, решение об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта принято заказчиком в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе) при существенном нарушении исполнителем своих обязательств по контракту, что, в свою очередь, является основанием для применения названной меры публично-правовой ответственности.

Согласно ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В силу ч. 16 ст. 95 Закона о контрактной системе информация о поставщике (подрядчике, исполнителе), с которым контракт был расторгнут в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта, включается и установленном настоящим Федеральным законом порядке в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Включению в реестр недобросовестных поставщиков в контексте ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе подлежит информация о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

Согласно ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю).

В соответствии с ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В силу ст. 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Вместе с тем, при применении меры публично-правовой ответственности в виде включения сведений о лице в реестр недобросовестных поставщиков, как меры, которая применяется в случае, если лицо нарушает положения гражданского законодательства (ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе), следует руководствоваться закрепленными положениями гражданского законодательства относительно наступления ответственности при нарушении обязательств.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

При этом, суд также принимает во внимание положения ст. 401 ГК РФ, которые устанавливают основания для признания лица невиновным в нарушении взятых на себя обязательств.

Так, абз. 2 ч. 1 ст. 401 ГК РФ указывает, что лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Рассматривая спорные правоотношения в контексте приведенных норм законодательства, суд приходит к выводу о том, что действия заявителя как на этапе исполнения государственного контракта, так и на этапе, предусмотренном для устранения выявленных недостатков, не соответствуют названным критериям добросовестности и невиновности.

Как следует из материалов дела и не оспаривается заявителем, государственный контракт надлежащим образом исполнен не был (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

При этом, суд отмечает следующее.

Согласно п. 3.1 Контракта срок поставки товара — с даты заключения Контракта до 25.12.2018 (включительно).

24.12.2018 Заказчик направил в адрес Поставщика письмо (исх. №ТЦ-08-2540), согласно которому поставленный ИП ФИО2 товар не соответствовал Техническому заданию. В ответ Поставщик направил в адрес Заказчика письмо (исх. №263 от 24.12.2018), в котором сообщалось, что товар соответствовал указанным в Техническом задании характеристикам.

26.12.2018 Заказчик направил ИП ФИО2 письмо (исх. №ТЦ-08-2540/18-1), согласно которому у Заказчика отсутствуют основания и возможность принять товар ввиду его несоответствия условиям Контракта.

При этом поставленный ИП ФИО4 товар не соответствовал характеристикам, указанным в Приложении №2 Технического задания. Учитывая неисполнение государственного контракта со стороны заявителя, заказчиком 27.12.2018 принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Так, вышеуказанное решение об одностороннем отказе от исполнения контракта было направлено в адрес Поставщика по электронной почте 27.12.2018, а 28.12.2018 указанное решение было размещено Заказчиком в единой информационной системе и направлено в почтовый адрес Поставщика посредством ФГУП «Почта России».

Как следует из материалов дела, решение об одностороннем отказе от исполнения контракта получено ИП ФИО2 посредством электронной почты — 27.12.2018. 

Таким образом, по мнению суда, антимонопольный орган правомерно пришел к выводу об осведомленности ИП ФИО2 о принятом Заказчиком Решении об одностороннем отказе от исполнения Контракта.

При этом, вопреки доводам заявителя, как указано в п. 16 Обзор судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 несовершение заказчиком всех действий, предусмотренных ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе, не свидетельствует об отсутствии надлежащего уведомления, если доказано, что уведомление об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта доставлено исполнителю.

Из толкования положений части 12 статьи 95 Закона о контрактной системе следует, что уведомление об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта должно быть совершено как посредством извещения непосредственно исполнителя наиболее оперативным образом (почтой заказным письмом с уведомлением, а также с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающими оперативность уведомления), так и посредством размещения решения в единой информационной системе. При этом по смыслу указанной статьи для возникновения гражданско-правовых последствий в виде расторжения договора достаточно доставки исполнителю сообщения заказчика об отказе от исполнения договора с использованием любого средства связи и доставки. Размещение соответствующих сведений на интернет-сайте необходимо для обеспечения открытости и прозрачности функционирования государственных закупок и установлено, прежде всего, в публичных целях для осуществления надлежащего контроля в сфере закупок. 

Кроме того, в соответствии с абзацем шестым пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» адресат юридически значимого сообщения, своевременно получивший и установивший его содержание, не вправе ссылаться на то, что сообщение было направлено по неверному адресу или в ненадлежащей форме (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).

Общество,  которому  было  доставлено  от  заказчика уведомление  об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта по почте, не вправе в последующем заявлять о несовершении заказчиком всех действий,  предусмотренных   частью   12   статьи   95   Закона   о   контрактной   системе. Государственный (муниципальный) контракт считается расторгнутым по смыслу части 13 статьи 95 Закона о контрактной системе по истечение десяти дней с момента, когда считается доставленным первое из юридически значимых сообщений.

Таким образом, из приведенного толкования положений ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе следует, что основанием для невключения сведений о лице в реестр недобросовестных поставщиков может быть лишь такое нарушение требований данной нормы, которое не позволит считать исполнителя контракта уведомленным о принятом заказчиком решении, чего в настоящем случае не усматривается.

Относительно ссылок заявителя на принятие решения об одностороннем отказе от исполнения контракта за сроком его действия, суд отмечает следующее.

Согласно ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами.

В силу ч. 1 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное названным кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (ст. 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора).

Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено упомянутым кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с ч. 2 приведенной нормы права в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Таким образом, из совокупного толкования приведенных норм гражданского законодательства Российской Федерации усматривается возможность одностороннего отказа от исполнения контракта по правилам, установленным иным законодательством Российской Федерации.

В то же самое время, нормы Закона о контрактной системе являются специальными по отношению к гражданскому законодательству Российской Федерации, а потому применению в спорных правоотношениях подлежат именно нормы специального законодательства.

Так, Законом о контрактной системе установлен специальный порядокрасторжения государственного контракта, определенный ст. 95 названного закона и заключающийся в возможности заказчика отказаться от его исполнения только при наличии достаточных к тому оснований.

Приведенный правовой подход наиболее полно соответствует принципу эффективности осуществления закупок (ч. 1 ст. 12 упомянутого закона), а также направлен на защиту участника закупки как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях.

При этом, положения ст. 95 Закона о контрактной системе ориентированы на предоставление участнику закупки возможности устранить выявленные заказчиком нарушения в целях урегулирования возникшего спора без применения к такому участнику мер публично-правовой ответственности (ч. 14 ст. 95 названного закона).

При предложенном заявителем правовом подходе о недопустимости применения мер ответственности в случае неисполнения государственною контракта с истекшим сроком действия, положения приведенных норм права утрачивают свое действие в случае скоротечного исполнения контракта, поскольку заказчик окажется не в состоянии осуществить его расторжение с предоставлением участнику всех процессуальных гарантий защиты, предусмотренных ст. 95 Закона о контрактной системе.

В пользу приведенного правового подхода свидетельствуют также положения ч. 4 ст. 425 ГК РФ, в силу которой истечение срока действия контракта не освобождает стороны от ответственности за неисполнение своих обязательств по нему.

При этом, учитывая отсутствие в упомянутой норме права указания на исключительно на гражданско-правовую ответственность, положения приведенной нормы допустимо распространять и на меры публично-правовой ответственности.

Таким образом, применительно к Закону о контрактной системе в контексте одностороннего расторжения контракта речь идет о возможности применения к участнику мер публично-правовой ответственности за неисполнение своих обязательств по контракту и, тем самым, срыв государственного заказа и неэффективное расходование бюджетных средств, но не о расторжении заказчиком контракта как об отказе им от неисполняемых обязательств со стороны его контрагента в контексте гражданского законодательства Российской Федерации.

В этой связи в соответствии с положениями упомянутого закона допустимо расторжение государственного контракта, по которому на момент принятия заказчиком соответствующего решения не исполнены обязательства со стороны участника закупки, вне зависимости от срока действия контракта.

Обратное приведет к исключению рассчитанных на быстрое исполнение контрактов из сферы действия ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, что не соответствует конституционно закрепленному принципу всеобщего равенства перед законом (ст. 19 Конституции Российской Федерации), а также балансу частных и публичных интересов (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений.

В то же самое время, оценивая доводы заявителя и материалы дела, смещение срока принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта в настоящем случае было вызвано самостоятельными действиями общества по неисполнению принятых на себя обязательств.

Также, суд отмечает,  что вопрос законности решения заказчика об одностороннем расторжении контракта являлся предметом рассмотрения в рамках самостоятельно спора по делу №А40-208081/19-162-1778.

Вступившим в законную силу решением суда от 03.12.2019 по делу № А40-208081/19-162-1778 в удовлетворении требований ИП ФИО2 о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения государственного контракта №194/18 на поставку станка сценического комплектного для нужд Государственного бюджетного учреждения культуры города Москвы «Московский театр русской драмы под руководством Михаила Щепенко» от 30.11.2019 (Реестровый номер 2771066180118000222), отказано в полном объеме.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Относительно доводов заявителя относительно отсутствия оценки соответствующих действий после принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта в тексте решения антимонопольного органа, суд отмечает следующее.

Как усматривается из материалов дела, в частности решения о включении сведений о заявителе в реестр недобросовестных поставщиков, антимонопольным органом были рассмотрены аргументы представителей сторон, участвующих в деле, дана оценка как ходу исполнения государственного контракта, так и бездействию общества на этапе, предусмотренном для устранения выявленных недостатков.

В то же время, неуказание в тексте решения каких-либо сведений или отсутствие ссылок на отдельные документы не свидетельствует о том, что данные сведения или документы не были исследованы антимонопольным органом, а может свидетельствовать лишь о порочности формирования теста ненормативного правового акта, но не о его незаконности, поскольку отсутствие оценки отдельных документов и действий сторон по контракту не привело антимонопольный орган к принятию неверного по существу решения.

Кроме того, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

Также, суд принимает во внимание, что реестр недобросовестных поставщиков представляет собой меру ответственности за недобросовестное поведение в правоотношениях по размещению заказов, а решение вопроса о необходимости применения такой меры находится исключительно в компетенции антимонопольного органа.

Суд приходит к выводу о том, что заявитель не доказал приведенными в заявлении доводами противоречие вынесенного решения действующему законодательству.

По мнению суда, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правомерными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение Московского УФАС России является законным и обоснованным.

Судом рассмотрены все доводы заявителя, однако, они не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Поскольку такие обстоятельства в рассматриваемом случае судом установлены, заявление о признании решения Московского УФАС России незаконным удовлетворению не подлежит.

Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 4, 51, 64-68, 71, 75, 81, 110, 123, 137, 156, 166-170, 176, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Индивидуального предпринимателя ФИО2 отказать в полном объеме.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд. 

Судья:В.А. Яцева