ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-12016/2015

16 апреля 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Бодунковой С.А., Шаровой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-963/2018) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 24 января 2018 года по делу № А46-12016/2015 (судья Горобец Н.А.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «РосПАЛ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) 

 

при участии в судебном заседании представителей:

от ФИО2 – ФИО4 по доверенности № 55АА 1378345 от 09.03.2016;

от конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО5 по доверенности б/н от 05.04.2018;  

 

 

установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 10.05.2016 по делу № А46-12016/2015 общество с ограниченной ответственностью «РосПАЛ» (далее – ООО «РосПАЛ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. 

Конкурсный управляющий ФИО3 в соответствии со статьёй 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в виде взыскания с него в конкурсную массу ООО «РосПАЛ» 1 695 922 руб. 33 коп.

Определением Арбитражного суда Омской области от 22.03.2017 (дата объявления резолютивной части) производство по делу приостанавливалось до окончания формирования конкурсной массы в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «РосПАЛ». 

Определением от 23.11.2017 производство по делу возобновлено, назначена дата судебного заседания. 

До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, конкурсный управляющий уточнил требование, просил привлечь бывшего руководителя ООО «РосПАЛ» ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 1 995 638 руб. 21 коп., указанную сумму просил взыскать в конкурсную массу должника.

Уточнения приняты судом первой инстанции к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.01.2018 по делу № А46-12016/2015 заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено; с ФИО2 в конкурсную массу ООО «РосПАЛ» взыскано 1 995 638 руб. 21 коп.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, дополнением к жалобе, в которых просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы (дополнении) ее податель указал следующее: 

- определением суда от 20.12.2017 срок конкурсного производства в отношении должника продлен в связи с незавершением формирования конкурсной массы и неосуществлением расчетов с кредиторами, поэтому настоящее заявление не могло быть рассмотрено по существу;

- фактическая передача ФИО2 документов при рассмотрении заявлений в суде общей юрисдикции (Кировском районном суде г. Омска), позволила конкурсному управляющему взыскать в конкурсную массу 4 431 188 руб. 49 коп. дебиторской задолженности с ООО «РУСАЛ»;

- правомерность перечислений, эквивалентность встречных предоставлений контрагентов по платежам, отраженным в выписке о движении денежных средств, полученных конкурсным управляющим, неоднократно исследовалась при рассмотрении дел в Кировском районном суде г. Омска, в арбитражном суде, в том числе в рамках дела о банкротстве;

 - неотражение в бухгалтерской отчетности дебиторской задолженности в сумме 4 431 118 руб. 49 коп. не приводит автоматически к привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать наличие причинно-следственной связи между данным фактом и затруднением в формировании конкурсной массы;

- непередача документов конкурсному управляющему при их фактическом наличии также не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности;

- конкурсным управляющим не представлены доказательства, подтверждающие затруднительность формирования конкурсной массы, а суд первой инстанции не исследовал вопрос, была ли сформирована конкурсная масса, в каком размере, на основании каких документов произошло ее формирование, в чем выразилось затруднение в формировании;

- в пользу должника взыскана дебиторская задолженность, размер которой превышает размер требований, включенных в реестр должника, и размер текущей задолженности.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, конкурсный управляющий представил отзыв, в котором просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заявитель по делу о банкротстве, иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе с учетом дополнения к ней, считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель конкурсного управляющего ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, дополнение к жалобе, отзыв, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Омской области от 24.01.2018 по настоящему делу.

Конкурсный управляющий ФИО3, обращаясь с настоящим заявлением, в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 сослался на пункт 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование конкурсного управляющего, исходил из того, что бывший руководитель должника не обеспечил передачу временному и конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, недостоверно отражал в документах бухгалтерского учета и отчетности сведения о дебиторской задолженности, что в силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве является основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился до 01.07.2017 (03.02.2017, входящий штамп суда), поэтому суд первой инстанции правильно рассмотрел заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности на дату обращения конкурсного управляющего с соответствующим заявлением и на дату вынесения обжалуемого определения были установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 29.06.2015 № 154-ФЗ, от 29.06.2015 № 186-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, от 28.12.2016 № 488-ФЗ) были внесены изменения.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Из материалов дела следует, что заявленные конкурсным управляющим требования мотивированы неисполнением ФИО2 обязанности по передаче документов должника.

Обстоятельства неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, на которых конкурсный управляющий должника основывает свои требования, имели место после вступления в силу Закона от 29.06.2015 № 186-ФЗ, в связи с чем применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в соответствующей редакции.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац четвертый статьи 10 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", непередача первичной бухгалтерской документации,  в результате которой  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, является самостоятельным основанием привлечения к субсидиарной ответственности, изложенным в норме в виде материальной презумпции вины контролирующего лица в доведении до банкротства.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства либо что банкротство было вызвано иными причинами.

Как усматривается из материалов дела, настаивая на привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на то, что бухгалтерская и иная документация, отражающая информацию о финансовом положении экономического субъекта, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств ему передана не была (в том числе на основании судебного акта), что затруднило формирование конкурсной массы. 

Указанные доводы конкурсного управляющего соответствуют условиям названной презумпции и, в случае их подтверждения, бремя ее опровержения в силу статей 9, 65 АПК РФ и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве переходит на ФИО2

ФИО2 опровергая доводы конкурсного управляющего, ссылался на то, что ведение бухгалтерского учета было возложено на специализированную организацию, также частично документация была представлены при рассмотрении дел в Кировском районном суде г. Омска, полученная конкурсным управляющим документация позволила, в последующем, взыскать дебиторскую задолженность с ООО «РУСАЛ», что позволило сформировать конкурсную массу, размер которой превышает, размер требований кредиторов, включенных в реестр, и текущих требований.

Между тем ФИО2 не учтено следующее:

Как указано выше, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац четвертый статьи 10 Закона о банкротстве).

В своем заявлении конкурсный управляющий ссылается на непередачу ФИО2 бухгалтерской документации должника, а также на искажение бухгалтерской отчетности.

Относительно непередачи бухгалтерской документации суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее:

Положения абзаца четвертого пункта 10 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии со статьей 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», который утратил силу с 01.01.2013 в связи с принятием Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», организации были обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности возложена на руководителя организации. 

Аналогичные положения закреплены и нормами Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 7, 29). 

Руководитель экономического субъекта – это лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа (пункт 7 статьи 3 Федерального закона «О бухгалтерском учете»).

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом ООО «РосПАЛ» (том 1 листы дела 112-135).

Определением Арбитражного суда Омской области от 27.09.2016 по делу № А46-12016/2015, оставленным без изменения Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2016, на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ФИО3 подлинники бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность ООО «РосПАЛ», за три года, предшествующих введению в отношении должника ООО «РосПАЛ» процедуры наблюдения, а именно: сведения о ведении бухгалтерского учета ООО «РОСПАЛ» в электронном виде при помощи программного обеспечения 1С-Бухгалтерия, документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности (квартальные и годовые балансы с отметкой налоговой инспекции), внебюджетные фонды и органы статистики (расчетные ведомости) с соответствующими отметками о принятии, свидетельства, подтверждающие право собственности на основные средства, недвижимость, транспорт, сертификаты, лицензии и свидетельства, подтверждающие неимущественные права ООО «РосПАЛ», договоры, контракты, соглашения, планы, сметы, калькуляции, акты выполненных работ, накладные, акты приема-передачи, судебные акты, распоряжения, приказы, в том числе по личному составу ООО «РосПАЛ», трудовые договоры, ведомости начисления и выплаты заработной платы, личные дела работников ООО «РосПАЛ», кассовые книги, реестры авансовых отчетов.

На основании указанного определения конкурсному управляющему судом был выдан исполнительный лист серии ФС № 012660617 (том 2 листы дела 64-67), возбуждено исполнительное производство № 54010/17/99663. В ходе исполнительного производства документация конкурсному управляющему не передана.

В связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу, что факт уклонения ФИО2 от передачи конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документацию должника является установленным. 

Кроме того, судом первой инстанции правильно учтено, что при рассмотрении заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 документации суды критически отнеслись к его доводам о том, что ведение бухгалтерского учета было возложено на специализированную организацию – ООО «СК «Амадеус», по причине прекращения отношений с которой в декабре 2014 года документы не могли быть предоставлены. ФИО2 в ответе на запрос управляющего наименования специализированной организации, ссылок на конкретный договор не указал. Более того, непринятие ФИО2 мер по возврату документов по окончании отношений с данной организацией в декабре 2014 года, то есть на протяжении более одного года, свидетельствует о неисполнении руководителем должника установленной законодательством Российской Федерации обязанности по ведению (составлению) и хранению первичных учетных документов, документов бухгалтерского учета и отчетности. Несмотря на указанный в ответе на запрос срок для предоставления документов (7-10 дней), ФИО2 никаких документов временному управляющему ФИО3 не предоставил. При этом доводы ФИО2 о взаимоотношениях со специализированной организацией были представлены только при рассмотрении в арбитражном суде ходатайства конкурсного управляющего ФИО3 об обязании ФИО2 передать документы первичного учета и отчетности, доказательства наличия взаимоотношений с третьим лицом (договор от 01.07.2014, приказ от 01.07.2014) были представлены только в судебное заседание перед вынесением судебного акта; акты приема-передачи бухгалтерской документации ООО «СК «Амадеус» и иные документы, подтверждающие факт передачи бухгалтерской документации обществу, не были представлены. 

Таким образом, доказательств, подтверждающих передачу конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета должника или того, что ФИО2 не мог этого сделать по не зависящей от него причине в материалы рассматриваемого обособленного спора не представлено. 

Напротив, материалами дела подтверждается, что при рассмотрении дел в Кировском районном суде г. Омска №№ 2-5935/2016, 2-6110/2016, 2-6115/2016, 2-5471/2016 о взыскании с ФИО2 неосновательного обогащения последним предоставлялись на обозрение суда договоры поставки, счета-фактуры, товарные накладные, кассовые книги ООО «РосПАЛ», авансовые отчеты, договоры займа и иная документация. Также авансовые отчеты были представлены в материалы обособленного спора о взыскании убытков с контролирующего должника лица (определение АС Омской области от 03.04.2017 по делу № А46-12016/2015).

То есть фактически документация должника находится у ФИО2

Между тем, она не передана до настоящего времени конкурсному управляющему.

В связи с неисполнением указанной ФИО2 обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему по смыслу  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презюмируется признание ООО «РосПАЛ» несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия бывшего руководителя должника, если не доказано иное.

Между тем иное никаким образом ФИО2 не доказано. Им не доказано ни наличие уважительных причин непередачи документации, ни наличие иных причин банкротства ООО «Роспал» и иных причин невозможности расчетов с кредиторами, на которые не могла повлиять непередача документации.

При этом неисполнение ФИО2 обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов.

Доказательств иного в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

Относительно доводов конкурсного управляющего об искажении сведений в бухгалтерской документации должника, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее:

В обоснование указанного довода, конкурсный управляющий сослался на предоставление ФИО2 противоречивых сведений относительно дебиторской задолженности ООО «РосПАЛ». 

Так, в сообщении от 20.02.2016 ФИО2 уведомил временного управляющего ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ООО «РУСАЛ» в сумме 1 174 000 руб. 

В то же время в представленной в последующем копии бухгалтерской отчетности за 2014 год дебиторская задолженность составляла 1 577 000 руб. 

Документы, подтверждающие состав указанной дебиторской задолженности, конкурсному управляющему предоставлены не были. 

В последующем, когда конкурсному управляющему в ходе рассмотрения в Кировском районном суде г. Омска дел по искам конкурсного управляющего к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения стало известно о наличии документов, подтверждающих задолженность ООО «РУСАЛ» перед должником, ФИО3 обратился в арбитражный суд с иском к ООО «РУСАЛ». 

ФИО2 в материалы дел № 2-5935/2016 (решение от 19.09.2016), № 2- 6110/2016 (решение от 12.09.2016), № 2-6115/2016 (определение от 29.09.2016), находившихся в производстве Кировского районного суда г.Омска, были представлены оригиналы договоров поставки, товарные накладные, подтверждающие поставки нефтепродуктов в адрес ООО «РУСАЛ» и ООО «ТК «СибСнаб». 

Для того, чтобы подтвердить обоснованность исковых требований в Арбитражном суде Омской области к ООО «РУСАЛ», конкурсный управляющий вынужден был запрашивать документы из Кировского районного суда г.Омска. 

Решением Арбитражного суда Омской области от 13.04.2017 по делу № А46- 966/2017 исковые требования ООО «РосПАЛ» удовлетворены, с ООО «РУСАЛ» взыскана задолженность за поставленные нефтепродукты в сумме 4 431 188 руб. 49 коп. 

Согласно поступившим в материалы дела товарным накладным поставка нефтепродуктов производилась в период с июня по ноябрь 2013 года по договору от 16.08.2013 №25/13. 

Фактически конкурсный управляющий стал располагать документами, подтверждающими задолженность ООО «РУСАЛ», по истечении срока исковой давности. 

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что неисполнение ФИО2 надлежащим образом обязанности по передаче арбитражному управляющему документов первичного бухгалтерского учета существенно затруднило проведение процедур наблюдения и конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы. 

Между ООО «Роспал» и ООО «ТК «СибСнаб» также имелись взаимоотношения по поставке нефтепродуктов по договору от 06.09.2013 № 7, которая производилась в период с сентября 2013г. по август 2014г. 

Всего поставлено было нефтепродуктов на сумму 19 195 561 руб. 40 коп. 

В рамках дела о взыскании убытков с ФИО2 в сумме 19 195 561 руб. 40 коп. в связи с уклонением ФИО2 от исполнения обязанности передать конкурсному управляющему бухгалтерскую документацию, ФИО2 предоставил документы по взаимоотношениям с ООО «ТК «СибСнаб». 

В обоснование отсутствия задолженности ООО «ТК «СибСнаб» по договору поставки руководителем должника были представлены акт сверки взаимных расчетов, акт зачета взаимных требований, в соответствии с которыми ООО «Роспал» и ООО «ТК «СибСнаб» произвели между собой зачет на сумму 28 823 754 руб. 25 коп. 

По результату зачета по состоянию на 31.12.2014 задолженность ООО «ТК «СибСнаб» перед ООО «РосПАЛ» составила 2 420 686 руб. 80 руб. 

При этом, в бухгалтерской отчетности за 2014 год, представленной ФИО2, в разделе «Краткосрочные обязательства» кредиторская задолженность на отчетную дату отчетного периода указана в размере 403 000 руб. 

Недостоверное отражение в документах бухгалтерского учета и отчетности дебиторской задолженности ООО «РУСАЛ» в сумме 4 431 188 руб. 49 коп. и кредиторской задолженности ООО «ТК «СибСнаб» свидетельствует об искажении бухгалтерской отчетности. 

При этом согласно выписке по лицевому счету № 

<

***> за период с 16.02.2012 по 06.02.2015 оборот денежных средств ООО «РосПАЛ» составил 267 817 244 руб. 70 руб., то есть должник вел активную финансово-хозяйственную деятельность. 

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, выписка о движении денежных средств не дает возможности сделать вывод о правомерности перечислений, эквивалентности встречных предоставлений контрагентов по платежам, в том числе правомерности и обоснованности перечислений за услуги по перевозке, перечислений денежных средств на свой личный счет.

При указанных обстоятельствах ФИО2 не опровергнута ни презумпция наличия причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и признанием должника несостоятельным (банкротом), ни факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в связи с невозможностью сформировать конкурсную массу по причине отсутствия документации.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В реестр требований кредиторов ООО «РосПАЛ» включены требования кредиторов с общей суммой требования 1 132 822 руб. 27 коп. 

Сумма задолженности по текущим платежам составляет 862 815 руб. 94 коп., из которых: 682 677 руб. – вознаграждение конкурсного управляющего ФИО3, 139 090 руб. 03 коп. –требования по уплате государственной пошлины, 41 048 руб. 91 коп. – затраты на обеспечение процедуры банкротства. 

Денежные средства от реализации дебиторской задолженности в сумме 1 000 руб. направлены на погашение текущей задолженности. 

С учетом того, что сумма непогашенных требований кредиторов ООО «РосПАЛ» с учетом текущих требований составила 1 995 638 руб. 21 коп, размер субсидиарной ответственности правильно определен судом первой инстанции.

Ссылка подателя жалобы на то, что расчеты с кредиторами ООО «РосПАЛ» не завершены и возможность пополнения конкурсной массы не утрачена, поскольку определением суд от 20.12.2017 срок конкурсного производства продлен, судом отклоняется.

Действительно, как усматривается из материалов дела, определением Арбитражного суда Омской области от 20.12.2017 срок конкурсного производства в отношении должника продлен до 28.03.2018. В качестве основания для продления процедуры конкурсного производства судом указано, что конкурсным управляющим не проведены мероприятия, необходимые для завершения процедуры конкурсного производства: не завершены мероприятия по возврату имущества в конкурсную массу должника, не произведен расчет с кредиторами.

Между тем в суде апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего пояснил, что все мероприятия по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами в деле о банкротстве ООО «РосПАЛ» завершены, имущество у должника отсутствует, продление процедуры требовалось только для рассмотрения по существу заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Поэтому сам по себе факт продления срока конкурсного производства на результат рассмотрения обособленного спора повлиять не может.

Доказательств того, что конкурсная масса ООО «РосПАЛ» еще может быть пополнена, ФИО2 не представлено.

В абзаце девятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Никаких доказательств причинения вреда в меньшем размере ответчиком не представлено.

В апелляционной жалобе ФИО2 указал, что представленная им бухгалтерская документация должника по взаимоотношениям с ООО «РУСАЛ» позволила, в дальнейшем, конкурсному управляющему обратиться в суд с иском о взыскании задолженности с ООО «РУСАЛ» и взыскать с последнего задолженность в размере 4 431 188 руб. 49 коп.

По мнению подателя жалобы, взысканная дебиторская задолженность превышает размер требований кредиторов, включенных в реестр в два раза.

Между тем как указано выше, первичная документация по взаимоотношениям должника и ООО «РУСАЛ» не была передана ФИО2 конкурсному управляющему в порядке статьи 126 Закона о банкротстве. Документация была предоставлена ФИО2 только в качестве возражений при рассмотрении дел по искам конкурсного управляющего о взыскании неосновательного обогащения с последнего.

Кроме того, наличие судебного акта о взыскании задолженности с ООО «РУСАЛ» не свидетельствует о вероятном поступлении денежных средств.

Как усматривается из решения от 13.04.2017 по делу № А46-966/2017 ответчик ООО «РУСАЛ» участия в рассмотрении дела не принимал, возражений против наличия задолженности не заявлял.

Согласно обоснованию конкурсного управляющего дебиторская задолженность ООО «РУСАЛ» является невозможной ко взысканию по причине отсутствия признаков экономической деятельности дебитора, отсутствия у него активов и намерения погашать. Задолженность, оценена в размере 1 000 руб. (том 4 лист дела 98).

При этом конкурсным управляющим учтено, что дебитор находится в стадии реорганизации в форме присоединения к иному юридическому лицу с 01.04.2014, не отвечает на запросы, не предпринимает действий для погашения задолженности, Межрайонной ИФНС № 16 по Новосибирской области 01.02.2017 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности юридического адреса должника, единственный расчет счет должника открыт в банке, у которого с 2014 года  отозвана лицензия, материалы исполнительного производства по взысканию дебиторской задолженности свидетельствуют о невозможности взыскания, учредитель и директор должника с 2015 года является учредителем/директором десяти обществ, занимавшихся оптовой торговлей, которые прекратили свою деятельность в связи с исключением их из ЕГРЮЛ налоговым органом, должник с 2013 года не сдает отчетность, за 2012 год прибыль составила 48 000 руб. (том 4 листы дела 99-140).

При указанных обстоятельствах, наличие дебиторской задолженности, которая невозможна ко взысканию, не может свидетельствовать о том, что она является реальным активом ООО «РосПАЛ», за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

При этом ответчик не представил никаких разумных пояснений, по какой причине при наличии такой задолженности с 2014 года он не востребовал ее со своего контрагента в целях расчета с кредиторами и предотвращения банкротства.

Таким образом, доказательств того, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в деле не имеется.

Иные доводы подателя жалобы также подлежат отклонению.

Неотражение в бухгалтерской отчетности дебиторской задолженности в сумме 4 431 118 руб. 49 коп. свидетельствует об искажении документов бухгалтерского учета, в том числе может с учетом презумпции разумности участников оборота свидетельствовать о том, что в действительности данная задолженность была погашена, а доходы от погашения сокрыты ответчиком.

Учитывая то, что именно ответчик мог, но не захотел раскрыть  полную и достоверную картину своих хозяйственных операций, возможность погашения требований за счет сокрытых активов предполагается, а риск непередачи бухгалтерской документации возлагается именно на ответчика.

В целях применения статьи 10 Закона о банкротстве непередача документов конкурсному управляющему приравнивается к ее отсутствию. Толкование от обратного лишает указанную норму как регулирующего значения, так и всякого практического смысла.

Доводы подателя жалобы о том, что суд первой инстанции не исследовал вопрос, была ли сформирована конкурсная масса, в каком размере, на основании каких документов произошло ее формирование, в чем выразилось затруднение в формировании массы, не соответствуют действительности.

Как подтвердил представитель конкурсного управляющего и как установил суд, единственным активом, который был включен в конкурсную массу, было требование к отсутствующему и недействующему дебитору, оцененное в 1 000 руб. и проданное за эту сумму.

Никаких других активов выявлено в связи с отсутствием документации не было.

Ответчик наличие и место нахождения активов, за счет которых было возможно удовлетворение требований кредиторов, не раскрыл.

Формальное превышение номинального размера взысканной дебиторской задолженности в отсутствие у нее реальной рыночной ценности не может являться основанием для освобождения ответчика от субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного, оснований для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего или уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО2 судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Омской области от 24 января 2018 года по делу № А46-12016/2015 (судья Н.А. Горобец), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «РосПАЛ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-963/2018) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

С.А. Бодункова

Н.А. Шарова