ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

23 сентября 2022 года

Дело № А21-8941-45/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2022 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Сотова И.В., Тарасовой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:  

- от ООО «Манор»: представителя ФИО2 по доверенности от 08.06.2022; 

- от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 22.08.2020;

- от ПАО Банк ВТБ: представителя ФИО5 по доверенности от 10.02.2021 посредством системы онлайн-заседания; 

- финансового управляющего ФИО6 по паспорту посредством системы онлайн-заседания;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-24139/2022, 13АП-25014/2022, 13АП-24138/2022, 13АП-24140/2022) ФИО7, ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «Манор» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 21.06.2022 по обособленному спору № А21-8941-45/2019 (судья Емельянова Н.В.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО6 о признании сделки недействительной и заявлению общества с ограниченной ответственностью «Манор» о включении требований в реестр, а также апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24138/2022) общества с ограниченной ответственностью «Манор» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 30.06.2022 по обособленному спору  № А21-8941-45/2019 (судья Емельянова Н.В.), принятое по вопросу о распределении судебных расходов,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Манор» (далее – ООО «Манор») 03.07.2019 обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании ФИО3 несостоятельной (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 08.08.2019 заявление ООО «Манор» принято к производству. 

 Определением суда первой инстанции от 10.03.2020 заявление ООО «Манор» признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации задолженности, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением суда первой инстанции от 13.08.2020 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением суда первой инстанции от 23.11.2020 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3; финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

ООО «Манор» 16.03.2022 обратилось в суд первой инстанции с заявлением, в котором просило:

1. Восстановить ООО «Манор» пропущенный срок на подачу в суд заявления о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 настоящих требований;

 2. Включить в реестр требований кредиторов требования в сумме 411 334 401 руб., из которых 307 100 000 руб. основного долга, 61 335 974 руб. процентов за пользование суммой займа и 42 989 427 руб. неустойки за нарушение срока возврата суммы займа.

Определением суда первой инстанции от 21.03.2022 требование ООО «Манор» принято к производству. К участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО7 Обособленному спору присвоен № А21-8941-45/2019.

Финансовый управляющий ФИО6 в свою очередь 25.03.2022 обратился в суд первой инстанции с заявлением, в котором просил:

1. Признать недействительными следующие взаимосвязанные сделки: 

- Соглашение о переводе долга от 19.12.2013, заключенное между ФИО3, ФИО7 и ООО «Манор», на основании которого ФИО3 полностью приняла на себя обязательства ФИО7 перед ООО «Манор» по Договорам займа от 08.07.2013 и от 23.07.2013 на общую сумму 292 103 000 руб.;

- Соглашение о переводе долга от 19.12.2013г.,заключенное между ФИО3, ФИО7 и ООО «Манор», на основании которого ФИО3 полностью приняла на себя обязательства ФИО7 перед ООО «Манор» по Договору займа от 15.07.2013 на сумму 15 000 000 руб.

2. Применить последствия недействительности сделок в виде восстановления положения сторон, существовавшего до их совершения.

Определением суда первой инстанции от 21.03.2022 заявление финансового управляющего ФИО6 принято к производству. Обособленному спору присвоен № А21-8941-47/2019.

Определением суда первой инстанции от 04.05.2022 обособленные споры № А21-8941-45/2019 и № А21-8941-47/2019 объединены для совместного рассмотрения с присвоением объединенному делу № А21-8941-45/2019.

Определением от 21.06.2022 суд первой инстанции:

1) Признал недействительными следующие взаимосвязанные сделки: 

- Соглашение о переводе долга от 19.12.2013, заключенное между ФИО3, ФИО7 и ООО «Манор», по Договорам займа от 08.07.2013 и от 23.07.2013 на общую сумму 292 103 000 руб.;

- Соглашение о переводе долга от 19.12.2013, заключенное между ФИО3, ФИО7 и ООО «Манор», по Договору займа от 15.07.2013 на сумму 15 000 000 руб.;

2) Применил последствия недействительности сделок в виде восстановления положения сторон, существовавшего до совершения спорных сделок;

3) Требование ООО «Манор» о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 оставил без удовлетворения.

Определением от 30.06.2022 суд первой инстанции распределил судебные расходы, взыскав с ФИО7 и ООО «Манор» по 6000 руб. в конкурсную массу ФИО3

В апелляционной жалобе ФИО7, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 21.06.2022 по обособленному спору № А21-8941-45/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, оспариваемые сделки не содержат признаков злоупотребления правом; в оспариваемый период должник признаками неплатежеспособности не обладал; в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства мнимости сделок; оспариваемый перевод долга являлся реальным и обоснованным.  

В апелляционной жалобе ФИО3, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 21.06.2022 по обособленному спору № А21-8941-45/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, на момент перевода долга должник признаками неплатежеспособности не обладал; признаки злоупотребления правом отсутствуют; сделки являлись реальными; основания для оспаривания сделок по общим основаниям отсутствуют.

В апелляционной жалобе ООО «Манор», ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определения суда первой инстанции от 21.06.2022 в полном объеме и от 30.06.2022 по обособленному спору № А21-8941-45/2019 в части взыскания государственной пошлины отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, заявителем не доказано наличие цели в причинении имущественного вреда кредиторам; сделки являлись реальными и экономически обоснованными; доказательств злоупотребления правом не имеется; признаки мнимости отсутствуют; оснований для взыскания судебных расходов по уплате государственной пошлины с                      ООО «Манор» не имелось.    

В отзыве финансовый управляющий ФИО6 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО6 и ПАО Банк ВТБ поступили ходатайства об участии в деле посредством системы онлайн-заседания, которые судом апелляционной инстанции были удовлетворены. 

В судебном заседании представители ООО «Манор» и ФИО3 поддержали доводы апелляционных жалоб. Финансовый управляющий ФИО6 и представитель ПАО Банк ВТБ посредством системы онлайн-заседания возражали по мотивам, приведенным в соответствующих отзывах.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, в июле 2013 года между ООО «Манор» (займодатель) и ФИО7 (заемщик) были заключены следующие договоры займа:

- договор займа от 08.07.2013 на сумму 154 559 000 руб.;

- договор займа от 15.07.2013 на сумму 15 000 000 руб.;

- договор займа от 23.07.2013 на сумму 137 544 000 руб. 

ООО «Манор», ФИО7 и ФИО3 19.12.2013 заключили:

- Соглашение о переводе долга перед ООО «Манор» по Договорам от 08.07.2013  и  23.07.2013 с ФИО7 на ФИО3 на общую сумму 292 103 000 руб.;

- Соглашение о переводе долга перед ООО «Манор» по Договору от 15.07.2013 с ФИО7 на ФИО3 на сумму 15 000 000 руб.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Манор» в суд первой инстанции с требованием к ФИО3 в размере  сумму 411 334 401 руб. 

Вместе с тем в соответствии с правовой позицией финансового управляющего ФИО6 Соглашения о переводе долга от 19.12.2013, на которых                        ООО «Манор» основывает свои требования, отвечают признакам мнимости и заключены между заинтересованными лицами при злоупотреблении правом. 

Суд первой инстанции, признавая оспариваемые Соглашения о переводе долга мнимыми сделками, исходил из отсутствия доказательств экономической целесообразности их заключения и финансовой возможности ответчика на их совершение. Поскольку сделки признаны недействительными, во включении требований ООО «Манор» в реестр требований кредиторов должника судом первой инстанции отказано. 

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 того же Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, как установлено пунктом 13 статьи 14 Федерального закона Российской Федерации от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Поскольку оспариваемые сделки совершены до 01.10.2015, они могут быть признаны недействительными только по правилам статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) содержит разъяснения о том, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.  

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7 и 8 постановления Пленума № 25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ указано, что мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО7 является сыном должника – ФИО3 При этом ФИО3, до продажи доли в уставном капитале ООО «Манор», являлась участником ООО «Манор» с долей участия 49%, а на дату заключения оспариваемых Соглашений о переводе долга – единственным участником ООО «Манор».

Указанные обстоятельства подателями апелляционных жалоб не оспариваются.

Таким образом, все стороны оспариваемых сделок, а именно ФИО7, ФИО3 и ООО «Манор» являлись заинтересованными лицами по отношению друг к другу.

Как указывают ответчики, в момент заключения оспариваемых сделок у должника отсутствовали неисполненные финансовые обязательства, вступившими в законную силу судебными актами было установлено, что признаки неплатежеспособности у должника возникла не ранее 25.10.2018.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019              № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861).

В рассматриваемом случае обстоятельства, на которые ссылается финансовый управляющий, в своей совокупности указывают на целенаправленные действия сторон по причинению вреда имущественным правам кредиторов путем возможности аффилированного к должнику лица включиться в реестр требований кредиторов и, тем самым, участвовать в распределении имущества. Поэтому само по себе отсутствие у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения Соглашений о переводе долга не исключает возможности оспаривания сделок, в том числе по признаку их мнимости.

Как следует из материалов обособленного спора, пояснений участвующих в деле лиц и установлено судом первой инстанции, 14.11.2011 и 14.06.2012 (до совершения оспариваемых сделок) между должником и ОАО «Банк Москвы» (правопреемник ПАО Банк ВТБ) были заключены Кредитные договоры № 

<

***> и № 69-191/15/06-12, в соответствии с условиями которых ФИО3 предоставлен кредит в общем размере 28 000 000 долларов США.

По прошествии 10 дней с даты получения последнего транша от кредитной организации в рамках вышеуказанных Кредитных договоров должник посредством заключения спорных сделок с аффилированными лицами, принял на себя экономически необоснованные долгосрочные (срок возврата 6-7 лет) обязательства на крупную сумму (307 103 000 руб. без учета начисляемых процентов).

Поскольку ФИО3 не исполнила свои обязательства по Кредитным договорам № 

<

***> и № 69-191/15/06-12, соответствующие обязательства перед ПАО Банк ВТБ на общую сумму 2 399 887 695 руб. были включены в реестр требований кредиторов ФИО3

В свою очередь ООО «Манор» предъявило возникшие из спорных Соглашений о переводе долга требования в общем размере 411 334 401 руб. для включения их в реестр требований кредиторов ФИО3

Такие обстоятельства дела позволяют сделать вывод о том, что возможной целью заключения спорных сделок являлось создание должником крупной подконтрольной ему задолженности на случай своей неплатежеспособности по обязательствам перед ПАО Банк ВТБ по Кредитным договорам на общую сумму 28 000 000 долларов США.

Дополнительным доказательством правильности данного вывода служит то, что ответчиками в материалы обособленного спора не было представлено достоверных и допустимых доказательств передачи от ФИО7 в адрес должника ФИО3 денежных средств в размере 307 103 000 руб. – платы за перевод долга. 

Доказательств финансовой возможности у ФИО7 по передаче указанной суммы, фактическое расходование ФИО3 денежных средств в материалы дела не представлено (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Также не были приведены разумные мотивы совершения оспариваемых сделок и сведения, на какие цели были потрачены ФИО3 полученные средства.

Довод подателей апелляционных жалоб о реальности Соглашений о переводе долга со ссылкой на вступившее в законную силу решение Измайловского районного суда города Москвы от 07.02.2022 по делу № 02-0013/2022, судом апелляционной инстанции отклоняется. Предметом рассмотрения в рамках названного дела были исковые требования ООО «Манор» к ФИО7 о взыскании долга по Договорам займа. Суд общей юрисдикции установил, что данный иск удовлетворению не подлежит в силу заключенных сторонами Соглашений о переводе долга. При этом суд общей юрисдикции не оценивал Соглашения с точки зрения их мнимости (в том числе по причине, что такие доводы не заявлялись), а лишь констатировал факт перехода прав и обязанностей по Договорам займа в пользу ФИО3 На взгляд апелляционного суда, решение Измайловского районного суда города Москвы от 07.02.2022 по делу № 02-0013/2022 не является препятствием для признания сделок мнимыми с учетом установленных выше фактических обстоятельств при условии, что этим же обстоятельствам оценка в рамках дела суда общей юрисдикции не давалась.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемые Соглашения о переводе долга являются мнимыми – у сторон отсутствовала реальная цель, обусловленная переводом обязательства с одного лица на другое. Доказательств обратного ответчики в материалы обособленного спора не представили. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Ввиду того, что Соглашения о переводе долга являются мнимыми, учитывая положения названных норм, суд первой инстанции в качестве применимого последствия недействительности обоснованно восстановил положение сторон, существовавшее до их заключения.

Поскольку Соглашения о переводе долга, на которых было основано требование ООО «Манор» к ФИО3, признаны мнимыми и стороны возвращены в первоначальное положение, у суда первой инстанции отсутствовали основания для включения требования ООО «Манор» в реестр требований кредиторов должника.

В рассматриваемом случае ООО «Манор» является проигравшей стороной по обособленному спору о признании сделок недействительными, следовательно, с учетом положений статьи 110 АПК РФ суд первой инстанции обоснованно взыскал с него расходы по уплате государственной пошлины на основании определения от 30.06.2020. 

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для их отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 21.06.2022, а также определение Арбитражного суда Калининградской области от 30.06.2022 в обжалуемой части по обособленному спору № А21-8941-45/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

И.В. Сотов

 М.В. Тарасова