Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А03-2902/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 14 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Доронина С.А.,

судей                                                                  Ишутиной О.В.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Половниковой Ю.С. кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 04.10.2024 (судья Закакуев И.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 (судьи Дубовик В.С., Сбитнев А.Ю., Фролова Н.Н.) по делу № А03-2902/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>; далее - должник), принятые по заявлению ФИО5 (далее – кредитор) о признании недействительными (ничтожными) цепочки взаимосвязанных последовательно совершенных сделок, применении последствий их недействительности.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн заседания) приняли участие: ФИО5, представитель общества с ограниченной ответственностью Управляющей компании «БийскТрансСервис» - ФИО6 по доверенности от 20.12.2022.

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа принял участие представитель ФИО4 - ФИО7 по доверенности от 31.10.2024.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной цепочку взаимосвязанных последовательно совершенных сделок:

- договор дарения от 13.03.2015, заключённый между ФИО2, ФИО8 и ФИО8, действующей с согласия матери ФИО9;

- договор дарения от 13.07.2015, заключённый между ФИО8 и ФИО8, действующей с согласия матери ФИО9;

- договор купли-продажи от 13.08.2018 земельного участка, находящегося по адресу: Республика Алтай, 

<

...> с кадастровым номером 04:03:090503:316 (далее – земельный участок) и объектов недвижимости, находящихся на нём: нежилое строение (хозяйственное строение) с кадастровым номером 04:03:090503:691; жилой дом с кадастровым номером 04:03:090503:1242, незавершённых строительством и не введённых в эксплуатацию два жилых дома, баня, душ, заключённый между ФИО10 (ФИО8) и ФИО3;

применении последствий недействительности цепочки указанных сделок в виде восстановления права собственности ФИО2 на земельный участок и объектов недвижимости, находящихся на нём.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 14.09.2023 к участию в обособленном споре в качестве соистца привлечено общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «БийскТрансСервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – управляющая компания), которое в качестве правовых оснований для оспаривания сделок также ссылалось на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 04.10.2024, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024, заявление удовлетворено в полном объёме; применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права собственности ФИО2 на земельный участок и объекты недвижимости, находящиеся на нём.

В кассационных жалобах ФИО2, ФИО3 и ФИО4 просят определение суда от 04.10.2024 и постановление апелляционного суда от 25.12.2024 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Доводы кассационной жалобы ФИО3 и ФИО4 сводятся к нарушению судами двух инстанций норм материального права (применение односторонней реституции нарушает права третьих лиц) и процессуального права (обжалуемые судебные акты приняты о правах и обязанностей лиц, не привлечённых к участию в деле (ФИО8, ФИО10 (ФИО8)), а также к несоответствию выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам (хозяйственное строение, расположенное на земельном участке, - это самовольная постройка, не являющаяся собственностью должника (статья 222 ГК РФ); предмет настоящего спора - иное недвижимое имущество).

По мнению кассаторов, (ФИО2, ФИО3, ФИО4), обязательства перед кредитором (управляющей компанией) возникли на основании судебного акта о взыскании с ФИО2 убытков (определение Арбитражного суда Алтайского края от 29.11.2019 по делу № А03-12965/2017) и именно после этой даты у должника появились признаки неплатёжеспособности.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационных жалобах, отзыве на них, выслушав объяснение лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Из материалов обособленного спора следует и судами установлено, что между ФИО2 (даритель) и его дочерями - ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и Анна Евгеньевна (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), действующая с согласия матери ФИО9) (одаряемые), заключён договор дарения от 13.03.2015, по условиям которого даритель безвозмездно передаёт в общую долевую собственность одаряемых по 1/2 доли каждому на спорный земельный участок и строения, расположенные на нём.

В дальнейшем между ФИО8 (даритель) и ФИО8, действующей с согласия матери ФИО9, (одаряемый) заключён договор дарения от 13.07.2015, согласно которому даритель безвозмездно передаёт 1/2 доли в праве собственности на имущество (земельный участок и объекты недвижимости), принятое в дар от ФИО2 по договору дарения от 13.03.2015.

Впоследствии на основании договора купли-продажи от 13.08.2018 ФИО4 (она же до смены фамилии и отчества ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; продавец) произвела отчуждение имущества, полученного в дар по договорам дарения от 13.03.2015, от 13.07.2015 в пользу ФИО3 (покупатель), согласно условиям которого цена предмета договора составила 400 000 руб.

Полагая, что указанные юридически значимые действия представляют собой единую сделку по выведению активов из имущественной сферы должника в условиях его неплатёжеспособности, совершенную со злоупотреблением правом, конкурсный кредитор обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление суды первой и апелляционной инстанций исходили из аффилированности сторон сделок (договоров дарения), преследовании ими противоправной цели выведения активов в пользу формально добросовестного приобретателя (договор купли-продажи), что в совокупности расценено судами в качестве злоупотребления правом с учётом действия норм права во времени (до 01.10.2015).

Суд округа считает выводы судов правильными.

Высшая судебная инстанция последовательно отмечает возможность оспаривания совокупности действий должника и третьих лиц, направленных на причинение вреда кредиторов независимо от характера таких действий.

При этом обстоятельство совершения частей совокупной сделки различными субъектами не влияет на возможность квалификации такой сделки в качестве единой и способной к оспариванию как по фраудаторным, так и по общим основаниям (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2018 № 305-ЭС15-12239).

По этой причине применительно к статье 180 ГК РФ по аналогии закона недействительность нескольких взаимосвязанных сделок (части единой сделки), влечёт недействительность всей совокупности, а арбитражный суд обязан проверить на предмет несоответствия закону всю совокупность юридических действий и при установлении противоправности сделать вывод о недействительности применительно ко всем этим действиям даже в отсутствие конкретно поименованных актов и сделок в самом иске (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 1004/14).

1. Применимое право.

Действительно, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьёй 61.2 или статьёй 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В рассматриваемом случае требования ФИО5 в размере 6 733 157,43 руб. основного долга (определение суда от 13.10.2021) и управляющей компании в размере 7 975 819,93 руб. (определение суда от 17.09.2020, с учётом определения суда от 29.12.2022 об отказе в процессуальном правопреемстве) составляют более десяти процентов (каждое) от всех требований кредиторов, включённых в реестр, следовательно, данные конкурсные кредиторы вправе обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделок должника.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 10.03.2020, заключение и исполнение первых в цепочке оспариваемых сделок (договоры дарения от 13.05.2015, от 13.07.2015), имело место до 01.10.2015, они могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

2. Злоупотребление правом.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 ГК РФ).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам или создание условий для наступления вреда.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остаётся сомнений в истинной цели совершения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать её исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой, является порочность воли каждой из её сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений её исполнять либо требовать её исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались её исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

3. Применение норм права к фактическим обстоятельствам дела.

Договоры дарения являются безвозмездными сделками, которые не предполагают получения дарителем какого-либо встречного предоставления (статья 572 ГК РФ).

В рассматриваемом случае сторонами всех спорных договоров являются аффилированные лица по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

ФИО9 и ФИО2 являлись супругами в период с 05.12.1987 по 11.01.2016 и имели юридически оформленных общих дочерей ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Анна Евгеньевна ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В дальнейшем ФИО2 11.08.2015 нотариально оформлено заявление об отказе от родительских прав в отношении ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и согласия на внесение изменений в записи акта гражданского состояния № 22АА 1440917, мотивированное тем, что он не является биологическим отцом ребёнка, вследствие чего ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) выдано новое свидетельство о рождении от 03.12.2015, в соответствии с которым она становится ФИО10, в разделе «отец» изменена запись с ФИО2 на ФИО4; запись о матери осталась прежней (ФИО9).

В свою очередь ФИО4 является супругом ФИО3 (конечный приобретатель спорного имущества), что подтверждается ответом управления юстиции Алтайского края от 04.09.2023 № 5907.

Аффилированность ФИО3 с должником также установлена вступившим в законную силу определением суда от 24.10.2023.

Из материалов дела следует, что в период с 07.02.2006 года по 05.08.2009 года генеральным директором управляющей компании являлся ФИО2

Решением налогового органа от 30.09.2010 установлено, что управляющей компанией в 2007- 2008 годах неправомерно заявлены налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость по счетам-фактурам контрагентов (установлена фиктивность документооборота и правоотношений с контрагентами).

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 22.06.2015 по делу № А03-17926/2010 управляющей компании отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным решения налогового органа. Решения суда вступило в законную силу 06.10.2015.

В рамках дела о банкротстве управляющей компании с ФИО2 взысканы убытки в размере 14 725 772,91 руб., в состав которых вошла сумма перечисленных денежных средств в пользу подконтрольных ФИО2 лиц и штрафные санкции за налоговые правонарушения (определение Арбитражного суда Алтайского края от 29.11.2019 по делу № А03-12965/2017).

Таким образом оспариваемые сделки совершены после налоговой проверки и в период судебного разбирательства по заявлению управляющей компании о признании недействительным решения налогового органа.

По существу сложившейся ситуации ФИО2, осознавая невозможность исполнения обязательств перед кредитором (управляющей компанией) по вышеуказанным судебным актам, наличия потенциальной возможности обращения взыскания на принадлежащие ему активы (земельный участок и расположенные на нём хозяйственные строения), осуществил безвозмездную распорядительную сделку в отношении этого актива в пользу аффилированных лиц по мотиву родства для целей его формального вывода из своего имущественного комплекса, временном сохранении его на мнимом держателе активов, который только на первый взгляд является независимым, добросовестным приобретателем (ФИО3), до разрешения собственного дела банкротстве.

Такое поведение сторон очевидно не отвечает критериям добросовестности, заключение договоров дарения с самого начала было сопряжено с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав и обусловлено незаконной целью нарушения права и законных интересов кредитора должника, что влечёт ничтожность сделок на основании статьи 168 ГК РФ.

В силу положений пункта 1 статьи 454, пункта 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130), а покупатель обязуется принять недвижимое имущество и уплатить за него определённую денежную сумму (цену).

Из содержания приведённых правовых норм следует, что предметом доказывания по настоящему спору является установление истиной воли сторон, их намерений на достижение правового результата, факт реальной передачи в собственность покупателя недвижимого имущества, уплаты продавцу денежных средств.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что согласно ответу акционерного общества «Алтайэнергосбыт» от 02.09.2024 № АЭС/051/3 ФИО3 являлась абонентом по договору поставки электроэнергии на спорный земельный участок с 11.09.2017, следовательно, она была пользователем имущества ещё до заключения договора купли-продажи от 13.08.2018.

Отклоняя доводы о возведении построек за счёт средств ФИО3, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) об объекте недвижимости оспариваемый земельный участок с кадастровым номером 04:03:090503:316 площадью 2050 кв. м образовался в 2010 году путём объединения двух земельных участков с кадастровыми номерами 04:03:090503:136 и 04:03:090503:97, которые были приобретены ФИО2 на основании договоров купли-продажи от 13.06.2006 (кадастровый номер 04:03:090503:97) и от 26.01.2010 № 07 (кадастровый номер 04:03:090503:136).

Кроме того, выписка из ЕГРН об объекте недвижимости на земельный участок с кадастровым номером 04:03:090503:316 содержит сведения об объектах недвижимости, расположенных на нем с кадастровыми номерами № 04:03:090503:494 (жилой дом 27,4 кв. м, 1952 года строительства, приобретён вместе с земельным участком); 04:03:090503:524 (юрта 35 кв. м на кадастровый учёт поставлена 25.11.2011); 04:03:090503:691 (хозяйственная постройка, которая также ранее была построена на земельном участке); 04:03:090503:1242 (жилой дом площадью 30,9 кв. м, который зарегистрировала 13.09.2022 ФИО3 с указанием даты строительства 2020 год).

При анализе документов (выписка из ЕГРН, технический план, заявление на упрощённую регистрацию объекта недвижимости с декларацией об объекте недвижимости, договор купли-продажи земельного участка и хозяйственной постройки) установлено, что место расположения жилого дома 30 кв. м с кадастровым номером 04:03:090503:1242 на земельном участке, полностью совпадает с юртой с кадастровым номером 04:03:090503:524 (35 кв. м), расположенной на том же земельном участке с номером 04:03:090503:316.

Кроме того, совпадает и форма дома – шестиугольный ромб (раздел плана - план этажа). Совпадение формы и месторасположения очевидно усматривается в техническом плане и выписке из ЕГРН юрты и техническом плане, сделанном ФИО3 08.09.2022.

Судами принято во внимание то, что из заключения эксперта от 17.07.2024 № 04-24-05-01, технической документации (технических паспортов, межевого плана и т.п.), фотографий из сети интернет, следует, что «база отдыха» была построена в период с 2009 по 2010 года.

Учитывая отсутствие документов, подтверждающих затраты ФИО3 на строительство конкретных объектов, а также документы, свидетельствующие о каких-либо работах по строительству, суды двух инстанций пришли к правильному выводу о том, что ФИО3, как конечный приобретатель, строительство дома и иных построек на земельном участке не осуществляла.

Доказательств наличия у ФИО3 денежных средств, достаточных для оплаты по договору купли-продажи от 13.08.2018, в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств, что спорные объекты являются единственным жильём для ФИО3 и ФИО4

Установив порок воли всех сторон при совершении договоров дарения от 13.03.2015, от 13.07.2015, договора купли-продажи от 13.08.2018, а также то, что при заключении сделок у них было сознательное, целенаправленное и явное незаконное поведение на причинение вреда иным лицам (кредиторам должника), суды первой и апелляционной инстанций правомерно признал цепочку оспариваемых сделок недействительной на основании статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

4. Последствия недействительности ничтожной сделки.

Последствия недействительности цепочки сделок судами первой и апелляционной инстанций применены правильно (статья 167 ГК РФ, статья 61.6 Закона о банкротстве).

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

По смыслу разъяснений, приведённых в абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве», при признании недействительной первой сделки по отчуждению спорной вещи, у её второго приобретателя она может быть истребована только посредством предъявления к нему виндикационного иска; требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединённое рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Установив факт нахождения недвижимого имущества в незаконном владении ФИО3, придя к выводу об отсутствии оснований для признания её добросовестным приобретателем, суды правомерно истребовали (возвратили) спорный земельный участок с объектами недвижимости, расположенных на нём, в конкурсную массу должника.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационных жалоб итоговые выводы судов о наличии оснований для признания сделок недействительными - не опровергают.

Доводы кассаторов о том, что к участию в деле не привлечены ФИО8 и ФИО10 (ранее - ФИО8) отклоняется, поскольку в рамках обособленного спора они наделены процессуальным статусом ответчиков.

Ссылка кассаторов на то, что спорные строения следует рассматривать как самовольные постройки, поэтому в рамках настоящего спора подлежит применению статья 222 ГК РФ, подлежит отклонению, как не имеющая правового значения для правильного рассмотрения обособленного спора по заявленным правовым основаниям.

В случае выявления у строений, возвращённых в конкурсную массу должника, статуса самовольно возведённых, финансовый управляющий имуществом должника не лишен возможности их легализовать в гражданском обороте в установленном законом порядке с учётом принципа единства правовой судьбы прав на земельный участок и здания (сооружения) на нём.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах о нарушении норм материального права, несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которые были предметом подробного исследования и рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, получили полную и надлежащую правовую оценку судов и правомерно отклонены с детальным описанием в судебных актах соответствующих мотивов, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Уплаченная при подаче кассационной жалобы ФИО2 государственная пошлина подлежит возвращению из федерального бюджета, поскольку в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации, арбитражными судами, освобождаются граждане, в отношении которых введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), по обособленным спорам, связанным с освобождением от обязательств перед кредиторами, формированием конкурсной массы и реестра требований кредиторов, в деле об их несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 04.10.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 по делу № А03-2902/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 000 руб., уплаченную по чеку по операции от 24.01.2025. Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

Судьи                                                                                                                 О.В. Ишутина

ФИО1