Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Черкесск                                                                                                      Дело №А25-68/2018

пр. Ленина, 9                                                                                              

                                                        Резолютивная часть решения оглашена 04 июня 2019 года

                                                        Решение в полном объеме изготовлено 11 июня 2019 года 

Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Тебуевой З.Х., при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению «106 Экспериментальный оптико-механический завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Народный Банк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств по банковской гарантии,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

- общество с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» (ОРГН 1057748781892, ИНН 

<

***>), 

- конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Механизация. Технологии» ФИО2,

при участии в судебном заседании: 

от истца – ФИО3, доверенность от 18.03.2019, 

от ответчика – ФИО4, доверенность от 17.09.2018 №11,

от третьих лиц – отсутствуют, надлежаще извещены,

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «106 Экспериментальный оптико-механический завод» (далее-истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Народный Банк» (далее-ответчик, банк) о взыскании денежной суммы по банковской гарантии в размере 170 000 000 рублей, неустойки за период с 27.10.2017 по 28.12.2017 в размере 10 710 000 рублей, а также с 29.12.2017 до даты фактического погашения задолженности в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки 81, т.1

(л.д.

-1

)

.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» (далее - третье лицо, принципал).

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением обязательств ООО «Автоматизация. Модернизация. Технологии» по договору от 10.02.2014 №2/14, в обеспечение которого банком выдана банковская гарантия от 22.12.2016 №БГЮ16120770299-2016.

По мнению истца, решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.03.2018 в рамках дела №А40-6603/2018, которым взыскано 9 646 163, 46 рублей неустойки с третьего лица,   подтвержден факт просрочки исполнения третьим лицом обязательств по договору строительного подряда от 10.02.2014 №2/14 (л.д.22-25, т.3). 

Истец, обосновывая убытки, связанные с ненадлежащим исполнением третьим лицом своих обязательств по договору, ссылается на то обстоятельство, что договор от 10.02.2014 заключен в целях реализации проекта в рамках ФЦП «Поддержание, развитие и использование системы ГЛОНАСС на период с 2012-2020 годы» за счет средств, полученных в соответствии с трёхсторонними договорами об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций от 17.12.2013, от 02.12.2014, от 01.09.2015. Данными договорами предусмотрена ответственность застройщика (истца) при недостижении использования предоставленных бюджетных инвестиций в виде уплаты штрафа в размере 25% от суммы предоставленных инвестиций, кроме того убытки истца, по его мнению, составляют также и упущенную выгоду от невозможности обеспечить выпуск продукции на реконструируемых производственных мощностях, поскольку до настоящего времени они не введены в эксплуатацию (л.д.69-71, т.3).

Решением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 15.06.2018, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2018, в удовлетворении исковых требований отказано со ссылкой на отсутствие правовых оснований для взыскания банковской гарантии и неустойки (л.д.7-13,71-77, т.5).

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.01.2019 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции со ссылкой на то, что суды обеих инстанций не установили, предусмотрена ли условиями спорных договора и банковской гарантии возможность предъявления требования об исполнении гарантом своих обязательств по возмещению убытков (в том числе в связи с неисполнением принципалом обязательств по погашению перечисленного аванса) в зависимости от действия договора, а также, по мнению суда кассационной инстанции, неисполнение принципалом обязательств на сумму аванса ведет к его неосновательному обогащению, однако для истца указанная сумма является реальным ущербом, то есть убытками (л.д.156-163, т.5).

В ходе повторного рассмотрения дела истцом в прядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ заявлено об уточнении требований в части суммы неустойки, обоснованное увеличением периода её начисления, в результате чего подлежащая взысканию сумма неустойки составила 92 820 000 рублей за период с 27.10.2017 по 25.04.2019, а также истец просит взыскать неустойку за период с 26.04.2019 по день фактического погашения задолженности в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки (л.д.67-68, т.6).

Ответчик в отзыве на исковое заявление в удовлетворении требований просит отказать, указав, истцом нарушен порядок предъявления требований по банковской гарантии, а именно:что 

- непредставление истцом нотариально заверенной копии приказа о назначении лица, подписавшего требование, 

- повторное требование с приложением необходимых документов направлено в адрес банка после истечения срока действия банковской гарантии, 

- заявленное истцом требование об уплате по банковской гарантии не содержит обоснованного расчета убытков, причиненных истцу нарушением третьим лицом сроков выполнения работ по договору, тогда как договор не расторгнут и находится в стадии исполнения (л.д.42-45, т.3). 

В дополнениях к отзыву ответчик отметил, что действующим законодательством  институт независимых гарантий выведен из исключительной сферы деятельности банков, иных кредитных учреждений и страховых организаций и истец, являясь коммерческой организаций, имеет абсолютно равные права и возможности по выдаче независимых гарантий, к тому же учитывая, что истец является субъектом регулирования Федерального закона от 18.07.2011 №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» и регулярно сталкивается с таким видом обеспечения  как банковские гарантии (по состоянию на 04.06.2018 является заказчиком по 184 закупкам), то и условия ограничения ответственности ответчика в банковской гарантии обязанностью возместить именно убытки истцу не допускают двоякого понимания и должны трактоваться исходя из буквального значения, а не в пользу бенефициара. 

Так, по мнению ответчика, обязательные условия, подлежащие включению в банковскую гарантию, выданную для обеспечения заключаемого договора предусмотрены опубликованной на официальном сайте конкурсной документацией, утверждённой истцом 25.12.2013, в составе которой имелся образец банковской гарантии, предполагающий установление пределов ответственности ответчика по выданной банковской гарантии, что явилось волеизъявлением истца 

Ответчик полагает ошибочным мнение истца о том, что стоимость авансированных и невыполненных в срок третьим лицом работ является для него убытками, подпадающими под возмещение в порядке, предусмотренном условиями банковской гарантии, по сути, требование сводится лишь к взысканию стоимости невыполненных третьим лицом работ на сумму 694 204 029, 72 рублей, что является злоупотреблением правом со стороны истца и не подлежит защите на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ (л.д.20-23, т.4). 

От тгоа в материалы дела дважды поступил , в последнем из них, поддержанном представителем третьего лица в судебном заседании 25.04.2019, последний просит в удовлетворении иска отказать, указав, что необоснованное финансирование принципала по выполнению работ и поставке оборудования в рамках договора от 10.02.2014 №2/14 при отсутствии показателей эффективности не может быть квалифицировано в качестве причинения убытков заказчику (л.д.31-32, 56-58, т.6). ретье

 лиц

отзыв на исковое заявление

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.08.2018 по делу №А40-217362/2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2, в связи с чем определением суда от 21.03.2019  временный управляющий привлечен к участию в деле в качестве третьего лица (л.д.43, 47-48, т.6). 

Определением суда от 20.11.2018 по делу №А40-217362/2017 в рамках дела о банкротстве ООО «АМТ» в реестр требований кредиторов должника включена неустойка в размере 9 646 163, 46 рублей, взысканная решением суда от 23.03.2018 по делу №А40-6603/2018 по требованию истца к ООО «АМТ» о взыскании неустойки за несвоевременное исполнение обязательств по договору строительного подряда от 10.02.2014 №2/14 (л.д.23-25, т.3; л.д.113-114, т.6).

Ко дню рассмотрения настоящего дела, решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2019 в рамках дела №А40-217362/2017 третье лицо признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, и.о. конкурсного управляющего утверждена ФИО2 (л.д.115-120, т.6).

Между тем, ни от конкурсного управляющего, ни ранее от временного управляющего отзыв на исковое заявление не поступил при надлежащем извещении последнего о дате и времени судебного разбирательства. 

Дело рассмотрено в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства представителя третьего лица.

В судебном заседании представителем истца заявлено ходатайство о привлечении в к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос», обоснованное тем, что денежные средства, взыскиваемые по банковской гарантии, подлежат перечислению истцом в государственную корпорацию, поскольку данная организация предоставила бюджетные инвестиции истцу в соответствии с трехсторонними договорами об участии РФ в собственности субъекта инвестиций и рассмотрение настоящего дела может затронуть права и законные интересы государственной корпорации (л.д.63-64, т.6).

Представитель ответчика разрешение заявленного ходатайства оставил на усмотрение суда.

Суд, выслушав ходатайство истца и мнение представителя ответчика, изучив материалы дела, считает, что в удовлетворении ходатайства надлежит отказать. 

Согласно части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда. 

Из положений приведенной нормы следует, что при решении вопроса о привлечении к участию в деле третьего лица суду необходимо установить, какой правовой интерес имеет данное лицо, каким образом судебный акт может повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон, имеется ли необходимость защиты его субъективных прав и охраняемых законом интересов.

Институт третьих лиц позволяет в едином судебном разбирательстве осуществлять защиту прав и законных интересов участников разных, но вместе с тем связанных между собой правоотношений. Целью участия третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора является предотвращение неблагоприятных последствий для них в будущем, а их интерес в деле носит как процессуальный, так и материально-правовой характер. После разрешения дела судом у третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, могут возникнуть, измениться или прекратиться материально-правовые отношения с одной из сторон.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, может вступить в дело еще и в случае, если этот судебный акт может повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Истцом не представлено доказательств того, что в результате рассмотрения данного спора, с учетом заявленного предмета, основания и субъектного состава участников спора, решение может повлиять на права и обязанности Госкорпорации «Роскосмос».

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Поскольку спорная банковская гарантия выдана в обеспечение имущественных интересов истца в рамках договора от 10.02.2014 №2/14, заключенного с ООО «Автоматизация. Механизация. Технологии», Госкорпорация «Роскосмос» не является стороной указанного договора, при этом истец является коммерческой организацией, осуществляющей на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, суд приходит к выводу, что судебный акт по настоящему не повлияет на права и законные интересы Госкорпорации «Роскосмос», следовательно,  заявленное ходатайство удовлетворению не подлежит.

Придя к такому выводу, суд также принимает во внимание то обстоятельство, что Госкорпорацией «Роскосмос» заявлены в судебном порядке самостоятельные требования к истцу о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору от 01.09.2015 №108-Г091/15/230 об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций № 01-09/322, которые рассматриваются в рамках дела №А40-217362/2017 (л.д.95-112, т.6). 

Представителем истца также заявлено ходатайство об отложении рассмотрения настоящего дела до рассмотрения по существу дела №А40-217362/2017, судебное разбирательство по которому назначено на 24 июня 2019 года, в подтверждение чего представлены копия искового заявления Госкорпорации «Роскосмос», копии определений Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-217362/2017 .

По мнению истца, судебный акт по указанному делу будет являться еще одним доказательством наступления страхового случая, предусмотренного банковской гарантией.

Представитель ответчика в удовлетворении заявленного ходатайства просил отказать, указав, что рассматриваемый спор не имеет отношения к спору о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору от 01.09.2015 №108-Г091/15/230 об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций.

Суд приходит к выводу, что рассмотрение дела №А40-217362/2017 не будет иметь преюдициального значения для разрешения спора о взыскании денежных средств по банковской гарантии, в связи с чем заявленное истцом ходатайство также удовлетворению не подлежит.

Представитель истца поддержал уточненные исковые требования, указав, что факт несения убытков, связанных с ненадлежащим исполнением третьим лицом своих обязательств по договору, подтверждается материалами дела.

Представитель ответчика в удовлетворении исковых требований просил отказать, поддержал доводы представленного ранее отзыва на исковое заявление.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, суд приходит к выводу, что в удовлетворении иска надлежит отказать по следующим основаниям.

 

что истцом не представлены документы, подтверждающие факт наступления гарантийного случая в соответствии с условиями государственного контракта, а также расчет суммы  убытков 

(л.д.109-110).

Третье лицо при надлежащем уведомлении отзыв на исковое заявление не представило, своего представителя в судебное заседание  не направило. 

Истец уведомил суд о возможности рассмотрении дела в отсутствие своего представителя (л.д.141).

Исследовав материалы дела, изучив и дав оценку имеющимся в деле доказательствам, суд считает, что заявленные требования 

подлежат 

удовлетворению по следующим основаниям.

Из обстоятельств дела следует, что между акционерным обществом «106 экспериментальный оптико-механический завод» (заказчик)  и обществом с ограниченной ответственностью «Автоматизация. Модернизация. Технологии» (генподрядчик, принципал) заключен договор строительного подряда от 10.02.2014 №2/14 на реализацию проекта «Реконструкция и техническое перевооружение для подготовки серийного выпуска бортовой наземной оптико-электронной аппаратуры КА «ГЛОНАСС» на участках ОАО «106 ЭОМЗ» (далее-договор) (л.д.98-120, т.1). 

Согласно п. 3.1 цена договора составляет 1 244 400 000 рублей с распределением финансирования следующим образом: в 2014 году - 531 230 000 рублей, в 2015 году- 713 170 000 рублей.

5.2договора 31.12.2015В соответс

т

вии с

 

п.

 

срок ок

о

нчания выполнения работ: 

и, т.е. 04.11.2016.

Пунктом 4.4 договора предусмотрена оплата выполненных работ ежемесячно в течение 20 банковских дней после подписания заказчиком оформленных генподрядчиком актов о приёмке выполненных работ по форме №КС-2, справок по форме №КС-3 и оригиналов счета. 

В силу п. 4.10 договора заказчик вправе предусматривать авансовые платежи, погашение аванса производится пропорционально стоимости выполненных работ.    

В условия договора сторонами неоднократно вносились изменения путем заключения дополнительных соглашений от 10.02.2014 №1-3, от 18.03.2014 №4, от 10.11.2014 №5, от 11.12.2014 №6, от 03.02.2015 №7, от 18.06.2015 №8, от 31.12.2015 №9, от 07.06.2016 №10, от 23.11.2016 №11 (л.д.126-150, т.1; л.д.1-56, т.2).

Так, проведение авансовых платежей в размере до 30% впервые предусмотрено дополнительным соглашением от 18.03.2014 №4, согласно которому погашение аванса производится пропорционально стоимости фактически выполненных работ с приложением графика поставки технологического оборудования на сумму 204 804 387, 16 рублей с марта по сентябрь 2014 года и производства работ в этот же период на сумму 305 000 000 рублей (л.д.136-140, т.1).  

По предусмотренному дополнительным соглашением от 03.02.2015 №7 авансу  в размере 100 000 000 рублей генподрядчик обязался предоставить самостоятельное дополнительное обеспечение исполнения своих обязательств также в размере 100 000 000 рублей в виде безотзывной банковской гарантии (л.д.144, т.1).

Дополнительным соглашением от 18.06.2015 предусмотрено перечисление генподрядчику аванса в размере 77 000 000 рублей (л.д.145, т.1). 

Согласно дополнительному соглашению от 31.12.2015 №9 стороны установили цену договора - 964 290 270 рублей и предусмотрели, что в случае неиспользования или использования аванса генподрядчиком, не связанного с исполнением им принятых на себя по договору обязательств, он лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное пользование авансом) и к авансу применяются правила ст. 823 Гражданского кодекса РФ о коммерческом кредите. По условиям данного дополнительного соглашения генподрядчик также обязался представить дополнительное обеспечение в виде безотзывной безусловной банковской гарантии в размере 170 000 000 рублей (л.д.146-149, т.1).  

В соответствии с дополнительным соглашением от 07.06.2016 №10 цена договора установлена в размере 965 187 937, 15 рублей (л.д.150, т.1).

Дополнительным соглашением от 23.11.2016 №11 к договору сторонами изменена дата окончания работ - 31.08.2017, а также генподрядчик обязался предоставить дополнительное обеспечение исполнения своих обязательств по договору в виде безотзывной безусловной банковской гарантии в размере 170 000 000 рублей со сроком действия до 31.10 2017 (л.д.53-56, т.2).

В качестве обеспечения обязательств по договору от 10.02.2014 №2/14 в редакции дополнительного соглашения от 23.11.2016 №11, ответчиком (гарантом) в пользу истца (бенефициар) выдана банковская гарантия от 22.12.2016 №БГЮ 16120770299-2016 (л.д.20-21, т.1).

В соответствии с условиями банковской гарантии ответчик обязался возместить истцу убытки при наступлении условий ответственности гаранта, указанных в банковской гарантии, но не более 170 000 000 рублей в случае неисполнения и/или ненадлежащего исполнения третьим лицом своих обязательств по контракту.

Согласно п. 3 банковской гарантии для получения суммы гарантии бенефициар направляет в адрес гаранта письменное требование, подписанное уполномоченным лицом с приложением:

- документов, подтверждающих полномочия единоличного исполнительного органа, подписавшего требование (решение об избрании, приказ о назначении, доверенность и т.п.)- нотариально заверенные копии, 

- платежного поручения, подтверждающего перечисление бенефициаром аванса принципалу (если выплата аванса предусмотрена контрактом, а требование по гарантии предъявлено в случае ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по возврату аванса), 

- документа, подтверждающего факт наступления гарантийного случая в соответствии с условиями контракта, 

- расчета суммы, включаемой в требование по гарантии.

Требование должно быть представлено гаранту по месту его нахождения в течение срока действия гарантии. Несоблюдение бенефициаром условий настоящего пункта является основанием для неисполнения гарантом своего обязательства по гарантии. 

Ссылаясь на нарушение принципалом сроков выполнения работ по договору, истец обратился в адрес ответчика с требованием от 18.10.2017 №672 об осуществлении уплаты денежной суммы в размере 170 000 000 рублей по банковской гарантии (л.д.22-24, т.1).

К требованию были приложены:

- протокол заседания совета директоров от 20.03.2017 №02 об избрании генерального директора ФИО5,

- протокол от 01.09.2017 совместного совещания заказчика и генподрядчика по исполнению договора от 10.02.2014 №2/14, где указано, что стоимость подлежащих выполнению работ составляет 965 187 937, 15 рублей, заказчик выплатил генподрядчику авансовые платежи в размере 870 546 982, 03 рублей, конечный срок завершения работ - 31.08.2017, на 01.09.2017 стоимость выполненных работ и поставленного оборудования - 270 983 907, 43 рублей, задолженность генподрядчика по незавершенным работам и не поставленному оборудованию составляет 694 204 029, 72 рублей; 

- расчет суммы, включаемой в требование, содержащий ту же информацию, что и протокол от 01.09.2017 совместного совещания заказчика и генподрядчика по исполнению договора от 10.02.2014 №2/14, в результате чего бенефициар определил сумму убытков в необходимости произведения расходов на общую сумму 694 204 029, 72 рублей для завершения работ по договору;

- платежные поручения по перечислению аванса в размере 870 546 982, 03 рублей, в частности от 05.03.2014 №286 на сумму 100 000 000 рублей, от 20.05.2014 №674 на сумму 100 000 000 рублей, от 12.08.2014 №1028 на сумму 89 750 000 рублей, от 12.08.2014 №1029 на сумму 3 796 982, 03 рублей (в назначении платежа указано на оплату выполненных работ, а не перечисление аванса), от 16.02.2015 №200 на сумму 100 000 000 рублей, от 19.06.2015 №83 на сумму 77 000 000 рублей, от 20.02.2016 №2 на сумму 400 000 00 рублей (л.д.25-63, т.1).   

Письмом от 26.10.2017 №812 ответчик отказал в удовлетворении заявленного требования в связи с несоответствием приложенных к требованию документов условиям, предусмотренным банковской гарантией, ссылаясь на отсутствие приказа о назначении ФИО5 на должность генерального директора АО «106 экспериментальный оптико-механический завод» (л.д.64-67, т.1). 

Истцом направлено повторное требование от 15.11.2017 №855 о выплате полной суммы по банковской гарантии с приложением, в том числе, копии приказа от 21.03.2017 №85 о вступлении генерального директора в должность  (л.д.68-73, т.1).

Банк оставил указанное требование без ответа.    

Со ссылкой на неисполнение ответчиком обязательств по банковской гарантии, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Пунктом 1 статьи 368 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства; требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Согласно пункту 1 статьи 374 Гражданского кодекса РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть представлено гаранту в письменной форме с приложением указанных в гарантии документов; в требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия.

В соответствии со статьей 376 Гражданского кодекса РФ гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии.

Причиной возврата банком требования о выплате банковской гарантии послужило отсутствие документа, подтверждающего полномочия лица, подписавшего требование, в связи с приложением к требованию только протокола заседания совета директоров от 20.03.2017 №02 об избрании генерального директора ФИО5 в отсутствие приказа о назначении его на должность. 

Суд приходит к выводу, что указанный довод банка противоречит положениям статьи 53, пункта 3 статьи 65.3 Гражданского кодекса РФ и статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» с учетом организационно-правовой формы истца. 

В этой связи, подлежит отклонению довод ответчика о направлении истцом требования за пределами срока действия банковской гарантии, поскольку первоначально требование поступило до окончания срока действия банковской гарантии - 31.10.2017 и не подлежало возврату по указанной причине. 

Между тем, заявленное бенефициаром требование не подлежало удовлетворению, поскольку, по мнению суда, им допущено злоупотребление правом при обращении с  требованием об уплате денежных средств по банковской гарантии. 

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

 В случае несоблюдения данных требований суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ).

 В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В отличие от гаранта суд не связан формальной оценкой требования бенефициара и исследует все правоотношения в целом, то есть гарантийное обязательство в совокупности с исполнением основного, составляющего предмет обеспечения гарантии.

Так, идоговоруз пункта 1 банковской гарантии следует, что гарантом фактически обеспечено возмещение убытков, возникших вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по 

. 

идоговоруТаким образом, действие банковской гарантии распространяется на причиненные заказчику убытк

 в случае неисполнения/ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по 

. 

Ссылка истца на возникновение у него убытков в связи с заявлением  Госкорпорацией «Роскосмос» требования о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору от 01.09.2015 №108-Г091/15/230 об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций №01-09/322 судом оценивается критически. 

Так, по условиям указанного договора, а также аналогичных договоров от 17.12.2013, от 02.12.2014,  Российская Федерация в лице Росимущества и Роскосмоса предоставляют застройщику (истцу) бюджетные инвестиции на осуществление работ по объекту капитального строительства «Реконструкция и техническое перевооружение для подготовки серийного выпуска бортовой наземной оптико-электронной аппаратуры КА «ГЛОНАСС» на участках ОАО «106 ЭОМЗ»  (л.д.77-151, т.3; л.д.1-19, т.4).

В соответствии с п.5.4  договора от 01.09.2015 №01-09/322 в случае нарушения застройщиком сроков окончания работ, предусмотренных договором, застройщик уплачивает неустойку в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ от цены договора за каждый день просрочки до фактического завершения работ.    

Согласно п.5.4 договора от 17.12.2013 и п.5.6 договора от 02.12.2014 при недостижении застройщиком показателей эффективности использования предоставленных бюджетных инвестиций застройщик уплачивает штраф в размере 25% от суммы предоставленных бюджетных инвестиций в соответствии с условиями настоящего договора.  

В соответствии с приложениями №3 к указанным договорам показатели эффективности за 2013 год предполагали: завершение СМР по объекту на сумму 20 000 000 рублей, закупку оборудования на сумму 277 840 000 рублей; за 2014 год составили: закупка и завершение монтажа технологического оборудования по объекту на сумму 166 000 000 рублей, на 2015 год составили: закупка и завершение монтажа технологического оборудования по объекту на сумму 464 955,86 тыс.рублей, ввод основных фондов по объекту стоимостью 1 253 988, 22 тыс.рублей   (л.д.126-127, 145-146, т.3; л.д.13-15, т.4).

В конъюнктурных обзорах о выполнении работ по объекту, являющихся приложением №5 к договорам, лимит бюджетных обязательств профинансированных в 2013 году составил 305 000 000 рублей при освоенности 89 624 339, 74 рублей (процент технической готовности 29,38%), в 2014 году профинансировано 166 230 000 рублей, освоено 12 408 900 рублей (процент технической готовности 7,46%) (л.д.135-136, т.2).

Между тем, из представленных истцом доказательств следует, что по договору от 10.02.2014 №2/14 сумма по актам выполненных работ формы №КС-2 в 2014 году составила 4 116 982, 03 рублей, в 2015 году - 220 405 210, 77 рублей, в 2016 году - 44 053 511, 94 рублей, в 2017 году - 3 919 459, 01 рублей (л.д.58-134, 147-150, т.2; л.д.1-19, т.3). 

Тогда как в этот же период истец авансировал работы платежными поручениями от 05.03.2014 №286 на 100 000 000 рублей, от 20.05.2014 №674 на 100 000 000 рублей, от 12.08.2014 №1028 на 89 750 000 рублей, от 12.08.2014 №1029 на 3 796 982, 03 рублей, от 16.02.2015 №200 на 100 000 000 рублей, от 19.06.2015 №830 на 77 000 000 рублей, от 20.02.2016 №2 на 400 000 000 рублей (л.д.38-63, т.1).

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что приложения №3 и №5 к договорам об участии Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций не отражали действительную ситуацию по реализации проекта «Реконструкция и техническое перевооружение для подготовки серийного выпуска бортовой наземной оптико-электронной аппаратуры КА «ГЛОНАСС» на участках ОАО «106 ЭОМЗ». 

Так, при финансировании работ в 2014 году на сумму 293 546 982, 03 рублей подрядчиком освоено лишь 4 116 982, 03 рублей, между тем при неосвоенном авансе в размере 289 430 000 рублей истец продолжает финансировать подрядчика в 2015 году на 177 000 000 рублей при выполнении работ в этом же году на сумму 220 405 210, 77 рублей, в 2016 году  сумма аванса составила ещё 400 000 000 рублей, тогда как работы выполнены всего лишь на сумму 44 053 511, 94 рублей.

Суд приходит к выводу, что в результате указанных действий со стороны заказчика, сложилась ситуация необоснованного авансирования генподрядчика по выполнению работ и поставке оборудования в рамках договора от 10.02.2014 №2/14, в связи с чем стоимость оплаченных заказчиком и невыполненных подрядчиком работ при отсутствии показателей эффективности в заявленной сумме не может быть квалифицировано в качестве убытков. 

Действия бенефициара, осуществившего денежные переводы принципалу в рамках договора строительного подряда от 10.02.2014 №2/14 более чем на 600 млн. рублей, не имевшие под собой экономического обоснования, квалифицируются судом как злонамеренное соглашение сторон сделки. 

Суд считает, что требование об уплате по банковской гарантии нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, поскольку направлено гаранту без наличия надлежащего и действительного основания и является заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотребление правом). Причиной несвоевременного исполнения обязательств по договору послужили нарушения заказчиком (истцом) принятых на себя обязательств по контролю за использованием полученных бюджетных инвестиций. Обстоятельства, являющиеся основанием для направления бенефициаром требования по уплате суммы гарантии не наступили, как и право требовать от гаранта сумму неустойки. 

По мнению суда, в данном случае надлежит применить статью 10 Гражданского кодекса РФ, в силу которой суд отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, в случае злоупотребления правом таким лицом.

По приведенным выше обстоятельствам отклоняются также доводы истца о наличии упущенной выгоды от невозможности обеспечить выпуск продукции на реконструируемых производственных мощностях. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение. При взыскании убытков подлежит доказыванию факт противоправных действий причинителя вреда, наличие и размер ущерба, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и противоправными действиями причинителя вреда. Поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда. 

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. 

Расходы по госпошлине по иску возлагаются на истца в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ. 

Руководствуясь статьями 51, 110, 112, 143, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении ходатайства истца о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) отказать.

В удовлетворении ходатайства истца об отложении судебного разбирательства по делу №А25-68/2018 до рассмотрения по существу дела №А40-294473/2018 отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента его изготовления в полном объеме и может быть обжаловано до истечения указанного срока в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд (Вокзальная улица, дом 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600) через Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики (проспект Ленина 9, город Черкесск, Карачаево-Черкесская Республика, 369000), а также может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа (Рашпилевская улица, дом 4, г. Краснодар, Краснодарский край, 350063) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                               З.Х. Тебуева