ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-1645/2016

г. Чита

04 декабря 2020 года.

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 декабря  2020 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Даровских К.Н.,

судей Корзовой Н.А., Монаковой О.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Востоксибэлектромонтаж» ФИО2 на определение  Арбитражного суда  Иркутской области от 21 июля 2020 года по делу №А19-1645/2016 по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Востоксибэлектромонтаж» ФИО2 к ФИО3 о взыскании убытков, по делу о признании открытого акционерного общества «Востоксибэлектромонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, место нахождения: 664009, 

<

...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

лица, участвующие в деле, отсутствуют, уведомлены 

 

установил:

определением Арбитражного суда Иркутской области от 19.08.2016 (резолютивная часть оглашена 15.08.2016) в отношении должника – открытого акционерного общества «Востоксибэлектромонтаж» введена процедура банкротства – наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 06.04.2017 (резолютивная часть оглашена 30.03.2017) в отношении должника - открытого акционерного общества «Востоксибэлектромонтаж» (далее – ОАО «ВСЭМ», должник) введена процедура банкротства – конкурсное  производство;  конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В Арбитражный суд Иркутской области 25.12.2019 поступило заявление конкурсного управляющего ОАО «ВСЭМ» ФИО2 (далее – ФИО2; заявитель), неоднократно уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российский Федерации, о взыскании с бывшего руководителя должника – ФИО3 в пользу ОАО «ВСЭМ» убытков в размере 8 127 000 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 21 июля 2020 года в удовлетворении заявления отказано.

Конкурсный управляющий,  не согласившись с определением суда от 21.07.2020, обратился с апелляционной жалобой. В обоснование жалобы заявитель указывает, что выводу суда об отсутствии состава деликтной ответственности не соответствуют имеющимся в деле доказательствам. Суд не учел, что судебными актами в рамках обособленных споров об оспаривании сделок по настоящему делу установлена неравноценность встречного предоставления. Обжалуемым судебным актом суд деля вывод о фактическом исполнении договора между должником и ООО СТС" переоценил выводы, к которым пришел ранее (определение от 23.05.2018).  Суд также не учел, что по сделке совершенной должником с ФИО5 судебным актом апелляционной инстанции установлен  факт перепродажи имущества должника ответчиком ФИО5  по цене многократно превышающей цену договора через два месяца после сделки с должником. Указанный факт свидетельствует либо на умысел со стороны руководителя должника намеренно занизившего стоимость имущества либо на грубую неосмотрительность при определении цены сделки.

В уточнении к апелляционной жалобе конкурсный управляющий с учетом погашения после принятия обжалуемого судебного акта неудовлетворенных требований  со стороны ООО "СТС" за счет его конкурсной массы (платежное поручение №9 от 21.09.2020) исключает доводы заявления о размере ущерба, причиненного в результате сделки с ООО "СТС" и указывает, что актуальными являются доводы о несогласии с определением суда от 21.07.2020 в части ущерба, причиненного в результате совершения сделки с ФИО5 в размере 6 627 000 руб.

Лица, участвующие  в обособленном споре, явку представителей не обеспечили, уведомлены в установленном порядке.

В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

От ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании 26.11.2020 был объявлен перерыв до 27.11.2020 до 09 час. 00 мин.

После перерыва лица, участвующие в обособленном споре, в судебное заседание не явились.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из ЕГРЮЛ директором ОАО «ВСЭМ» на дату открытия конкурсного производства являлся ФИО3 Полномочия директора ОАО «ВСЭМ» ФИО3 исполнял до даты признания ОАО «ВСЭМ» банкротом и открытии конкурсного производства, т.е. до 30.03.2017.

Обращаясь с требованием о взыскании с бывшего руководителя должника – ФИО3 убытков в размере 8 127 000 руб., конкурсный управляющий в его обоснование указывал, что определением Арбитражного суда Иркутской области от 23.05.2018 по делу А19-1645/2016 частично удовлетворены исковые требования - судом признан недействительным агентский договор № У-61/2015 от 12.10.2015, заключенный между ОАО «ВСЭМ» (принципал) и ООО «СТС» (агент) в части установления права агента на вознаграждение при условии заключения сделки купли-продажи указанной в договоре техники самостоятельно принципалом (п.2.6 договора); применены последствия недействительной сделки - восстановлена задолженность ООО «СТС» перед ОАО «ВСЭМ» в сумме 2 000 000 руб. по договору купли-продажи № 30/10 05.11.2015. Правовым основанием недействительности пункта 2.6 названого договора суд указал на его несоответствие ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. 10, 168 ГК (т.е. ничтожность положений договора). Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского округа от 18.12.2018 по делу №А75-13896/2018 исковые требования удовлетворены в полном объеме в сумме 2 000 000 руб. Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2019 в удовлетворении апелляционной жалобы ООО «СТС» отказано. ОАО «ВСЭМ» получен и предъявлен исполнительный лист. Однако требования взыскателя удовлетворены частично,   в общем размере 500  руб., оставшаяся часть задолженности в размере 1 500 000 руб. не возвращена в связи неплатежеспособностью ООО «СТС». Кроме того, постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2019 отменяя определение Арбитражного суда Иркутской области от 31.10.2018 по делу №А19-1645-82/2016 признан недействительной сделкой - договор купли-продажи недвижимого имущества № КП-37/2016 от 03.06.2016, заключенный между ОАО «ВСЭМ» и ФИО5 о реализации последнему зданий (сооружений) и земельного участка по адресу: г. Тайшет, ул. 8 Марта, 2а в части установления цены в пункте 2.1 договора в отношении следующих объектов: здание мастерских, площадью 156,3 кв.м., кадастровый номер 38:29:011302:101 в размере 50 000 руб.; здание склада, площадью 362,9 кв.м., кадастровый номер 38:29:011302:100; в размере 50 000 руб.; здание гаража, площадью 291, 7 кв.м., кадастровый номер 38:29:011302:104 в размере 50 000 руб.; взысканы с ФИО5 денежные средства в сумме 6 627 000 руб. Как указал конкурсный управляющий, в связи с неплатежеспособностью контрагента по сделке взысканные денежные средства в сумме 6 627 000 руб. не могут быть востребованы в конкурсную массу должника.

По мнению конкурсного управляющего ФИО2 совокупность выводов и фактов при оспаривании названных сделок, показатели финансового результата хозяйственной деятельности в балансе за 2015, 2016 годы (о существенных убытках ОАО «ВСЭМ»), т.е. в период сопутствующий периоду совершения названных сделок в условиях недостаточности оборотных денежных средств, вывод денежных средств в отсутствие встречного предоставления в течение 2015 года (в пользу ООО «СТС») позволяет сделать вывод о том, что действия контролирующего должника лица -ФИО3 способствовали наступлению объективного банкротства ОАО «ВСЭМ» и направленности его действий на причинение существенного вреда интересам кредиторов вследствие неспособности ОАО «ВСЭМ» исполнить обязательства перед ними (кредиторами) по причине недостаточности имущества.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленного требования ввиду недоказанности совокупности условий, позволяющих привлечь ФИО3 к ответственности в виде взыскания убытков, в том числе факта причинения убытков должнику, виновного (противоправного) поведения ответчика и причинно-следственной связи между таким поведением и неблагоприятными для должника последствиями.

Четвертый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены  обжалуемого определения, в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллективных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", определяющей правила привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (п. 4 ст. 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (п. 3 ст. 53 ГК РФ, ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Таким образом, заявление о взыскании убытков со ФИО3, который являлся директором должника, подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Ответственность является гражданско-правовой, поэтому вопрос о возмещении им убытков подлежит рассмотрению по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий, предусмотренных законом.

По смыслу данной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: наличие убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств), причинно-следственная связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащем исполнении обязательств и непосредственно размер убытков.

Отсутствие одного из вышеперечисленных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

Аналогичный подход изложен и в обзоре Верховного суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 N 309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности. В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 N 39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации).

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

Бремя доказывания факта причинения должнику убытков действиями (бездействием) контролирующего лица, а также причинной связи между его недобросовестным поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника возложено на заявителя, в данном случае на конкурного управляющего ОАО «ВСЭМ».

Вместе с тем на ответчике, как лице, осуществляющем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из вышеназванных положений действующего законодательства и соответствующих разъяснений, а также из конкретных обстоятельств дела, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совокупность представленных доказательств не позволяет установить наличие всех элементов состава гражданско-правового нарушения, конкурсным кредитором не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ФИО3 – директора должника, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Конкурсный управляющий, предъявляя требование о привлечении директора к ответственности в виде взыскания убытков, не доказал противоправного поведения ФИО3 при совершении сделок, которые явились невыгодными для должника.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Материалами дела подтверждено, что перед совершением сделки купли-продажи недвижимого имущества № КП-37/2016 от 03.06.2016, ФИО3 была произведена оценка недвижимого имущества. Данный факт подтвержден отчетом об оценке ООО «Русская провинция» № 151/16 от 31.03.2016.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд полагает обоснованными доводы ФИО3 о том, что оснований не доверять выводам эксперта ФИО6 у него не имелось, так как оценщик несет соответствующую ответственность в соответствии с Законом «Об оценочной деятельности» за результаты работ при оценке имущества. Кроме того, предметом оценки в аналогичный период являлось и иное движимое и недвижимое имущество ОАО «ВСЭМ», как, например, кран КАТО SR700LS, заводской номер KR701-3076 (отчет № 679/15 от 29.10.2015) по которому ни кредиторами, ни конкурсным управляющим ФИО2, не заявлено возражений либо несогласий с определенной экспертом ценой.

Учитывая, что ФИО3 не являлся лицом, участвующим в деле по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего к ФИО5, то суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что судебные акты по указанному спору не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора.

При таких обстоятельствах, в данной части судом обоснованно сделан вывод об отсутствии состава убытков в действиях ФИО3 при заключении сделки.

Довод апелляционной жалобы о том, что цена сделки по зданиям составляла сумму меньшую, чем указано в отчете об оценке № 151/16 от 31.03.2016, подлежит отклонению, так как в данном случае общая цена договора с учетом стоимости земельного участка составила сумму 1 600 000 руб., тогда как в отчете общая стоимость имущества была определена в размере 1 278 220 руб.

Относительно заключения агентского договора с ООО «СТС» № У-61/2015 от 12.10.2015 апелляционный суд  также соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии в действиях ФИО3 противоправного поведения.

Представленными документальными доказательствами (отчетными документами ООО «СТС»: ж/д и авиа билетами  сотрудников ООО «СТС»; актом осмотра крана; скриншотами переписки по электронной почте; копией доверенности; коммерческим предложением ООО «УК «Колмар»; расчетом доставки крана на колесном ходу КАТО SR-700LS) подтвержден факт реальности агентских правоотношений и разумность принятого решения по реализации крана в пользу ОАО «Иркутская нефтяная компания» на месте его нахождения в г. Усть-Кут, что обеспечивало своевременность расчетов с Банком по кредитному договору № 

<

***> от 29.10.2014.

Из представленных пояснений и доказательств следует, что договор поставки товара № Р0000005711 от 27.10.2015 с покупателем – ОАО «Угольная компания Нерюнгриуголь», объектом которого является кран на колесном ходу КАТО SR-700LS, 2013 г.в., заводской номер машины KR701-3084, двигатель 6D24-456068, ПСМ ТТ № 070909 по цене 31 500 000 руб. не был заключен по причине зависимости момента оплаты товара (в размере 40 % от стоимости) от условия о необходимости доставки товара из г. Усть-Кут Иркутской области до г. Нерюнгри Республики Саха (Якутия). Соответственно, условия оплаты товара в рамках договора № Р0000005711 от 27.10.2015 с ОАО «УК Нерюнгриуголь» не обеспечивали своевременность исполнения обязательств ОАО «ВСЭМ» по кредитному договору № 

<

***> от 29.10.2014 в пользу АО «Россельхозбанк», что влекло бы безусловное обращение взыскания на объект продажи по договору о залоге транспортных средств от 29.12.2014 г. № 

<

***>-4/1, а также начисления должнику значительных финансовых санкций за просрочку исполнения обязательств.

Сам факт признания агентского договор № У-61/2015 от 12.10.2015 недействительной сделкой,  не являются безусловным основанием для вывода о наличии в действиях руководителя признаков, необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков в заявленном размере при отсутствии доказательств противоправности действий директора и наличия его вины в возникновении убытков; учитывая обстоятельства того, что сделки не являлись заведомо невыгодными для должника.

Таким образом, в данной части судом также обоснованно сделан вывод об отсутствии состава убытков в действиях ФИО3 при заключении сделки.

Кроме того судом правомерно учтено, что ФИО3 стал руководителем общества при неблагоприятных финансовых показателях и значительной долговой нагрузкой перед банками. Дефицит оборотных средств на ОАО «ВСЭМ» и факт существующей закредитованности общества с учетом наступающих сроков погашения кредитов требовал активных действий к реализации непрофильных активов общества в условиях ограниченности во времени (что вносило свои коррективы в продажную цену имущества) с целью расчетов с кредиторами, с целью пополнения оборотных средств.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно указал, что ФИО3 действовал в условиях обычной практики совершения аналогичных сделок с учетом интересов общества, в условиях дефицита оборотных средств, преследуя исключительные цели, - погашение срочной кредиторской задолженности перед контрагентами (АО «Россельхозбанк», ИП ФИО7 и пр.) в целях избежание отнесения на должника финансовых санкций за просрочку исполнения обязательств, в целях предотвращения наступления банкротства предприятия.

Учитывая вышеизложенное, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков правомерно отказано.

Аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, однако они признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и не подтверждаются материалами дела.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, определение  подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 21 июля 2020 года по делу №А19-1645/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца.

 

Председательствующий                                                                         К.Н. Даровских

 

Судьи                                                                                                        Н.А. Корзова

 

О.В. Монакова