Арбитражный суд Мурманской области

Ул.Книповича, д.20, г.Мурманск, 183038

http://murmansk.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Мурманск                                                                        Дело № А42-7521/2019

«18» декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 декабря 2019 года. Полный текст решения изготовлен 18 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Мурманской области в составе судьи Варфоломеева С.Б.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Чехариной У.А.

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью Частное охранное предприятие «Ирбис» (место нахождения: 183038, 

<

...>, оф.IX/32; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Дом культуры «Первомайский» г.Мурманска» (место нахождения: 183008, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

Мурманскому муниципальному казённому учреждению «Управление закупок» (место нахождения: 183052, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о признании недействительным аукциона от 20.03.2019 и расторжении договора от 01.04.2019 № 0849300004919000169

при участии в судебном заседании представителей:

от истца – не явился, извещён

от ответчиков: Дома культуры – ФИО1 – доверенность

МММКУ «Управление закупок» – не явился, извещено

от иных участников процесса – нет

установил:

общество с ограниченной ответственностью Частное охранное предприятие «Ирбис» (далее – Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с иском к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Дом культуры «Первомайский» г.Мурманска» (далее – Дом культуры, ответчик) о признании недействительным аукциона, оформленного протоколом б/н от 20.03.2019, по определению исполнителя услуг по охране Дома культуры и расторжении гражданско-правового договора № 0849300004919000169 от 01.04.2019, заключённого по результатам названного аукциона.

В обоснование заявленных требований Общество указало, что аукционная документация не соответствовала требования законодательства о закупках для муниципальных нужд, вследствие чего Общество не смогло оказывать охранные услуги и исполнять заключённый с ним договор.

Дом культуры, согласно письменному отзыву на исковое заявление (л.д.125, 126 т.1), с изложенными в иске требованиями не согласился и полагает, что в их удовлетворении следует отказать, так как он не мог допустить нарушений законодательства, поскольку спорный аукцион организовывало и проводило иное лицо – Мурманское муниципальное казённое учреждение «Управление закупок» (далее – ММКУ «Управление закупок»). При этом, по мнению ответчика, информацию о наличии у охраняемого объекта паспорта антитеррористической безопасности и второй категории массового пребывания людей никто не вправе распространять и включать в документацию об аукционе, так как является служебной информацией.

Определением суда от 25.09.2019 (л.д.146, 147 т.1) к участию в деле на стороне ответчика в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ММКУ «Управление закупок», которое в письменном отзыве на заявление сослалось на отсутствие оснований для отклонения заявки Общества при проведении спорного аукциона и отсутствие информации об антитеррористической защищённости объекта, а потому полагает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать (л.д.3-7 т.2).

Истец, извещённый надлежащим образом о настоящем судопроизводстве, в судебное заседание не явился.

Представитель Дома культуры в судебном заседании сослался на расторжение оспариваемого договора во внесудебном порядке и считает, что иск не подлежит удовлетворения, поддержав доводы письменного отзыва на исковое заявление.

Судом в рамках настоящего судебного заседания ММКУ «Управление закупок» привлечено к участию в рассмотрении настоящего дела в качестве соответчика (переведено из состава третьих лиц).

ММКУ «Управление закупок», извещённое надлежащим образом о настоящем судопроизводстве, в судебное заседание также не явилось.

С учётом мнения представителя явившегося ответчика, обстоятельств дела и в соответствии с частью 6 статьи 121, частью 1 статьи 123, частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и неявившегося ответчика.

Заслушав пояснения представителя явившегося ответчика, исследовав материалы дела, суд находит иск не подлежащим удовлетворению в связи со следующим.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 04.03.2019 уполномоченным органом – ММКУ «Управление закупок» в интересах муниципального заказчика – Дома культуры на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» опубликовано извещение о проведении аукциона в электронной форме на право заключения гражданско-правового договора на оказание услуг охраны Дома культуры (л.д.45-88 т.1).

В соответствии с протоколом б/н от 20.03.2019 Общество признано победителем рассматриваемого аукциона (л.д.92, 93 т.2) и с ним заключён гражданско-правовой договор от 01.04.2019 № 0849300004919000169 сроком до 31.01.2020 (далее – Договор; л.д.36-44 т.1).

Однако в ходе исполнения Договора выяснилось, что охраняемый объект Дома культуры имеет паспорта антитеррористической безопасности от 15.07.2017 №№ 22, 23 и вторую категорию массового пребывания людей, а потому такой объект могут охранять только лица, имеющие право на осуществление охраны объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищённости, тогда как Общество такого права не имеет.

Поскольку в документации об аукционе в электронной форме не было заявлено о наличии у объекта торгов антитеррористической защищённости, а Общество было допущено организаторами торгов к их участию и определено победителем, тогда как первый не вправе оказывать такие охранные услуги и не может исполнять Договор, то он обратился в арбитражный суд с требованиями признать такие торги недействительными, а сам договор расторгнуть.

На основании пункта 32 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон о лицензировании), статьи 11.2 Закона Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об охранной деятельности) частная охранная деятельность подлежит лицензированию.

Соблюдение лицензиатом (в данном случае Обществом) лицензионных требований обязательно при осуществлении лицензируемого вида деятельности (часть 2 статьи 2 Закона о лицензировании).

Пунктом 1 статьи 1.1 Закона об охранной деятельности предусмотрено, что частная охранная организация – организация, специально учреждённая для оказания охранных услуг, зарегистрированная в установленном законом порядке и имеющая лицензию на осуществление частной охранной деятельности.

Порядок лицензирования частной охранной деятельности, осуществляемой организациями, специально учреждёнными для оказания охранных услуг, определён Положением о лицензировании частной охранной деятельности, утверждённым Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498 (далее – Положение № 498).

Пунктами 7, 8 Положения № 498 установлены отдельные лицензионные требования при осуществлении охраны объектов и (или) имущества, а также при обеспечении внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищённости.

Согласно подпункту «г» пункта 2(1) Положения № 498, лицензионными требованиями при осуществлении услуг, предусмотренных частью третьей статьи 3 Закона об охранной деятельности, являются соблюдение лицензиатом требований, предусмотренных статьёй 11, частями первой-третьей (в случае оказания охранных услуг с использованием видеонаблюдения, а также оказания охранных услуг в виде обеспечения внутриобъектового и (или) пропускного режимов), седьмой и восьмой статьи 12 Закона об охранной деятельности.

Как приведено судом выше, Дом культуры, с которым Обществом заключён Договор, имеет паспорта антитеррористической безопасности и вторую категорию массового пребывания людей .

Однако в приложении к лицензии Общества на осуществление частной охранной деятельности от 17.04.2019 № 181 сроком действия до 28.04.2024 (л.д.97, 98 т.1) в перечне разрешённых видов услуг отсутствует разрешение на осуществление охраны объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищённости (пункт 7 этого перечня), следовательно, Общество действительно не может охранять Дом культуры и исполнять Договор.

Вместе с тем, необходимо учесть то обстоятельство, что рассматриваемый Договор заключён по результатам аукциона в электронной форме, проводимого Домом культуры, в котором Общество стало победителем. Следовательно, данная сделка возникла в рамках Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе).

В части 1 статьи 59 Закона о контрактной системе под аукционом в электронной форме (электронным аукционом) понимается аукцион, при котором информация о закупке сообщается заказчиком неограниченному кругу лиц путём размещения в единой информационной системе извещения о проведении такого аукциона и документации о нём, к участникам закупки предъявляются единые требования и дополнительные требования, проведение такого аукциона обеспечивается на электронной площадке её оператором.

Согласно части 4 статьи 59 Закона о контрактной системе, для проведения электронного аукциона заказчик разрабатывает и утверждает документацию об электронном аукционе.

В силу пункта 2 части 1 статьи 64 Закона о контрактной системе документация об электронном аукционе наряду с информацией, указанной в извещении о проведении такого аукциона, должна содержать в числе прочего требования к содержанию, составу заявки на участие в таком аукционе, то есть требования к участнику этого аукциона.

Наконец, в соответствии с частью 6.1 статьи 66 Закона о контрактной систем, в случае установления недостоверности информации, содержащейся в документах, представленных участником электронного аукциона в соответствии с частями 3, 5, 8.2 названной статьи, аукционная комиссия обязана отстранить такого участника от участия в электронном аукционе на любом этапе его проведения.

В данном случае, как установлено судом выше, спорный Договор возник по результатам электронного аукциона, требования к участнику которого содержались в пункте 11 раздела 1 аукционной документации (л.д.45-88 т.1), где в пункте 11.2 в составе Единых требований к участникам электронного аукциона предъявлено, что для подтверждения соответствия требованию электронного аукциона необходимо наличие лицензии на осуществление частной охранной деятельности с наличием в составе следующих видов услуг:

– защита жизни и здоровья граждан;

– охрана объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении, за исключением объектов и (или) имущества, предусмотренных пунктом 7 названной части третьей статьи 3 Закона об охранной деятельности;

– обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона об охранной деятельности (л.д.56, 57 т.1).

Приведённый перечень полностью согласуется с видами охранной деятельности, разрешёнными Обществу в соответствии с вышеупомянутой лицензией от 17.04.2019 № 181 (пункты 1, 2, 6 приложения к этой лицензии), а потому Общество было допущено Домом культуры к участию в данной закупке и впоследствии стало его победителем.

Сведений о том, что спорный объект охраны имеет требования к антитеррористической защищённости, а равно сам паспорт антитеррористической безопасности, рассматриваемая аукционная документация не содержала.

Следует отметить, что доводы Дома культуры о служебном характере информации об обстоятельствах антитеррористической защищённости, по мнению суда, не имеют правового значения, поскольку в аукционной документации в составе требований к участникам рассматриваемой закупки должно было быть обязательное и основополагающие условие – наличие у участника самого права на осуществление конкретного лицензируемого вида деятельности, а не сведений о конкретных документах.

Заслуживают также внимания доводы заявителя о том, что обстоятельства несоответствия спорной аукционной документации требованиям законодательств о контрактной системе, о лицензировании и об охранной деятельности ранее уже были установлены решением Арбитражного суда Мурманской области от 15.07.2019 по делу № А42-4652/2019 (л.д.19-23 т.1), оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2019, где арбитражные суды не усмотрели в действиях Общества по незаконной охране Дома культуры вины по причине порочности аукционной документации, а равно самой закупки (торгов).

В силу пункта 1 статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) торги, проведённые с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов.

Торги могут быть признаны недействительными в случае, если, в частности, были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

В связи с тем, что спорный электронный аукцион проведён на основании несоответствующей законодательству о контрактной системе, лицензировании и об охранной деятельности документации, определён недопустимый победитель, то суд считает, что такой аукцион имеет признаки недействительности.

Согласно пункту 2 статьи 449 ГК РФ признание торгов недействительными влечёт недействительность договора, заключённого с лицом, выигравшим торги, и применение последствий, предусмотренных статьёй 167 названного Кодекса.

Между тем, истец просит признать рассматриваемые торги недействительными, а заключённый по результатам таких торгов Договор расторгнуть.

В то же время, истцом не были учтены следующие фактические обстоятельства и связанные с этими обстоятельствами официальные разъяснения и нормы гражданского законодательства.

В частности, как разъяснено в абзаце втором пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ)

Согласно пункту 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

В статье 782 ГК РФ определено, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесённых им расходов. Исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

В данном случае, пунктами 8.2.1, 8.2.2, 8.2.4 Договора предусмотрено его расторжение как по соглашению сторон, так и в одностороннем порядке по инициативе одной из сторон (Заказчика либо Исполнителя).

В рамках приведённых норм законодателя и условий Договора ответчиком (Домом культуры) данный Договор был односторонне расторгнут 17.05.2019, о чём на официальном сайте единой информационной системы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» внесена соответствующая запись (л.д.128, 129 т.1).

В свою очередь, истец также направил ответчику требование (уведомление) об одностороннем расторжении Договора с 18.05.2019, полученное последним 22.05.2019 (л.д.134 т.1).

При этом следует также учесть, что в соответствии с пунктом 8.2.3.3 Договора требование о его расторжении может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение расторгнуть Договор либо неполучения ответа в течение 10 дней с даты получения предложения о расторжении Договора, тогда как применительно к настоящему делу каких-либо неясностей либо противоречий по воле сторон прекратить договорные отношения ни Заказчик (ответчик), ни Исполнитель (истец) не имели.

При таких обстоятельствах суд считает, что спорный Договор является расторгнутым, что исключает наличие предмета спора в этой части и влечёт отказ в расторжении в судебном порядке уже расторгнутого договора.

В свою очередь, отсутствие договора по причине его расторжения исключает нарушение прав или охраняемых законом интересов лица, оспаривающего сделку (торги), поскольку такой договор уже не существует и, как следствие, исключает возможность применения такого способа судебной защиты как признание недействительным уже несуществующего договора.

Таким образом, правовых и фактических оснований для признания аукциона, оформленного протоколом б/н от 20.03.2019, также не имеется.

Выявленные же в настоящем решении признаки недействительности и порочности указанного аукциона могут иметь значение для истца только при разрешении вопроса о возмещении им убытков, при наличии таковых.

Подводя итог вышеизложенному, исковое заявление Общества не подлежит удовлетворению.

В связи с тем, что истцу определением суда от 30.08.2019 (л.д.1-4 т.1) была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины до принятия судебного акта, оканчивающего рассмотрение дела по существу, которым в удовлетворении иска отказано, то в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 333.17, подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации с истца в порядке части 1 статьи 110 АПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 12.000 руб. в доход федерального бюджета, из расчёта двух требований по 6.000 руб. за каждое.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-170, 176, 180, 181, 102, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Частное охранное предприятие «Ирбис» государственную пошлину в доход федерального бюджета в сумме 12000 руб. (двенадцать тысяч рублей).

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                           С.Б.Варфоломеев