АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 06.02.2024 Дело № А40-259503/2021 

Резолютивная часть постановления объявлена 30.01.2024  Полный текст постановления изготовлен 06.02.2024  

Арбитражный суд Московского округа  

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,  судей: Голобородько В.Я., Каменецкого Д.В.  

при участии в заседании: 

от ФИО1 - лично, паспорт, ФИО2, по письменному  ходатайству ФИО1 в соответствии с ч.4. ст. 61 АПК РФ,  

рассмотрев 30 января 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21 сентября 2023 года  и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда  

от 15 ноября 2023 года 

по заявлению финансового управляющего о признании п. 6 брачного договора от  29.08.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО1 недействительной сделкой и применении последствий  недействительности сделки,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от  11.10.2022 ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации  имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4, о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ»   № 197(7398) от 22.10.2022.  

В арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового  управляющего об оспаривании сделки должника, в котором финансовый  управляющий, с учетом принятых судом уточнений, просил признать  недействительным п. 6 брачного договора от 29.08.2019, заключенного между  ФИО3 и ФИО1. В  обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылался на  положения пункта 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку он  заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а  также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку  при его заключении стороны имели противоправный интерес.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2023  заявленные требования удовлетворены, признан недействительным пункт 6  брачного договора от 29.08.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО1.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  15.11.2023, принятым по апелляционной жалобе ФИО1, определение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

Судами при рассмотрении обособленного спора по существу установлено,  что 28.08.2009 между ФИО3 и ФИО5 зарегистрирован брак, о чем выдано свидетельство III- МЮ № 735998 от 29.08.2009.  

29.08.2019 между ФИО3 и ФИО1 заключен брачный договор, согласно пункту 6 которого  любая квартира или имущественные права в том числе, право на приобретение в  собственность любой квартиры, в том числе, квартира, расположенная по  адресу: 

<

...>, кадастровый номер  77:07:0013002:4331, которую предполагается приобрести в период совместного  брака супругов на имя ФИО1 на средства  ипотечного кредита, предоставляемого ей ПАО «ВТБ» или иной кредитной  организацией, по соглашению супругов, как в период совместного брака, так и в  случае его расторжения признается личной собственностью ФИО1, а обязательства по вышеуказанному ипотечному кредиту  ее личными обязательствами. В связи с вышеизложенным, ФИО3 не несет ответственности за исполнение обязательств по указанному  выше ипотечному кредиту, а также не требуется его согласие на приобретение и  отчуждение вышеназванной квартиры или имущественных прав, приобретенных  на средства ипотечного кредита. ФИО3 не вправе  претендовать на данное имущество, как в период брака, так и после его  расторжения, независимо от того по чьей инициативе и по каким причинам он  будет расторгнут. ФИО1 вправе распоряжаться  указанным имуществом по собственному усмотрению, в том числе произвести  его отчуждение в любое время и любой форме без согласия ФИО3.  

Судами также установлено, что 31.01.2022 брак между должником и  ответчиком расторгнут, что подтверждается решением мирового судьи  судебного участка № 366 района Хамовники города Москвы от 31.01.2022.  

Таким образом, оспариваемая сделка заключена между аффилированными  лицами в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве - дело о банкротстве ФИО3  возбуждено 29.12.2021.  

Проверяя доводы о причинении имущественного вреда интересам  кредиторов должника, суды установили, что ФИО3 на дату  совершения оспариваемой сделки отвечал признаку неплатежеспособности,  имелась непогашенная задолженность перед кредиторами, чьи требования  впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника (ПАО «Банк  ВТБ», ФНС России (ИФНС № 4 по г. Москве), ООО ТК «Агро Корма», ООО  «ПромКомСнаб», ФИО6, Союзом собственников «Дачно-коттеджный  поселок «Мещерское полесье», ООО «Дель-Транс-Агро»).  

Согласно условиям кредитного договора ежемесячный платеж по ипотеке  составляет 132 768,53 руб. в месяц. Вместе с тем доказательств,  подтверждающих, что в спорный период времени у ответчика имелись денежные  средства, позволяющие самостоятельно за счет личных средств оплачивать  кредит за спорную квартиру, не представлено.  

При этом, из представленных в материалы дела доказательств  установлено, что с расчетного счета должника в рассматриваемый период  производились перечисления в пользу ФИО1, что свидетельствует о  том, что кредит погашался за счет средств ФИО3.  

Кроме того, 5 758 200 руб. по кредиту погашено до заключения спорного  брачного договора за счет общего имущества супругов.  

С учетом изложенного, суды согласились с доводами финансового  управляющего о том, что при передаче по пункту 6 брачного договора общего  имущества супругов должник значительно уменьшил потенциальную  конкурсную массу, а именно, передал ликвидное имущество члену семьи, что  привело к практически полной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Арбитражный суд города Москвы также пришел к выводу, что в  результате заключения спорной сделки установленный законом режим  совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного в  период брака, изменен в пользу ФИО1, должник утратил права на  имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам  перед кредиторами, а оспариваемый договор совершен с целью причинения  вреда имущественным правам кредиторов и является недействительным на  основании ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как  сделка, совершенная при злоупотреблении правом.  

Обращаясь в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой,  ФИО1 заявляла, что финансовым управляющим не доказан факт  причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такие доводы судом  апелляционной инстанции отклонены, поскольку вред имущественным правам  кредиторов заключается в том, что произошло уменьшение конкурсной массы  должника, а именно из состава конкурсной массы было выведено недвижимое  имущество, расположенное по адресу: 

<

...>,  

кв.104, кадастровый номер 77:07:0013002:4331, кадастровая стоимость которого  составила 21 108 255 рублей.  

Ответчик указывала также на самостоятельную оплату договора купли-продажи квартиры, однако, судом установлено, что у ФИО5  отсутствовал в рассматриваемый период доход, позволяющий самостоятельно за  счет личных средств оплачивать кредит за спорную квартиру, при этом, в  рассматриваемый период со счета должника производились перечисления в  пользу ФИО5, что подтверждает факт оплаты кредита за счет  средств ФИО3  

Суд апелляционной инстанции также принял во внимание наличие  обязательств в юридически значимый период времени у юридических лиц,  подконтрольных ФИО3 Так, определением Арбитражного суда  Пензенской области по делу N А49-17082/2017 от 07.10.2021 было установлено,  что ООО «Торговый дом Пензенский» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>  юридический адрес: Молодежная ул., 39 д., Большая Кавендра с., Наровчатский  р-н, Пензенская обл., 442640) создано 27.11.2013. Согласно выписке из ЕГРЮЛ  по состоянию на 17.12.2017, участниками организации являются ФИО7  (размер доли 34%), ФИО8 (размер доли 22%), ФИО9 (размер доли  10%), ФИО3 (размер доли 34%). ФИО3 являлся руководителем  должника в период с 17.06.2014 по 20.04.2016, ФИО7 являлся  руководителем должника в период с 20.04.2016 до признания должника  банкротом Как установлено судом, с 07.12.2015 по 03.08.2016 МИФНС России N  6 по Пензенской области проведена выездная налоговая проверка в отношении  ООО «Торговый дом Пензенский». По результатам выездной налоговой  проверки вынесено решение N 1 от 01.03.2017 о привлечении к ответственности  за совершение налогового правонарушения, в ходе выездной налоговой  проверки установлено, что ООО «ТД Пензенский» неправомерно заявлены  налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость за 2014 год по  контрагенту ООО «Вершина» в сумме 17 444 778 руб., в том числе, за 2 кв. 20144 240 668 руб.; за 3 кв. 2014-3 705 274 руб.; - за 4 кв. 2014-9 498 836 руб.  Установленные в ходе проверки обстоятельства свидетельствуют о формальном  документообороте по контрагенту ООО «Вершина» - организацией, имеющей  все признаки фирмы-однодневки, а действия ООО «ТД Пензенский»  свидетельствуют о недобросовестности с целью получения необоснованной  налоговой выгоды вне связи с реальной хозяйственной деятельностью.  Определением Арбитражного суда Пензенской области по делу N А4917082/2017 от 07.10.2021 ФИО3 привлечен к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Торговый дом «Пензенский» в сумме  20 145 399,40 руб. Уполномоченным органом был получен исполнительный  лист, впоследствии указанная задолженность была включена в реестр  требований кредиторов ФИО3 определением Арбитражного суда города  Москва по делу № А40-259503/2021 от 25.01.2023.  

При этом, 20.04.2016 - в период проведения проверки ФИО3,  снимает с себя полномочия руководителя общества, 03.10.2016 вынесен акт  налоговой проверки, которой установлены вышеизложенные обстоятельства, по  которым было принято решение о привлечении ООО «ТД «Пензенский» к  ответственности в размере 20 145 399,40 рублей.  

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что 04.10.2016  ФИО3 отчуждает дорогостоящую квартиру, стоимость которой покрывала  размер обязательств перед налоговым органом.  

В дальнейшем 29.08.2019 ФИО3 заключает брачный договор, по  которому передает права на квартиру ФИО10  

Совокупность указанных установленных обстоятельств привела суд к  выводу о намерении сторон злоупотребить своими правами, не допустить  обращение взыскания на указанный объект по обязательствам перед налоговым  органом.  

Должник также является учредителем ООО «Кавендровский  комбикормовый завод» (ИНН: 

<

***>) (доля 45%) (сокращенное  наименование ООО «Кавендра», в отношении которого Арбитражным судом  Пензенской области было вынесено решение от 19.10.2022 о признании  общества несостоятельным (банкротом). Фактическое руководство ООО  «Кавендровский комбикормовый завод» осуществлял должник.  

Согласно реестра кредиторов ООО «Кавендра», в который включены  требования на основании определений Арбитражного суда Пензенской области  по делу N А49-6846/2021, неисполненные обязательства сформировались по  договорам 2018-2020 гг. и составляют 66 100 000 рублей.  

Таким образом, ФИО3, осознавая тяжелое финансовое состояние  организации, в которой он являлся учредителем и директором, предвидя  вероятность дальнейшего его привлечения к убыткам и субсидиарной  ответственности, осуществлял вывод своих активов в целях избежать обращение  взыскания на них, в связи с чем суд согласился с доводами финансового  управляющего о наличии оснований считать брачный договор в оспариваемой  части недействительным на основании статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласилась  ФИО10, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с  кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и  постановление, направить обособленный спор на новое рассмотрение в  Арбитражный суд города Москвы.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО10 указывает, что  дефекты оспариваемой сделки, на которые указал финансовый управляющий, не  выходят за пределы специальных оснований, предусмотренных нормами Закона  о банкротстве, в связи с чем оснований для признания сделки совершенной со  злоупотреблением правом не имелось.  

Также кассатор полагает недоказанной и совокупность обстоятельств  недействительности, предусмотренную пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в частности, критерий недостаточности имущества, причинения  вреда имущественным интересам кредиторов оспариваемой сделкой, ее  осведомленности о цели совершения сделки и финансовом состоянии ФИО3  

На кассационную жалобу представлен отзыв финансового управляющего  должника, в котором он возражает по доводам жалобы, судебные акты просит  оставить без изменения. Отзыв приобщен к материалам дела.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции ФИО10 и  ее представитель поддержали доводы кассационной жалобы, просили об отмене  определения и постановления.  

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в  суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является  препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав участвующих в деле лиц,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правильность применения норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной  инстанции пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI настоящего Федерального закона.  

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 2 пункта 9  постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах,  связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в  деле о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника,  чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о  банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в  пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о  банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества  (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) по  основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных  интересов кредиторов (статьи 61.2. 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168,  170 пункт 1 статьи 174 ГК РФ.  

Разъяснения, приведенные в настоящем пункте, подлежат применению и  при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  

признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в  результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица.  

Кассатор ошибочно отождествляет критерии неплатежеспособности и  недостаточности имущества должника, в то время как наличие признаков  неплатежеспособности в достаточной степени подтверждает противоправную  цель совершения сделки.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3),  наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не  были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов  подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения  договора.  

Более того, недоказанность признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из  составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по  основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не исключает возможность  квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2019 No305-ЭС19-924(1,2) и не  блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.  

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу этой нормы  для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

Заключение сторонами брачного договора, в частности, пункта 6, при  наличии у ФИО3 неисполненных обязательств, повлекло за собой  

уменьшение конкурсной массы должника, в результате чего был причинен вред  имущественным правам кредиторов на стоимость спорного имущества.  

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации,  имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной  собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно  приобретено, зарегистрировано или учтено.  

Согласно части 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к  имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов),  относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности,  предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной  деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные  выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной  помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой  трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и  другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет  общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи,  вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные  коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака  имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на  имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.  

 Пунктом 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что раздел общего имущества супругов может быть произведен  как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из  супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего  имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в  общем имуществе супругов.  

Статьей 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрены  специальные гарантии прав кредиторов супругов в случае заключения  последними брачного договора. По смыслу данной нормы, являясь двусторонней  сделкой, такого рода соглашение связывает только супругов, при этом  ухудшение имущественного положения супруга должника в результате  исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не  участвовавших в нем кредиторов должника (пункт 3 статьи 308 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Аналогичный подход содержит пункт 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых  вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения  конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», исходя из которого, если во  внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей  супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми  возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления  прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 Гражданского  кодекса Российской Федерации), изменением режима имущества супругов  юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса  Российской Федерации).  

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как  имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее  

имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким  образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации  финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу  должника части выручки, полученной от реализации общего имущества  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2019 № 305- ЭС18-25248).  

Осведомленность ответчика по обособленному спору супруги должника  ФИО5, вопреки ее доводам, презюмируется в силу наличия между  сторонами брачных отношений на момент заключения сделки - статья 19 Закона  о банкротстве.  

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или  «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями  спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8) и предполагает  признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при  представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности  подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и  возражений. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку  соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание  притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для  исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда  все альтернативные возможности объяснения причин возникновения  представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.  

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороне  подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго  говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников  гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, и именно они должны в ходе  судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических  мотивов сделки.  

Оценив по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды  пришли к обоснованному выводу о том, что пункт 6 брачного договора,  заключенного между сторонами 29.08.2019, заключен с целью причинения вреда  имущественным интересам кредиторов ФИО3  

Проверяя правильность применения судами первой и апелляционной  инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной  инстанции применительно к части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации устанавливает, соответствуют ли выводы судов  практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума  Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу  постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда  Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в  обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации.  

Доводы кассационной жалобы проверены судебной коллегией и не влекут  отмены обжалуемых определения и постановления.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены определения и постановления в  соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, также не нарушены.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21 сентября 2023 года и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 ноября 2023  года по делу № А40-259503/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу  – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий-судья Н.С. Калинина 

Судьи: В.Я. Голобородько 

 Д.В. Каменецкий