Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-36320/19

62-330 

06 августа 2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2019 года

Полный текст решения изготовлен 06 августа 2019 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Жежелевской О.Ю. единолично

при ведении протокола помощником судьи Петрушиной А.А.

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению 

ООО «Фармтек» (ОГРН 

<

***>)

к ООО «ТМ»

при участии: ФИО1, действующего в интересах ООО «Фармтек»

при участии третьего лица Федеральной службы по интеллектуальной собственности 

о признании недействительной сделки по отчуждению исключительных прав на следующие товарные знаки: Lipobase (№ регистрации 430806); Аквапилинг Крем/Aquapiling Крем (№ регистрации 430807); Аквапилинг/ Aquapiling (№ регистрации 430808); Skinactiv крем (№ регистрации 431508); Algel (№ регистрации 435346); Микостоп (№ регистрации 474632); Mycostop (№ регистрации 474633); Zinovit (№ регистрации 489027); Циновит (№ регистрации 489416); Клавио (№ регистрации 551983); Вартокс (№ регистрации 553102)

В судебное заседание явились: 

От ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 28.05.2019

В судебное заседание не явились: ответчик, третье лицо 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Фармтек» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «ТМ» о признании недействительной сделки по отчуждению исключительных прав на следующие товарные знаки: Lipobase (№ регистрации 430806); Аквапилинг Крем/Aquapiling Крем (№ регистрации 430807); Аквапилинг/ Aquapiling (№ регистрации 430808); Skinactiv крем (№ регистрации 431508); Algel (№ регистрации 435346); Микостоп (№ регистрации 474632); Mycostop (№ регистрации 474633); Zinovit (№ регистрации 489027); Циновит (№ регистрации 489416); Клавио (№ регистрации 551983); Вартокс (№ регистрации 553102).

Протокольным определением от 27.03.2019 суд в порядке ст. 49 АПК РФ удовлетворил устное ходатайство истца об уточнении исковых требований, а именно о признании недействительным договора об отчуждении исключительных прав на товарные знаки от 27.07.2018 и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления исключительных прав ООО «Фармтек» на товарные знаки.

Определением от 29.05.2019 суд в порядке ст. 225.10 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве участника ФИО1, действующего в интересах ООО «Фармтек», поскольку юридическое или физическое лицо, являющееся участником правоотношения, из которого возникли спор или требование, вправе обратиться в арбитражный суд в защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов других лиц, являющихся участниками этого же правоотношения. 

Исковые требования мотивированы тем, что сделка по отчуждению прав на товарные знаки является недействительной ввиду нарушения порядка ее одобрения как сделка с заинтересованностью.

В судебном заседании ФИО1, действующий в интересах ООО «Фарматек» заявленные требования поддержал. 

Третье лицо, представило письменный отзыв на иск.

Истец, ответчик, третье лицо, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены, суд счел возможным рассмотрение дела в их отсутствие в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Представитель участника ФИО1 в судебном заседании 29.05.2019 г. заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении либо отклонении. При этом удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом. Лица, участвующие в деле, вправе представить в арбитражный суд вопросы, которые должны быть разъяснены при проведении экспертизы.

Кроме того, согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» при обращении с ходатайством о проведении экспертизы заявитель должен указать личные данные экспертов, согласие экспертного учреждения на проведение экспертизы, стоимость и сроки ее проведения и оплатить стоимость экспертизы путем перечисления денежных средств на депозитный счет суда. 

Не совершение указанных действий влечет отказ в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы.

Заявитель, обращаясь в суде с ходатайством о назначении судебной экспертизы, не представило личные данные кандидатуры эксперта, которому может быть поручено проведение экспертизы, а также не перечислило на депозитный счет суда денежные средства, подлежащие выплате экспертам за проведение экспертизы.

Суд считает, что в данном случае, основания для назначения экспертизы, предусмотренные ст. ст. 82 АПК РФ, отсутствуют, дело может быть рассмотрено по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав представителя ФИО1, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований ввиду следующего:

В ходе судебного разбирательства установлено, ООО «Фарматек» является научно-производственной компанией, образованной в 2008 году, занимается научной разработкой, производством, дистрибуцией и активным продвижением препаратов для лечения и профилактики различных дерматологических заболеваний.

Участниками истца, являются следующие лица: ФИО3, с долей в уставном капитале 47,73%, ФИО1 (доля 2,27% в уставном капитале Общества); ФИО4 (доля 47,73% в уставном капитале Общества); ФИО5 (доля 2,27% в уставном капитале Общества).

Как поясняет истец, ФИО4 и ФИО5 являются братьями.

Кроме того, ФИО4 также исполняет функции единоличного исполнительного органа Истца.

За ООО «Фарматек» зарегистрированы права в отношении 11 товарных знаков, а именно:

1. Lipobase (№ регистрации 430806);

2. Аквапилинг Крем/Aquapiling Крем (№ регистрации 430807);

3. Аквапилинг/Aquapiling (№ регистрации 430808);

4. Skinactiv крем (№ регистрации 431508);

5. Algel (№ регистрации 435346);

6. Микостоп (№ регистрации 474632);

7. Mycostop (№ регистрации 474633);

8. Zinovit (№ регистрации 489027);

9. Циновит (№ регистрации 489416);

10. Клавио (№ регистрации 551983);

11. Вартокс (№ регистрации 553102).

Права на Товарные знаки были зарегистрированы в период с 2011 по 2015 год.

Товарный знак по заявке № 2009716508 с приоритетом от 10 июля 2009 года зарегистрирован Роспатентом 24 февраля 2011 года за № 430806 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2009716510 с приоритетом от 10 июля 2009 года зарегистрирован Роспатентом 24 февраля 2011 года за № 430807 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2009716511 с приоритетом от 10 июля 2009 года зарегистрирован Роспатентом 24 февраля 2011 года за № 430808 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2009716509 с приоритетом от 10 июля 2009 года зарегистрирован Роспатентом 4 марта 2011 года за № 431508 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2009716506 с приоритетом от 10 июля 2009 года зарегистрирован Роспатентом 18 апреля 2011 года за № 435346 в  отношении товаров 03 и 05 классов МЕСТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2011730589 с приоритетом от 19 сентября 2011 года зарегистрирован Роспатентом 13 ноября 2012 года за № 474632 в отношении товаров 03 класса МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2011730590 с приоритетом от 19 сентября 2011 года зарегистрирован Роспатентом 13 ноября 2012 года за № 474633 в отношении товаров 03 класса МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2011730592 с приоритетом от 19 сентября 2011 года зарегистрирован Роспатентом 6 июня 2013 года за № 489027 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2011730591 с приоритетом от 19 сентября 2011 года зарегистрирован Роспатентом 11 июня 2013 года за № 489416 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2014720751 с приоритетом от 23 июня 2014 года зарегистрирован Роспатентом 7 сентября 2015 года за № 551983 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек». 

Товарный знак по заявке № 2014720749 с приоритетом от 23 июня 2014 года зарегистрирован Роспатентом 29 сентября 2015 года за № 553102 в отношении товаров 03 и 05 классов МКТУ на имя ООО «Фармтек», что подтверждается справками, составленными на основании сведений Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации.

В адрес Роспатента 01.08.2018 года поступило заявление ООО «Фармтек» о государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарные знаки по свидетельствам №№ 430806, 430807, 430808, 431508, 435346, 474632, 474633, 489027, 489416, 551983, 553102 по Договору.

По результатам рассмотрения заявления и приложенных к нему документов, было установлено, что представленные на регистрацию документы полностью отвечают требованиям упомянутых выше нормативных актов, в связи с чем Роспатентом 14 января 2019 года за № РД0282566 было зарегистрировано отчуждение исключительного права на товарные знаки по свидетельствам №№ 430806, 430807, 430808, 431508, 435346, 474632, 474633, 489027, 489416, 551983 , 553102 по Договору.

В обоснование своих требований, истец указывает на то, что данные товарные знаки являлись основным активом Общества, поскольку указанные средства индивидуализации в результате длительных рекламных кампаний приобрели широкую узнаваемость, Общество производило, производит и дистрибутирует продукцию исключительно под собственными товарными знаками, при этом указанная продукция представлена крупнейшими фармацевтическими дистрибуторами, такими как «ЦВ Протек», НПК «Катрен», ГК ФораФарм и др., ведущим аптечными сетями Ригла, Эркафарм (Доктор ФИО6, Аптека Озерки, Аптека Радуга и другие), Имплозия, Планета Здоровья, Неофарм и другие, а также в розничных сетях Тандер (Магнит, Магнит Косметике), Ашан, Гиперглобус.

Участнику стало известно о том, что Товарные знаки были отчуждены в пользу Ответчика. Поскольку переход прав на все Товарные знаки был зарегистрирован 14.01.2019г. за одним номером государственной регистрации, права на Товарные знаки были отчуждены в рамках единой сделки (далее - сделка по отчуждению прав на Товарные знаки), совершенной в 2018 году.

Участник полагает, что сделка по отчуждению прав на Товарные знаки является недействительной по следующим основаниям.

По мнению истца, сделка по отчуждению прав на Товарные знаки является недействительной ввиду нарушения порядка её одобрения как сделки с заинтересованностью.

Участниками Ответчика в соответствии со сведениями, размещенными на официальном сайте ФНС РФ, являются ФИО4 (доля 50% в уставном капитале) и ФИО5 (доля 50% в уставном капитале). При этом в соответствии со строчками 47 и 56 выписки из ЕГРЮЛ указанные лица являются участниками Ответчика с момента его образования.

ФИО5 исполнял с момента образования Ответчика функции его единоличного исполнительного органа.

Истец отмечает, что товарные знаки являются основным активом Общества, поскольку именно с использованием указанных Товарных знаков производится и выпускается продукция Общества. Общество не является посредником, распространяющим продукцию третьих лиц. Ввиду реализации именно собственного товара в течение всего периода осуществления Истцом своей деятельности проводилась работа для увеличения узнаваемости продукции Общества, что потребовало существенных финансовых и организационных затрат со стороны Общества. Отчуждение прав на Товарные знаки лишает Общество возможности выпускать продукцию под известными брендами, Общество будет вынуждено заключать лицензионные соглашения с новым правообладателем или создавать новые товарные знаки и заниматься их рекламой, что потребует существенных финансовых затрат со стороны Общества.

По мнению истца, руководитель Истца и Ответчика являлись на момент совершения сделки братьями, следовательно, в силу указанных разъяснений и абз.2 п.1 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью осведомленность Ответчика о наличии элемента заинтересованности в сделке по отчуждению прав на Товарные знаки считается доказанной. Тем самым, акционеры Общества, обладающие в совокупности долей 50% в уставном капитале Общества - братья ФИО4 и ФИО5, передали актив Истца Ответчику, в котором они являются 100% участниками. Таким образом, фактически ФИО7 и ФИО1, которые также обладают в совокупности долей в уставе Общества в размере 50%, были лишены контроля над основным активом Общества, в то время как участники ФИО4 и ФИО5 получили полный контроль над указанным активом. Указанные обстоятельства явно свидетельствуют о том, что неуведомление Участника о предстоящей сделке было явно умышленным, поскольку ни один разумный участник оборота не согласует отчуждение основного актива общества, в котором он участвует, ввиду чего Ответчику было явно известно о нарушении процедуры согласования.

Таким образом, сделка по отчуждению прав на Товарные знаки является недействительной по правилам абз.2 п.6 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Сделка по отчуждению прав на Товарные знаки является также недействительной ввиду нарушения порядка её одобрения как крупной сделки.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с требованиями о признании сделки по отчуждении исключительных прав на товарные знаки.

Согласно статье 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (в редакции, действовавшей в спорный период, далее - Закон об ООО), сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества.

Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Суд, отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств:

- голосование участника общества, не заинтересованного в совершении сделки и обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников общества, недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования;

- не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них;

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным настоящей статьей, с учетом имевшейся на момент совершения сделки и на момент ее одобрения заинтересованности лиц, указанных в пункте 1 настоящей статьи;

- при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28, судам следует учитывать, что наличие решения общего собрания участников (акционеров) об одобрении соответствующей сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, если будет доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для общества либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа этого общества и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам общества.

О наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки.

Лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 78 и 81 Закона об акционерных обществах);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Судам также следует учитывать, что если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения контрагентом или самим обществом возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 настоящего постановления, сделка признается недействительной. Суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 5 статьи 45 и абзац четвертый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

2) к моменту рассмотрения дела в суде сделка одобрена в предусмотренном законом порядке (абзац шестой пункта 5 статьи 45 и абзац шестой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац шестой пункта 6 статьи 79 и абзац шестой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

3) ответчик (другая сторона оспариваемой сделки или выгодоприобретатель по оспариваемой односторонней сделке) не знал и не должен был знать о ее совершении с нарушением предусмотренных законом требований к ней (абзац седьмой пункта 5 статьи 45 и абзац седьмой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац седьмой пункта 6 статьи 79 и абзац седьмой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах. Если в ходе рассмотрения дела будет установлено, что заинтересованность была неявной для обычного участника оборота, то ответчик считается добросовестным. При этом истец может представить доказательства того, что по обстоятельствам конкретного дела сторона сделки - физическое лицо или представитель стороны сделки - юридического лица тем не менее знали или должны были знать об указанной неявной аффилированности.

Оценив представленные в дело доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71 АПК РФ, суд приходит к следующему:

Факт того, что спорная сделка является сделкой с заинтересованностью и заключена между братьями никем не оспорена.

В соответствии с положениями абз.2 п.6 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной на основании п.2 ст.174 ГК РФ, в случае, если сделка была совершена в ущерб интересам общества, при условии, что другая сторона знала о том, что сделка является для общества сделкой с заинтересованностью, и не было получено согласие на ее совершение.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз.3 п.27 Постановления Пленума №27, презюмируется, что ответчик знал о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает руководитель ответчика или один из родственников, указанных в абз.2 п.1 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Таким образом, поскольку руководителем истца и ответчика являлись на момент совершения сделки братья, то в силу указанных разъяснений и абз.2 п.1 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью осведомленность Ответчика о наличии элемента заинтересованности в сделке по отчуждению прав на Товарные знаки считается доказанной.

В отношении осведомленности Ответчика о нарушении порядка одобрения сделки с заинтересованностью суд признает обоснованным довод истца о том, что акционеры Общества, обладающие в совокупности долей 50% в уставном капитале Общества - братья ФИО4 и ФИО5, передали актив истца ответчику, в котором они являются 100% участниками. Таким образом, фактически ФИО7 и ФИО1, которые также обладают в совокупности долей в уставе Общества в размере 50%, были лишены контроля над основным активом Общества, в то время как участники ФИО4 и ФИО5 получили полный контроль над указанным активом. Указанные обстоятельства явно свидетельствуют о том, что неуведомление Участника о предстоящей сделке было явно умышленным, поскольку ни один разумный участник оборота не согласует отчуждение основного актива общества, в котором он участвует, ввиду чего Ответчику было явно известно о нарушении процедуры согласования.

Таким образом, сделка по отчуждению прав на Товарные знаки является недействительной по правилам абз.2 п.6 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии с положениями п.6 ст.46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также разъяснениями п.17 Постановления Пленума №27, если крупная сделка одновременно является сделкой с заинтересованностью, и решение вопроса об одобрении сделки вынесено на общее собрание участников, то для одобрения сделки требуется проведение процедуры по правилам ст. 46 ФЗ «Об ООО», а также по правилам ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Поскольку в Обществе не предусмотрено создание совета директоров, а также ввиду указанного выше положения Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка по отчуждению Товарных знаков в любом случае подлежала одобрению на общем собрании участников, как крупная сделка.

В соответствии с положениями п.1 ст.46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также разъяснениями, данными в п.9 Постановления Пленума №27, для определения сделки в качестве крупной необходимо установить наличие количественного и качественного критериев.

Согласно пояснениям истцов, права на Товарные знаки являются основным активом общества, обеспечивающим его рентабельность. Однако, ввиду того, что Общество не передало данные бухгалтерского баланса за 2017 год в Росстат, и они отсутствуют в публичном доступе, а обязанность, предусмотренную п.10.5 Устава Общества по ежеквартальной рассылке бухгалтерского баланса и текущей информации по финансово-хозяйственной деятельности, Общество в лице генерального директора не выполнила, Участник лишен объективной возможности предоставить документацию Общества, подтверждающую данное обстоятельство.

Поскольку Товарные знаки, права на которые были отчуждены, являются широко известным брендом, а необходимость создания новых индивидуализирующих обозначений для продукции Общества, необходимость рекламирования и развития указанных средств индивидуализации товаров приведет к сокращению товарооборота Общества на срок, необходимый для развития новых средств индивидуализации. То заключение сделки по отчуждению прав на Товарные знаки влечет изменение масштабов деятельности Общества, что отвечает качественному критерию крупности сделки.

Участник также обращает внимание суда на то обстоятельство, что Общество ранее никогда не занималось продажей прав на товарные знаки, намерений по изменению сферы деятельности не имело и не имеет, ввиду чего сделка по отчуждению прав на Товарные знаки не может считаться совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности.

В части осведомленности Ответчика о крупности сделки по отчуждению прав на Товарные знаки Участник поясняет следующее. В соответствии с правовой позицией, изложенной в абз.2 п.18 Постановления Пленума №27, осведомленность другой стороны сделки о ее крупности предполагается, если контролирующее ее лицо является акционером общества, а также в случае сговора сторон (абз.1 п.18 Постановления Пленума №27).

Как уже указывалось, генеральный директор Ответчика - ФИО5 - являлся и является акционером Истца. Также по ранее изложенным обстоятельствам на лицо согласованные действия между ФИО4 и ФИО5

Таким образом, имеются основания для признания сделки по отчуждению прав на Товарные знаки недействительной на основании п.4 ст.46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Кроме того, данная сделка нарушает права и законные интересы как самого общества, так и его участников, поскольку отчуждение прав на Товарные знаки лишает Общество возможности выпускать продукцию под известными брендами, Общество будет вынуждено заключать лицензионные соглашения с новым правообладателем или создавать новые товарные знаки и заниматься их рекламой, что потребует существенных финансовых затрат со стороны Общества.

Статьей 4 АПК РФ предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Пунктом 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом доказаны обстоятельства на которые он основывает свои требования, оспариваемая сделка заключена с нарушением порядка одобрения, необходимость для сделки с заинтересованностью и как крупной сделки, поскольку предметом сделки был единственный актив общества, составляющий основу всей хозяйственной деятельности общества.

Разрешая указанный спор, суд также считает необходимым отметить следующее: как указывал сам Ответчик, между ним и Истцом был заключен Договор об отчуждении исключительных прав на товарные знаки от 22.02.2019г (далее - Договор о возврате товарных знаков). При этом сам же Ответчик признает, что Договор о возврате товарных знаков заключался исключительно с целью вернуть товарные знаки Истцу, поскольку сам Ответчик признавал нарушения, указанные Истцом в качестве основания иска.

В соответствии с прямым указанием пп.2 п. 3 ст.307.1 ГК РФ общие положения об обязательствах распространяются на последствия недействительности сделки. Таким образом, стороны имеют возможность регулировать свои отношения в рамках реституционного обязательства.

Как уже указывалось, воля сторон при заключении Договора о возврате товарных знаков была направлена именно на восстановления состояния, существовавшего до момента исполнения Договора отчуждения товарных знаков. Цели продать Товарные знаки, получив их экономическую стоимость, выраженную в деньгах. Указанные обстоятельства подтверждает и сам Ответчик. Возврат имущества Истцу не аннулирует допущенных пороков, хоть и исключает применение последствий недействительности ввиду того, что реституция фактически состоялась.

При таких обстоятельствах, оснований к отказу в удовлетворении заявленных требований у суда не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются в соответствии со статьями 106, 110, 112 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 8, 9, 11, 12, 166, 168, 174, 307 ГК РФ, ст. 4, 64-68, 70-71, 101-103, 110, 123, 137, 156, 167-171, 176, АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Ходатайство истца о назначении судебной экспертизы оставить без удовлетворения.

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительной сделку по отчуждению исключительных прав наследующие товарные знаки:

• Lipobase (№ регистрации 430806);

• Аквапилинг Крем/Aquapiling Крем (№ регистрации 430807);

• Аквапилинг/Aquapiling (№ регистрации 430808);

• Skinactiv крем (№ регистрации 431508);

• Algel (№ регистрации 435346);

• Микостоп (№ регистрации 474632);

• Mycostop (№ регистрации 474633);

• Zinovit (№ регистрации 489027);

• Циновит (№ регистрации 489416);

• Клавио (№ регистрации 551983);

• Вартокс (№ регистрации 553102)

заключенную между ООО «Фармтек» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>; 109202, 

<

...> д, 2/1, стр.6) и ООО «ТМ» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>, 129338, 

<

...>).

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления исключительных прав ООО «Фармтек» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>; 109202, 

<

...> д, 2/1, стр.6) на следующие товарные знаки:

• Lipobase (№ регистрации 430806);

• Аквапилинг Крем/Aquapiling Крем (№ регистрации 430807);

• Аквапилинг/Aquapiling (№ регистрации 430808);

• Skinactiv крем (№ регистрации 431508);

• Algel (№ регистрации 435346);

• Микостоп (№ регистрации 474632);

• Mycostop (№ регистрации 474633);

• Zinovit (№ регистрации 489027);

• Циновит (№ регистрации 489416);

• Клавио (№ регистрации 551983);

• Вартокс (№ регистрации 553102).

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ТМ» (ОГРН 

<

***>, юр. Адрес: 129338, 

<

...>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью  «Фармтек» (ОГРН 

<

***>, юр. Адрес: 109202, 

<

...>) государственную пошлину в размере 6 000 (шесть тысяч) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

О.Ю. Жежелевская