ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>, факс: 

<

***> 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки Дело № А63- 6702/2024 12.09.2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 03.09.2025. Полный текст постановления изготовлен 12.09.2025. 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Семенова М.У., судей Егорченко И.Н., Цигельникова И.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прикота А.О., при участии в судебном заседании представителя территориального фонда обязательного медицинского страхования Ставропольского края – ФИО1 по доверенности от 09.01.2025, представителя государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница № 2» - ФИО2 по доверенности от 10.01.2025, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы территориального фонда обязательного медицинского страхования Ставропольского края и государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница № 2» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.06.2025 по делу № А63- 6702/2024,  

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края обратилось государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница № 2»,  

г. Ставрополя, (далее - заявитель, учреждение) с заявлением к территориальному фонду обязательного медицинского страхования Ставропольского края, г. Ставрополь (далее - заинтересованное лицо, ТФОМС СК, фонд), о признании недействительным акта комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования от 22.03.2024 в части требования о возмещении денежных средств, использованных не по целевому назначению в сумме 43 384 583,98 руб., а также изменении акта комплексной проверки в части определения суммы нецелевого использования денежных средств и подлежащего уплате штрафа.  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора привлечены ООО «Центр Лизинга оборудования» и Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, г. Москва  

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 26.06.2025 акт проверки в части требования об уплате штрафа в размере, превышающем 3 838 458,40 руб., признан недействительным; в остальной части учреждению отказано. Взысканы с ТФОМС СК в пользу заявителя расходы по уплате госпошлины – 3 000 руб.  

Не согласившись с указанным решением, апелляционные жалобы подали как ТФОМС СК, так и ГБУЗ СК «ГКБ № 2».  

ТФОМС СК требует отменить решение в части признания недействительным акта проверки на сумму штрафа, превышающую 3 838 458,40 руб., и в части взыскания госпошлины. Апелляционная жалоба мотивирована несогласием с выводом суда первой инстанции о возможности снижения размера штрафа ниже установленного законом 10% от суммы нецелевого расходования, поскольку Закон № 326-ФЗ таких оснований не содержит, а снижение штрафа не предусмотрено; также заявителем указано на ошибочность возложения на Фонд обязанности по уплате всей суммы государственной пошлины, а также на правильность и законность вынесенных требований о возврате нецелевых средств на сумму 43 384 583,98 руб. и начислении соответствующего штрафа, в связи с чем решение в обжалуемой части, по мнению Фонда, подлежит отмене.  

Медицинская организация просит отменить решение полностью, заявление удовлетворить в полном объёме, признать необоснованными требования о возврате 43 384 583,98 руб. и штрафа 4 338 458,40 руб. Апелляционная жалоба учреждения мотивирована несогласием с выводами суда первой инстанции о признании нецелевым использованием средств обязательного медицинского страхования оплаты по договорам аренды медицинского оборудования с ООО «Центр Лизинга оборудования», поскольку, по мнению заявителя, заключённые договоры являются легитимными договорами аренды, условиями  

которых не предусматривался переход права собственности, оплата осуществлялась за фактически предоставленные услуги, оборудование использовалось для медицинской деятельности, контрактные обязательства исполнены надлежащим образом, притворности сделок не доказано, а акты возврата оборудования оформлены надлежаще; дополнительно заявитель указывает, что Фонд вышел за пределы установленного периода проверки, а также считает неправомерным принятие судом во внимание материалов уголовного дела, не имеющих вступившей в силу судебной оценки.  

Проверив законность вынесенного решения и правильность применения норм материального и процессуального права в соответствии с требованиями статей 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ, Кодекс), изучив и оценив в совокупности все материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению в виду следующего.  

В соответствии с материалами дела, ТФОМС СК провёл комплексную проверку использования заявителем средств обязательного медицинского страхования (ОМС).  

По результатам проверки установлено, что учреждением произведены расходы средств ОМС на общую сумму 43 587 326,03 руб., которые, по мнению Фонда, были использованы не по целевому назначению.  

В частности, Фонд пришёл к выводу о наличии признаков притворных сделок в части приобретения медицинского оборудования стоимостью свыше 100 000 руб. на сумму 43 384 583,98 руб.  

В связи с выявленными нарушениями Фондом заявителю было предписано в течение 10 рабочих дней с момента получения акта проверки возвратить в бюджет указанную сумму, а также уплатить штраф в размере 10% от суммы нецелевого использования средств, что составляет 4 358 732,60 руб., в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации».  

Учреждение, не согласившись с указанными выводами и требованиями, направило в адрес Фонда письменные возражения на акт проверки (исх. № 1429 от 27.03.2024). Однако, по итогам рассмотрения возражений, Фонд письмом от 27.03.2024 № 10/07-70 отказал заявителю в удовлетворении требований об исключении из акта проверки выводов о нецелевом расходовании средств ОМС и об отмене требования о перечислении указанных денежных средств и соответствующего штрафа в бюджет.  

Считая действия Фонда неправомерными и полагая, что акт проверки в части требования возврата денежных средств в размере 43 384 583,98 руб. и взыскания штрафа в  

размере 4 338 458,40 руб. является незаконным, учреждение обратилось в арбитражный суд с соответствующими требованиями.  

Отношения, возникающие в связи с осуществлением обязательного медицинского страхования, регулируются Федеральным законом от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании» (далее - Закон « 326-ФЗ).  

Из смысла и содержания подпункта 12 части 7 статьи 34, части 11 статьи 40 Закона № 326-ФЗ следует, что фонд на основании данных норм права осуществляет следующие полномочия страховщика: контроль за использованием средств ОМС страховыми медицинскими организациями (медицинскими организациями), в том числе проводит проверки и ревизии; рассматривает дела и налагает штрафы, составляет акты о нарушении законодательства об ОМС; предъявляет к страховой медицинской организации (медицинской организации) требования о возврате в бюджет фонда средств, перечисленных указанным лицам по договорам о финансовом обеспечении ОМС и на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС, использованных не по целевому назначению.  

Данные полномочия территориального фонда осуществляются в соответствии Порядком осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за деятельностью страховых медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, а также контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования указанными страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями, утвержденным приказом Минздрава России от 26 марта 2021 года № 255н (далее - Порядок № 255н), согласно пункту 47 которого возврат (возмещение) средств, в том числе использованных не по целевому назначению, и (или) уплата штрафов, пеней осуществляется медицинской организацией на основании полученного акта в порядке, определенном Законом № 326-ФЗ.  

В соответствии с абзацем 5 пункта 46 Порядка № 255н в случае несогласия с результатом рассмотрения фондом письменных возражений на акт проверки страховая медицинская организация (филиал страховой медицинской организации, медицинская организация) вправе обжаловать данное решение в досудебном и (или) судебном порядке.  

Таким образом, акт проверки фонда - это окончательный документ, который: подписывается должностными лицами от имени контролирующего органа; содержит в себе выводы, на основании которых фонд устанавливает и подтверждает в действиях проверяемого лица нецелевое использование бюджетных средств; содержит властно-распорядительные предписания, обязательные к применению, и является основанием для выставления требования о возврате в бюджет фонда средств, использованных не по целевому назначению (часть 12 статьи 38, часть 9 статьи 39 Закона № 326-ФЗ).  

Следовательно, акт проверки фонда может являться ненормативным правовым актом, который может быть обжалован заинтересованным лицом в арбитражном суде в порядке, установленном главой 24 АПК РФ. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18 января 2021 года № 302-ЭС20-23020.  

В силу пункта 1 статьи 147 Бюджетного кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 26 Закона № 326-ФЗ расходы бюджетов государственных внебюджетных фондов осуществляются исключительно на цели, определенные законодательством Российской Федерации, включая законодательство о конкретных видах обязательного социального страхования (пенсионного, социального, медицинского), в соответствии с бюджетами указанных фондов, утвержденными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации.  

Статьей 38 Бюджетного кодекса Российской Федерации закреплен принцип адресности и целевого характера бюджетных средств, который означает, что бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств доводятся до конкретных получателей бюджетных средств с указанием цели их использования.  

Согласно пункту 1 статьи 306.4 Бюджетного кодекса Российской Федерации нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо иным документом, являющимся правовым основанием предоставления указанных средств.  

В соответствии со статьей 3 Закона № 326-ФЗ обязательное медицинское страхование -это вид обязательного социального страхования, представляющий собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на обеспечение при наступлении страхового случая гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи за счет средств ОМС в пределах территориальной программы ОМС и в установленных настоящим законом случаях в пределах базовой программы ОМС.  

На основании пункта 1 части 1 статьи 20 Закона № 326-ФЗ медицинские организации имеют право на получение средств за оказанную медицинскую помощь на основании заключенных договоров на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию в соответствии с установленными тарифами на оплату  

медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию и в иных случаях, предусмотренных названным Федеральным законом.  

При этом указанные средства медицинские организации обязаны использовать исключительно в соответствии с программами обязательного медицинского страхования (пункт 5 части 2 статьи 20 Закона № 326-ФЗ).  

В силу части 6 статьи 14, части 2 статьи 28, части 1 статьи 38 Закона № 326-ФЗ средства, получаемые медицинскими организациями в счет оплаты оказанной медицинской помощи по договорам со страховщиками, являются целевыми.  

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в пункте 14.1 Постановления от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации», под нецелевым использованием бюджетных средств признается использование бюджетных средств на цели, не соответствующие условиям их получения, определенным утвержденными бюджетом, бюджетной росписью, уведомлением о бюджетных ассигнованиях, сметой доходов и расходов либо иным правовым основанием их получения.  

Согласно пункту 12 части 7 статьи 34 Закона № 326-ФЗ территориальный фонд обязательного медицинского страхования осуществляет контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями, том числе проводит проверки и ревизии.  

Частью 9 статьи 39 Закона № 326-ФЗ предусмотрено, что за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, медицинская организация уплачивает в бюджет территориального фонда штраф в размере 10 процентов от суммы нецелевого использования средств и пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день предъявления санкций, от суммы нецелевого использования указанных средств за каждый день просрочки. Средства, использованные не по целевому назначению, медицинская организация возвращает в бюджет территориального фонда в течение 10 рабочих дней со дня предъявления территориальным фондом соответствующего требования.  

Согласно части 6 статьи 35 Закона № 326-ФЗ в рамках базовой программы ОМС оказываются первичная медико-санитарная помощь, включая профилактическую помощь, скорая медицинская помощь (за исключением санитарно-авиационной эвакуации, осуществляемой воздушными судами), специализированная медицинская помощь, в том числе высокотехнологичная медицинская помощь, в перечисленных в данной статье случаях.  

Исходя из правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 24.10.2013 № 1648-О, в системе действующего правового регулирования средства обязательного медицинского страхования, за счет которых осуществляется оплата расходов медицинских организаций на оказание бесплатной медицинской помощи по программам обязательного медицинского страхования, имеют особое публичное предназначение, а потому медицинские организации, осуществляющие свою деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, вне зависимости от формы собственности (частная, государственная, муниципальная) и организационно-правовой формы должны обеспечить их целевое использование.  

В части 1 статьи 30 Закона № 326-ФЗ предусмотрено, что тарифы на оплату медицинской помощи рассчитываются в соответствии с методикой расчета тарифов на оплату медицинской помощи, утвержденной уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в составе правил ОМС, и включают в себя статьи затрат, установленные территориальной программой ОМС.  

Тарифы на оплату медицинской помощи устанавливаются тарифным соглашением, заключаемым между органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, уполномоченным высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации, территориальным фондом, страховыми медицинскими организациями, медицинскими профессиональными некоммерческими организациями, созданными в соответствии со статьей 76 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», и профессиональными союзами медицинских работников или их объединениями (ассоциациями), включенными в состав комиссии, создаваемой в субъекте Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 36 Закона № 326-ФЗ (часть 2 статьи 30 Закона № 326-ФЗ).  

Структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством  

Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу (часть 7 статьи 35 Закона № 326-ФЗ).  

В соответствии с разделом IV территориальной программы ОМС, являющейся составной частью Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Ставропольского края на 2022 год и плановый период 2023 и 2024 годов, утвержденной постановлением Правительства Ставропольского края от 30.12.2021 № 713-п и Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Ставропольского края на 2023 год и плановый период 2024 и 2025 годов, утвержденной постановлением Правительства Ставропольского края от 31.12.2022 № 865-п (далее - территориальная программа ОМС), тарифы на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию устанавливаются тарифным соглашением и включают, в том числе, расходы по оплате услуг связи, транспортных и коммунальных услуг, работ, услуг, связанных с содержанием имущества, за исключением капитального ремонта объектов капитального строительства и реставрации нефинансовых активов, прочие расходы по оплате договоров на выполнение работ, оказание услуг, за исключением научно- исследовательских, опытно-конструкторских, опытно-технологических, геологоразведочных работ, услуг по типовому проектированию, проектных, изыскательских и иных видов работ, связанных с работами по проектированию, строительству или контролю за реконструкцией, строительством, ремонтом объектов капитального строительства, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций Ставропольского края, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы по увеличению стоимости материальных запасов, необходимых для обеспечения деятельности медицинской организации Ставропольского края, но не потребляемых непосредственно в процессе оказания медицинской помощи, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до 100 тыс. рублей за единицу, а также допускается приобретение основных средств (медицинских изделий, используемых для проведения медицинских вмешательств, лабораторных и инструментальных исследований) стоимостью до 1 млн рублей при отсутствии у медицинской организации Ставропольского края не погашенной в течение 3 месяцев кредиторской задолженности за счет средств ОМС.  

В соответствии с пунктом 3.1.3 Тарифного соглашения в сфере обязательного медицинского страхования на территории Ставропольского края действовавшего в 2022 - 

2023 годы, в состав компенсируемых за счет средств ОМС затрат на оказание медицинской помощи, кроме того, включаются расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, расходы необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации следующие хозяйственные расходы на приобретение материальных запасов, расходы на организацию питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, расходы на оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу, а в 2022 году также допускается приобретение основных средств (медицинских изделий, используемых для проведения медицинских вмешательств, лабораторных и инструментальных исследований) стоимостью до 1 000 000 руб. при отсутствии у медицинской организации Ставропольского края не погашенной в течение 3 месяцев кредиторской задолженности за счет средств ОМС.  

Поскольку тарифы на оплату медицинской помощи по ОМС в конкретно взятом субъекте Российской Федерации устанавливаются тарифным соглашением, заключаемым в установленном порядке, расходование средств на непредусмотренные структурой тарифа, установленного частью 7 статьи 35 Закона № 326-ФЗ и тарифным соглашением, цели, являются нецелевым использованием средств обязательного медицинского страхования.  

В силу пункта 192 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02. 2019 № 108н (далее - Правила 108н), в расчет тарифов на оплату медицинской помощи включаются затраты медицинской организации, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинские услуги) и потребляемые в процессе ее предоставления, а также затраты, необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемые непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги).  

В рамках оспариваемой части акта комплексной проверки к нецелевому использованию средств обязательного медицинского страхования (ОМС) учреждению вменено осуществление расходов на приобретение медицинского оборудования стоимостью  

свыше 100 000 руб. на общую сумму 43 384 583,98 руб., что, по мнению Фонда, имеет признаки притворной сделки.  

Из материалов дела следует, что между государственным бюджетным учреждением здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница № 2» (далее – учреждение, заказчик) и ООО «Центр лизинга оборудования» (исполнитель) 14.08.2017 был заключён контракт № 424-ЭА/ЕП на оказание услуг по аренде медицинского оборудования для обеспечения нужд Ставропольского края. Контракт предусматривал передачу оборудования, определённого техническим заданием (приложение № 1, являющееся неотъемлемой частью контракта), а также обязательство заказчика принять и оплатить оказанные услуги в установленном порядке.  

Цена указанного контракта являлась твердой и составляла 14 781 659,94 руб., из которых за счёт средств ОМС было оплачено 14 510 659,94 руб. Эта сумма включала все необходимые расходы, связанные с эксплуатацией оборудования — транспортные расходы, погрузочно-разгрузочные работы, монтаж, демонтаж, пуско-наладку, консультирование персонала, техническое и сервисное обслуживание, ремонт любой сложности, а также все налоги, накладные расходы и прочие обязательные платежи исполнителя в рамках контракта.  

Оплата по контракту осуществлялась за счёт средств ОМС и иных внебюджетных источников по факту фактического оказания услуг, на основании представленных исполнителем счета, счета-фактуры и подписанного акта оказанных услуг, в течение 30 дней с даты их подписания заказчиком. Такая же схема оплаты была предусмотрена и в последующих контрактах с этим же исполнителем.  

Контракт содержал обязательство заказчика производить платежи в установленные сроки и вернуть оборудование исполнителю по акту приёма-передачи в течение 10 календарных дней со дня окончания срока оказания услуг, с учётом нормального износа. Срок действия контракта был определён с 01.09.2017 по 28.02.2019.  

Согласно техническому заданию и условиям контракта, в аренду учреждению передавался комплекс медицинского оборудования: основные эндоскопические и вспомогательные устройства, включая три стойки для эндоскопии, видеосистемы HD с мониторами и источниками света, помпы аспирационные, видеогастроскоп, видеодуоденоскоп, аксессуары для чистки и обслуживания эндоскопов, коагулятор, видеоколоноскоп, дополнительные принадлежности и инструменты (далее – комплекс оборудования для эндоскопических исследований). Размер ежемесячной арендной платы составлял 821 203,33 руб. на протяжении 18 месяцев.  

По акту от 31.12.2019 оборудование было возвращено ООО «Центр лизинга оборудования» — при этом, согласно акту, возвращаемое оборудование было в том состоянии, в котором оно было получено, с учётом нормального износа. Однако в контракте, акте о возврате и в иных сопутствующих документах (акт приёма-передачи от 31.12.2019) отсутствуют сведения о заводских номерах арендуемого и возвращённого оборудования.  

Вместе с тем, по утверждению заявителя, в результате инвентаризации, проведённой 22.11.2021 комиссией ГБУЗ СК «ГКБ № 2» в эндоскопическом отделении, у учреждения было обнаружено неучтённое медицинское оборудование: эндоскопическая стойка Karl Storz SMARTCART 29005GU (заводской номер УХ1475В), аспиратор UNIMAT 30 Karl Storz (зав. № 1220842), колоноскоп Karl Storz SILVER Scope (зав. № 26839), гастроскоп Karl Storz SILVER Scope (зав. № 9012), дуоденоскоп Karl Storz SILVER Scope (зав. № 12539). Всё это оборудование впоследствии было оприходовано и поставлено на баланс учреждения в качестве основных средств по счёту 2 101.34. Оценочная комиссия учреждения на основании информации из открытых источников определила рыночную стоимость каждого из указанных объектов оборудования (от 140 000 руб. до 1 600 000 руб.).  

В дальнейшем, 17.10.2018 между учреждением и ООО «Центр лизинга оборудования» был заключён контракт № 059-ЭА/ЕП на аналогичных условиях: предметом аренды выступала цифровая диагностическая ультразвуковая система Aplio 500 с принадлежностями (модель TUS-A500), цена контракта составила 19 608 000 руб. (в том числе за счёт средств ОМС – 19 411 920 руб.), ежемесячная арендная плата – 1 634 000 руб. на 12 месяцев. Система УЗИ введена в эксплуатацию 19.12.2018, оборудование возвращено исполнителю 31.12.2019. Однако спустя два года, в ходе инвентаризации 25.03.2022, в учреждении вновь было обнаружено неучтённое медицинское оборудование — указанный ультразвуковой аппарат с заводским номером FECI842160, который поставлен на баланс с определением справедливой стоимости в размере 2 500 000 руб.  

По аналогичной схеме 17.12.2018 был заключён контракт № 782-ЭА/ЕП, предметом которого выступал рентгенодиагностический хирургический передвижной аппарат АРХП- «АМИКО», цена контракта составила 9 562 004,04 руб. (в том числе за счёт средств ОМС – 9 462 004,04 руб.), ежемесячная арендная плата – 796 833,67 руб. Оборудование введено в эксплуатацию 08.01.2019, возвращено исполнителю 31.12.2019. Впоследствии, 13.05.2021, этот аппарат был безвозмездно получен учреждением от ООО «Центр лизинга оборудования» по договору пожертвования, информация о заводском номере отсутствует; рыночная стоимость аппарата оценена в размере 1 681 000 руб., оборудование оприходовано по счёту 2 101.34.  

Таким образом, анализ условий названных контрактов и фактических обстоятельств свидетельствует: все договоры содержали только условие о размере арендных платежей, не предусматривали перехода права собственности на оборудование или выкупной цены. Однако после срока действия договоров оборудование фактически оставалось в учреждении, возврат арендатору не осуществлялся, что само по себе опровергает реальный характер аренды и фактически маскирует приобретение собственности за счёт средств ОМС. Как указал суд первой инстанции, несмотря на подписание формальных актов возврата, оборудование продолжало находиться в учреждении и в дальнейшем было оприходовано. Данное обстоятельство стороны не опровергли.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна; применяется правовой режим той сделки, которую стороны действительно имели в виду. Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 подтверждают, что волеизъявление сторон притворной сделки направлено на достижение иных последствий, нежели формально предусмотрено договором.  

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заключая указанные договоры, учреждение фактически преследовало цель приобретения медицинского оборудования в свою собственность, а платежи по договорам (значительно превышающие допустимый законом лимит стоимости одной единицы оборудования для закупок за счёт ОМС — 100 000 руб.) были по своей сути выкупной ценой. Таким образом, сделки имели характер притворных, направленных на обход ограничений, установленных частью 7 статьи 35 Федерального закона № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» и Тарифной программой ОМС, фактически нарушая целевой характер использования бюджетных средств.  

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что медицинское учреждение не имело права приобретать за счёт средств Территориальной программы ОМС основные средства стоимостью свыше 100 000 руб. за единицу (иные основания или исключения, предусмотренные законом, учреждением не подтверждены). Следовательно, расходы на приобретение данного оборудования в сумме 43 384 583,98 руб. справедливо квалифицированы как нецелевые (пункт 1 статьи 306.4 БК РФ, статья 38 БК РФ, статья 35 Федерального закона № 326-ФЗ).  

Согласно части 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, за нецелевое использование средств ОМС медицинская организация обязана уплатить в бюджет территориального фонда штраф в размере 10% от суммы нецелевого использования, а также  

пени. Привлечение к ответственности обусловлено лишь фактом совершения правонарушения.  

При определении размера ответственности суд первой инстанции, руководствуясь принципами справедливости и соразмерности, а также полномочиями, вытекающими из прерогативы судов дифференцировать меру ответственности с учётом характера правонарушения (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.06.2009 № 11-П; Определение КС РФ от 05.11.2003 № 349-О), совершённых действий, тяжести последствий, степени вины и социально значимого характера работы учреждения, обоснованно пришёл к выводу о чрезмерности санкции в размере 4 338 458,40 руб. и снизил сумму штрафа до 500 000 руб., что соответствует принципам справедливости, баланса интересов, а также отсутствия необоснованного обогащения. Законных оснований для дальнейшего снижения судебная коллегия не находит.  

С учётом вышеизложенного, судебная коллегия апелляционной инстанции считает, что акт комплексной проверки Фонда в части требования об уплате штрафа в сумме, превышающей 3 838 458,40 руб., не соответствует требованиям действующего законодательства, нарушает права заявителя и преимущественно правомерно признан судом первой инстанции недействительным, тогда как в удовлетворении остальных требований заявителю обоснованно отказано.  

Довод учреждения о том, что спорные договоры аренды медицинского оборудования являются реальными договорами аренды, заключенными по процедурам электронных аукционов и не предусматривают перехода права собственности, опровергается фактическими обстоятельствами дела и оценкой представленных доказательств судом первой инстанции. Как установлено в ходе рассмотрения дела, оборудование, предоставленное по данным договорам, после окончания их срока не было возвращено арендодателю, а впоследствии было оприходовано на баланс медицинской организации как основные средства. В материалах дела отсутствуют сведения о возврате оборудования арендодателю, что свидетельствует о несовпадении правовой природы реально возникших между сторонами отношений с формальным содержанием заключённых договоров. Указанные обстоятельства позволяют квалифицировать действия сторон как притворную сделку, направленную на приобретение медицинского оборудования в обход ограничений, установленных действующим законодательством и территориальной программой ОМС по стоимости единицы основного средства.  

Довод учреждения о том, что оборудование фактически использовалось для оказания медицинской помощи и расходы были направлены на выполнение государственных гарантий, не влияет на соблюдение требований законодательства о целевом использовании  

бюджетных средств. Необходимость и целесообразность приобретения оборудования не освобождает медицинскую организацию от обязанности соблюдения установленных законом лимитов стоимости приобретаемых основных средств за счёт средств ОМС.  

Ссылка на отсутствие претензий со стороны контрагентов по договорам, а также оформление актов возврата не имеет правового значения для оценки характера использования бюджетных средств с точки зрения норм бюджетного и страхового законодательства.  

Доводы о том, что Фонд вышел за пределы проверяемого периода, не нашли своего подтверждения. Как правильно отметил суд первой инстанции, в порядке, установленном подпунктом 42.2 пункта 42 раздела 6 Порядка, утверждённого приказом Минздрава России от 26.03.2021 № 255н, Фонд вправе оценить связанные периоды деятельности медицинской организации при обнаружении признаков нарушения. Целостная оценка финансово-хозяйственной деятельности учреждения, включая ранее осуществленные сделки, направлена на установление действительного целевого или нецелевого использования бюджетных средств, что полностью согласуется с положениями законодательства.  

Возражения относительно учета судом первой инстанции материалов уголовного дела и постановлений следственных органов являются необоснованными, поскольку решение суда основывалось на детальном анализе гражданско-правовых и бюджетных последствий исполнения хозяйственных договоров, а не на выводах следственных органов относительно уголовно-правовой ответственности конкретных лиц. Данные материалы носили дополнительный, а не определяющий характер при квалификации договорных отношений.  

Довод ТФОМС СК о невозможности снижения судом штрафа ниже предельных значений, установленных частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, не принимается судом апелляционной инстанции. Применение взысканий за нецелевое использование бюджетных средств подчиняется принципам справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, что подтверждено правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации (Постановление КС РФ от 24.06.2009 № 11-П, Определение от 05.11.2003 № 349-О). Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание масштабы и характер допущенного нарушения, социальную значимость деятельности учреждения и иные обстоятельства дела, снизив размер штрафа с учетом конкретных обстоятельств.  

Доводы Фонда относительно неправильного распределения расходов по уплате госпошлины основаны на ошибочном толковании норм процессуального права. Взыскание расходов на оплату государственной пошлины соответствует положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и судебной практике  

(Постановление Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 7959/08, определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2017 N 302-КГ17-4293), и было произведено судом первой инстанции в установленном порядке.  

Доводы апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, ошибочности правовой квалификации заключённых сделок и несогласии с выводами о наличии признаков притворности не представляют новых обстоятельств и основаны на переоценке доказательств, что не входит в компетенцию суда апелляционной инстанции при отсутствии процессуальных нарушений и ошибок в применении материального права, что в настоящем деле не установлено.  

Таким образом, доводы апелляционных жалоб не содержат оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и подлежат отклонению.  

В соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя жалобы, однако излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета.  

При указанных обстоятельствах, руководствуясь статьями 268-271 АПК РФ, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.06.2025 по делу № А63- 6702/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

 Возвратить государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница № 2» г. Ставрополя, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из средств федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину по платежному поручению от 10.06.2025 № 3109 в размере 20 000 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий М.У. Семенов 

Судьи И.Н. Егорченко 

 И.А. Цигельников