АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 апреля 2024 года

Дело №

А56-2777/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Чернышевой А.А.,              Яковца А.В.,

при участии ФИО1 (паспорт) и его представителя                 ФИО2 (доверенность от 27.12.2021), от ООО «Энергомонтажсервис» представителя ФИО3 (доверенность от 19.01.2024), 

рассмотрев 16.04.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Энергомонтажсервис» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.07.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2023 по делу №А56-2777/2023,

у с т а н о в и л :

Общество с ограниченной ответственностью «Энергомонтажсервис», адрес: 192102, Санкт-Петербург, наб. р. Волковки, д. 13, лит. И, пом. 3-Н,            ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Гром Инжиниринг», адрес: 198517, Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. В, комн. 211, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), в размере 6 131 940,57 руб. 

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО4 и ФИО5. 

Решением от 28.07.2023, оставленным без изменения постановлением  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2023, в удовлетворении  иска отказано.

В кассационной жалобе Компания просит решение от 28.07.2023 и постановление от  10.12.2023 отменить, удовлетворить  ходатайство о привлечении в качестве соответчика ФИО4 и привлечь ее и ФИО1 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Податель жалобы полагает, что суды неправомерно отказали в привлечении в качестве соответчика  фактического руководителя Обществом - ФИО4

По мнению Компании, вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) противоречит фактическим обстоятельствам спора, а доводы ответчика об осуществлении им мер по стабилизации  финансового состояния Общества бездоказательны и не подтверждаются материалами дела.

Также податель жалобы полагает, что материалами дела подтверждается, что недобросовестные действия ответчика (заключение убыточных сделок, вывод активов должника, непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности) привели к невозможности удовлетворения требования Компании.

Кроме того, Компания ссылается на то, что ответчиком в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества  не были переданы конкурсному управляющему документы должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1 и ФИО4 обжалуемые судебные акты оставить без изменения. От Компании поступили письменные пояснения на отзывы.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы жалобы, а ФИО1 возражал против ее удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых решения и  постановления проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, определением от 17.06.2019 по делу № А56-65147/2019 принято к производству заявление Компании о признании Общества несостоятельным (банкротом). 

Определением от 17.07.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения,  временным управляющим утверждена ФИО6, требования Компании в размере 6 131 940,57 руб. включены в третью очередь требований кредиторов. 

Решением от 23.09.2021 Общество признано банкротом, открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО6

Определением от 22.09.2022 по делу № А56-65147/2019  конкурсное производство в отношении Общества завершено.

Поскольку требования Компании остались неудовлетворенными, последняя, ссылаясь на наличие оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества его  бывшего руководителя ФИО1, обратилась в суд с рассматриваемым иском.

В обоснование своего иска Компания ссылалась на неисполнение ФИО1 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 15.04.2017.

 Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

В то же время положения Закона о банкротстве в редакции Закона             № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017).

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

В данном случае Компания в обоснование иска ссылалась на возникновение 15.03.2017 у ФИО1 обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве Общества, следовательно, к спорным правоотношениям подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве без учета изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ, согласно которой нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 8 и 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление                                       № 53), руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом и  седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной   ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В данном случае суды пришли к выводу о недоказанности того, что обязанность по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника возникла у его руководителя 15.03.2017, и приняли во внимание пояснения ФИО1 об осуществлении им мер по стабилизации финансового состояния должника.

Более того, в силу  пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве размер ответственности руководителя должника в соответствии с данным пунктом равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, указано, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В данном случае Компания связывает возникновение  у Общества признаков неплатежеспособности с неисполнением последним  обязательств по оплате поставленного правопредшественником Компании -   ООО «ГРОМ» товара по договору от 25.02.2016 № 22/П, возникновение задолженности по которому послужило основанием для обращения Компании в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Таким образом, задолженность Общества перед Компанией не может входить в объем субсидиарной ответственности руководителя должника по данному основанию. Иные кредиторы, задолженность перед которыми возникла после рассматриваемой даты, к иску Компании не присоединились.

Указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска Компании в указанной части.

Компания также ссылалась на необходимость привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

ФИО1, возражая против удовлетворения иска в указанной части, ссылался на то, что фактическим руководителем Общества являлась ФИО4

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В данном случае суд первой инстанции, изучив в совокупности обстоятельства спора и представленные документы, пришел к выводу о недоказанности того, что  ФИО4 фактически контролировала деятельность Общества, в связи с чем отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении ее в качестве соответчика.

Доводы кассационной жалобы не опровергают названный вывод.

Ссылка подателя жалобы на наличие родственных отношений между ФИО1  и ФИО4 не может является основанием для  признания последней контролирующим должника лицом.

Как указано в Постановлении № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В обоснование исковых требований Компания ссылалась на то, что в ходе процедуры банкротства Общества стало известно о наличии у него крупной дебиторской задолженности общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦСТРОЙ» (далее – ООО «СПЕЦСТРОЙ»), обстоятельства возникновения которой ранее исследовались в рамках дела № А56-121438/2018 по иску Общества к ООО «Гром» о взыскании агентского вознаграждения, расходов и убытков. По мнению истца, обстоятельства установленные судом по делу           № А56-121438/2018, свидетельствуют о недобросовестности ФИО1 и совершении им действий (бездействия), которые повлекли негативные последствия для должника. В частности, установлено, что первичные бухгалтерские документы (акт КС-3 от 22.06.2016), отражающие расходы Общества (более 33 млн руб.), понесенные после возникновения задолженности перед Компанией, были сфальсифицированы в интересах ООО «СПЕЦСТРОЙ», которому Общество перечислило 33 707 864,10 руб. в отсутствие соответствующих правовых и фактических оснований.

Вместе с  тем, как установлено судами при рассмотрении настоящего спора, в названном деле № А56-121438/2018 не содержится выводов о том, что первичные бухгалтерские документы были сфальсифицированы в интересах ООО «СПЕЦСТРОЙ», кроме того, определением от 20.01.2022 по делу                     № А56-10768/2017/тр.4 Обществу отказано во включении в реестр кредиторов ООО «СПЕЦСТРОЙ» требования в размере 34 747 031 руб., поскольку  стоимость выполненных ООО «СПЕЦСТРОЙ» работ на объекте соответствует размеру фактических затрат Общества и составляет 10 096 548 руб., а документы, позволяющие установить факт совершения Обществом платежа в пользу ООО «СПЕЦСТРОЙ» на сумму 22 740 000 руб., или доказательства поставки строительных материалов на сумму 22 103 579,58 руб. отсутствуют. 

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что  ссылка истца на необоснованное перечисление Обществом на счет                ООО «СПЕЦСТРОЙ» 33 707 864,10 руб. опровергается материалами настоящего дела.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица).

В деле о банкротстве Общества к ФИО1 заявлялись требования о взыскании убытков в размере 900 000 руб. в связи с осуществлением выплат в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альянс-Трейд» (далее – ООО «Альянс-Трейд»).

 Определением от 27.09.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2021, по обособленному спору № А56-65147/2019/уб.1 в удовлетворении заявления отказано в связи с правомерностью действий бывшего руководителя должника по перечислению данной суммы. Указанные платежи были признаны недействительными сделками по снованиям статьи 61.3 Закона о банкротстве, то есть, по причине получения кредитором предпочтительного удовлетворения своих требований.

Кроме того, судом апелляционной инстанции принято во внимание, что сумма спорных платежей в пользу ООО «Альянс-Трейд» не являлась значительной относительно объема хозяйственной деятельности должника.

В соответствии с пунктом  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Суд апелляционной инстанции, оценив довод Компании о непередаче ФИО1 документации Общества его временному и в последствии конкурсному управляющему, пришел к выводу о недоказанности того, что невозможность формирования конкурсной массы в объеме, достаточном для осуществления расчетов с кредиторами, явилась следствием отсутствия документации должника.

При этом, как следует из материалов электронного дела                                 № А56-65147/2019, определением от 23.12.2021 конкурсному управляющему Обществом отказано в удовлетворении заявления об истребовании у   ФИО1 документов должника в связи с исполнением им данной обязанности.

Как указано в пункте 24 Постановления №  53, к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды надлежащим образом исследовали имеющиеся в материалах дела доказательства и установили все обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения спора.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе,  не опровергают выводы судов, а несогласие подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не может быть положено в обоснование отмены обжалуемых судебных актов.

Нормы материального права применены судами верно, нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых решения и постановления, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.07.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2023 по делу № А56-2777/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Энергомонтажсервис»   –  без удовлетворения.

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

А.А. Чернышева

А.В. Яковец