ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 410002, 

<

...>) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: 

<

***>, 

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-28412/2024

г. Саратов

09 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «28» августа 2025 года. Полный текст постановления изготовлен «09» сентября 2025 года.  

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Рябихиной И.А., судей Грабко О.В., Измайловой А.Э. 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Гаврилиной В.В.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1  

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 15 июля 2025 года по делу № А57-28412/2024  

по ходатайству финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - г. Маркс, Саратовская обл., зарегистрированна по адресу: 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛС 159-418- 505 92)  

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 12.11.2024 гражданин - ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий ФИО2), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».  

22.04.2025 финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при реализации имущества гражданин. Кроме того, обратился с ходатайством о выплате вознаграждения финансовому управляющему за проведение процедуры банкротства.  

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 15.06.2025 процедура реализации имущества завершена; должник освобожден от дальнейшего исполнения требований, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением требований перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» по кредитным договорам от 26.04.2024 № 772097, от 26.04.2024 № 775857, от 27.04.2024 № 776048, от 27.04.2024 № 776086, акционерным обществом «Почта Банк» по кредитному договору от 26.04.2024 № 91730579, акционерным обществом «Альфа-Банк» по кредитному договору от 26.04.2024 № F0CRBM10240425013137. Полномочия финансового управляющего ФИО2 прекращены. Суд определил перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Саратовской области на счет финансового управляющего ФИО2 в счет оплаты вознаграждения денежные средства в сумме 25 000 руб. 00 коп., внесенные на депозит суда чеком по операции от 23 октября 2024 года в соответствии с банковскими реквизитами получателя.  

ФИО1, не согласившись с выводами суда первой инстанции, обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение в части неприменения к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, применить в отношении ФИО1 правила об свобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.  

В обоснование апелляционной жалобы указано, что договоры с публичным акционерным обществом «Сбербанк» заключались в целях стабилизации финансового положения, обязательства перед банками длительное время исполнялись должником надлежащим образом. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие тот факт, что в случае сообщения должниками сведений о наличии кредитных обязательств решения по вопросу кредитования были бы иными. Публичное акционерное общество «Сбербанк России» на момент заключения кредитного договора обладало сведения о наличии иных кредитных договоров, поскольку они также были заключены с публичным акционерным обществом «Сбербанк России». Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, самостоятельно проверяют платежеспособность заемщика и оценивают кредитные рынки, связанные с обеспечением возврата кредита и возможностью гасить задолженность по кредиту. Само по себе наличие у должника обязательств перед несколькими кредитными организациями не свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на наращивание кредиторской задолженности. Должником не совершались действия по сокрытию действительных доходов и имущества, на которое может быть обращено взыскание. Должником предпринимались меры по погашению кредитных обязательств, имел дополнительный заработок в виде неофициального дохода.  

В представленных возражениях на апелляционную жалобу публичное акционерное общество «Сберабнк России» возражало против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просило обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.  

Руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), судебная коллегия считает возможным  

рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.  

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалуется только часть определения, при этом иные лица, участвующие в деле, возражений против этого не заявили, то в соответствии с пунктом 5 статьи 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не может выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части.  

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, , обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из нижеследующего.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.  

Завершая процедуру реализации имущества в отношении должника, суд первой инстанции установил, что финансовый управляющий представил отчет о результатах реализации имущества гражданина и соответствующие ему документы.  

Судом первой инстанции установлено, что в ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве.  

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в общем размере 587 901 коп. 01 коп., при этом погашение требований кредиторов, включенных в реестр, не производилось по причине отсутствия у должника достаточного имущества.  

Суд первой инстанции, установив, что финансовым управляющим выполнены все необходимые мероприятия и иные источники для пополнения конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов отсутствуют, пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина.  

Предметом апелляционного обжалования является вопрос о неприменении к должнику правил об освобождении от обязательств, установленных статьей 213.28 Закона о банкротстве.  

Рассматривая вопрос об освобождении гражданина от обязательств, суд первой инстанции руководствовался следующим.  

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.  

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гласит, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:  

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;  

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;  

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.  

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.  

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).  

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по  

старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.  

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.  

Суд первой инстанции, отказывая в применении к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России», акционерным обществом «Почта Банк», акционерным обществом «Альфа-Банк», пришел к выводу о наличии в действиях должника признаков недобросовестности.  

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции в силу следующего.  

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2025 года № 304-ЭС24-24028 по делу № А03-9272/2023 сформирована правовая позиция, в соответствии с которой законодательство о банкротстве позволяет освободиться от долгов честному должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение (пункт 3 и пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

При установлении недобросовестности должника суд в зависимости от обстоятельств дела, с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестных кредиторов от недобросовестного поведения должника, в виде отказа в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения банкротных процедур.  

Одновременное обращение потенциального заемщика в разные банки для определения оптимальных для него условий кредитования еще не свидетельствует о недобросовестном поведении должника.  

Вместе с тем, после определения таких оптимальных условий кредитования стандартным поведением добросовестного заемщика является обращение в банк, предложивший лучшие условия, с целью получения кредита на всю необходимую сумму, предоставив тем самым банку возможность оценить перспективы и риски заключения сделки.  

При одновременном обращении за получением кредита в несколько банков стандартным поведением добросовестного потенциального заемщика будет являться указание соответствующей информации о получении им заемных средств в иных кредитных учреждениях, поскольку иное лишает кредиторов возможности объективно оценить риски и возможности заемщика исполнить обязательства.  

Как следует из материалов дела должником в течение двух дней (26.04.2024, 27.04.2024) заключено несколько кредитных договоров, по которым банки предоставили должнику заемные денежные средства в размере 1 918 313 руб. 29 коп.:  

- с акционерным обществом «Почта Банк» кредитный договор от 26.04.2024 № 91730579 на сумму 368 799 руб. 00 коп.;  

- с акционерным обществом «Альфа-Банк» кредитный договор от 26.04.2024 № F0CRBM10240425013137 на сумму 1 003 400 руб. 00 коп.;  

- с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» кредитный договор от 26.04.2024 № 772097 на сумму 236 000 руб. 00 коп.,  

- с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» кредитный договор от 26.04.2024 № 775857 на сумму 160 120 руб. 42 коп.  

- с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» кредитный договор от 27.04.2024 № 776048 на сумму 78 131 руб. 94 коп.,  

- с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» кредитный договор от 27.04.2024 № 776086 на сумму 71 861 руб. 93 коп.  

Кроме того, 07.05.2024 между должником и публичным акционерным обществом «Сбербанк России» был заключен договор на предоставление возобновляемой кредитной  

линии посредством выдачи международной кредитной карты Сбербанка МИР Momentum ТП-1001, а 08.05.2024 с акционерным обществом «ТБанк» кредитный договор  

 № 0332531031. 

Таким образом, основная кредиторская задолженность сформирована за два дня, а общая долговая нагрузка, принятая должником перед тремя банками, составляет 1 918 313 руб. 29 коп.  

В пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, разъяснено, что в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей отказа в освобождении гражданина от долгов в рамках процедуры банкротства.  

При этом последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.  

Согласно пункту 3.7. статьи 5 Федерального закона от 30 декабря 2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» информационная часть кредитной истории представляется источниками формирования кредитной истории в бюро кредитных историй без согласия субъекта кредитной истории в срок, не превышающий пяти рабочих дней со дня ее формирования.  

С учетом изложенного, на момент получения должником кредитов в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», сведения о кредитах, полученных в тот же день в акционерном обществе «Почта Банк», акционерном обществе «Альфа-Банк», не могли быть занесены в бюро кредитных историй, поскольку указанные сведения направляются кредитными организациями в срок, не превышающий трех рабочих дней со дня ее формирования.  

Принимая во внимание заключение должником кредитных договоров в течение двух дней (26.04.2024 и 27.04.2024), у банков отсутствовала реальная возможность осуществления проверки достоверности предоставляемых заемщиком сведений об имеющихся обязательствах.  

Заключение ФИО1 кредитных договоров в течение непродолжительного периода времени (26.04.2024 и 27.04.2024) позволяет сделать вывод о том, что действия должника фактически направлены на предотвращение возможности проверки кредитной истории за счет одновременного параллельного обращения в несколько кредитных организаций.  

Проанализировав анкеты заемщика, заполненные должником при заключении кредитных договоров с банками, суд установил, что из данных анкет не следует, что должник извещал банковские организации о принятии на себя кредитных обязательств единовременно в нескольких разных банках. Доказательств иного суду не представлено.  

Судом установлено, что ФИО1 трудоустроена в обществе с ограниченной ответственностью «Апрель Саратов» в должности консультанта, с 19.09.2023 (на момент получения кредитов) и по настоящее время находится в декретном отпуске по уходу за ребенком, что подтверждается пояснениями должника. Сведения о наличии у должника иного дополнительного дохода в материалах дела отсутствуют.  

В анкетах, заполняемых должником при получении кредитов в банках, им указывались сведения о том, что среднемесячный доход должника составлял от 25 000 руб. до 40 000 руб. В заявлении-анкете на получение кредит нойкарты от 07.05.2023 должник указал доход в размере 90 000 руб..  

Вместе с тем, согласно выписке, содержащей сведения из государственной информационной системы «Единая централизованная цифровая платформа в социальной сфере» о мерах социальной защиты (поддержки), социальных услугах, иных социальных гарантиях и выплатах, на момент получения кредитов ФИО1 получала ежемесячное пособие по уходу за ребенком до полутора лет в размере 10 536 руб. 40 коп..  

В соответствии со справками о доходах должника по форме 2НДФЛ, ФИО1 в 2021 году получила доход в размере 227 418 руб. 75 коп., в 2022 году – 388 360 руб. 61 коп., в 2023 году – 193 252 руб. 37 коп., за 2024 год – сведения отсутствуют.  

Общий размер ежемесячных платежей согласно графикам погашения по указанным кредитным договорам составлял более 54 000 руб., что в несколько раз превышало среднемесячный доход должника в период взятия кредитов (10 536 руб. 40 коп.), сведения о котором содержатся в Выписке из Единой государственной информационной системы социального обеспечения и справках 2-НДФЛ.  

Доводы о том, что ФИО1 указывала в анкетах доход супруга был предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отклонен.  

При анализе представленной должником электронной трудовой книжки ФИО3 (супруг должницы), в период с 25.06.2018 по 11.03.2024 он осуществлял трудовую деятельность в обществе с ограниченной ответственностью «Волжский дизельный альянс». После 11 марта 2024 года официально трудовую деятельность не осуществляет.  

В соответствии с представленной должником выпиской по счету супруга № 40817810556004319791, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», в период с 01.01.2024 по 01.01.2025 на указанный счет поступило 4 539 581 руб. 47 коп., а списано 4 541 213 руб. 49 коп. При этом денежные средства, поступавшие на счет супруга должника в период с 11.03.2024 (после увольнения с официального места работы) путем их перевода на карту в большей степени от различных физических лиц, аккумулировались супругом должника и переводились им на счета иных физических лиц, в том числе Дмитрию Сергеевичу Б., Мария Евгениевна Б., Анастасии Витальевне У., Денису Михайловичу Р., Оксане Александровне Х. и других, а так же были направлены на оплату не установленных товаров/услуг через SberPay в мобильном приложении «Сбербанк Онлайн».  

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, из указанной выписки по счету не следует, что все денежные средства, поступающие на счет супруга должника, являлись его доходом.  

Кроме того, в соответствии со сведениями из бюро кредитных историй у ФИО3, при оформлении должником кредитов, так же имелись действующие кредитные договоры: с обществом с ограниченной ответственностью микрокредитной компанией «Озон кредит» от 05.09.2023 на сумму 60 000 руб. 00 коп., с ПАО «Сбербанк России» от 08.07.2022 на сумму 280 000 руб.  

При этом, помимо долговой нагрузки, денежные средства из заработной платы супруга должника должны были расходоваться на поддержание достойного уровня жизни гражданина и членов его семьи, ввиду наличия на его иждивении несовершеннолетнего ребенка.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что действительно Банк, являясь профессиональным участником рынка кредитования, имеет широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, однако профессиональный статус Банка как участника кредитного рынка не освобождает заемщика от необходимости действовать добросовестно, в том числе представлять при получении кредита достоверные сведения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03 июня 2019 года № 305-ЭС18-26429).  

Суд апелляционной инстанции считает, что должник является взрослым и дееспособным гражданином, при принятии на себя спорных обязательств - заключение кредитного договора в отсутствие надлежащего финансового обеспечения его последующего  

возврата, безусловно, осознавал и понимал последствия подписываемых им документов и принимаемых на себя обязательств.  

Вместе с тем, из представленных в материалы дела документов не следует, что совокупный доход должника и его супруга позволял осуществлять погашение по указанным кредитным договорам.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что у должника не имелось возможности исполнять принятые на себя кредитные обязательства в полном объеме, сам должник указанные обстоятельства должен был объективно осознавать.  

Доказательств того, что принятие на себя непосильных денежных обязательств было вызвано острой жизненной необходимостью со стороны должника, судам первой и апелляционной инстанций не представлено.  

Более того, заявление о признании банкротом подано должником в суд 26.09.2024, то есть через пять месяцев после заключения кредитных договоров.  

С учетом вышеуказанного, суд правомерно признал недобросовестным поведение должника на стадии принятия кредитных обязательствах в значительном размере, превышающем его ежемесячный доход, который не позволял исполнять обязательства в соответствии с условиями договоров. Указанное свидетельствует о наращивании значительной кредиторской задолженности, заведомо неисполнимой должником (с учетом уровня его дохода и отсутствия имущества, за счет которого возможно погашение обязательств).  

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на тот факт, что Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, самостоятельно проверяют платежеспособность заемщика и оценивают кредитные рынки, связанные с обеспечением возврата кредита и возможностью гасить задолженность по кредиту. Кроме того, податель апелляционной жалобы ссылается на то, что четыре из шести кредитных договоров заключены с публичным акционерным обществом «Сбербанк России».  

Действительно, в силу сформированного правового подхода, банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.  

Однако в данном случае, вопреки доводам должника, указанная презумпция применению не подлежит, поскольку все кредитные договоры заключены в течение двух дней, то есть публичное акционерное общество «Сбербанк России», одобряя кредиты в общей сумме на 546 114 руб. 29 коп., объективно не обладало информацией о заключении должником в этот же день кредитных договоров с другими банками ещё на сумму 1 372 199 руб., так же как и акционерное общество «Почта Банк» не обладало информацией о заключении ФИО1 кредитных договоров с акционерным обществом «Альфа-Банк» и другими и т.д.; должник же при этом не ставил в известность кредитные организации о заключении иных кредитных договоров.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, необходимо также учитывать, что после получения таких сведений бюро кредитных историй необходимо определенное время для обработки и внесения соответствующих сведений в отчетность.  

Соответственно, на момент получения должником кредита сведения о предшествующих кредитах, полученных им в том же день, или днем позже, не могли быть занесены в бюро кредитных историй.  

В свою очередь, банковские организации в результате недобросовестного поведения должника фактически были лишены возможности получить сведения об указанных обстоятельствах из бюро кредитных историй, ввиду того, что кредитные договоры были заключены 26.04.2024 и 27.04.2024.  

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия должника фактически направлены на предотвращение возможности проверки кредитной истории за счет одновременного параллельного обращения к перечисленным выше банкам. Такая схема взаимодействия с кредитными учреждениями свидетельствует о том, что должник не мог не понимать содержание своих действий, что не может быть признано добросовестным заблуждением относительно собственных финансовых возможностей.  

Таким образом, должник нарастил объем кредиторской задолженности практически одномоментно, заключив несколько кредитных договоров, а обращение с заявлением о банкротстве через 5 месяцев после заключение договоров свидетельствует о том, что должник и не собирался исполнять принятые на себя обязательства.  

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что требования кредиторов в каком-либо размере (даже незначительном) в ходе процедуры банкротства не удовлетворялись.  

Принимая во внимание установленные судом первой инстанции обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции считает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства при наличии недобросовестного поведения в ущерб кредиторам, а обращаясь с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) должник преследовал цель освобождения себя от долгов.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела о банкротстве, пришел к верному выводу о том, что должником намеренно создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в один день.  

При этом, само по себе подписание должником в один день кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки.  

Разумных и рациональных объяснений относительно несообщения кредиторам сведений о наличии задолженности перед иными кредиторами не приведено.  

Бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника при оформлении кредитных договоров и в процедуре банкротства, лежит именно на должнике.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в данном случае должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых очевидно был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимал на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что в конечном итоге и привело к критическому моменту - моменту банкротства должника.  

Как принципы потребительского банкротства, так и законодательно установленные требования к степени добросовестности должника-банкрота - таковой ситуации не допускают. Сложившаяся судебная практика применения законодательства о банкротстве граждан исходит из того, что подобное поведение должника нельзя признать добросовестным, оно формирует у граждан-должников ложное представление об истинных целях и задачах института потребительского банкротства, о возможности безосновательного освобождения от своих обязательств и потому подлежит пресечению.  

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что перечисленные факты указывают на недобросовестное поведение ФИО1 при вступлении в кредитные обязательства, предоставление им заведомо недостоверной информации.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции, с учетом конкретных обстоятельств дела, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для неприменения в отношении должника ФИО1 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами публичным акционерным обществом «Сбербанк России» по кредитным договорам от 26.04.2024 № 772097, от 26.04.2024 № 775857, от 27.04.2024 № 776048, от 27.04.2024 № 776086, акционерным обществом «Почта Банк» по кредитному договору от 26.04.2024 № 91730579, акционерным обществом «Альфа-Банк» по кредитному договору от 26.04.2024 № F0CRBM10240425013137.  

Судебная коллегия считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства получили надлежащую оценку. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.  

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

При выдаче кредитов банки руководствуются разработанными ими правилами кредитования, в том числе устанавливают лимиты выдачи потребительских кредитов физическим лицам, требования к заемщикам, применяют механизмы страхования и обеспечения (поручительство, залог) в качестве мер по снижению риска невозврата кредита.  

Таким образом, даже в отсутствие заявлений со стороны кредиторов акционерного общества «Почта Банк» по кредитному договору от 26.04.2024 № 91730579 и акционерного общества «Альфа-Банк» о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед ними, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед указанными кредиторами.  

Напротив, освобождение судом должника от исполнения обязательств перед указанными кредиторами, выдавшими кредиты 26.04.2024 и 27.04.2024, вызвало бы нарушение баланса сторон.  

Довод о том, что частичное погашение кредитов свидетельствовало о добросовестности заемщика, подлежит отклонению, поскольку для целей освобождения от обязательств перед кредитными организациями значима его добросовестность при оформлении кредитных договоров. Такой стандарт поведения обусловлен тем, что именно на преддоговорном этапе отношений кредитная организация оценивает все риски, связанные с финансированием конкретного заемщика.  

Действия должника ограничили возможности кредиторов по оценке рисков заключаемых с ним сделок (абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), поэтому возложение негативных последствий от неисполнения таких сделок на должника путем отказа в получении им выгоды - освобождения от обязательств перед кредиторами - является справедливым решением.  

Таким образом, исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о доказанности недобросовестного поведения должника в ходе процедуры банкротства, а также о его намерении скрыть имущество, тем самым исключив возможность обратить на него взыскание, либо реализовать в ходе процедуры банкротства, нанеся своими действиями ущерб имущественным правам кредиторов.  

В данном случае освобождение ФИО1 от обязательств, с учетом установленных обстоятельств, вступает в противоречие с целями процедур банкротства и их законными последствиями.  

Освобождение недобросовестного должника от обязательств повлечет поощрение такого рода действий и причинение ущерба кредиторам, поскольку процедуры банкротства нельзя рассматривать как механизм освобождения от долгов в отношении недобросовестных должников, умышленное сомнительное и недобросовестное поведение которых привело к возникновению и последующему неисполнению обязательств перед кредиторами в значительном размере.  

В данном случае суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что установленные обстоятельства исключают возможность применения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.  

Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт в обжалуемой части, апелляционная жалоба не содержит.  

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения в обжалуемой части в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.  

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.  

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции вынесено законное и обоснованное определение в обжалуемой части, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу ФИО1 следует оставить без удовлетворения.  

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.  

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 15 июля 2025 года по делу № А57-28412/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.  

Председательствующий судья И.А. Рябихина  

Судьи О.В. Грабко 

 А.Э. Измайлова