АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-1243/2023

г. Петропавловск-Камчатский

15 августа 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 08 августа 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 15 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Т.А. Арзамазовой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по 

исковому заявлению

акционерного общества «Единая городская недвижимость» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 683038, 

<

...>)

к 

Фонду капитального ремонта многоквартирных домов Камчатского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 683000, 

<

...>)

третье лицо:

акционерное общество «Камчатгипрорыбпром»

об обязании привести систему теплоснабжения в нежилых помещениях поз. 31-40 цокольного этажа площадью 108,6 кв. м в жилом доме по ул. Ленинградская, д. 74 в г. Петропавловске-Камчатском в соответствие с проектной документацией, изготовленной государственным унитарным предприятием Камчатского края «Камчатгипрорыбпром», в течение тридцати календарных дней с момента вступления решения в законную силу, о взыскании 179 739,13 руб. убытков, 

при участии в заседании: 

от истца: представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 20.10.2022, со специальными полномочиями, сроком на один год, диплом),

от ответчика: представитель ФИО3 (паспорт, доверенность от 14.01.2022, со специальными полномочиями, сроком до 31.12.2023, диплом), 

от третьего лица: не явились, 

 

 

установил:

акционерное общество «Единая городская недвижимость» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Фонду капитального ремонта многоквартирных домов Камчатского края (далее - ответчик) об обязании привести систему теплоснабжения в нежилых помещениях поз. 31-40 цокольного этажа площадью 108,6 кв. м в жилом доме по ул. Ленинградская, д. 74 в                            г. Петропавловске-Камчатском в соответствие с проектной документацией, изготовленной государственным унитарным предприятием Камчатского края «Камчатгипрорыбпром», в течение тридцати календарных дней с момента вступления решения в законную силу и о взыскании 179 739,13 руб. убытков.

Также истец просит взыскать с ответчика судебную неустойку на случай неисполнения судебного акта в размере 5 000 руб. за каждый день неисполнения, начиная с даты истечения срока исполнения решения суда до даты его фактического исполнения.

Определением от 15.06.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Камчатгипрорыбпром».

Обосновывая заявленные требования, истец по тексту искового заявления сослался на проведение ответчиком капитального ремонта системы теплоснабжения в жилом доме по ул. Ленинградская, д. 74 в г. Петропавловске-Камчатском с нарушением требований проектной документации и нормативных технических документов. Настаивает на том, что в существующем состоянии система теплоснабжения угрожает жизни и здоровью людей, которые будут эксплуатировать помещения. Пояснил, что обращался к ответчику за устранением допущенных нарушений, однако ответчик от исполнения своей обязанности уклонился, в связи с чем просит обязать ответчика привести систему теплоснабжения в нормативное состояние в судебном порядке. Считает достаточным срок выполнения таких работ в течение 30 дней с момента вступления решения суда в законную силу.

Также истец указал, что отсутствие отопительных приборов в помещении повлекло причинение истцу убытков в размере 179 739,13 руб., составляющих стоимость недополученной тепловой энергии. Полагает, что указанные убытки возникли в связи с ненадлежащим выполнением ответчиком капитального ремонта.  

В целях дополнительного стимулирования ответчика к выполнению работ по устранению недостатков ремонта системы теплоснабжения истец просит взыскать с ответчика судебную неустойку на случай неисполнения судебного акта. Полагает размер неустойки – 5 000 руб. за каждый день неисполнения решения разумным и обоснованным.

Ответчик в письменном отзыве на исковое заявление, поддержанном представителем в судебном заседании, по требованиям истца возразил. Пояснил, что в ходе выполнения ремонтных работ прокладка трубопровода выполнена по существующей схеме и с учетом тех отопительных приборов, которые фактически имелись в помещениях истца, при этом изменение проектного решения согласовано с проектной организацией. Каких-либо нарушений при производстве ремонтных работ, тем более повлекших причинение убытков истцу, ответчик не усматривает. Обращает внимание суда, что истец ни в период ремонта, ни в течение длительного периода времени после его окончания не высказывал никаких претензий относительно качества работ, что, по мнению ответчика, свидетельствует об отсутствии нарушений прав истца и является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.   

Третье лицо свое отношение к заявленным требованиям не выразило, письменный отзыв на исковое заявление не представило. 

Согласно части 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, о дате и месте рассмотрения дела уведомлено надлежащим образом.

На основании статьи 156 АПК РФ суд рассматривает дело без участия представителя третьего лица.

В судебном заседании представитель истца заявил об уточнении исковых требований и просил обязать ответчика в течение тридцати календарных дней с момента вступления решения в законную силу привести систему теплоснабжения в нежилых помещениях поз. 31-40 цокольного этажа площадью 108,6 кв. м в жилом доме по ул. Ленинградская, д. 74 в г. Петропавловске-Камчатском в соответствие с проектной документацией, изготовленной государственным унитарным предприятием Камчатского края «Камчатгипрорыбпром», а именно:

1.1 демонтировать существующую систему центрального отопления в следующих нежилых помещениях: поз. № 34, 35, 36, 38, 40, выполненную на уровне потолка;

1.2 выполнить прокладку труб системы центрального отопления на уровне пола в  следующих нежилых помещениях: поз. № 34, 35, 36, 38, 40;

1.3 установить в трубах системы центрального отопления, выполненной на уровне пола, подводы для возможности подключения отопительных приборов в нежилых помещениях поз. № 34, 38, 40 цокольного этажа с установкой полипропиленовых вентилей для радиаторов;

1.4 в местах сквозных пересечений труб отопления со строительными конструкциями между помещениями поз. № 34 и поз. № 35, поз. № 35 и поз. № 36, поз. № 36 и поз. № 38, поз. № 38 и поз. № 40 установить гильзы из негорючих материалов с внутренним диаметром на 5-10 мм больше наружного диаметра проложенной трубы, зазор между трубой и гильзой заделать мягким несгораемым материалом, допускающим перемещение трубы вдоль продольной оси;

1.5 выполнить крепление труб отопления вдоль всех стен помещений            поз. № 34, 35, 36, 38, 40 с использованием изделий согласно каталогам фирм-изготовителей труб или опор, применяемых для пластмассовых труб, с учетом возможных способов крепления, указанных в пункте 5.24 СП 41-102-98.

В остальной части требования истцом оставлены без изменений.

По правилам части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Исследовав материалы дела, суд считает возможным принять уточнение истцом исковых требований, поскольку такое уточнение не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц. Полномочия лица, подписавшего ходатайство об уточнении исковых требований, судом проверены и признаны надлежащими.

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Истец является собственником нежилых помещений общей площадью             108,6 кв.м поз. № 31-40 цокольного этажа в жилом доме по адресу:                                     

<

...>.

В 2018 году ответчиком проведен капитальный ремонт внутридомовых инженерных систем дома, в том числе системы центрального отопления. Капитальный ремонт осуществлялся в соответствии с проектной и рабочей документацией, разработанной государственным унитарным предприятием Камчатского края «Камчатгипрорыбпром». Работы по капитальному ремонту сданы подрядной организацией – обществом с ограниченной ответственностью «Легион» на основании акта о приемке в эксплуатацию комиссией законченных капитальным ремонтом элементов жилого здания от 19.12.2018 и приняты ответчиком без каких-либо замечаний. 

Письмом от 02.11.2022 № 1095 истец запросил у ответчика проектно-сметную документацию в части, касаемой выполнения работ в нежилых помещениях поз. № 31-40 цокольного этажа. Письмом от 13.11.2022 документация направлена ответчиком в адрес истца.

07.12.2022 сторонами проведено совместное обследование системы отопления в помещениях истца, по результатам которого оформлен соответствующий акт. В акте сторонами зафиксировано, что в помещениях                 поз. № 34, 38, 40 инженерные сети отопления находятся под потолком, стояки центрального отопления присоединены к розливам (полипропиленовым трубопроводам) для предоставления коммунальных ресурсов в расположенные выше квартиры, на розливах установлены сбросные шаровые краны. Радиатор отопления присоединен только в нежилом помещении поз. № 32, в остальных помещениях, в которых по проекту предусмотрены точки присоединения для установки приборов отопления, отсутствует техническая возможность их присоединения.

Одновременно истец обратился к ответчику с претензией, в которой указывал на выполнение капитального ремонта с нарушением строительных норм и правил и требований безопасности и требовал незамедлительно устранить допущенные нарушения. Кроме того, истец требовал от ответчика возмещения убытков на сумму 179 739,13 руб., которые он понес в связи с невозможностью получения тепловой энергии на нужды отопления.     

Поскольку до настоящего времени требования истца ответчиком не исполнены, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением. 

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в силу следующего.

Правовое регулирование деятельности региональных операторов, направленной на обеспечение проведения капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах, осуществляется Жилищным кодексом Российской Федерации.

В целях обеспечения оказания услуг и (или) выполнения работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме региональный оператор обязан, в частности, привлечь для оказания услуг и (или) выполнения работ по капитальному ремонту подрядные организации и заключить с ними от своего имени соответствующие договоры, предусматривающие в том числе установление гарантийного срока на оказанные услуги и (или) выполненные работы продолжительностью не менее пяти лет с момента подписания соответствующего акта приемки оказанных услуг и (или) выполненных работ, а также обязательства подрядных организаций по устранению выявленных нарушений в разумный срок, за свой счет и своими силами (пункт 3 части 2            статьи 182 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 части 2 статьи 182 Жилищного кодекса Российской Федерации региональный оператор обязан контролировать качество и сроки оказания услуг и (или) выполнения работ подрядными организациями и соответствие таких услуг и (или) работ требованиям проектной документации.

На основании пункта 11 части 2 статьи 182 Жилищного кодекса Российской Федерации региональный оператор несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за качество выполненных работ подрядными организациями, привлеченными им, в течение не менее пяти лет с момента подписания акта приемки оказанных и выполненных работ.

В части 6 статьи 182 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что региональный оператор перед собственниками помещений в многоквартирном доме, формирующими фонд капитального ремонта на счете регионального оператора, несет ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по проведению капитального ремонта подрядными организациями, привлеченными региональным оператором.

Исходя из изложенного, жилищным законодательством установлена ответственность именно регионального оператора за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по проведению капитального ремонта подрядными организациями, привлеченными региональным оператором (часть 6 статьи 182 Жилищного кодекса Российской Федерации), при которой в силу прямого указания закона ответственность регионального оператора возникает за действия (бездействие) третьих лиц, не являющихся стороной обязательства, возникающего между региональным оператором и собственниками помещений при организации проведения капитального ремонта общего имущества дома. При этом частью 6 статьи 182 Жилищного кодекса Российской Федерации какие-либо ограничения ответственности регионального оператора за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по проведению капитального ремонта подрядными организациями, привлеченными региональным оператором, не установлены, региональный оператор отвечает за действия подрядной организации перед собственниками в соответствии с принципом полного возмещения убытков (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018)).

Как указано Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 12.04.2016 № 10-П, деятельность регионального оператора обусловлена возложенными на него публично значимыми функциями по реализации многостадийного процесса осуществления капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах, собственники помещений в которых избрали в качестве способа формирования фонда капитального ремонта перечисление взносов на капитальный ремонт на счет регионального оператора. Данный способ, по смыслу положений Жилищного кодекса Российской Федерации, в том числе пункта 4 части 1 его статьи 180 и части 1 статьи 182, предполагает наличие у собственников помещений в многоквартирных домах права требовать от регионального оператора проведения капитального ремонта общего имущества в этих домах в объеме и в сроки, предусмотренные региональной программой капитального ремонта.

Судом установлено, что в 2018 году ответчик организовал проведение капитального ремонта системы центрального отопления в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>, в котором находятся помещения истца. Работы по капитальному ремонту осуществлялись в соответствии с проектной документацией, изготовленной государственным унитарным предприятием Камчатского края «Камчатгипрорыбпром» (ныне - акционерное общество «Камчатгипрорыбпром»).

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Как следует из представленной в материалы дела рабочей документации на объект «Капитальный ремонт объектов общего имущества в многоквартирных домах Камчатского края. Жилое здание по ул. Ленинградская, д. 74,                                    г. Петропавловск-Камчатский», строительно-монтажные работы по объекту предусматривали демонтаж всей системы отопления, выполнение новых отверстий, размещение гильз, выставление новых стояков, прокладку новых магистральных трубопроводов по полу подвального и цокольного этажей и т.д. 

Письмом от 01.08.2018 подрядчик – общество с ограниченной ответственностью «Легион» известило истца о проведении работ по капитальному ремонту инженерных системы и просило предоставить доступ в помещения цокольного этажа. Письмом от 02.08.2018 ответчик предоставил истцу все касаемые капитального ремонта документы и также просил обеспечить доступ в принадлежащие истцу помещения. 

Со ссылкой на непредоставление доступа во все помещения цокольного этажа дома письмом от 13.08.2018 № 104/18 подрядчик  известил заказчика – ответчика о невозможности выполнения работ по замене розлива согласно проекту и предложил выполнить такие работы по существующим магистралям.

Письмом от 30.08.2018 ответчик обратился к проектной организации с просьбой согласовать монтаж розлива инженерных сетей, в том числе сетей центрального отопления, по существующим схемам. 

Указанные обстоятельства истцом не оспаривались, однако истец усомнился в получении ответчиком согласования проектной организации письмом от 03.09.2018, поскольку на копии данного письма стоит входящий штамп ответчика с датой 19.04.2023.

Между тем письмом от 19.07.2023 проектная организация пояснила, что при обследовании помещений в целях подготовки проекта капитального ремонта доступ в помещения цокольного этажа предоставлен не был. В этой связи проектное решение по вопросу прокладки трубопроводов по полу принято исходя из типовых проектных решений для помещений коммерческого назначения. Указала, что факт размещения трубопровода центрального отопления под потолком был выявлен только в ходе выполнения работ, в связи с чем согласованы изменения в проект исходя из существующей схемы прокладки.

Таким образом, проектная организация подтвердила изменение проектного решения и обоснованность прокладки системы центрального отопления по существующей схеме, то есть под потолком. Оснований сомневаться в корректировке проектного решения, в том числе с учетом приведенных истцом доводов о несоответствии шифра листов проекта, у суда не имеется. 

Из акта совместного обследования системы отопления в помещениях истца от 07.12.2022, фотографий, датированных 13.06.2018, а также акта обследования, проведенного сторонами по инициативе суда 18.07.2023, судом установлено, что  в помещениях поз. № 34, 35, 36, 38, 40 система центрального отопления выполнена на уровне потолка. С учетом представленных в материалы дела пояснений проектной организации о замене первоначального проектного решения суд не усматривает в данном обстоятельстве каких-либо нарушений. 

Доказательства того, что первоначально система центрального отопления в данных помещениях проходила на уровне пола, истец суду не представил. В то же время из представленных в материалы дела обеими сторонами фотографий усматривается, что какие-либо отверстия, свидетельствующие о прохождении системы отопления до капитального ремонта на уровне пола, в помещениях истца также отсутствуют. То есть капитальный ремонт системы с монтажом нового трубопровода по существующей схеме объективно не мог повлиять на права и законные интересы истца.

При установленных обстоятельствах суд вынужден признать необоснованными требования истца об обязании ответчика демонтировать существующую систему центрального отопления нежилых помещениях поз. № 34, 35, 36, 38, 40, выполненную на уровне потолка, и выполнить прокладку труб системы центрального отопления на уровне пола.

Доводы истца о нарушении требований безопасности в связи с прокладкой трубопровода на уровне потолка и возможным причинением вреда жизни и здоровью граждан в случае порыва принимаются судом во внимание, однако в рассматриваемом случае не могут служить единственным основанием для удовлетворения заявленных требований. При этом суд учитывает, что помещения истца являются нежилыми и подлежат использованию с учетом размещенного в них инженерного оборудования, а также его состояния. В данном случае обязанность по обеспечению безопасного использования помещений, в том числе недопущению порывов трубопровода, возлагается на истца.

Оценивая требования истца в части установки в трубах системы центрального отопления, выполненной на уровне пола, подводов для возможности подключения отопительных приборов в нежилых помещениях поз. № 34, 38, 40 цокольного этажа с установкой полипропиленовых вентилей для радиаторов, суд исходит из того, что по результатам обследования, проведенного сторонами 18.07.2023, было выявлено, что в данных помещениях радиаторы отсутствуют в принципе. Из технического паспорта цокольного этажа, представленного истцом, усматривается наличие радиаторов отопления, однако установить, когда именно и кем они были демонтированы, не представляется возможным. Представитель истца в судебном заседании предположил, что радиаторы были демонтированы кем-то из арендаторов, однако указать время демонтажа не смог.

Из представленных в материалы дела фотографий не следует, что на стенах помещений имеются крепления для навески радиаторов, что подтверждает доводы ответчика о том, что на момент выполнения капитального ремонта радиаторы отсутствовали, и необходимости подводки к ним теплоносителя в принципе не имелось. Доказательства того, что при выполнении работ нарушено решение проектной организации о монтаже трубопровода по существующей схеме, суду не представлены.

Что касается гильз в местах сквозных пересечений труб отопления со строительными конструкциями между помещениями поз. № 34 и поз. № 35,             поз. № 35 и поз. № 36, поз. № 36 и поз. № 38, поз. № 38 и поз. № 40, согласно проекту трубопроводы отопления в местах пересечения перекрытий, внутренних стен и перегородок подлежали проложению в гильзах из негорючих материалов. Края гильз должны были быть на одном уровне с поверхностью стен, перегородок и потолков, заделку отверстий и зазоров следовало предусмотреть негорючими материалами «Пенокс», обеспечивая нормируемый предел стойкости ограждений.

 В целях проверки наличия либо отсутствия гильз в местах пересечений суд поручил сторонам провести совместный осмотр помещений. Такой осмотр проведен сторонами 18.07.2023, однако с достоверностью установить отсутствие гильз не представилось возможным.

Представитель истца в акте (пункт 2) указывает, что в помещении  поз.№ 34 труба отопления проходит через потолок, и в месте пересечения потолочной плиты отсутствует заделка негорючим материалом. Вместе с тем на фото № 2 отчетливо видно, что труба уложена в гильзу, выполненную на уровне потолка, при этом отверстие между гильзой и потолком замазано шпатлевкой или аналогичным материалом. Диаметр гильзы в данном случае обеспечивает свободное прохождение трубопровода в полном соответствии с проектной документацией.

В пункте 3 акта истец указывает на применение в месте пересечения стены в сторону помещения поз. № 36 одной гильзы вместо двух. Из фотографии № 4 усматривается, что, действительно, подрядчик поместил две параллельных  трубы в одну гильзу и заделал отверстие в стене материалом, напоминающим монтажную пену. 

Вместе с проектом не предусмотрен запрет на проложение двух параллельных труб в одной гильзе. Что касается материала для заделки отверстия, согласно общеизвестным сведениям о материале «Пенокс», предусмотренном проектом, содержащимся  в информационно-коммуникационной сети Интернет, данный материал представляет собой монтажную пену. Доказательства того, что примененный в ходе капитального ремонта материал для заделки отверстий не является монтажной пеной «Пенокс» или не обладает свойством негорючести, истец суду не представил.

По помещению поз. № 36 истцом в пункте 4 акта указано на применение одной гильзы по направлению к помещению поз.№ 38, а также на заделку пересечения стены бытовой монтажной пеной. В отношении помещения поз.№ 38 в пункте 5 акта истцом также указано на наличие одной гильзы на две параллельные трубы и факт заделки материалом, напоминающим монтажную пену. 

Между тем указанные доводы сами по себе не свидетельствуют о необходимости замены гильз и заделки отверстий, поскольку наличие гильз и факт заделки истцом признаются, а доказательства того, что ремонтные работы в данной части противоречат требованиям проекта или нормативных технических документов суду не представлены. 

Оценивая доводы истца относительно помещения поз.№ 40 (пункт 6 акта), суд учитывает, что из фотографий № 9, 10 и 11, на которые ссылается истец, невозможно установить отсутствие гильз в местах пересечений трубопровода с потолком, поскольку отверстия были заделаны материалом наподобие    шпатлевки, которая частично отвалилась, обнажив коричневую стену, с которой гильзы сливаются. Учитывая, что гильзы согласно проекту подлежат размещению на уровне потолка, а также последующую заделку отверстий, что усматривается из фотографий, выявить отсутствие гильзы без вскрытия отверстия объективно невозможно. В данной части суд соглашается с доводами ответчика.

Кроме того, истцом заявлено о замене гильз между отдельными помещениями, а доказательства того, что фото № 9,10 относятся к помещениям между поз. № 38 и поз. № 40, указанными истцом, к акту не приложены. Как указывает сам истец, на данных фото речь идет об отверстиях в потолке, в не в стенах между помещениями.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о замене гильз в местах сквозных пересечений труб отопления со строительными конструкциями.

В рамках настоящего спора истцом также заявлено требование об обязании ответчика выполнить крепление труб отопления вдоль всех стен помещений            поз. № 34, 35, 36, 38, 40 с использованием изделий согласно каталогам фирм-изготовителей труб или опор, применяемых для пластмассовых труб, с учетом возможных способов крепления, указанных в пункте 5.24 СП 41-102-98.

На вопрос суда в судебном заседании представитель истца затруднился ответить, было ли предусмотрено данное требование проектом.

Из материалов дела судом установлено, что требование к порядку крепления трубопровода центрального отопления в помещениях цокольного этажа предусмотрено не было, поскольку проект предусматривал устройство трубопровода по полу.  

Пунктом 5.24 СП 41-102-98, на который ссылается истец, предусмотрено, что для закрепления труб рекомендуется применять изделия согласно каталогам фирм - изготовителей труб или иные опоры, применяемые для пластмассовых труб. Как пример в данном пункте приведены ряд вариантов креплений, однако требование об обязательности применения именно таких креплений документ не содержит. 

Между тем доказательства того, что примененные при капитальном ремонте опоры не предусмотрены каталогом фирм-изготовителей труб либо не применяются для пластмассовых труб, суду не представлены. 

По правилам части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

С учетом указанной норма и в отсутствие соответствующих доказательств основания для удовлетворения требований истца в данной части у суда также отсутствуют. 

В ходе рассмотрения дела судом рассматривался вопрос о возможности проведения судебной экспертизы по делу, однако при наличии документов, подтверждающих факт согласования проектной организацией изменения проектного решения в части прокладки трубопровода на уровне потолка, а также отсутствия радиаторов отопления как таковых в указанных истцом помещениях необходимость проведения судебной экспертизы по данным вопросам объективно отсутствует. Назначать судебную экспертизу по вопросу о наличии либо отсутствии трех гильз с вскрытием отверстий экспертом, а также судебную экспертизу по вопросу горючести примененной для заделки отверстий монтажной пены суд считает нецелесообразным, поскольку стоимость услуг экспертов значительно превысит эффект от полученных исследований, а также повлечет необходимость заделки отверстий после их вскрытия, то есть дополнительные затраты сторон. Что касается каталогов фирм-изготовителей труб, суд установил, что в общем доступе такие каталоги отсутствуют. Запросить их у изготовителей не представляется возможным, поскольку трубы производились на территории иностранных государств, при этом часть производителей труб прекратила свое существование.

При установленных обстоятельствах суд вынужден отказать истцу в удовлетворении заявленного им нематериального требования, а также вытекающего из него требования о взыскании неустойки за неисполнение судебного акта.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем возмещения убытков.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 данной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2               статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцом должны быть доказаны: факт причинения ущерба и его размер; противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и возникшим ущербом. Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Оценивая наличие оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков в заявленной истцом сумме, суд исходит из того, что истцом не представлены доказательства совершения ответчиком противоправных действий (бездействия), нарушения обязательств и наличия причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и суммой, заявленной ко взысканию истцом в качестве ущерба.

По правилам пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Истцом заявлено о взыскании убытков в виде расходов истца по оплате тепловой энергии за период с января 2021 года по июнь 2021 года и с октября 2021 года по июнь 2022 года, при этом в качестве основания для несения ответчиком ответственности указано на отсутствие отопительных приборов в ряде помещений истца.

Определениями от 15.06.2023 и от 25.07.2023 суд предлагал истцу подробно обосновать причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и убытками истца.

В пояснениях от 08.08.2023 истец ссылается на наличие убытков в связи с отсутствием подводов от системы центрального отопления для подключения радиаторов.

Оценив доводы истца в указанной части, суд находит их неубедительными. 

Материалами дела подтверждается, что система центрального отопления в помещениях истца выполнена по существующей схеме, в отсутствие радиаторов отопления отводы не выполнялись. Доказательства того, что ранее такие отводы имелись, а также доказательства наличия в спорных помещениях радиаторов, истцом не представлены. 

В отсутствие таковых суд приходит к выводу о том, что истец не доказал наличие в действиях ответчика состава гражданского правонарушения, влекущего правовые последствия в виде взыскания убытков. 

Статьей 9 АПК РФ закреплен принцип состязательности в арбитражном процессе. Указанный принцип предполагает активную роль сторон в процессе, т.е. именно на них лежит бремя сбора и представления доказательств и именно сторона, не представившая доказательств, несет возможные риски, связанные с этим.

Смысл характеристики доказательственного бремени как явления динамического заключается в том, что при появлении доказательств создается предположение в пользу утверждающего что-либо на их основании, и таким образом распределение обязанностей в доказывании изменяется. Следовательно, ответчик не обязан доказывать отсутствие обстоятельств, обосновывающих его возражения, если истцом не доказаны корреспондирующие обстоятельства, положенные в основу его требования. При этом в обязанность суда входит исследование, проверка и оценка наличествующих доказательств.

В соответствии с частью 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается. Учитывая данный принцип, любое утверждение о невыполнении или ненадлежащем выполнении участниками гражданских правоотношений своих обязанностей (в том числе о фактах, имеющих отрицательное значение) в арбитражном процессе должно быть подтверждено соответствующими доказательствами.

Таким образом, принцип добросовестности участников гражданских правоотношений во взаимосвязи с положениями статьи 65 АПК РФ не исключает обязанности истца доказать наличие в действиях (бездействии) подрядчика состава гражданского правонарушения, влекущего привлечение к ответственности в виде взыскания штрафа.

Поскольку распределение бремени доказывания в рассматриваемом споре должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования, при недоказанности обстоятельств, на которые он ссылается в обоснование своих требований (ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств), ответчику достаточно возразить на данные требования истца. В противном случае возникает ситуация искусственного создания изначально неравных условий для сторон, то есть доказывание ответчиком, в отсутствие у него необходимых для этого процессуальных средств, факта, имеющего отрицательное значение – а именно, отсутствие в его действиях состава гражданского правонарушения.

Учитывая установленные в ходе рассмотрения настоящего спора обстоятельства, суд приходит к выводу о недоказанности истцом ненадлежащего поведения ответчика. Следовательно, оснований для применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков не имеется, требования истца в указанной части удовлетворению не подлежат.

При рассмотрении настоящего спора суд также считает необходимым применить к сложившейся ситуации  принцип эстоппеля.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ),

Одним из средств достижения правовой определенности является эстоппель, который препятствует недобросовестному лицу изменять свою первоначальную позицию, выбранную ранее модель поведения и отношения к определенным юридическим фактам и тем самым вносит определенную конкретность в правоотношения. При этом главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной. В силу принципа эстоппеля никто не может противоречить собственному предыдущему поведению.

Как следует из материалов дела, капитальный ремонт системы центрального отопления имел место в 2018 году, в то время как претензии к результатам работ заявлены истцом в декабре 2022 года, то есть спустя 4 года после его проведения. При этом какие-либо претензии к ответчику или подрядчику в период проведения работ истец как собственник помещений не предъявлял, от участия в приемке работ фактически самоустранился, не оказывал содействие в предоставлении допуска в помещения для ремонта, что повлекло необходимость изменения проектных решений. В дальнейшем каких-либо мер по восстановлению теплоснабжения спорных помещений истец также не предпринимал, доказательства обратного суду не представлены. 

Суд находит такое поведение истца не соответствующим условиям гражданского оборота, изменяющим первоначальную позицию истца и выбранную ранее модель поведения в отношениях с ответчиком. При установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельствах удовлетворение требований истца повлечет не только необоснованное получение истцом выгоды от недобросовестного поведения, но и возложение на ответчика значительных финансовых обязательств, в рамках исполнения которых ответчик будет вынужден вновь пересогласовывать проектные решения, организовывать процедуру выбора подрядчика и оплачивать дополнительные работы, по сути, за счет бюджетных средств, что недопустимо.

При наличии таких условий оснований для предоставления судебной защиты истцу не имеется. 

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований в силу положений статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся судом на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

 

Судья                                                                                                               Т.А. Арзамазова