Арбитражный суд  Сахалинской области

693000, г. Южно-Сахалинск, Коммунистический проспект, 28,

http://sakhalin.arbitr.ru 

Именем  Российской  Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело №  А59-3517/2020

г. Южно-Сахалинск

25 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 сентября 2020 года. Полный текст решения изготовлен 25 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Киселева С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ост Фиш» к Пограничному управлению ФСБ России по Сахалинской области об оспаривании постановления от 19.06.2020 о назначении административного наказания по статье 18.6 КоАП РФ, вынесенного должностным лицом отделения режимно-контрольных мероприятий Службы в городе Невельске ПУ ФСБ России по Сахалинской области, 

с участием представителей:

от заявителя – ФИО2 по доверенности от 31.07.2020,

от административного органа – ФИО3 по доверенности от 13.01.2020 № 31/124,

У С Т А Н О В И Л :

ООО «Ост Фиш» (далее – общество, заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным в части назначенного наказания вынесенное должностным лицом отделения режимно-контрольных мероприятий Службы в городе Невельске ПУ ФСБ России по Сахалинской области (далее – пограничное управление, административный орган) постановление от 19.06.2020 по административному делу № ПУ/226-20, которым общество привлечено к административной ответственности по статье 18.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) за нарушение порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек).

В обоснование заявленных требований указано, что оспариваемое постановление вынесено по неполно выясненным обстоятельствам, а именно без учета положений статьи 4.1.1 КоАП РФ. Поскольку общество является субъектом малого и среднего предпринимательства, то имеются все основания применить наказание в виде предупреждения. Полагает, что предусмотренный статьей 18.6 КоАП РФ размер административного штрафа может превратиться для общества из меры воздействия в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного ограничения свободы предпринимательства и права собственности.

В судебном заседании представитель общество дополнил основания оспаривания решения административного органа, отметив, что пограничное управление не доказало вмененный факт пересечения линии внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации (далее – ИЭЗ РФ) ввиду отсутствия такой линии в проливе Лаперуза на картах установленного масштаба, опубликованных в «Извещениях мореплавателям». Кроме того, предусмотренная статьей 12.4 Федерального закона от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации» (далее – Закон № 191-ФЗ) обязанность соблюдать установленный порядок прохождения контрольных точек возлагается только на тех лиц, которые следуют в ИЭЗ РФ для осуществления рыболовства. Однако в рассматриваемом случае при переходе в порт Вакканай (Япония) для доставки морского ежа капитан судна находился в правоотношениях, регулируемых таможенным законодательством, а не законодательством о рыболовстве и не законодательством об ИЭЗ РФ. В частности, после таможенного оформления судно ПТР «Ост Фиш-1» в рамках такого перехода являлось транспортным средством международной перевозке по доставке груза в соответствующий пункт назначения. При данных обстоятельствах отсутствуют основания для утверждения, что судно осуществляло рыболовство в ИЭЗ РФ, являющегося основным и непременным условием для выполнения предусмотренных подпунктом 12 пункта 12 статьи 12.4 Закона № 191-ФЗ требований. В связи с этим отсутствует как событие, так и состав вмененного административного правонарушения, что исключает законность оспариваемого постановления. Даже если предположить о наличии состава правонарушения, то фактические обстоятельства полностью отвечают критериям малозначительности.

Пограничное управление в представленном отзыве, письменном дополнении и его представитель в судебном заседании с заявлением общества не согласились, полагая привлечение общества к административной ответственности законным и обоснованным, о чем свидетельствуют материалы административных дел. Доводы общества по существу спора считают несостоятельными и противоречащими действующему законодательству.

Заслушав участников процесса и изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

Согласно представленным сведениям общество зарегистрировано в качестве юридического лица 9 июня 2010 года Межрайонной ИФНС России         № 1 по Сахалинской области за основным государственным регистрационным номером 1106501004466, при постановке на налоговый учет присвоен ИНН 

<

***>.

Основным видом экономической деятельности общества по данным ЕГРЮЛ является рыболовство морское (код по ОКВЭД 03.11).

Как видно из материалов дела, 12 мая 2020 года должностным лицом пограничного управления в отношении общества составлен протокол об административном правонарушении по статье 18.6 КоАП РФ, в обоснование которого указано, что 2 марта 2020 года судно ПТР «Ост Фиш-1» (порт приписки Невельск, ИМО 8729767, собственник общество) под управлением капитана Че М.М. после прохождения пограничного, таможенного и иных видов контроля убыло из порта Невельск в порт Вакканай (Япония) для доставки уловов водных биоресурсов. По маршруту перехода 03.03.2020 в 02 час. 15 мин. (время сахалинское) в районе географических координат 45º47'58" северной широты и 141º34'33" восточной долготы данное судно пересекло линию внешней границы ИЭЗ РФ. При этом уведомление о намерении пересечь такую линию в соответствии с пунктами 3 и 9 Порядка прохождения контрольных пунктов (точек) российскими и иностранными судами и иными плавучими средствами, осуществляющими рыболовство и следующими в исключительную экономическую зону Российской Федерации и выходящими из нее, утвержденного Приказом ФСБ России от 13.12.2019 № 605 (далее – Порядок  № 605), в адрес ситуационного отдела пограничного управления от капитана ПТР «Ост Фиш-1» не поступало. После прибытия в порт Невельск 04.03.2020 в отношении судна проведено контрольно-проверочное мероприятие, в ходе которого выявлено, что в период с 27.02.2020 по 01.03.2020 ПТР «Ост Фиш-1» в рамках промышленного рыболовства по разрешению на добычу (вылов) водных биоресурсов № 652020010380 от 16.01.2020 осуществило добычу (вылов) морского ежа серого в количестве 13 760 кг (пользователь ООО «Коспания Барракуда» по договору аренды судна на время ДАС № 12/20 от 18.12.2019). Согласно накладной № 1-03 от 01.03.2020 ООО «Компания Барракуда» передало ООО «Ост Фиш» добытого морского ежа серого в рамках договора купли-продажи № 1/20 от 18.12.2019. В свою очередь по приемо-сдаточному акту № 1 от 03.03.2020 судно ПТР «Ост-Фиш-1» в порту Вакканай (Япония) осуществило выгрузку морского ежа в количестве 13 760 кг (контракт № 643/59553065/01 от 26.12.2019 между обществом и японской компанией «KAITO CO.,LTD»).

При данных обстоятельствах пограничное управление пришло к выводу о нарушении обществом требований подпункта 12 пункта 2 статьи 12.4 Закона  № 191-ФЗ и пунктов 3, 9 Порядка № 605, что охватывается диспозицией вмененного административного правонарушения.

По результатам рассмотрения материалов административного производства № ПУ/226-20 должностное лицо пограничного управления вынесло постановление от 19.06.2020 о назначении административного наказания, которым общество привлечено к административной ответственности по статье 18.6 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 200 000 рублей.

Полагая, что данное постановление не соответствует действующему законодательству, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Проверив в судебном заседании доводы лиц, участвующих в деле, представленные в обоснование заявленных требований и возражений доказательства, суд не находит основания для удовлетворения заявления общества.

В соответствии с частью 6 статьи 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность такого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 статьи 210 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Статьей 18.6 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение судами рыбопромыслового флота порядка прохождения установленных контрольных пунктов (точек) при пересечении внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации.

Положения указанных норм носят бланкетный характер, вследствие чего, привлечение к ответственности за данное правонарушение возможно лишь при условии нарушения конкретных обязательных требований (правил) в обозначенных правоотношениях.

В соответствии с действующим законодательством промышленное рыболовство в исключительной экономической зоне Российской Федерации регулируется, в частности, положениями Федерального закона от 20.12.2004         № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон № 166-ФЗ) и Федерального закона от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации». 

В силу пункта 10 статьи 1 Закона № 166-ФЗ под промышленным рыболовством понимается предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих водных биоресурсов. 

Согласно статье 1 Закона № 191-ФЗ исключительная экономическая зона Российской Федерации – это морской район, находящийся за пределами территориального моря Российской Федерации и прилегающий к нему, с особым правовым режимом, установленным указанным Законом, международными договорами Российской Федерации и нормами международного права. Внутренней границей исключительной экономической зоны является внешняя граница территориального моря. Внешняя граница исключительной экономической зоны находится на расстоянии 200 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, если иное не предусмотрено международными договорами Российской Федерации.

Статьей 12.4 Закона № 191-ФЗ установлены права и обязанности лиц, осуществляющих рыболовство в исключительной экономической зоне. В частности, в силу подпункта 12 пункта 2 данной статьи такие лица обязаны проходить контрольные пункты (точки) и соблюдать порядок их прохождения, установленные федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности по согласованию с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства и федеральным органом исполнительной власти в области обороны.

Охрану исключительной экономической зоны, ее водных биоресурсов и неживых ресурсов в целях их сохранения, защиты и рационального использования, защиты морской среды, экономических и иных законных интересов Российской Федерации осуществляют федеральные органы исполнительной власти, определяемые Президентом Российской Федерации и Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 35 Закона № 191-ФЗ), к которым относится Федеральная служба безопасности Российской Федерации (статья 11.1 Федерального закона от 03.04.1995 № 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности Российской Федерации»).

Согласно пункту 15 статьи 7 Закона № 191-ФЗ в компетенцию федеральных органов государственной власти в исключительной экономической зоне входят, в том числе, установление контрольных пунктов (точек) и порядка прохождения их российскими и иностранными судами, осуществляющими рыболовство и следующими в исключительную экономическую зону и выходящими из нее, в целях проведения контрольно-проверочных мероприятий.

Приказом ФСБ России от 13.12.2019 № 605, зарегистрированным в Минюсте России 22.01.2020 за № 57237, установлены контрольные пункты (точки) и утвержден Порядка прохождения контрольных пунктов (точек) российскими и иностранными судами и иными плавучими средствами, осуществляющими рыболовство и следующими в исключительную экономическую зону Российской Федерации и выходящими из нее.

Пунктом 1 Порядка № 605 предусмотрено, что контрольные пункты (точки) устанавливаются в исключительной экономической зоне Российской Федерации в целях проведения контрольно-проверочных мероприятий должностными лицами органов федеральной службы безопасности.

Контрольные пункты (точки) подлежат прохождению российскими и иностранными судами и иными плавучими средствами, осуществляющими рыболовство и следующими в исключительную экономическую зону Российской Федерации, после пересечения линии ее внешней границы или заменяющей ее делимитационной линии, а также выходящими из исключительной экономической зоны Российской Федерации до пересечения линии ее внешней границы или заменяющей ее делимитационной линии (пункт 2 Порядка № 605).

В силу пункта 3 названного Порядка при прохождении российскими судами, осуществляющими рыболовство, контрольных пунктов (точек) капитаны российских судов не позднее чем за 8 часов до предполагаемого времени прохождения контрольного пункта (точки) направляют телефонограммой, по факсимильной связи или электронной почте в пограничный орган, в ведении которого находится контрольный пункт (точка), следующую информацию:  страна флага судна; название судна; судовладелец; бортовой номер (регистрационный номер) судна; позывной судна; порт приписки судна; фамилия, имя, отчество (при наличии) капитана судна; номера разрешений на добычу (вылов) водных биологических ресурсов, выданных в отношении судна; наличие на борту судна уловов водных биологических ресурсов и произведенной из них рыбной и иной продукции (в килограммах); географические координаты и предполагаемое время пересечения судном линии внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации или заменяющей ее делимитационной линии; название и предполагаемое время входа судна в контрольный пункт (точку); дата и судовое время передачи информации.

В пунктах 4-8 Порядка № 605 подробно регламентирована процедура прохождения российским судном контрольного пункта (точки).

Наряду с изложенным пунктом 9 Порядка № 605 установлено, что российские суда, осуществляющие рыболовство, при условии направления капитанами этих судов не позднее чем за 8 часов до предполагаемого времени пересечения линии внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации или заменяющей ее делимитационной линии информации телефонограммой, по факсимильной связи или электронной почте в пограничный орган, в ведении которого находится контрольный пункт (точка), могут пересекать линию внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации или заменяющую ее делимитационную линию без прохождения контрольных пунктов (точек) в случаях следования, в частности:

- в российские морские порты с целью доставки на территорию Российской Федерации уловов водных биологических ресурсов и произведенной из них рыбной и иной продукции либо из российских морских портов в морские порты иностранных государств после таможенного оформления судов, уловов водных биологических ресурсов и произведенной из них рыбной и иной продукции.

Из анализа приведенных норм в их системном толковании следует, что в целях осуществления государственного контроля в сфере охраны морских биологических ресурсов рыболовство в ИЭЗ РФ сопряжено с обязательным уведомлением пограничный орган о предстоящем пересечения линии ее внешней границы. При этом в силу императивных требований действующего законодательства обеспечение данной обязанности возложено именно на владельца и пользователя судном, осуществляющим рыболовство, под которым понимается деятельности, в том числе, транспортировка уловов водных биоресурсов вне зависимости от маршрута доставки.

Анализ названного правового регулирования также позволяет сделать вывод, что положения пункта 9 Порядка № 605 предусматривают исключение из общих правил, а именно: возможность российским судам пересекать линию внешней границы ИЭЗ РФ или заменяющую ее делимитационную линию без прохождения контрольных пунктов (точек) в определенных случаях и при условии, что капитанами этих судов не позднее чем за 8 часов до предполагаемого времени пересечения указанной линии направлена в уполномоченный пограничный орган соответствующая информация.

Тем самым не соблюдение упрощенной процедуры возлагает обязанность действовать в общеустановленном порядке, то есть путем прохождения контрольных пунктов (точек).

Судом установлено, материалами дела подтверждается и участниками процесса не ставится под сомнение, что в период с 27.02.2020 по 01.03.2020 на ПТР «Ост Фиш-1», находящемся в пользовании ООО «Коспания Барракуда» по заключенному с ООО «Ост Фиш» договору аренды судна на время ДАС            № 12/20 от 18.12.2019, в рамках промышленного рыболовства по разрешению            № 652020010380 от 16.01.2020 осуществлена добыча морского ежа серого в количестве 13 760 кг. Данный улов на основании договора купли-продажи             № 1/20 от 18.12.2019 был передан в собственность обществу по накладной № 1-03 от 01.03.2020.

В последующем, после прохождения пограничного и таможенного контроля в порту Невельск, посредством указанного рефрижераторного судна, находящегося уже в пользовании общества (собственника), последним во исполнение заключенного внешнеэкономического контракта                                      № 643/59553065/01 от 26.12.2019 в режиме экспорта осуществлен вывоз морского ежа в адрес иностранного покупателя в порт Вакканай (Япония).

Поскольку транспортировка названых уловов водных биоресурсов по маршруту порт Невельск (Россия) – порт Ваканай (Япония) предусматривает пересечение Государственной границы Российской Федерации и выход из ИЭЗ РФ, то такая деятельность подлежит осуществлению в соответствии с установленными Порядком № 605 обязательными требованиями.

Однако, выбрав маршрут следования в пункт назначения не через контрольный пункт (ближайшая контрольная точка «Восток-4» с координатами 46°20,'00 северной широты и 140°55,'00 восточной долготы), капитан судна ПТР «Ост Фиш-1» в нарушение пункта 9 Порядка № 605 не направил в пограничный орган уведомление о намерении пересечь линию внешней  границы ИЭЗ РФ. Фактическое пересечение такой линии состоялось 3 марта 2020 года в 02 час. 15 мин. по сахалинскому времени в районе географических координат 45º47'58" северной широты и 141º34'33" восточной долготы, что фактически является точкой срединой линии в проливе Лаперуза между островами Сахалин и Хоккайдо.

Довод представителя общества со ссылкой на статью 3 Закона № 191-ФЗ   о том, что по маршруту следования ПТР «Ост Фиш-1» отсутствует линия внешней границы ИЭЗ РФ, поскольку вмененная точка пересечения находится на расстоянии менее 200 морских миль от исходных линий, а также данная линия не указана на опубликованных картах, суд отклоняет как несостоятельный.

Как указывалось выше, согласно статье 1 Закона № 191-ФЗ исключительная экономическая зона Российской Федерации – это морской район, находящийся за пределами территориального моря Российской Федерации и прилегающий к нему, с особым правовым режимом, установленным названным Федеральным законом, международными договорами Российской Федерации и нормами международного права. Внутренней границей исключительной экономической зоны является внешняя граница территориального моря. Внешняя граница исключительной экономической зоны находится на расстоянии 200 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, если иное не предусмотрено международными договорами Российской Федерации.

Статьей 2 Закона № 191-ФЗ предусмотрено, что делимитация исключительной экономической зоны между Российской Федерацией и государствами, побережья которых противолежат побережью Российской Федерации или являются смежными с побережьем Российской Федерации, осуществляется в соответствии с международными договорами Российской Федерации или общепризнанными принципами и нормами международного права.

Соответствующий международный договор о делимитации исключительной экономической зоны между Россией и Японией отсутствует.

Вместе с тем статьей 75 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года (ратифицированной Российской Федерации Федеральным законом от 26.02.1997 № 30-ФЗ) предусмотрено, что до заключения соглашения о делимитации заинтересованные государства в духе взаимопонимания и сотрудничества предпринимают все усилия для того, чтобы достигнуть временной договоренности практического характера и в течение этого переходного периода не ставить под угрозу достижение окончательного соглашения или не препятствовать его достижению.

В силу статьи 57 данной Конвенции ширина исключительной экономической зоны не должна превышать 200 морских миль, отсчитываемых от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря.

Согласно статье 56 Конвенции прибрежное государство в исключительной экономической зоне имеет, в частности, суверенные права в целях разведки, разработки и сохранения природных ресурсов, как живых, так и неживых, в водах, покрывающих морское дно, на морском дне и в его недрах, а также в целях управления этими ресурсами, и в отношении других видов деятельности по экономической разведке и разработке указанной зоны. Прибрежное государство при осуществлении своих прав и выполнении своих обязанностей по названной Конвенции в исключительной экономической зоне должным образом учитывает права и обязанности других государств и действует в порядке, совместимом с положениями такой Конвенции.

В преамбуле Конвенции закреплено, что государства-участники руководствуются стремлением урегулировать, в духе взаимопонимания и сотрудничества, все вопросы, касающиеся морского права, и сознавая историческое значение названной Конвенции как важного вклада в поддержание мира, справедливости и прогресса для всех народов мира.

В соответствии со статьей 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

При данных обстоятельствах суд поддерживает пограничное управление, что в рассматриваемом случае в целях определения внешней границы ИЭЗ РФ необходимо руководствоваться используемым в международном морском праве общепризнанным принципом «срединной линии» (или иначе принципом «равного отстояния»), основанным на установлении равноправного экономического порядка.

Такая срединная линия проводится таким образом, что каждая ее точка является равноотстоящей от ближайших точек исходных линий, от которых отмеряется территориальное море.

Одновременно суд признает, что расположение срединной линии в проливе Лаперуза для профессиональных участников экономической деятельности в сфере рыболовства является очевидным и ее определение не представляет сложности ввиду имеющихся у них познаний и навыков.

Немаловажен и тот факт, что заявителем не оспаривается и не ставится под сомнение, что внутренней границей ИЭС РФ в проливе Лаперуза является внешняя граница территориального моря, в связи с чем, после пересечения такой границы на лицо, осуществляющее рыболовство, распространяется установленный Законом № 191-ФЗ особый правовой режим.

В ином случае, а именно в нежелании использовать предусмотренную пунктом 9 Порядка № 605 упрощенную процедуру, капитан ПТР «Ост Фиш-1» обязан был направить судно в ближайший контрольный пункт (точку) и соблюсти требования пунктов 3-8 данного Порядка, что также было проигнорировано.

Предложенное обществом толкование законодательства об ИЭЗ РФ является недопустимым, поскольку такое правоприменение повлечет в действительности нарушение прав и законных интересов не только само общества, но и неопределенного круга хозяйствующих субъектов, осуществляющих рыболовство с использованием упрощенной процедуры, регламентированной пунктом 9 Порядка № 605. О несостоятельности позиции общества свидетельствует и то, что предложенное толкование исключает в принципе применение Порядка № 605 в морских водах между Россией и Японией (ввиду отсутствия необходимого расстояния), что не соответствует целях и задачам законодательства об ИЭЗ РФ.

Не соответствует закону также довод заявителя о том, что после таможенного оформления морского ежа на экспорт судно в период его доставки не осуществляло рыболовство. Во-первых, в пункте 10 статьи 1 Закона № 166-ФЗ императивно закреплено, что под рыболовством понимается, в том числе, транспортировка уловов водных биоресурсов. Во-вторых, сложившаяся ситуация однозначно регламентирована в пункте 9 Порядка № 605, а именно в случае следования российского судна, осуществляющего рыболовство, из российских морских портов в морские порты иностранных государств после таможенного оформления данного судна, уловов водных биологических ресурсов и произведенной из них рыбной и иной продукции. При этом данные нормы в целях квалификации наличия/отсутствия рыболовства не поставлены в зависимость от субъекта, который непосредственно осуществил вылов водных биоресурсов.

Ссылку представителя общества в судебном заседании на составленный пограничным органом перед отходом судна акт осмотра от 02.03.2020 как на отсутствие вмененного нарушения суд не принимает, поскольку данный документ не заменяет предусмотренный в Правилах № 605 порядок направления соответствующей информации. Более того, в акте осмотра отсутствует информация о географических координатах и предполагаемом времени пересечения судном линии внешней границы ИЭЗ РФ или заменяющей ее делимитационной линии.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства и собранные по делу доказательства, суд находит обоснованными выводы пограничного управления о наличии в действиях общества объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 18.6 КоАП РФ, выразившегося в невыполнении предусмотренной пунктами 3 и 9 Порядка № 605 обязанности по направлению в уполномоченный пограничный орган соответствующей информации.

В силу статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Особенности определения вины юридического лица как субъекта административного правонарушения состоят в том, что такое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых названным Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ).

Согласно данной формулировке вины субъекты административного производства не лишены возможности доказывать, что нарушение обязательных правил и норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для соответствующих отношений препятствиями, находящимися вне их контроля.

Следовательно, сделать выводы о невиновности лица возможно только при наличии объективно непредотвратимых обстоятельств либо непредвиденных препятствий, находящихся вне контроля данного лица.

Исследовав и оценив материалы дела с учетом положений статьи 71 АПК РФ, суд не установил объективных причин, препятствовавших соблюдению обществом требований Порядка № 56/91, в том числе, вследствие обстоятельств непреодолимой силы. 

Вступая в правоотношения, связанные с осуществлением рыболовства в ИЭЗ РФ, общество должно было в силу публичной известности и доступности не только знать о существовании обязанностей, вытекающих из действующего  законодательства, но и обеспечить их выполнение, то есть использовать все необходимые меры для недопущения события противоправного деяния при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него в целях надлежащего исполнения своих обязанностей и требований закона. 

Однако установленный факт правонарушения свидетельствует о том, что обществом не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению норм и правил, регулирующих данные правоотношения.

По смыслу части 3 статьи 2.1 КоАП, а также исходя из принципов юридической ответственности, неисполнение юридическим лицом требований публичного порядка вследствие ненадлежащего исполнения трудовых (служебных) обязанностей его работником не является обстоятельством, освобождающим юридическое лицо от административной ответственности.

Критерии виновности юридического лица (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ) позволяют рассматривать виновное поведение представителя/представителей юридического лица как не исключающее, а, напротив, подтверждающее вину организации в совершении противоправного деяния.

В рассматриваемом случае вина общества выражается в неосуществлении надлежащего контроля за исполнением капитаном судна требований пунктов 3 и 9 Порядка № 605, что позволило бы гарантировать соблюдение действующего законодательства и предупредить совершение правонарушения

Имеющиеся в материалах дела доказательства суд в соответствии со статьей 26.2 КоАП РФ находит допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными в своей совокупности для признания в действиях (бездействии) общества состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 18.6 КоАП РФ.

В ходе проверки соблюдения административным органом процессуальных требований нарушений не выявлено. Составление протокола об административном правонарушении и вынесение постановления о назначении административного наказания осуществлено уполномоченным органом с соблюдением предоставляемых привлекаемому к ответственности лицу административным законодательством прав, что не оспаривается обществом.

При осуществлении указанных процессуальных мероприятий заявитель не лишен был возможности ознакомиться с материалами административного дела, квалифицированно возражать по существу вмененного нарушения, предоставлять объяснения и доказательства в обоснование и подтверждение своих доводов.

Аналогично судом не выявлены нарушения, которые не позволили пограничному управлению всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении № ПУ/226-20.

Оспариваемое постановление содержат все необходимые сведения, предусмотренные статьей 29.10 КоАП РФ, в том числе установленные в ходе административного производства обстоятельства и мотивированное решение пограничного управления со ссылкой на статью вмененного административного правонарушения, что позволяет объективно оценить событие противоправных действий (бездействия) общества.

Предусмотренный статьей 4.5 КоАП РФ годичный срок давности привлечения к административной ответственности (за нарушение законодательства об исключительной экономической зоне Российской Федерации) управлением не пропущен.

Оснований для применения статьи 2.9 КоАП РФ суд не усматривает.

Доказательств наличия исключительного случая, при котором совершенные обществом правонарушения можно было признать малозначительными, материалы дела не содержат.

Как разъяснено в пункте 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

По юридической конструкции правонарушение, ответственность за которое предусмотрена статьей 18.6 КоАП РФ, образует формальный состав, в связи с чем, существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо последствий в результате допущенного правонарушения, а в пренебрежительном отношении общества к исполнению своих публично-правовых обязанностей.

Такое правонарушение свидетельствует о нарушении установленного порядка обеспечения охраны ИЭС РФ, ее природных ресурсов, экономических и иных законных интересов Российской Федерации, соблюдение которых является обязанностью каждого участника данных правоотношений, а, следовательно, вмененное обществу деяние не может быть признано малозначительным ввиду наличия существенной угрозы интересам государства.

Суд также учитывает, что заявитель как в ходе административного производства, так и на протяжении всего судебного разбирательства вину в совершенных правонарушениях не признал, не осознав тем самым общественную опасность своих противоправных действий (бездействия). В данном случае применение статьи 2.9 КоАП РФ не будет соответствовать публичным интересам государства.

Проверив порядок определения наказания при вынесении постановления по административному делу, судом нарушений не выявлено. Пограничным управлением учтены все обстоятельства, имеющие значение по делу, в связи с чем, штраф назначен в минимальном размере санкции статьи 18.6 КоАП РФ.

Оснований для применения положений части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ не имеется ввиду отсутствия совокупности обстоятельств, указанных в части 2 статьи 3.4 названного Кодекса. В частности, совершенное обществом правонарушение посягает на экономическую безопасность государства, а также создает угрозу интересам государства в области обеспечения суверенности и национальной безопасности.

Наложенный оспариваемым постановлением на общество  административный штраф в размере 200 000 рублей соответствует конституционным принципам дифференцированности и справедливости наказания совершенному обществом административному правонарушению, отвечает признаку индивидуализации административной ответственности, а также обеспечит фактическую реализацию целей административного наказания – предупреждение совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. 

Доказательств применения несоизмеримо большого штрафа, что может превратиться из меры воздействия в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, материалы дела не содержат.

Суд также признает, что назначенное обществу административное наказание соответствует характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, а также обеспечивает учет причин и условий его совершения, степень вины юридического лица, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для заявителя. Кроме того, наложенный на общество размер административного штрафа обладает разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов, и отвечает предназначению государственного принуждения, которое заключаться в превентивном использовании соответствующих юридических средств.

Наличие исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения частей 3.2, 3.3 статьи 4.1 КоАП РФ, из материалов дела не усматривается. 

Принимая во внимание, что имеющимися в материалах дела доказательствами подтвержден факт совершенного правонарушения, судом не установлено нарушения порядка привлечения общества к административной ответственности, следовательно, правовых оснований для отмены оспариваемого постановления не имеется. 

Нарушение срока обжалования постановления административного органа в суд со стороны заявителя не выявлено.

При таких обстоятельствах суд находит вынесенное пограничным управлением постановление от 19.06.2020 о назначении обществу административного наказания по статье 18.6 КоАП РФ законным и обоснованным.

В соответствии с частью 3 статьи 211 АПК РФ если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176 и 211 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «Ост Фиш» о признании незаконным и отмене постановления от 19.06.2020 о назначении административного наказания по делу № ПУ/226-20, вынесенного должностным лицом отделения режимно-контрольных мероприятий Службы в городе Невельске ПУ ФСБ России по Сахалинской области, отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в десятидневный срок со дня его принятия.

Судья                                                                                                        С.А. Киселев