АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 августа 2020 года

Дело №

А05-14444/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Богаткиной Н.Ю., Каменева А.Л., 

рассмотрев 29.07.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 26.12.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020 по делу № А05-14444/2014,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 15.01.2015 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Бизнесстрой», адрес: 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением от 03.03.2015 в отношении Общества введена процедура наблюдения с применением правил параграфа 7 главы 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), временным управляющим утвержден ФИО2. 

Решением от 13.08.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО2 

Определением от 04.08.2015 конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился 16.06.2016 в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Определением от 17.10.2016 производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 18.06.2019 (протокольное) производство по заявлению возобновлено.

Определением суда от 26.12.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. С ФИО1 в пользу Общества в порядке субсидиарной ответственности взыскано 13 019 727  руб. 52 коп. и 1 069 000 руб. убытков. В остальной части заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части взыскания  него в порядке субсидиарной ответственности 13 019 727 руб. 52 коп. и 1 069 000 руб. убытков, в данной части принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Податель жалобы утверждает, что на дату введения в отношении должника конкурсного производства он не являлся руководителем Общества. ФИО1 ссылается на то, что 06.10.2014 он направил единственному участнику Общества заявление об увольнении по собственному желанию, а также требование о передаче ему документации Общества, его печати. Податель жалобы оспаривает вывод судов о невыполнении ФИО1  обязанности по передаче документации и  имущества должника конкурсному управляющему и считает, что судами неправильно установлен надлежащий руководитель Общества, то есть субъект субсидиарной ответственности. Податель жалобы обращает внимание суда кассационной инстанции, что после своего увольнения с должности директора Общества все документы были им оставлены в бухгалтерии офиса Общества и единственный участник Общества ни разу не обращался к ФИО1 с требованием о передаче документации. Также податель жалобы утверждает, что конкурсный управляющий не доказал, что действия ФИО1, признанные незаконными приговором Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 04.07.2019 по делу № 1-72/19, повлекли банкротство Общества. Как утверждает податель жалобы, с него в пользу потерпевшего – Министерства строительства и архитектуры Архангельской области уже взыскано 73 326 885 руб. 05 коп., в состав которых вошли и 4 445 981 руб. 25 коп., заявленные в данном споре конкурсным управляющим ко взысканию в порядке привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. Податель жалобы считает, что его дважды привлекли к ответственности, чем нарушили положения пункта 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Кроме того, податель жалобы ссылается на нарушение судами положений статьи 53.1 ГК РФ и несоблюдение правовой позиции, содержащейся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), что привело к повторному взысканию с ФИО1 1 069 000 руб. убытков. 

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

Стороны надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, определением суда по настоящему делу от 28.04.2016 у ФИО1 истребованы оригиналы документов, касающихся деятельности должника, а именно: документы, подтверждающие дебиторскую задолженность Управления жилищно-коммунального хозяйства и строительства администрации муниципального района «Заполярный район» в размере 8 573 746  руб. 26 коп.; проектная, исполнительная, эксплуатационная и иная техническая документация в отношении трехэтажного многоквартирного (24-квартирного) жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>; электронная программа «1С: Бухгалтерия». Этим же определением на ФИО1 возложена обязанность передать конкурсному управляющему машину бурильно-крановую, а также относящуюся к ней документацию (паспорт самоходного средства, правоустанавливающие документы).

В ходе конкурсного производства бурильная машина обнаружена, включена в конкурсную массу и реализована по договору купли-продажи от 09.01.2017 обществу с ограниченной ответственностью «Альфа».

Вместе с тем в ходе всей процедуры конкурсного производства документы, подтверждающие дебиторскую задолженность Управления жилищно-коммунального хозяйства и строительства администрации муниципального района «Заполярный район» перед должником конкурсному управляющему не переданы.

Сведения о наличии данной дебиторской задолженности отражены в заявлении о признании должника банкротом, подписанном руководителем должника - ФИО1

Информация о наличии дебиторской задолженности отражена в финансовом анализе временного управляющего.

Конкурсный управляющий просил привлечь ФИО1 к ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон              № 134-ФЗ) за непередачу документации и имущества должника и невозможность взыскания дебиторской задолженности, приведшую к невозможности формирования конкурсной массы должника. 

Также конкурсный управляющий в заявлении указал, что определением от 02.02.2016 признаны недействительными договор купли-продажи транспортного средства от 05.09.2014, заключенный между должником и ФИО1, соглашение о зачете взаимных требований от 05.09.2014. На ФИО1 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство марки «Тойота РАФ 4», идентификационный номер (VIN) 

<

***>, 2011 года выпуска, номер двигателя 3ZR A689699. Поскольку определение суда в части возврата транспортного средства исполнено не было, определением суда от 10.02.2017 изменен способ и порядок исполнения определения от 02.02.2016 с возложения обязанности по возврату имущества в конкурсную массу на взыскание с ФИО1 1 218 000 руб.

Определение суда исполнено не было. Дебиторская задолженность ФИО1 реализована на торгах за 149 000 руб.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статьи 53.1 ГК РФ,  просил взыскать с  ФИО1 убытки в связи с невозвратом транспортного средства в конкурсную массу должника. При определении размера убытков  учтено, что от реализации дебиторской задолженности ФИО1 должником получено 149 000 руб. Таким образом, размер убытков составил 1 069 000 руб.  

Также конкурсный управляющий  в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности ссылался на то, что ФИО1 при  исполнении обязанностей директора должника совершено хищение денежных средств.

Между администрацией муниципального образования «Каргопольский муниципальный район» Архангельской области (заказчик по договору) и  должником (подрядчик по договору) заключен муниципальный контракт от 09.01.2013 № 0124300007012000007-0060806-01.

В соответствии с пунктом 1.1 контракта подрядчик принимает на себя обязательства на выполнение работ по строительству объекта «Канализационные очистные сооружения на 700 м3/сут и главный коллектор в г. Каргополе». Подрядчик обязуется в установленные контрактом сроки выполнить собственными силами и силами привлеченных субподрядных организаций строительные, монтажные и иные работы в соответствии с проектной документацией, сметной документацией и сводными расчетами стоимости строительства по объекту, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и оплатить обусловленную цену в соответствии с условиями договора.

Стоимость работ согласована в пункте 2.1 контракта и составляет 167 216 690 руб.

Должник в период действия контракта выполнил работы на общую сумму 45 135 543 руб. 73 коп., получил от заказчика аванс на сумму 119 392 600 руб.

Стороны 20.01.2015 заключили соглашение о расторжении муниципального контракта.

Поскольку должник каких-либо работ на сумму аванса в размере 21 847 956 руб. 55 коп. не выполнил, оборудование на сумму 52 409 099 руб. 72 коп. заказчику не передал, на должника возложена обязанность по возврату указанных сумм.

Приговором Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 04.07.2019 по делу № 1-72/19 ФИО1 признан виновным в совершении мошенничества, сопряженного с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности в особо крупном размере. С осужденного ФИО1 в возмещение причиненного материального ущерба в пользу министерства строительства и архитектуры Архангельской области взыскано 73 326 885 руб. 05 коп.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по эпизоду непередачи конкурсному управляющему документов должника, подтверждающих наличие дебиторской задолженности, по эпизоду совершения мошеннических действий при исполнении муниципального контракта, а также о наличии оснований для взыскания с ФИО1 убытков по эпизоду совершения сделки по продаже транспортного средства.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, том числе при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Определением от 28.04.2016 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО3 об истребовании у бывшего руководителя должника ФИО1 документации и имущества должника, в том числе документы, подтверждающие дебиторскую задолженность Управления жилищно-коммунального хозяйства и строительства администрации муниципального района «Заполярный район» в размере 8 573 746 руб. 26 коп.

Определением установлено, что руководителем должника на дату введения в отношении последнего процедур банкротства являлся ФИО1, который в нарушение статьи 126 Закона о банкротстве не передал конкурсному управляющему имущество должника и оригиналы документов. 

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства передачи ФИО1 конкурсному управляющему документации, необходимой для взыскания дебиторской  задолженности  в размере 8 573 746 руб. 26 коп., суды первой и апелляционной инстанции правомерно взыскали указанную сумму с ответчика. 

Также подлежит отклонению довод подателя жалобы о неправильном применении судами положений статьи 53.1, Постановления № 62 и необоснованном взыскании  с ФИО1 1 069 000 руб. убытков. 

В соответствии  с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления № 62 истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Из материалов дела следует, что определением от 02.02.2016 признаны недействительными договор купли-продажи транспортного средства от 05.09.2014, заключенный между должником и ФИО1, соглашение о зачете взаимных требований от 05.09.2014. На ФИО1 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство марки «Тойота РАФ 4», идентификационный номер (VIN) 

<

***>, 2011 года выпуска, номер двигателя - 3ZR A689699. Поскольку определение суда в части возврата транспортного средства исполнено не было, определением суда от 10.02.2017 изменен способ и порядок исполнения определения от 02.02.2016 с возложения обязанности по возврату имущества в конкурсную массу на взыскание с ФИО1 1 218 000 руб. Определение суда ответчиком не исполнено. Дебиторская задолженность ФИО1 реализована в ходе процедуры банкротства должника на торгах за 149 000 руб.

Таким образом, должник и его кредиторы не получили возмещение причиненного их имущественным интересам вреда в размере 1 069 000 руб.

Установив указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО1 убытки в размере 1 069 000 руб.

При этом суд верно указал, что в рассматриваемом случае взыскание с ответчика 1 069 000 руб. не является повторным взысканием с него убытков, поскольку применение последствий недействительности сделки не является мерой ответственности, а направлено на восстановление имущественного положения сторон сделки, существовавшего до ее совершения.

Таким образом, суд округа приходит к выводу о правомерном взыскании с ФИО1 8 573 746 руб. 26 коп. в порядке субсидиарной ответственности и 1 069 000 руб. убытков. 

Между тем, суд кассационной инстанции не может согласиться с судебными актами в части взыскания с ФИО1 4 445 981 руб. 26 коп. 

Возражая против заявленных требований, ФИО1 ссылался на то, что приговором Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 04.07.2019 по делу № 1-72/19 ФИО1 он признан виновным в совершении мошенничества и в возмещение причиненного материального ущерба в пользу министерства строительства и архитектуры Архангельской области, с ФИО1 взыскано 73 326 885  руб. 05 коп.

Судом установлено, что между администрацией муниципального образования «Каргопольский муниципальный район» Архангельской области (заказчик по договору) и  должником (подрядчик по договору) заключен муниципальный контракт от 09.01.2013 № 0124300007012000007-0060806-01.

Стоимость работ согласована в пункте 2.1 контракта и составляет 167 216 690 руб.

Должник в период действия контракта выполнил работы на общую сумму 45 135 543 руб. 73 коп., получил от заказчика аванс на сумму 119 392 600 руб.

Поскольку, должник каких-либо работ на сумму аванса в размере 21 847 956 руб. 55 коп. не выполнил, оборудование на сумму 52 409 099 руб. 72 коп. заказчику не передал, на должника возложена обязанность по возврату указанных сумм.

Определением от 15.06.2015 по настоящему делу признано обоснованным и включено в четвертую очередь реестра требований кредиторов Общества требование администрации муниципального образования «Каргопольский муниципальный район» Архангельской области в размере 76 815 471 руб. 63 коп., в том числе 74 257 056 руб. 27 коп. задолженности по муниципальному контракту от 09.01.2013 и 2 558 415 руб. 36 коп. неустойки. 

 Податель кассационной жалобы полагает, что взыскание с него в рамках спора о привлечении к субсидиарной ответственности 4 445 981 руб. 26 коп.   будет являться повторным и потому неправомерным, поскольку указанная сумма входит  в 73 326 885 руб. 05 коп., взысканные с него приговором суда. 

Таким образом, в настоящем споре перед судами встал вопрос о конкуренции двух видов требований: о привлечении к субсидиарной ответственности и о возмещении ущерба, причиненного преступлением. Для решения вопроса о том, являются ли названные иски тождественными, в первую очередь, необходимо определить их правовую природу.

Правовым основанием для взыскания с осужденного ФИО1 причиненного преступлением ущерба являлись положения пункта 1 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающие обязанность по возмещению вреда в полном объеме лицом, его причинившим. 

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3). Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 ГК РФ. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Таким образом, как предмет, так и основание предъявленного в рамках настоящего обособленного спора требования и рассмотренного судом общей юрисдикции гражданского иска фактически совпадают в части взыскания  с ФИО1 4 445 981 руб. 26 коп. Также совпадают и фигуры материальных истцов. 

Более того, Законом о банкротстве кредиторам после удовлетворения иска о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности предоставлено полномочие выбрать способ распоряжения требованием к контролирующему лицу в виде уступки кредитору части этого требования в размере требования кредитора (подпункт 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона). Заявив прямой иск к руководителю должника о возмещении причиненного вреда вне рамок дела о банкротстве, кредитор фактически выбрал способ распоряжения частью принадлежащего ему требования. При этом наличие потенциальной возможности удовлетворить свое требование с помощью иного процессуального механизма само по себе признака тождественности второго иска не устраняет.

Из вышеизложенного следует, что суды при рассмотрении вопроса об определении размера ответственности ошибочно отклонили возражения  ФИО1 о совпадении предъявленного к нему требования  в размере 4 445 981 руб. 26 коп по предмету, основанию и сторонам с суммой, взысканной приговором Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 04.07.2019 по делу № 1-72/19 (пункт 2 части 1 статьи 150 АПК РФ).

В данном случае совпадает как личность должника, так и состав возникновения обязательства, то есть имеется одно обязательство одного должника. 

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные акты в части взыскания с ФИО1 4 445 981 руб. 26 коп. следует отменить, а  производство по обособленному спору в отмененной части прекратить.

В остальной части определение от 26.12.2019 и постановление от 06.03.2020 по настоящему делу следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 26.12.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020 по делу № А05-14444/2014  в части взыскания с ФИО1 4 445 981 руб. 26 коп. отменить. 

В отмененной части производство по обособленному спору прекратить 

В остальной части определение от 26.12.2019 и постановление от 06.03.2020 по настоящему делу оставить в силе.

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

Н.Ю. Богаткина

 А.Л. Каменев