АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А70-21669/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 30 мая 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО16 а Н.Б.,

судейЖирных О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и ФИО3 на постановление от 22.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Зюков В.А., Аристова Е.В., Горбунова Е.А.)по делу № А70-21669/2019 Арбитражного суда Тюменской области о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – финансовый управляющий имуществом ФИО7 – ФИО8.

В судебном заседании приняли участие представители: конкурсного управляющего ФИО4 – ФИО9 по доверенности от 12.01.2022,ФИО2 -  ФИО10 по доверенности от 21.10.2021, ФИО3 - ФИО11 по доверенности от 31.03.2021, ФИО5 - ФИО12 по доверенности от 29.10.2020.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» (далее – компания, должник) в Арбитражный суд Тюменской области обратился его конкурсный управляющий ФИО4 (далее – управляющий) с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам компании. 

Определением от 11.10.2021 Арбитражного суда Тюменской области заявление удовлетворено частично. ФИО6 привлечён к субсидиарной ответственностипо обязательствам должника, производство по заявлению управляющего приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчётовс кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением от 22.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение от 11.10.2021 Арбитражного суда Тюменской области отменено в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 и ФИО3

Не согласившись с принятым апелляционным судом постановлением, ФИО2 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами, в которых просятего отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование своей кассационной жалобы ФИО2 ссылается на то,что суд апелляционной инстанции допустил процессуальное нарушение его прав,выраженное в рассмотрении спора за пределами предмета требований, заявленных управляющим к лицам, контролирующих должника.

По утверждению кассатора, управляющим в документах, направленныхв суд, не было сформировано к нему требование о привлечении к субсидиарной ответственности, вследствие непередачи документации должника и совершения действий, направленных на сокрытие активов должника, ответчиком по данному юридическому составу он не являлся и, соответственно, был лишён возможности заявить возражения относительно выводов, сделанных апелляционным судом. 

Податель жалобы приводит суждения о том, что обжалуемый судебный актне содержит ссылок на нормы права, которые явились основанием для его привлеченияк субсидиарной ответственности, его действия по продаже доли в уставном капитале должника по номинальной стоимости в размере 10 000 руб. не могли причинить вред кредиторами, совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Кроме того, ФИО2 находит немотивированными и необоснованными выводы апелляционной инстанции относительного того, что он является лицом, фактически контролирующим должника, распорядительные решения которого привели к банкротству компании, не позволили выявить её имущество.

В обоснование своей кассационной жалобы ФИО3 ссылается на то,что суды необоснованно возложили на него ответственность за непередачу документови имущества должника управляющему, не приняв во внимание факт врученияим последующему руководителю компании - ФИО6 всего у него находящегосяпо акту приёма-передачи, а также не установили в какой степени неисполнение обязанности по передаче документов затруднило формирование конкурсной массы.

Кредитор должника ФИО13 представил письменное мнениепо делу.

  В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО3   поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах.

Представитель управляющего просил постановление апелляционного суда оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения, по основаниям, изложеннымв отзывах.

Представитель ФИО5 дал пояснения по существу спора.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм права, суд кассационной инстанции считает, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене по следующим основаниям. 

Из материалов дела следует, что руководителями должника с момента созданияпо дату введения процедуры банкротства являлись: ФИО14 с 03.03.2016по 01.06.2016; ФИО7 с 02.06.2016 по 27.05.2018; ФИО5 с 28.05.2018по 02.10.2019; ФИО3 с 03.10.2019 по 15.09.2020; ФИО6 с 16.09.2019по 04.10.2020.

Единственными участниками должника являлись: ФИО15 в период с 03.03.2016 по 02.05.2018; ФИО2 в период с 03.05.2018 по 15.03.2020; ФИО6 с 16.03.2020 по настоящее время.

Управляющий должником:

ссылаясь на неисполнение обязанности бывшими руководителями ФИО7 не позднее 02.02.2017, ФИО5 не позднее 28.06.2018, ФИО6 не позднее 16.03.2020, единственным участником ФИО2 не позднее 28.06.2018 обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, посколькупо состоянию на 01.01.2017 величина его текущих обязательств была выше величины денежных средств, которые составляли основу ликвидных активов, у компании отсутствовали доходные хозяйственные договоры и внешнее финансирование, а также достаточный объём собственных оборотных средств для ведения нормальной хозяйственной деятельности;

ссылаясь на неисполнение бывшими руководителями ФИО3 и ФИО6 обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, отражающей финансово-хозяйственную деятельность должника, его активов, составляющих на последнюю отчётную дату 27 808 000 руб., включая, запасыв размере 16 295 000 руб., дебиторскую задолженность в размере 11 513 000 руб., в сроки, предусмотренные Законом о банкротстве, что лишило управляющего возможности надлежащим образом провести финансовый анализ деятельности должника, выявить активы, за счёт которых возможно погасить требования кредиторов, провести анализ сделок должника, в дальнейшем формирования конкурсной массы и предъявленияк третьим лицам претензий и исковых заявлений о взыскании задолженностии (или) проведению торгов по продаже дебиторской задолженности и, как следствие, повлекло невозможность полного удовлетворения требований кредиторов в рамках делао банкротстве, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление в части привлеченияк субсидиарной ответственности ФИО6 как последнего руководителя компании за доведение общества до банкротства вследствие непередачи документов, исходилиз того, что именно на нём лежит обязанность по исполнению данной обязанности. 

Отказывая в удовлетворении заявления в остальной части, суд счёл недоказанной совокупность обстоятельств необходимых для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления в суд о банкротствепо заявленным правовым основаниям (статья 61.12 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)), посколькув материалы дела не представлены доказательства признаков объективного банкротства компании на указанные даты.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда в части и признавая наличие совокупности оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Законао банкротстве, пришёл к выводу о доказанности управляющим законодательно закреплённой презумпции причинно-следственной связи между бездействием указанных лиц по непередаче документации, имущества должника и невозможностью формирования конкурсной массы.

При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что поскольку реализация доли ФИО2 в уставном капитале осуществлена формально за 10 000 руб.при наличии у компании активов в размере свыше 10 000 000 руб., что является экономически нецелесообразным, участник должника ФИО2, подпадающийпод определение контролирующего должника лица, формально сменил руководствообщества в преддверии его банкротства. 

Кроме того, апелляционный суд указал, что в отсутствие доказательств того,что кто-то иной осуществлял руководство должником, ФИО2, наравнес ФИО3 является субъектом субсидиарной ответственности. 

Между тем апелляционным судом не учтено следующее.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве покане доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчётностии прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов,то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привелик невозможности полного погашения требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце двенадцатом пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 35), в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанныхс ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется,что действий каждого из них было достаточно для доведения должникадо объективного банкротства.

При этом сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственностии не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации)либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путём направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействияс контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

По общему правилу номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53).

В рассматриваемом случае определением суда от 18.08.2020 удовлетворено заявление управляющего об истребовании документов должника, суд определил обязать ФИО3 и ФИО6 передать ему в течение пяти дней документацию согласно перечню. 

Указанный судебный акт, вступивший в законную силу, не исполнен ответчиками.

В качестве основания для освобождения ФИО3 от субсидиарной ответственности судом первой инстанции принят акт о приёме-передаче дел при смене генерального директора от 09.09.2020, согласно которому последний передал единственному участнику и директору общества ФИО6 учредительные документы, сертификаты ключей об использовании электронных цифровых подписейв банках, лицензию от 05.09.2018, первичные бухгалтерские документы, регистры бухгалтерского учёта, книги покупок и продаж, кадровые документы, печати, штампы, товарно-материальные ценности на сумму 12,697 млн. руб., товары на сумму16,949 млн. руб. 

Вместе с тем суд апелляционной инстанции, отклоняя указанный вывод, указална то, что представленный в обоснование факта передачи документации акт приёмки-передачи не может быть принят во внимание, оценивается критически в качестве надлежащего доказательства, поскольку ФИО3 не раскрыл обстоятельства, почему он при нахождении компании в процедуре банкротства и при наличии судебного акта об истребовании документов не передал их управляющему, а вручил ФИО6

При этом обращает на себя внимание поведение самого ФИО6 в рамках рассмотрения настоящего дела, который не заявил возражений по существу ряда споров,не подтвердил и не опроверг получение документов и материальных ценностей в своё распоряжение, одновременно с этим, приобрёл бизнес и принял на себя управление компанией, находящейся в банкротстве, что в принципе в сложившейся ситуации является нелогичным, экономически абсурдным, противоречит принципам нормального гражданского оборота, основанного на извлечении прибыли от деятельности хозяйственного общества.

Указанные обстоятельства, наряду с пассивной позицией занятой ФИО6, позволяют сделать вывод о номинальности его управления обществом и свидетельствуюто намерении предыдущего руководителя ФИО3 перевести с себя ответственность на иное лицо, скрыть информацию об активах должника и юридических фактах, обнародование которых может иметь для него негативные последствия.

Принимая во внимание изложенное, по результатам оценки представленныхв материалы обособленного спора доказательств в их совокупности и взаимосвязив порядке, предусмотренном статьёй 71 АПК РФ, апелляционный суд пришёл к выводуо том, что в результате уклонения ФИО3 и ФИО6 от обязанностипо обеспечению передачи бухгалтерской и иной документации должника, материальныхи иных ценностей управляющему погашение требований кредиторов существенно затруднено (будет невозможным).

С учётом объёма деятельности должника и размера его кредиторской задолженности, стоимость утраченного имущества квалифицирована апелляционным судом как существенный вред, причинённый имущественным правам кредиторов.

ФИО3 не опроверг доводы управляющего, доказательств отсутствия своей вины в непринятии мер к надлежащей передаче, поиску и (или) восстановлению документов, розыску имущества не представил.

При указанных обстоятельствах причинно-следственная связь междуего действиями (бездействием) и невозможностью полного погашения требований кредиторов доказана.

Таким образом, выводы апелляционного суда о наличии основанийдля привлечения ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственностипо обязательствам должника в связи с непередачей ими документации и ценностей являются правильными.

При этом положения статьи 126 Закона о банкротстве не возлагаютна участника должника какой-либо обязанности по ведению и передаче документови материальных ценностей конкурсному управляющему.

Следовательно, ФИО2, являясь бывшим участником должника по общему правилу не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному юридическому составу.

К тому же в силу части 1 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не вправе выходитьза пределы требований истца и самостоятельно изменять предмет или основание иска. Такое право предоставляется только истцу.

Из материалов обособленного спора не следует, что управляющий при обращениис заявлением, а дальнейшем в уточнениях к нему, поступивших в суд 04.08.2020, 09.06.2021, 05.10.2021, указывал на привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, либо к ответственности в виде взыскания убытков в связи с непринятием мер по передаче документации и материальных ценностей должника управляющему, приводил доводы о том, что он является фактическим руководителем и в его владении находится имущество, документация компании.

Самостоятельно изменив заявленные требования при принятии постановленияпо делу, суд апелляционной инстанции нарушил такие закреплённые в АПК РФ принципы арбитражного процесса, как законность (статья 6), равноправие (статья 8), состязательность (статья 9).

В части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации закреплено положениеоб осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает предоставление сторонам равных процессуальных возможностейдля защиты своих прав и законных интересов.

Реализация права участника процесса на доступ к правосудию предполагает соблюдение установленных АПК РФ процедур.

В соответствии с частью 3 статьи 15 АПК РФ, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованнымии мотивированными.

Вместе с тем суд апелляционный суд в нарушение норм процессуального права вышел за пределы заявленных управляющим требований и разрешил не заявленноек ФИО2 требование по вышеуказанному правовому основанию, не указавпри этом каким образом сделка по продаже ФИО2 доли в уставном капитале должника причинила существенный вред кредиторам, привела к банкротству, негативно повлияли на возможность формирования конкурсной массы.

С учётом изложенного заявление управляющего в указанной части требованияв отношении ФИО2, исходя из сформулированных им самим основанийи предмета заявления, не подлежало рассмотрению и, соответственно, удовлетворению.

Наличие, предусмотренной разъяснениями пункта 13 Постановления № 53 совокупности условий, в силу которых, по смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлеченок субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве, суд апелляционной инстанции не привёли не установил, согласившись с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения всех ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве компании.

Принимая во внимание изложенное, суд округа приходит к выводу о том, что суд апелляционной инстанций неправильно применил нормы процессуальногои материального права к установленным в рамках данного спора правоотношениям,что является основанием для отмены обжалуемого судебного акта в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Однако управляющий не лишён возможности обратиться в арбитражный судс заявлением о привлечении указанного лица (ФИО2) к субсидиарной ответственности по иным основаниям, не заявленным в настоящем обособленном споре,в том числе предусмотренным пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при наличии на то надлежащих правовых и фактических оснований.

Руководствуясь пунктами 1, 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьёй 289  АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа 

п о с т а н о в и л :

постановление от 22.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-21669/2019 отменить в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В остальной части постановление от 22.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

ПредседательствующийН.Б. ФИО16

Судьи О.В. Жирных 

ФИО1