1089/2018-31904(2) 

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула Дело № А62-1091/2018  

Резолютивная часть постановления объявлена 26.09.2018  

Постановление изготовлено в полном объеме 26.09.2018 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Тимашковой Е.Н., судей Большакова Д.В. и Еремичевой Н.В., при ведении протокола  судебного заседания секретарем ФИО1, при участии представителей заявителя  – акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (г. Москва, ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице Смоленского регионального филиала –  ФИО2 (доверенность от 18.05.2017), заинтересованного лица – межрайонной  инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области (г. Смоленск,  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 02.04.2018) и  ликвидатора общества с ограниченной ответственностью «Смоленская строительная  корпорация» ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 25.07.2018) и  ФИО6 (доверенность от 28.04.2018), рассмотрев в открытом судебном  заседании, проведенном в режиме видеоконференц-связи, апелляционные жалобы  межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области и  ликвидатора общества с ограниченной ответственностью «Смоленская строительная  корпорация» ФИО4 на решение Арбитражного суда Смоленской  области от 27.07.2018 по делу № А62-1091/2018 (судья Красильникова В.В.),   

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» в лице Смоленского  регионального филиала (далее – банк) обратилось в Арбитражный суд Смоленской  области с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по  Смоленской области (далее – инспекция) и ликвидатору общества с ограниченной  ответственностью «Смоленская строительная корпорация» ФИО4  

(далее – ликвидатор общества) о признании незаконными действия ликвидатора общества,  выразившиеся в невыполнении обязанности по обращению в арбитражный суд с  заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом); признании  недействительной регистрационной записи от 15.01.2018 № 2186733036928 об  исключении общества, внесенной инспекцией из ЕГРЮЛ и ее аннулировании.  

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 27.07.2018 заявленные  требования удовлетворены. С ликвидатора общества в пользу банка взыскано в  возмещение судебных расходов. 3000 руб. С инспекции в пользу банка также взыскано  

3000 руб. в возмещение судебных расходов. 

Ликвидатор общества, не согласившись с решением суда в полном объеме, а  инспекция – в части распределения судебных расходов, подали апелляционные жалобы.  

Ликвидатор общества, ссылаясь на нарушение судом норм материального права и  неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, просит его  отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных  требований. В обоснование своих доводов ссылается на то, что договор поручительства не  является кредитной задолженностью. Указывает на отсутствие реальной возможности в  получении почтовой корреспонденции.  

От банка в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную  жалобу, в котором он, считая принятое решение законным и обоснованным, просит  оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. В  обоснование своих возражений указывает на то, что обязательство поручителя по общему  правилу исполняется им в денежной форме. Обращает внимание на то, что ликвидатор  общества указал в средствах массовой информации недостоверный адрес для  корреспонденции.  

Инспекция, выражая несогласие с судебным актом в части распределения  судебных расходов, а именно: взыскания с нее в пользу банка 3000 руб. в возмещение  судебных расходов, просит обжалуемое решение суда в указанной части отменить. В  обоснование своих доводов ссылается на то, что запись о ликвидации юридического лица  было произведена вследствие предоставления ликвидатором общества недостоверных  сведений, которые инспекция не уполномочена проверять, а также обращает внимание на  отсутствие у нее заинтересованности в исходе дела.  

Банк в отзыве на апелляционную жалобу инспекции указывает на внесение  последней записи в ЕГРЮЛ о ликвидации общества, в связи с чем считает доказанным  нарушение его прав действиями данного лица.  

Дело рассмотрено после перерыва, объявленного 19.09.2018. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и изложенные в  отзывах возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда подлежит  частичной отмене по следующим основаниям.  

Из материалов дела следует, что 10.06.2011, 15.07.2011, 09.08.2011 и 20.12.2011  между банком и ООО «Вязьмажилстрой» (далее – заемщик) были заключены договор  

 № 114304/0113 об открытии кредитной линии и кредитные договоры № 

<

***>,  № 114304/0163 и № 114304/0272. 

В обеспечение исполнения кредитных обязательств между банком и обществом  были заключены договоры поручительства юридического лица от 10.06.2011  

 № 114304/0113-8, от 15.07.2011 № 

<

***>-8, от 09.08.2011 № 114304/0163-8 и от  20.12.2011 № 114304/0272-8.  

По состоянию на 18.09.2017 (дата введения процедуры наблюдения заемщика ООО «Вязьмажилстрой») задолженность составила 140 018 559 руб. 06 коп. Определением Арбитражного суда Смоленской области от 18.09.2017 по делу 

 № А62-4802/2017 в отношении ООО «Вязьмажилстрой» введена процедура банкротства –  наблюдение.  

Банком в арбитражный суд 20.10.2017 подано заявление о включении требований в  реестр требований кредиторов должника, в том числе на сумму 140 018 559 руб. 06 коп.  по кредитным договорам, заключенным с должником. Указанные требования 25.01.2018  включены в реестр основного должника.  

В официальном издании «Вестник государственной регистрации юридических  лиц» (часть 1 № 40 (654) от 11.10.2017/1000) 11.10.2017 были опубликованы сведения о  том, что единственным участником общества принято решение от 19.09.2017 № 1 о его  ликвидации. Ликвидатор письменно не уведомил кредитора о ликвидации компании и не  произвел расчета с ним, однако банк в установленный двухмесячный срок направил в  адрес ликвидатора заявление о включении требований в ликвидационный баланс  (26.10.2017), данное письмо не было получено ликвидатором и вернулось ему по причине  отсутствия адресата по указанному адресу.  

В связи с тем, что связаться с ликвидатором общества не представлялось  возможным, банк направил в инспекцию заявление от 18.12.2017 № 043-39-19/666 об  уведомлении о сложившейся ситуации неполучения ликвидатором заявления кредитора и  требованием не вносить в ЕГРЮЛ запись о ликвидации общества, поскольку у банка  отсутствует возможность заявить свои требования и включить их в ликвидационный  баланс.  

Однако инспекция 15.01.2018 на основании представленных обществом  

документов внесла в ЕГРЮЛ запись за № 2186733036928 о его ликвидации.  

Банк 17.01.2018 обратился в Вяземский районный суд Смоленской области с иском  к ООО «Инжсервис», ООО «ССК», ФИО7 и ФИО8 о взыскании в порядке  солидарной ответственности задолженности по кредитным договорам и наложении ареста  на имущество, принадлежащее ответчикам в пределах суммы иска, решение по которому  на момент вынесения обжалуемого судебного акта принято не было.  

Ссылаясь на то, что представленные ликвидатором общества в регистрирующий  орган документы не содержали достоверной информации, у инспекции отсутствовали  основания для принятия решения о прекращении деятельности общества, которое  нарушает права и законные интересы банка как кредитора этой компании, он обратился в  Арбитражный суд Смоленской области с настоящим заявлением.  

Разрешая спор по существу и удовлетворяя заявленные банком требования, суд  первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.  

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в  арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных  правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных  органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если  полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие  (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и  нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности,  создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной  экономической деятельности.  

Частью 4 статьи 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об  оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия)  государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных  лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта  или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и  устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту,  устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый  акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также  устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и  законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической  деятельности.  

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и  действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий:  несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и  законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической  деятельности.  

Порядок ликвидации юридического лица определен в статьях 61 – 64  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Согласно статье 62 ГК РФ учредители (участники) юридического лица или орган,  принявшие решение о ликвидации юридического лица, в течение трех рабочих дней после  даты принятия данного решения обязаны сообщить в письменной форме об этом в  уполномоченный государственный орган, осуществляющий государственную  регистрацию юридических лиц, для внесения в единый государственный реестр  юридических лиц записи о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации,  а также опубликовать сведения о принятии данного решения в порядке, установленном  законом.  

Учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о  ликвидации юридического лица, назначают ликвидационную комиссию (ликвидатора) и  устанавливают порядок и сроки ликвидации в соответствии с законом.  

С момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят полномочия по  управлению делами юридического лица. Ликвидационная комиссия от имени  ликвидируемого юридического лица выступает в суде. Ликвидационная комиссия обязана  действовать добросовестно и разумно в интересах ликвидируемого юридического лица, а  также его кредиторов.  

Если ликвидационной комиссией установлена недостаточность имущества  юридического лица для удовлетворения всех требований кредиторов, дальнейшая  ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, установленном  законодательством о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии со статьей 63 ГК РФ ликвидационная комиссия опубликовывает в  средствах массовой информации, в которых опубликовываются данные о государственной  регистрации юридического лица, сообщение о его ликвидации и о порядке и сроке  заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с  момента опубликования сообщения о ликвидации.  

Ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и  получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме  кредиторов о ликвидации юридического лица.  

После окончания срока предъявления требований кредиторами ликвидационная  комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит  сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований,  предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований,  удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были  ли такие требования приняты ликвидационной комиссией.  

Промежуточный ликвидационный баланс утверждается учредителями  (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации  юридического лица. В случаях, установленных законом, промежуточный ликвидационный  баланс утверждается по согласованию с уполномоченным государственным органом.  

Если имеющиеся у ликвидируемого юридического лица (кроме учреждений)  денежные средства недостаточны для удовлетворения требований кредиторов,  ликвидационная комиссия осуществляет продажу имущества юридического лица, на  которое в соответствии с законом допускается обращение взыскания, с торгов, за  исключением объектов стоимостью не более ста тысяч рублей (согласно утвержденному  промежуточному ликвидационному балансу), для продажи которых проведение торгов не  требуется.  

В случае недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица для  удовлетворения требований кредиторов или при наличии признаков банкротства  юридического лица ликвидационная комиссия обязана обратиться в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве юридического лица, если такое юридическое лицо может быть  признано несостоятельным (банкротом).  

Выплата денежных сумм кредиторам ликвидируемого юридического лица  производится ликвидационной комиссией в порядке очередности, установленной статьей  64 настоящего Кодекса, в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом со  дня его утверждения.  

После завершения расчетов с кредиторами ликвидационная комиссия составляет  ликвидационный баланс, который утверждается учредителями (участниками)  юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица.  В случаях, установленных законом, ликвидационный баланс утверждается по  согласованию с уполномоченным государственным органом.  

Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо –  прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый  государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о  государственной регистрации юридических лиц.  

В соответствии с положениями статей 61 – 64 ГК РФ ликвидация юридического  лица по решению учредителей (участников) означает добровольное прекращение  деятельности такого юридического лица. При этом прекращение деятельности одного  лица не должно преследовать своей целью причинение вреда другому лицу (статьи 1, 10  ГК РФ).  

Предусмотренная названными нормами процедура ликвидации юридического лица  предполагает действия ликвидационной комиссии (ликвидатора) по выявлению его  кредиторов; предоставлению кредиторам возможности заявить свои требования;  составлению ликвидационного баланса, отражающего действительное имущественное  положение ликвидируемого юридического лица и его расчеты с кредиторами;  определению порядка ликвидации (в том числе путем признания юридического лица  несостоятельным (банкротом) – пункт статьи 61, статья 65 ГК РФ).  

При этом ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана действовать  добросовестно и разумно в интересах как ликвидируемого юридического лица, так и его  кредиторов.  

В силу статей 9, 13, 14, 17 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ 

«О бухгалтерском учете» ликвидационный баланс не является документом, обособленным  от первичных учетных документов, оформленных по каждому факту хозяйственной  жизни организации.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.10.2011 № 7075/11, необходимые для  государственной регистрации документы должны соответствовать требованиям закона и  как составляющая часть государственных реестров, являющихся федеральным  информационным ресурсом, содержать достоверную информацию. Поэтому  представление ликвидационного баланса, не отражающего действительного  имущественного положения ликвидируемого юридического лица и его расчеты с  кредиторами, следует рассматривать как непредставление в регистрирующий орган  документа, содержащего необходимые сведения, что является основанием для отказа в  государственной регистрации ликвидации юридического лица в силу подпункта «а»  пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной  регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о  государственной регистрации).  

В соответствии с подпунктами «а» и «б» пункта 1 статьи 21 Закона о  государственной регистрации для государственной регистрации в связи с ликвидацией  юридического лица в регистрирующий орган представляются заявление о  

государственной регистрации, в котором подтверждается, что соблюден установленный  федеральным законом порядок ликвидации юридического лица и расчеты с его  кредиторами завершены, а также ликвидационный баланс.  

Необходимые для государственной регистрации документы должны  соответствовать требованиям закона и как составляющая часть государственных реестров,  являющихся федеральным информационным ресурсом, содержать достоверную  информацию.  

Вместе с тем сама по себе подача в регистрирующий орган документов,  перечисленных в пункте 1 статьи 21 указанного Федерального закона, не является  основанием для государственной регистрации, если сведения, содержащиеся в этих  документах, недостоверны, а ликвидация проведена с нарушением закона и прав  кредиторов.  

Достоверность сведений о порядке ликвидации является обязательным условием,  без соблюдения которого осуществление государственной регистрации ликвидации  невозможно.  

Из материалов дела не усматривается, что ликвидатор общества в соответствии с  действующим законодательством принял меры по выявлению кредиторов, а также  уведомил в письменной форме банк о ликвидации юридического лица. Доказательств  обратного суду не представлено. К тому же ликвидатор общества указал в средствах  массовой информации адрес, к которому ни ликвидатор, ни общество на тот момент не  имели никакого отношения.  

Общество было создано в 2004 году, 31.01.2012 в ЕГРЮЛ была внесена запись об  изменении юридического адреса общества на адрес: 

<

...>. Основанием для использования данного адреса  послужил договор аренды помещения от 08.09.2011 (т. 3, л. 90 – 91), заключенный между  администрацией Корохоткинского сельского поселения Смоленского района Смоленской  области (арендодатель) и обществом (арендатор).  

По условиям договора администрацией в аренду была сдана часть офисного  помещения площадью 6 кв. м, расположенного по адресу: Смоленский район,  

<

...>, сроком на 11 месяцев. 

Согласно ответу администрации Корохоткинского сельского поселения на запрос  суда (письмо от 23.07.2018) указанный договор аренды действовал по 07.08.2012,  впоследствии не продлялся, иных договоров аренды не заключалось.  

 Из письма ФГУП «Почта России» от 26.04.2018 (т. 3, л. 78) следует, что почтовое  отправление, содержащее заявление о включении требования кредитора в  

ликвидационный баланс и оплате задолженности поступило в отделение связи 27.10.2017;  договор на доставку почтовой корреспонденции общество не заключало, доверенность в  отделение связи не предоставляло, а по адресу: д. Магалинщина, ул. Заречная, д. 1  находится администрация Корохоткинского сельского поселения. Первичное почтовое  извещение было доставлено почтальоном по указанному адресу, но в связи с тем, что  общество по адресу отсутствовало, заказная бандероль была возвращена в адрес  отправителя.  

С учетом изложенного довод ликвидатора общества о том, что по указанному  адресу было обеспечено получение почтовой корреспонденции, является  необоснованным. Факт получения обществом корреспонденции по указанному адресу в  2013 и 2015 годах, о чем свидетельствуют представленные ликвидатором копии конвертов  

(т. 3, л. 107 – 11), не свидетельствует о том, что ликвидатором общества была обеспечена  возможность получения корреспонденции в 2017 году.  

Остальные доводы ликвидатора также правомерно отклонены судом первой  инстанции с учетом того, что ликвидатор общества на момент заключения кредитных  договоров и договоров поручения исполнял обязанности директора общества и от имени  последнего подписал договоры поручения. ФИО4 до принятия единственным  участником общества решения о ликвидации являлась директором общества и,  соответственно, не могла не знать о существующих обязательствах перед банком. Тот  факт, что до настоящего времени отсутствует судебный акт о взыскании с общества  задолженности, не освобождает ликвидатора общества от обязанности уведомить  кредиторов, обеспечить получение требований кредиторов и рассмотреть их.  

В силу пунктов 1 и 5 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона  с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление  гражданских прав (злоупотребление правом).  

Следовательно, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение  управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права,  сопряженное с нарушением установленных в статье 10 названного Кодекса пределов  осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее  условия для наступления вреда.  

Исходя из презумпции добросовестности и разумности участников гражданских  правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от  которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права,  признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное (пункт 3  

статьи 10 ГК РФ).  

Как уже было отмечено выше, ликвидатор ранее являлся директором общества, о  наличии обязательств перед банком ему было известно, однако он не исполнил  предусмотренных действующим законодательством необходимых мер по выявлению  кредиторов, в заявлении, поданном в инспекцию для государственной регистрации  прекращения деятельности ликвидируемого общества, подтверждено, что расчеты с  кредиторами завершены.  

При этом нормы действующего законодательства не обязывают регистрирующий  орган осуществлять проверку представленных на регистрацию документов, в том числе  достоверности данных промежуточного и ликвидационного балансов и отсутствия у  ликвидируемого юридического лица кредиторской задолженности, за исключением  соответствия их по форме и содержанию требованиям, установленным нормативными  актами.  

В связи с этим представление ликвидационного баланса, не отражающего  действительное имущественное положение ликвидируемого юридического лица и его  расчеты с кредиторами, следует рассматривать как непредставление в регистрирующий  орган документа, содержащего необходимые сведения, что является основанием для  отказа в государственной регистрации ликвидации юридического лица на основании  подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Закона о государственной регистрации.  

Таким образом, регистрация прекращения деятельности общества проведена с  нарушением законодательно регламентированных требований, поскольку ликвидатор не  определил порядок ликвидации общества с учетом имеющейся задолженности перед  банком, чем фактически лишил последнего возможности взыскать образовавшуюся  задолженность по кредитным обязательствам и обратить взыскание на заложенное  имущество.  

Поскольку при ликвидации общества установленный порядок ликвидации  юридического лица не соблюден и для государственной регистрации прекращения  деятельности этого лица в связи с ликвидацией необходимые документы в  регистрирующий орган считаются не представленными в связи с наличием в них  недостоверных сведений, а права банка как кредитора нарушены, суд первой инстанции  правомерно признал недействительной запись в ЕГРЮЛ от 15.01.2018 за  государственным регистрационным номером 2186733036928.  

Согласно пункту 1 статьи 224 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае, если стоимость имущества  должника – юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации,  

недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо  ликвидируется в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.  

При обнаружении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи,  ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с  заявлением о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 224 Закона о банкротстве).  

Судом установлено, что ликвидатор общества знал о наличии неисполненных  обязательств перед банком, и, учитывая отсутствие какого-либо имущества у общества,  был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ликвидируемого  должника банкротом.  

Поскольку указанная обязанность ликвидатором общества исполнена не была, суд  первой инстанции обоснованно признал незаконными действия (бездействия) ликвидатора  общества, выразившиеся в невыполнении обязанности по обращению в арбитражный суд  с заявлением о признании ликвидируемого юридического лица банкротом.  

Последствия данного нарушения установлены статьей 226 Закона о банкротстве –  отказ во внесении записи о ликвидации юридического лица в единый государственный  реестр, а также субсидиарная ответственность руководителя ликвидационной комиссии  (ликвидатора) за неудовлетворенные требования кредиторов.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с  поручительством» разъяснено следующее.  

В соответствии со статьей 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель  обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его  обязательства полностью или в части.  

Обязательство поручителя по общему правилу исполняется им в денежной форме.  

Следовательно, довод ликвидатора о том, что договор поручительства не является  кредитной задолженностью, противоречит действующему законодательству.  

Ссылка ликвидатора общества на статью 361 ГК РФ, согласно которой по договору  поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за  исполнение последним его обязательства полностью или в части, а также на то, что  дополнительными соглашениями к договорам поручительства изменен график погашения  кредита и дата платежа на момент обращения к поручителю еще не истекла (26.02.2018),  подлежит отклонению.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить  займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены  договором займа.  

Пунктом 1 статьи 363 ГК РФ предусмотрено, что при неисполнении или  ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства  поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или  договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.  

Пунктом 1 статьи 323 ГК РФ определено, что при солидарной обязанности  должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и  от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.  

Аналогичная позиция изложена в пункте 7 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах  разрешения споров, связанных с поручительством».  

 В рассматриваемом случае доказательств погашения заемщиком задолженности по  кредитному договору в заявленных суммах не представлено.  

 При этом уже 18.09.2017 в отношении заемщика введена процедура банкротства –  наблюдение, что свидетельствует о его невозможности погасить задолженность по  кредитному договору к 26.02.2018.  

 При этом договорами поручительства, заключенными с обществом,  предусмотрено, что поручитель отвечает перед кредитором солидарно, при неисполнении  или ненадлежащем исполнении должником своих обязательств по кредитному договору  поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, что и должник (п. 2.1 и п. 2.2  договоров поручительства).  

 При таких обстоятельствах банк вправе предъявить требование к одному из  поручителей заемщика.  

 Довод ликвидатора общества о том, что у него отсутствовала реальная  возможность в получении почтовой корреспонденции, направленной банком, так как  согласно отчету об отслеживании отправления в адрес ликвидационной комиссии  общества почтовая корреспонденция от банка прибыла в место вручения 27.10.2017 в  

16 час. 37 мин. и уже 31.10.2017 в 09 час. 55 мин. покинула место возврата, подлежит  отклонению с учетом письма УФПС Смоленской области филиал ФГУП «Почта России»  от 26.04.2018 № 4.9.3.3-05/511 (т. 3, л. 78), согласно которому общество не заключало  договор на доставку почтовой корреспонденции с УФПС Смоленской области филиал  ФГУП «Почта России», доверенность на получение корреспонденции УФПС Смоленской  области филиал ФГУП «Почта России» не представлена, по указанному в  корреспонденции адресу находилась администрация. Кроме того, УФПС Смоленской  области филиал ФГУП «Почта России» сообщило, что за получением почтовой  корреспонденции представитель общества в отделение связи не обращался.  

 Ссылка общества на письмо администрации от 10.08.2012 № 52 (т. 3, л. 92)  подлежит отклонению, поскольку согласно данному письму администрация не возражала  против временного пользования рабочим местом, что не свидетельствует о том, что  общество имело правовые основания в 2017 году использовать адрес администрации в  качестве своего юридического адреса.  

Доводы ликвидатора общества не могут быть признаны обоснованными, так как, не  опровергая выводов суда области, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом  обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены  судебного акта.  

Указывая на обоснованность заявленных требований, суд первой инстанции,  руководствуясь положениями статьи 110 АПК РФ, взыскал в пользу банка с ликвидатора  общества и инспекции в возмещение судебных расходов по 3000 руб. с каждого.  

Между тем судом области не было учтено следующее. 

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из  государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела  арбитражным судом.  

В части 1 статьи 110 АПК РФ предусмотрено, что судебные расходы, понесенные  лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются  арбитражным судом со стороны.  

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о  возмещении издержек, связанных с рассмотрением дел» (далее – постановление Пленума   № 1) принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных  расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый  судебный акт по делу.  

Как указано в пункте 19 постановления Пленума № 1 не подлежат распределению  между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением  требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения  или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком.  

В силу пункта 1 статьи 25 Закона о государственной регистрации ответственность  за представление недостоверных сведений несут заявители. При этом, регистрирующий  орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным  нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов  (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в  представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных  

данным Федеральным законом (пункта 4.1 статьи 9 Закона о государственной  регистрации).  

При решении вопроса о лице, на которое следует отнести судебные расходы,  понесенные заявителем, должна быть учтена суть спорных правоотношений, причины  возникновения таковых и предусмотренные законом полномочия регистрирующего  органа при совершении соответствующих регистрационных действий.  

Судом области правомерно установлено, что настоящий спор возник вследствие  подачи ликвидатором общества заявления о прекращения деятельности ликвидируемого  общества, содержащего недостоверные сведения, и недостоверный ликвидационный  баланс.  

Данное обстоятельство следует рассматривать как непредставление в  регистрирующий орган документа, содержащего необходимые сведения, что является  основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации юридического лица на  основании подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Закона о государственной регистрации.  

При указанных обстоятельствах при рассмотрении настоящего дела суд не  установил нарушение прав банка именно регистрирующим органом. Сведения о  ликвидации общества были внесены регистрирующим органом на основании  представленных недостоверных сведений, в связи с чем суд пришел к верному выводу о  том, что права банка были нарушены действиями именно ликвидатора.  

Таким образом, удовлетворение заявления о возложении на регистрирующий орган  судебных расходов с учетом отсутствия со стороны регистрирующего органа действий,  направленных на нарушение прав банка, а также с учетом того, что решение по  настоящему делу, принятое в его пользу, не может быть квалифицировано как решение не  в пользу инспекции, поскольку отсутствует заинтересованного последнего в исходе спора,  нельзя признать правильным.  

Формальное указание заявителем регистрирующего органа в качестве  заинтересованного лица обусловлено спецификой предмета заявленных требований,  применительно к необходимости констатации недействительности соответствующей  записи в ЕГРЮЛ, фактически требование к инспекции о признании недействительным  решения о государственной регистрации внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении  деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией, которое произведено  инспекцией на основании заявления ликвидатора, по существу является производным,  вытекающим из спора между участниками корпоративных правоотношений.  

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Арбитражного суда  Московского округа от 22.05.2018 по делу № А41-22257/14 и определении Верховного  

Суда Российской Федерации от 11.07.2017 по делу № 305-КГ15-20332 по указанному  делу.  

Ссылка банка на то, что в решении инспекции от 20.12.2017 № 17810А об отказе в  государственной регистрации юридического лица в связи с ликвидацией указано, что у  общества имеется неисполненная кредиторская задолженность перед банком, не может  быть принята во внимание.  

Действительно, как следует из материалов дела, банк в адрес инспекции направил  заявление от 15.12.2017 № 043-39-19/666 (т. 1, л. 36), согласно которому банк просит не  вносить запись в ЕГРЮЛ о ликвидации общества, поскольку у банка отсутствует  возможность заявить свои требования и включить их в ликвидационный баланс по  причине возврата банку его заявления в связи с неполучением адресатом – обществом.  

Однако после состоявшегося решения инспекции от 20.12.2017 от общества в адрес  инспекции поступило письмо от 29.12.2017 (т. 3, л. 80), согласно которому  ликвидационный баланс приведен в соответствие, у общества не имеется кредиторской  задолженности перед банком.  

При таких обстоятельствах у инспекции не имелось правовых оснований для  непринятия оспариваемого решения от 15.01.2018 в отсутствие оснований к проверке  указанных в письме обществом сведений.  

При таких обстоятельствах решение суда подлежит частичной отмене с принятием  в этой части нового решения.  

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче  заявлений о признании ненормативного правового акта недействительным  государственная пошлина уплачивается в размере 3000 рублей.  

Согласно подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче апелляционной  жалобы на решения арбитражного суда государственная пошлина  

уплачивается в следующих размерах – 50 процентов размера государственной 

пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного  характера.  

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ предусмотрено, что уплаченная  государственная пошлина подлежит возврату в случае уплаты государственной пошлины  в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.  

Как усматривается из материалов дела, при подаче апелляционной жалобы по  настоящему делу ликвидатор общества ФИО4 уплатила  государственную пошлину в размере 3000 руб.  

Таким образом, исходя из вышеизложенного и в соответствии со статьей 104 АПК  

РФ, статьей 333.40 НК РФ государственная пошлина по 1500 рублей подлежит возврату  

из федерального бюджета, о чем надлежит выдать справки. 

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьями 270 и 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Смоленской области от 27.07.2018 по делу № А62-1091/2018  в части взыскания с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 5  по Смоленской области в пользу акционерного общества «Российский  сельскохозяйственный банк» 3000 руб. в возмещение судебных расходов отменить.  

Заявление акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» о  взыскании с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 5 по  Смоленской области 3000 руб. в возмещение судебных расходов оставить без  удовлетворения.  

 В остальной части решение суда оставить без изменения. 

Возвратить ликвидатору общества с ограниченной ответственностью «Смоленская  строительная корпорация» ФИО4 из федерального бюджета 1500 руб.  госпошлины, излишне уплаченной по чеку-ордеру Смоленского отделения № 8609  филиала № 25 от 27.08.2018.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в  течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В  соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Е.Н. Тимашкова  

Судьи Д.В. Большаков  Н.В. Еремичева