ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-9554/2017

г. Самара

24 августа 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17.08.2021,

постановление в полном объеме изготовлено 24.08.2021    

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Колодиной Т.И., судей Деминой Е.Г., Морозова В.А.,       

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 17.08.2021 апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 08.06.2021 (судья Мачучина О.А.) об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании с ФИО3 убытков в размере 1 143 672 руб. 90 коп., предъявленного в рамках дела №А55-9554/2017 о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в заседании:

лица, участвующие в деле, не явились, извещены,

установил:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25.04.2017 принято к производству заявление Общества с ограниченной ответственностью "ЧОП Шар" о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА".

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.07.2017 произведена замена Общества с ограниченной ответственностью "ЧОП Шар" на правопреемника - Общество с ограниченной ответственностью "ПФК Вершина" (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.09.2017 заявление Общества с ограниченной ответственностью "ПФК Вершина" признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.01.2018 Общество с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

С учетом принятых судом уточнений конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просил привлечь ФИО5, ФИО3, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА" и приостановить производство по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лица к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 определение Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2020 отменено, принят новый судебный акт о взыскании в пользу должника с ФИО5 убытков в размере              3 109 110 руб.; с ФИО3 - убытков в размере 1 143 688 руб., в удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего должником отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 23.11.2020 определение Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2020 и Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 в части, касающейся результата рассмотрения требования к ФИО3 отменено, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области, в остальной части Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 оставлено без изменения. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 14.12.2020 заявление принято к новому рассмотрению, назначено судебное заседание. 

До рассмотрения заявления по существу от конкурсного управляющего поступили уточнения, согласно которым он просил  взыскать с ФИО3 в пользу должника убытки в размере 1 143 672 руб. 90 коп. 

Суд первой инстанции протокольным определением от 02.06.2021 принял заявленные конкурсным управляющим  уточнения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.06.2021 отказано во взыскании с ФИО3 убытков.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее по тексту – конкурсный управляющий) обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.06.2021, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований о взыскании убытков.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2021 апелляционная жалоба принята к производству с назначением судебного заседания на 15.07.2021.

В соответствии со ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 15.07.2021 объявлен перерыв до 20.07.2021. После перерыва судебное заседание продолжено 20.07.2021. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2021 в составе судей Колодиной Т.И., судей Барковской О.В.,  Деминой Е.Г., рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 17.08.2021.

Определением председателя судебной коллегии по рассмотрению споров, возникающих из гражданских и иных правоотношений от 16.08.2021 в судебном составе, рассматривающем апелляционную жалобу, произведена замена судьи Барковской О.В. на судью Морозова В.А., в этой связи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебных заседаний, размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, не обеспечившие явку в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе в силу ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также  публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на то, что несмотря на формальное прекращение полномочий ФИО3 как директора должника 08.04.2016, после этой даты ФИО3 фактически продолжал осуществлять полномочия руководителя должника, о чем свидетельствует выдача ФИО3 26.04.20216 нотариальной доверенности ФИО6 как директором должника. А также тот факт, что исковое заявление в суд общей юрисдикции об изменении сведений в ЕГРЮЛ в части сведений о директоре общества подано ФИО3 только 22.03.2017. Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что в установленном законом порядке о фальсификации подписи в спорном договоре купли-продажи от 15.04.2016 ФИО3 не заявлял.

ФИО3 (далее по тексту также  - ответчик) возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениям к нему, которые в соответствии со ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу и дополнений к отзыву, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает наличие оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 08.06.2021. При этом суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту -  Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлся директором должника с 11.12.2015.

Собранием учредителей должника 08.04.2016 избран новый руководитель должника, в связи с чем приказом от 08.04.2016 ФИО3 был уволен с должности директора должника по собственному желанию, 

Между тем ФИО6 принят на работу в качестве исполнительного директора приказом от 05.04.2016.

При этом в Единый государственный реестр юридических лиц сведения о прекращении полномочий ответчика как руководителя должника внесены только 24.07.2017 (на основании решения Волжского районного суда Самарской области от 18.04.2017, которым были удовлетворены требования ФИО3 об обязании внести в Единый государственный реестр юридических лиц запись о прекращении полномочий директора). 

Конкурсный управляющий ссылался на то, что должником в лице его директора ФИО3 был заключен договор купли-продажи транспортного средства от 15.04.2016 с ФИО7, который впоследствии определением Арбитражного суда Самарской области от 20.01.2020 договор купли-продажи транспортного средства от 15.04.2016 признан недействительным, с ФИО7 в пользу должника взысканы денежные средства в размере 1 143 688 руб. 

Денежные средства в указанном размере конкурсный управляющий считает убытками должника (с учетом поступления в ходе исполнительного производства в конкурсную массу должника денежных средств в размере 15 руб. 10 коп. конкурсный управляющий уменьшил размер требований к ответчику до 1 143 672 руб. 90 коп.).

Отменяя принятые при первоначальном рассмотрении настоящего спора судебные акты, суд кассационной инстанции указал на то, что ФИО3 приводил доводы о том, что он не осуществлял полномочия директора должника с 08.04.2016, поэтому не мог  заключить договор купли-продажи с ФИО7 15.04.2016; к рассмотрению спора судом не привлекался, в заседании суда не участвовал и не мог дать суду соответствующие пояснения. Суд кассационной инстанции указал, что данные возражения были заявлены ответчиком, но оставлены судами первой и апелляционной инстанций без оценки. В этой связи суд кассационной инстанции счел, что выводы апелляционного суда в части результата рассмотрения требования в отношении ФИО3 являются преждевременными.

При повторном рассмотрении спора суд первой инстанции пришел к выводу, что на копии спорного договора проставлен оттиск печати должника, которая отсутствовала у ответчика на дату его подписания, как и полномочия директора. Кроме того, суд первой инстанции исходил из того, что документация и ценности должника были истребованы определением Арбитражного суда Самарской области от 025.07.2018 у ФИО6, а не у ФИО3

Изложенное позволило суду первой инстанции прийти к выводу о том, что на дату совершения спорной сделки ответчик не являлся директором должника, следовательно, не мог контролировать его деятельность и не являлся выгодоприобретателем по спорной сделке, в связи с чем ответчик не может быть привлечен к ответственности в виде взыскания с него убытков.

Суд первой инстанции также указал, что доводы конкурсного управляющего, изложенные в уточненном заявлении и в письменных возражениях, не нашли своего подтверждения в материалах дела.

Между тем суд апелляционной инстанции полагает обоснованными доводы конкурсного управляющего, приведенные в апелляционной жалобе, касающиеся фактического продолжения осуществления ответчиком полномочий директора должника после 08.04.2016, которые были им также заявлены и в суде первой инстанции, но оценка которым в обжалуемом судебном акте судом первой инстанции фактически не дана.

Согласно разъяснениям, приведенным п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалах дела имеется доверенность от 26.04.2016, удостоверенная нотариусом г. Самара ФИО8

Из содержания данной доверенности следует, что она выдана Обществом с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА" в лице директора ФИО3 ФИО6 на представление интересов общества во всех организациях и учреждениях, а также в органах власти. Доверенность выдана сроком действия по 31.12.2016.

Факт того, что настоящая доверенность совершена от имени Общества с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА" директором ФИО3, подписавшим доверенность в присутствии нотариуса, также отражен в тексте доверенности (на второй странице).

В соответствии с п. "л" ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения о юридическом лице, в т.ч. сведения о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица: в отношении физического лица - фамилия, имя и, если имеется, отчество, должность.

На момент обращения к нотариусу в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве лица, имеющего право без доверенности действовать от имени должника, был указан ФИО3

 Таким образом, ответчик обратился к нотариусу за совершением нотариального действия после 08.04.2016, когда, по его утверждению, он был уволен по собственному желанию и перестал осуществлять полномочия директора общества. Однако, обратившись к нотариусу, ответчик позиционировал себя как руководитель общества, имеющий право действовать от его имени без доверенности, и скрыл от нотариуса факт издания приказа от 08.04.2016 о его увольнении, что свидетельствует о наличии у него воли на продолжение фактического осуществления руководства должником.

В первоначальном отзыве на заявление конкурсного управляющего (т. 1 л.д. 176-177) ответчик указывал, что 08.04.2016 было проведено собрание учредителей общества, на котором был избран новый руководитель общества, а он был уволен приказом от 08.04.2016 по собственному желанию. Как указано в отзыве, новый руководитель сказал ему, что в течение трех рабочих дней с момента назначения нового руководителя будет подано заявление в ИФНС о внесении изменений в Единый государственный реестр юридических лиц в связи со сменой лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица.

Ответчик в отзыве также указал, что сделки, указанные конкурсным управляющим, произведены после увольнения ФИО3, в связи с чем ответственности за данные сделки он не несет.

Вместе с тем, впоследствии позиция ответчиком была изменена.

В имеющемся в материалах дела отзыве ответчика на заявление конкурсного управляющего (т. 4 л.д. 50-51) ФИО3 указывал, что "действительно 26.04.2016 должник в лице директора ФИО3 уполномочивает ФИО6 быть представителем общества". При этом, как указал сам ответчик в отзыве, "действия руководителя должника не выходили за переделы обычного предпринимательского риска". 

Изложенные в указанном отзыве пояснения ответчика, касающиеся того, что отмена доверенности не могла быть им осуществлена, поскольку доверенность выдавалась от юридического лица, а полномочия ФИО3 были прекращены, суд апелляционной инстанции не принимает, поскольку выдача доверенности состоялась также после 08.04.2016 и удостоверена нотариусом.

Более того, ФИО3 в отзыве, представленном в т. 4 на л.д. 50-51, прямо указал, что за период с 11.12.2015 и до конца апреля 2016 года действия Кормышенко в должности директора не могли привести к банкротству общества.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в данном отзыве ответчик не ссылался на то, что спорный договор им подписывался.

В отзыве указано, что с приказом об увольнении ответчик был ознакомлен спустя месяц после его издания, в связи с чем добросовестно заблуждался, считая себя неуволенным с должности директора.

Таким образом, ответчик не оспаривал фактическое руководство должником до конца апреля 2016 года. Следовательно, ответчик, полагая себя директором общества, 15.04.2016 мог подписать спорный договор.

Тот факт, что документы и ценности должника были истребованы судом в рамках настоящего дела у ФИО6, из чего исходил суд первой инстанции, при указанных выше обстоятельствах значение не имеет, поскольку если ФИО3 считал себя директором общества, то у него отсутствовали основания для передачи документации и печати должника какому-либо иному лицу.

Тем более, что доказательств передачи ответчиком ФИО6 печати общества в материалах дела отсутствуют.

При этом в ходе первоначального рассмотрения спора ответчик прямо не указывал, что подпись в спорном договоре от 15.04.2016 ему не принадлежит. О фальсификации подписи в спорном договоре в установленном ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не заявлял.

Противоречивость позиции ответчика на протяжении рассмотрения спора в суде позволяет отнестись критически к изложенному при повторном рассмотрении спора в суде первой инстанции в письменном дополнении к отзыву на жалобу утверждению о том, что происхождение подписи от его имени на оспариваемом договоре ему не известно. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что на момент заключения спорного договора от 15.04.2016, покупатель ФИО7 также не имел возможности знать о наличии приказа от 08.04.2016 об увольнении ФИО3 с должности директора должника. В Едином государственном реестре юридических лиц по состоянию на 15.04.2016 (на дату заключения договора) имелись сведения о том, что ответчик является директором общества.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что ответчик, действительно, не привлекался к участию в споре по заявлению о признании договора от 15.04.2016 недействительным. Между тем впоследствии ответчик узнал о наличии определения Арбитражного суда Самарской области от 20.01.2020 по настоящему делу, которым договор от 15.04.2016 был признан недействительным. 

В данном судебном акте суд установил, что договор от 15.04.2016 купли-продажи транспортного средства, согласно которому ответчику передан автомобиль Toyota Land Cruiser 100, 2006 г.в., VIN 

<

***>, цвет серебристый, 238 л.с., тип двигателя бензиновый заключен между должником (в лице директора ФИО3) и ФИО7.

Однако несмотря на то, что ФИО3 было известно об указанном судебном акте он как лицо, в отношении которого судом сделаны выводы, тем не менее с апелляционной жалобой на указанное определение суда от 20.01.2020 не обращался.

На основании вышеизложенного, руководствуясь разъяснениями, приведенными в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ответчиком не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о том, что на момент заключения договора от 15.04.2016 ФИО3 продолжал осуществлять фактическое руководство должником (фактический контроль).

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

В случае нарушения этой обязанности названное лицо несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные юридическому лицу его виновными действиями (бездействием) (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, установленному статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков.

В пунктах 1 - 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством; в связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В рассматриваемом случае совершенная сделка от 15.04.2016 признана судом недействительной. Наличие вступившего в законную силу судебного акта, принятого по спору о признании сделки недействительной, и содержащего оценку такой сделки, является основанием для освобождения от повторного доказывания действительности сделки.

Размер ответственности ФИО3 (1 143 672 руб. 90 коп. (денежные средства, взысканные в конкурсную массу с ФИО7 за вычетом поступивших в конкурсную массу денежных средств в ходе исполнительного производства)) определен конкурсным управляющим верно. Поскольку судебный акт о признании сделки недействительной в полном объеме не исполнен, ответчик должен быть привлечен к ответственности в виде взыскания с него убытков в указанном размере.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости в силу п. 1 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отмены определения суда первой инстанции с принятием нового судебного акта о взыскании с ФИО3 в пользу должника  убытков в размере 1 143 672 руб. 90 коп.

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 08.06.2021 по делу             № А55-9554/2017 отменить.

Принять новый судебный акт.

Взыскать с ФИО3 в пользу Общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма "ВЕРШИНА" убытки в размере 1 143 672 руб. 90 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение месяца со дня его принятия с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                   Т.И. Колодина 

Судьи                   Е.Г. Демина

                В.А. Морозов