﻿﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

                                               

№ 17АП-17790/2019-АК

г. Пермь

23 декабря 2019 года

Дело № А60-11384/2019 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Трефиловой Е.М.,

судей Варакса Н.В., Грибиниченко О.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шадриной Ю.В.,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: Пестова Е.Н., паспорт, доверенность от 25 октября 2019 года; Агапочкина М.А., паспорт, доверенность от 25 октября 2019 года;

от заинтересованного лица: Николаева Ж.В., паспорт, доверенность № 01-01-05-28/67 от 09 января 2019 года;

от третьих лиц: не явились, извещены,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенные надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы

заявителя общества с ограниченной ответственностью "Формула красоты" и заинтересованного лица Территориального  отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области в городе Нижний Тагил, Пригородном, Верхнесалдинском районах, городе Нижняя Салда, городе Кировград и Невьянском районе,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 21 октября 2019 года по делу № А60-11384/2019,

вынесенное судьей Е.В. Высоцкой,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Формула красоты" (ИНН 6623122329, ОГРН 1176658050887)

к Территориальному отделу Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области в городе Нижний Тагил, Пригородном, Верхнесалдинском районах, городе Нижняя Салда, городе Кировград и Невьянском районе (ИНН 6670083677, ОГРН 1056603541565)

третьи лица: Министерство здравоохранения Свердловской области (ИНН 6660010415, ОГРН 1036603497028), Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Свердловской области (ИНН 6671158861, ОГРН 1046604024455), Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Свердловской области

о признании недействительным предписания, 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Формула красоты" (далее –заявитель, общество)  обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным предписания Территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области в городе Нижний Тагил, Пригородном, Верхнесалдинском районах, городе Нижняя Салда, городе Кировград и Невьянском районе (далее – заинтересованное лицо, управление) от 21.12.2018 № 66-09-17/10525-2018 в части пунктов 1 и 2.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство здравоохранения Свердловской области, Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Свердловской области, Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2019 заявленные требования удовлетворены частично, признано недействительным предписание Территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области в городе Нижний Тагил, Пригородном, Верхнесалдинском районах, городе Нижняя Салда, городе Кировград и Невьянском районе от 21.12.2018 № 66-09-17/10525-2018, вынесенное в отношении общества с ограниченной ответственностью "Формула красоты", в части пункта 2; в удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с судебным актом в части отказа в удовлетворении требований о признании недействительным предписания в части пункта 1, заявитель обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда в указанной части отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований  в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель приводит доводы о том, что общество имеет санитарно-эпидемиологическое заключение на оказание медицинских услуг, в том числе услуг по стоматологии общей практики, а потому заявлять о намерении осуществлять внутри этого вида деятельности отдельные услуги и вмешательства, такие как удаление зубов, не обязано.

Заинтересованное лицо также обжалует решение суда первой инстанции в апелляционном порядке, в жалобе управление просит судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных обществом требований отказать полностью. 

В апелляционной жалобе заинтересованное лицо настаивает на доводах о нарушении заявителем требований п. 1 ст. 29 Закона № 52-ФЗ и п. 11.12 раздела I СанПиН 2.1.3.2630-10 и законности предписания в части пункта 2. 

Участвовавший в судебном заседании апелляционного суда представитель заявителя выразил несогласие с решением суда в обжалуемой части, доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, поддержал, в удовлетворении жалобы заинтересованного лица просил отказать по основаниям, приведенным в отзыве на жалобу управления.

Представитель заинтересованного лица на доводах своей апелляционной жалобы настаивал, в удовлетворении апелляционной жалобы заявителя просил отказать по мотивам, изложенным в письменном отзыве на жалобу общества.

Третье лицо – Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Свердловской области в представленном в суд апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционные жалобы просил удовлетворить жалобу заявителя и отказать в удовлетворении жалобы заинтересованного лица.

Третьими лицами – Министерством здравоохранения Свердловской области и Территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Свердловской области отзывы на апелляционные жалобы не представлены.

Третьи лица о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Территориальным отделом Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области в городе Нижний Тагил, Пригородном, Верхнесалдинском районах, городе Нижняя Салда, городе Кировград и Невьянском районе на основании распоряжения от 21.11.2018 №01-01-01-03-09/36497 по мотивированному представлению от 15.11.2018 № 66-09-17/9352-2018, вынесенного по результатам рассмотрения обращения гражданина от 17.10.2018 № 10533-2018, согласованного 22.11.2018 с прокуратурой Дзержинского района г. Нижнего Тагила Свердловской области, с целью предотвращения угрозы здоровью и жизни граждан, загрязнения окружающей среды, защиты прав потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасности для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, в период с 26.11.2018 по 21.12.2018 была проведена внеплановая выездная проверка в отношении общества с ограниченной ответственностью "Формула красоты" по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр. Дзержинского, 71, в ходе которой выявлены нарушения санитарно-эпидемиологических требований, в том числе СанПиН 2.1.3.2630-10.

Нарушения зафиксированы в акте проверки от 21.12.2018, заявителю выдано предписание от 21.12.2018 № 66-09-17/10525-2018 об устранении выявленных нарушений санитарно-эпидемиологических требований, пунктом 1 которого обществу запрещено осуществлять виды медицинской деятельности, не указанные в приложении к действующему санитарно-эпидемиологическому заключению о соответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые предполагается использовать для осуществления деятельности, в пункте 2 предписано в срок до 01.04.2019 обеспечить бактериологический контроль эффективности работы бактерицидных облучателей; обеспечить ведение Журнала контроля работы бактерицидных установок согласно нормативно-методическим документам.

Полагая, что выданное Управлением Роспотребнадзора предписание в указанной части не соответствует положениям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы заявителя, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, установив факт оказания заявителем услуг по хирургической стоматологии в отсутствие санитарно-эпидемиологического заключения на данный вид деятельности, признал доказанным нарушение требований ст. 24 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и п. 1.3 СанПиН 2.1.3.2630-10, в связи с чем пришел к выводу о законности предписания в части пункта 1; вместе с тем, установив, что обществом выполняются требования п. 11.12 раздела I СанПиН 2.1.3.2630-10, суд усмотрел основания для признания незаконным пункта 2 предписания.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, рассмотрев доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в отзывах на жалобы, суд апелляционной инстанции оснований для отмены либо изменения решения суда первой инстанции не установил.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия) возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

По смыслу статей 200 и 201 АПК РФ для удовлетворения требования заявителя о признании недействительным ненормативного правового акта, незаконными действий (бездействия) необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемого акта, действий (бездействия) нормам действующего законодательства и нарушение ими прав и законных интересов заявителя.

В статье 1 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" (далее - Закон N 52-ФЗ) под санитарно-эпидемиологическим благополучием населения понимается такое состояние общественного здоровья и среды обитания людей, при котором отсутствует опасное и вредное влияние ее факторов на организм человека и обеспечиваются благоприятные условия для его жизнедеятельности.

Санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается посредством обязательного соблюдения гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарных правил как составной части осуществляемой ими деятельности (пункт 1 статьи 2 Закона N 52-ФЗ).

Согласно статье 11 Закона № 52-ФЗ юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц, обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению. 

В силу пункта 1 статьи 39 Закона № 52-ФЗ на территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила, утвержденные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

В соответствии с Положением о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 322 «Об утверждении Положения о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор) является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, защиты прав потребителей и потребительского рынка.

В силу пункта 2 статьи 50 Закона N 52-ФЗ при выявлении нарушения санитарного законодательства, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, имеют право давать гражданам и юридическим лицам предписания об устранении выявленных нарушений санитарно-эпидемиологических требований, обязательные для исполнения ими в установленные сроки.

На основании п. 1 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами, должностные лица органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля, проводившие проверку, в пределах полномочий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязаны выдать предписание юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю об устранении выявленных нарушений с указанием сроков их устранения.

Исходя из совокупности приведенных норм, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что оспариваемое предписание вынесено уполномоченным государственным органом и в пределах его компетенции.

Относительно законности и обоснованности оспариваемого предписания суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 24 Закона N 52-ФЗ при эксплуатации производственных, общественных помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта должны осуществляться санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия и обеспечиваться безопасные для человека условия труда, быта и отдыха в соответствии с санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны приостановить либо прекратить свою деятельность или работу отдельных цехов, участков, эксплуатацию зданий, сооружений, оборудования, транспорта, выполнение отдельных видов работ и оказание услуг в случаях, если при осуществлении указанной деятельности, работ и услуг нарушаются санитарные правила.

Из материалов дела следует, что на основании лицензии от 30.03.2018№ ЛО-66-01-005291 ООО "Формула красоты" осуществляет медицинскую деятельность в стоматологическом кабинете по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр. Дзержинского, 71, пом. 7-9, 28, 29. Согласно указанной лицензии, при оказании первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи организуются и выполняются следующие работы (услуги): 1) при оказании первичной доврачебной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по: сестринскому делу; стоматологии профилактической; 2) при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по: организации здравоохранения и общественному здоровью; стоматологии общей практики; стоматологии ортопедической; стоматологии терапевтической.

Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность, утверждены Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18.05.2010 N 58 (далее - СанПиН 2.1.3.2630-10).

Названные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы устанавливают санитарно-эпидемиологические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию, противоэпидемическому режиму, профилактическим и противоэпидемическим мероприятиям, условиям труда персонала, организации питания пациентов и персонала организаций, осуществляющих медицинскую деятельность (далее - ООМД) (пункт 1.1).

Организации, осуществляющие медицинскую деятельность, должны соблюдать установленные санитарно-эпидемиологические требования (пункт 1.2 СанПиН 2.1.3.2630-10).

В пункте 1.3 СанПиН 2.1.3.2630-10 предусмотрено, что обязательным условием для принятия решения о выдаче лицензии является представление соискателем лицензии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые соискатель лицензии предполагает использовать для осуществления деятельности.

Согласно ст. 1 Закона № 52-ФЗ под санитарно-эпидемиологическим заключением понимается документ, выдаваемый в установленных настоящим Федеральным законом случаях федеральными органами исполнительной власти, уполномоченными на осуществление федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, и удостоверяющий соответствие или несоответствие санитарным правилам факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц, граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, а также используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств.

Санитарно-эпидемиологические заключения, предусмотренные ст. 18, 20, 26-28, 40 Закона № 52-ФЗ выдаются на основании результатов санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований главными государственными санитарными врачами и (или) их заместителями (п. 2 ст. 42 Закона № 52-ФЗ).

В соответствии с пунктом 3 приложения № 2 к Порядку оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях, утвержденному Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 07.12.2001 № 1496н, оснащение стоматологического отделения (кабинета, лаборатории) медицинских организаций осуществляется в соответствии со стандартом оснащения стоматологического отделения (кабинета, лаборатории) согласно приложению № 12 к Порядку оказания медицинской помощи взрослому населению Российской Федерации при стоматологических заболеваниях, утвержденному настоящим приказом, в зависимости от объема оказываемой медицинской помощи.

Согласно пункту 6 названного Порядка санитарно-эпидемиологические заключения выдаются о соответствии либо несоответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые предполагается использовать для осуществления определенных видов деятельности.

Соответствие санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые организация, осуществляющая медицинскую деятельность, предполагает использовать, является одним из условий получения такой организацией лицензии на медицинскую деятельность.

Материалами дела подтверждается, что обществу выдано санитарно-эпидемиологическое заключение 66.01.34.000.М.000087.01.18 от 23.01.2018 о соответствии санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам помещения, оборудования и иного имущества, расположенного по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр. Дзержинского, 71, пом. 7-9, 28, 29, которое общество предполагает использовать для осуществления следующих видов медицинской деятельности:

При оказании первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи организуются и выполняются следующие работы (услуги):

при оказании первичной доврачебной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по:

гигиене в стоматологии;

сестринскому делу;

стоматологии; 

стоматологии профилактической;

при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по:

организации здравоохранения и общественному здоровью;

ортодонтии;

стоматологии обшей практики;

стоматологии ортопедической;

стоматологии терапевтической.

Вышеуказанное санитарно-эпидемиологическое заключение выдано на основании экспертного заключения № 02-09-15/6195 от 27.12.2017, из описательной части которого следует, что стоматологический кабинет на 2 стоматологические установки разделен непрозрачной перегородкой на всю высоту помещения. В помещении № 8 по техническому паспорту планируется проводить прием ортопеда и ортодонта. В помещении № 9 по техническому паспорту планируется проводить терапевтический прием, прием гигиениста. Перечень оборудования, используемого для оказания заявленного вида деятельности, работ, услуг определен с оценкой достаточности.

Согласно представленному обществом оборудованию и инструментам в распоряжение экспертов не были включены и заявлены обязательное хирургическое оборудование, необходимое для удаления зубов, в том числе: аспиратор хирургический, зажимы кровоостанавливающие, крючки хирургические, ложки хирургические, набор хирургических инструментов, игл и шовного материала, щипцы для удаления зубов, элеваторы стоматологические для удаления корней зубов, то есть при подачи заявки на получение санитарно-эпидемиологического заключения данный вид работ (услуг) по удалению зубов лицензиатом не заявлялся. 

При проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы обществом указаний на возможность осуществления в заявленных помещениях стоматологической хирургической медицинской помощи, в том числе возможность осуществления медицинских манипуляций по удалению зубов не давалось, в связи с чем при оценке помещений экспертами условия осуществления медицинской деятельности по удалению зубов (оперативному вмешательству) о соответствии санитарным правилам и нормативам в санитарном заключении экспертами не оценивались.

Между тем, в ходе проверки административным органом установлено, что в указанном стоматологическом кабинете обществом оказываются услуги по хирургической стоматологии, в частности, услуги по удалению зубов, что подтверждается прейскурантом цен, содержащего стоимость хирургических услуг по удалению зубов, применению различного рода анастезии, использованию шовного материала;  бланком "Информированное добровольное согласие пациента на медицинское вмешательство. Хирургическое лечение", которым граждане проинформированы о поставленном диагнозе и необходимости проведения хирургического вмешательства в соответствии с утвержденным предполагаемым планом лечения (удаление зубов, операции в полости рта, пластика уздечек, хирургическое лечение десен, лоскутные операции и др.); а также актом - нарядом - приема врача стоматолога и операционной инструкцией врача стоматолога общей практики, согласно которой такой врач осуществляет хирургическое лечение острого периостита челюстей, удаление корней и зубов (кроме ретинированных и дистопированных), лечение альвеолита, перикорнита, остановку луночного кровотечения, наложение швов на раны, дренирование и медикаментозную обработку гнойных ран, перевязку после оперативных вмешательств.

При этом такая медицинская услуга как стоматология хирургическая оказывается организацией в отсутствии санитарно-эпидемиологического заключения, в условиях, не предназначенных для оказания данной услуги, не имеющих подтверждение соответствия требованиям санитарных правил.

Доказательств наличия у заявителя на момент проведения проверки санитарно-эпидемиологического заключения на данный вид деятельности (стоматологии хирургической) материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы заявителя о том, что общество имеет санитарно-эпидемиологическое заключение на оказание медицинских услуг, в том числе услуг по стоматологии общей практики, а потому заявлять о намерении осуществлять внутри этого вида деятельности отдельные услуги и вмешательства, такие как удаление зубов, не обязано, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Согласно пункту 46 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04 мая 2011 года N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" медицинская деятельность подлежит обязательному лицензированию.

Перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, установлен приложением к Положению о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра "Сколково"), утвержденному Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 N 291. 

В указанном перечне такие услуги как стоматология, стоматология детская, стоматология общей практики, стоматология ортопедическая, стоматология профилактическая, стоматология терапевтическая, стоматология хирургическая поименованы отлично друг от друга. Соответственно, стоматология общей практики и стоматология хирургическая – два разных вида медицинской деятельности, осуществление каждого из которых предполагает получение соответствующей лицензии и возлагает на организацию обязанность иметь соответствующие условия для оказания такой деятельности (санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые предполагается использовать для осуществления деятельности).

Приказом Министерства здравоохранения от 13 октября 2017 года N 804н утверждена номенклатура медицинских услуг, согласно которой удаление зубов, удаление временного зуба, удаление постоянного зуба, удаление зуба сложное с разъединением корней отнесено к медицинским услугам класса "А", который включает медицинские услуги, представляющие собой определенные виды медицинских вмешательств, направленные на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющие самостоятельное законченное значение.

Удаление зуба - хирургическая операция в стоматологии по экстракции зуба из зубной альвеолы. Согласно медицинской терминологии хирургическая операция, хирургическое вмешательство или оперативное вмешательство - комплекс воздействий на ткани или органы человека (или животного), проводимых врачом с целью лечения, диагностики, коррекции функций организма, выполняемый с помощью различных способов разъединения, перемещения и соединения тканей.

Таким образом, учитывая, что оказание медицинской услуги по удалению зубов относится к хирургической стоматологии, исходя из того, что данный вид деятельности напрямую связан с используемыми для осуществления этого вида деятельности помещениями, оборудованием, имуществом, которые должны соответствовать санитарным правилам и нормам, апелляционный суд приходит к выводу, что оказание такой медицинской услуги как удаление зубов предполагает наличие соответствующего санитарно-эпидемиологического заключения, которое у ООО "Формула красоты" отсутствует. Наличие в штате врачей-стоматологов с высшим образованием, имеющих право осуществлять хирургическую помощь по удалению зубов, не освобождает от обязанности организацию иметь соответствующие условия для оказания такой помощи, получения санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые предполагается использовать для осуществления деятельности. Доводы заявителя об обратном подлежат отклонению как основанные на ошибочном толковании норм права применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции, что оспариваемое предписание в части пункта 1 соответствует нормам действующего законодательства и не нарушает прав и законных интересов заявителя, правомерно возлагая на общество обязанность устранить выявленные нарушения санитарно-эпидемиологических требований.

В ходе проверки административным органом также установлено, что для обеззараживания воздуха и поверхностей помещений обществом установлены три бактерицидных облучателя: облучатель-рециркулятор Дезар - Кронт 802 (регистрационное удостоверение от 23.05.2016 № РЗН 2016/4142); облучатель-рециркулятор Дезар - Кронт 802 (регистрационное удостоверение от 23.05.2016 № РЗН 2016/4142); облучатель-рециркуляторДезар - Кронт 802 (регистрационное удостоверение от 23.05.2016 № РЗН 2016/4142).  При этом управлением выявлено, что учет работы бактерицидной установки № 3 с апреля 2018 года обществом не проводится, в связи с чем предписано обеспечить бактериологический контроль эффективности работы бактерицидных облучателей; обеспечить ведение Журнала контроля работы бактерицидных установок согласно нормативно-методическим документам.

Согласно п. 1 ст. 29 Закона № 52-ФЗ в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан.

 В пункте 11.12 раздела I СанПиН 2.1.3.2630-10 установлено, что для обеззараживания воздуха в помещениях с асептическим режимом следует применять разрешенные для этой цели оборудование и/или химические средства. Технология обработки и режимы обеззараживания воздуха изложены в соответствующих нормативно-методических документах и инструкциях по применению конкретного дезинфекционного оборудования и дезинфицирующих средств. С целью снижения обсемененности воздуха до безопасного уровня применяются следующие технологии:

- воздействие ультрафиолетовым излучением с помощью открытых и комбинированных бактерицидных облучателей, применяемых в отсутствие людей, и закрытых облучателей, в том числе рециркуляторов, позволяющих проводить обеззараживание воздуха в присутствии людей, необходимое число облучателей для каждого помещения определяют расчетным путем согласно действующим нормам;

- воздействие аэрозолями дезинфицирующих средств в отсутствие людей с помощью специальной распыливающей аппаратуры (генераторы аэрозолей) при проведении дезинфекции по типу заключительной и при проведении генеральных уборок;

- применение бактериальных фильтров, в том числе электрофильтров.

При рассмотрении дела заявитель пояснил, что на момент проверки 1 бактерицидная установка находилась на гарантийном ремонте. В материалы дела обществом представлено руководство по эксплуатации Облучателя – рециркулятора воздуха ультрафиолетового бактерицидного «Дезар – Кронт», согласно которому работа одного рециркулятора позволяет обеспечить необходимую чистоту медицинского кабинета в непрерывном режиме и в присутствии до 3 человек - до 80 кв.м., в режиме ограничения (прерывная работа, заключительное звено санитарно-противоэпидемических мероприятий перед началом работы) в отсутствии людей - до 50 кв.м.

Исходя из вышеуказанных технических характеристик рассматриваемого  облучателя-рециркулятора, установив, что площадь медицинского кабинета общества составляет 23,6 кв.м., что более чем в 2 раза меньше возможной площади при прерывной работе рециркулятора, и более чем в 3 раза меньше при работе в непрерывном режиме, суд первой инстанции обоснованно заключил, что для целей выполнения санитарных мероприятий по снижению обсемененности микроорганизмами воздуха и поверхностей в медицинском кабинете достаточно одного облучателя-рециркулятора Дезар-Кронт 802.

Учитывая, что у общества работают два облучатели-рециркуляторы Дезар-Кронт 802 и обществом обеспечится учет работы данных облучателей, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что заявителем в соответствии с п. 1 ст. 29 Закона № 52-ФЗ и п. 11.12 раздела I СанПиН 2.1.3.2630-10 обеспечивается необходимый санитарно-противоэпидемический режим, в связи с этим суд правомерно признал недоказанным заинтересованным лицом законность предписания в указанной части (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). Оснований для иных суждений и переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у апелляционного суда не имеется.

Коллегия апелляционного суда считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе полного и всестороннего исследования доказательств, выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклонены, поскольку они направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, оснований для переоценки которых, суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Таким образом, решение суда первой инстанции отмене либо изменению не подлежит, в удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе ООО «Формула красоты» относятся на заявителя. В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо освобождено от уплаты государственной пошлины при обжаловании судебного акта.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 21 октября 2019 года по делу № А60-11384/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

 

Председательствующий

 

Судьи

  

     Е.М. Трефилова

 

     Н.В. Варакса

 

     О.Г. Грибиниченко