ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-5611/2024

г. Челябинск

17 мая 2024 года

Дело № А07-4767/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 мая 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Томилиной В.А.,

судей Жернакова А.С., Камаева А.Х.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Чаус О.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.02.2024 по делу № А07-4767/2023.

В судебном заседании с использованием систем веб – конференции принял участие представитель муниципального унитарного предприятия Единого расчетно-кассового центра городского округа город Уфа Республики Башкортостан – ФИО2 (доверенность от 22.01.2024 № 16, срок действия до 22.01.2025, паспорт, диплом). 

 

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан (далее – ответчик, Администрация) о признании договора купли-продажи от 19.04.2014 № 204юр недействительным в части, применении последствий недействительности сделки и взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 186 863 руб. 44 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.06.2023 к участию в деле в качестве соответчика, привлечено муниципальное унитарное предприятие Единый расчетно-кассовый центр городского округа город Уфа Республики Башкортостан (далее – соответчик, МУП ЕРКЦ).

Истец неоднократно уточнял заявленные требования, согласно уточнению от 16.10.2023, истец просит:

- соразмерно уменьшить цену объекта недвижимого имущества - центральный тепловой пункт общей площадью 132,9 кв. м, инвентарный номер 6997, кадастровый номер 02:55:020210:132 (лот № 10), расположенный в подвале пятиэтажного жилого дома, находящегося на земельном участке с кадастровым номером 02:55:020210:4, категория земель: земли населенных пунктов, по адресу: г. Уфа, Орджоникидзевский район, просп. Октября д. 160 - возвратить ФИО1 излишне уплаченную по договору купли-продажи недвижимого имущества от 19.09.2014 № 204юр денежную сумму в размере 1 169 245 руб. 6 коп.

- взыскать с Администрации и МУП ЕРКЦ проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 186 863 руб. 44 коп.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.02.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

С вынесенным решением не согласился ИП ФИО1, обжаловал  его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ИП ФИО1 (далее также – податель жалобы, апеллянт) просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный.

В апелляционной жалобе ее податель указал, что на момент заключения договора ИП ФИО1 не знал о том, что право собственности на оборудование индивидуального теплового пункта является общедолевым, возникло в силу закона при создании объекта и принадлежит собственникам помещений в многоквартирном доме в силу закона – подпункта «ж» пункта 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491.

Апеллянт также полагает, что срок исковой давности им не пропущен, поскольку он узнал о нарушении своего права 30.11.2022 в ходе рассмотрения иска к ОАО УЖХ Орджоникидзевского района городского округа город Уфа Республики Башкортостан о взыскании неосновательного обогащения по делу № А07-8980/2021.

К дате судебного заседания отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд апелляционной инстанции не поступил. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет.

Судебное заседание проведено посредством системывеб-конференции.

В судебном заседании, проведенном посредством использования системы веб-конференции, принял участие представитель МУП ЕРКЦ.

ИП ФИО1, которому со стороны Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда была предоставлена возможность участия в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции, к каналу связи не подключился, что свидетельствует о его неявке.

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая ИП ФИО1 не была реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, явка судом обязательной не признана.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усмотрел предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения судебного заседания, судебное разбирательство проведено в его отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика с доводами, изложенными в апелляционной жалобе, не согласился, дал пояснения в обоснование своих возражений.

Законность и обоснованность судебного акта суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом первой инстанции, между Министерством земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан и муниципальным образованием городской округ город Уфа Республики Башкортостан заключен договор № 1739 от 31.01.2006 (л.д. 8), согласно условиям которого Минземимущество РБ передает, а муниципальное образование принимает государственное имущество Республики Башкортостан балансовой стоимостью имущества 53 220 838 140 руб.

Согласно п. 3690 акта приема-передачи № 1739 от 31.01.2006, в том числе, жилой дом, расположенный по адресу: 

<

...> (л.д. 9-10).

Постановлением Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан № 2085 от 21.05.2014 (л.д. 13-14) МУП ЕРКЦ разрешено реализовать объекты недвижимого имущества, находящиеся в хозяйственном ведении предприятия, не ниже рыночной стоимости, путем проведения торгов, в том числе: нежилое помещение (центральный тепловой пункт - ЦТП), расположенный по адресу: г. Уфа, Орджоникидзевский район, проспект Октября, д. 160, общей площадью 132,9 кв. м, инвентарный номер 6997, кадастровый номер 02:55:020210:132 (пункт 1.7).

19.09.2014 между МУП ЕРКЦ (продавец) и ИП ФИО1 (покупатель) на основании протокола об итогах торгов по продаже в собственность объекта муниципального нежилого фонда № 3 от 15.09.2014 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 204юр от 19.09.2014 (л.д. 37-38), согласно условиям которого продавец передает в собственность покупателя объект недвижимого имущества - центральный тепловой пункт общей площадью 132,9 кв. м, инвентарный номер 6997, кадастровый номер 02:55:020210:132 (лот № 10), расположенный в подвале пятиэтажного жилого дома, находящегося на земельном участке с кадастровым номером 02:55:020210:4, категория земель: земли населенных пунктов, по адресу: г. Уфа, Орджоникидзевский район, просп. Октября д. 160 (пункт 1.1. договора).

Покупатель уплачивает продавцу за приобретаемый объект недвижимого имущества в безналичной форме 3 605 400 руб. (пункт 2.1 договора).

Продавец обязуется передать покупателю объект недвижимого имущества, указанный в п. 1.1 договора, на основании соответствующего акта приема-передачи недвижимого имущества непосредственно после полной оплаты, в течение 5 дней (пункт 3.2 договора).

Покупатель принимает объект с обременением (беспрепятственный допуск в нежилое помещение организациям, осуществляющим эксплуатацию инженерного оборудования) (пункт 3.3. договора).

Объект, указанный в пункте 1.1 договора, реализуется продавцом с обременением:

- обеспечивать беспрепятственный доступ в помещение специализированным организациям для обслуживания инженерных систем до их вывода из эксплуатации;

- покупатель обязуется не нарушать целостность инженерного оборудования и сетей, находящегося в реализуемом помещении, без согласования со специализированной организацией и продавцом (пункт 4.1 договора).

В стоимость объекта не включаются затраты, которые покупатель в дальнейшем может понести: для вывода ЦТП из эксплуатации необходимо выполнить комплекс мероприятий по демонтажу оборудования и переключению инженерных сетей (пункт 4.2 договора).

При выполнении работ по демонтажу оборудования, расположенного в ЦТП, в период отопительного сезона, а также его подготовке, на покупателя возлагается ответственность по бесперебойному обеспечению коммунальных услуг в жилые дома (пункт 4.3 договора).

Между МУП ЕРКЦ и ИП ФИО1 подписан акт приема-передачи нежилого помещения от 24.09.2014, согласно которому покупатель претензий к техническому состоянию объекта не имеет (л.д. 17).

С 22.09.2017 по настоящее время в данном помещении находится индивидуальный тепловой пункт (далее – ИТП), который используется для отопления многоквартирного жилого дома.

Истец, заявляя о признании данного договора недействительным указывает, что в связи с нахождением в помещении истца ИТП, он не может пользоваться данным помещением по назначению, а также не может сдавать его в аренду.

В связи с указанными обстоятельствами, ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан к открытому акционерному обществу Управление жилищного хозяйства Орджоникидзевского района городского округа город Уфа Республики Башкортостан о взыскании неосновательного обогащения.

В качестве обоснования расчета стоимости неосновательного обогащения, ФИО1 ссылался на отчет № 19-04-26 от 26.04.2019, согласно которому рыночная стоимость права аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 02:55:020210:1178 общей площадью 43,1 кв. м, составляет 37 700 рублей в месяц.

Решением от 30.11.2022 по делу № А07-8980/2021 ИП ФИО1 в удовлетворении заявленных требований было отказано. При этом судом было установлено, что в принадлежащем ФИО1 на праве собственности нежилом помещении располагается ИТП, входящий в состав общего имущества многоквартирного жилого дома.

Постановлением Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан от 03.04.2012 № 991 «О создании Муниципального унитарного предприятия «Уфимские инженерные сети» городского округа город Уфа РБ создано МУП УИС.

На основании Постановления Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан от 24.08.2012 № 3727 «О приеме в муниципальную собственность городского округа город Уфа Республики Башкортостан оборудования индивидуальных тепловых пунктов, установленных в зданиях муниципального жилого фонда» в хозяйственное ведение МУП УИС передано имущество согласно приложению с целью обеспечения его сохранности и надлежащего содержания.

О приеме-передаче переданного в соответствии с постановлением Администрации ГО город Уфа РБ № 3727 от 24.08.2012 имущества, 01.10.2012 составлен соответствующий акт приема-передачи. Прокуратурой Республики Башкортостан организована внеплановая проверка по факту законности действий (бездействий) Администрации городского округа города Уфа в части сохранения на своем балансе индивидуальных тепловых пунктов (далее - ИТП).

В ходе проверки Прокуратурой Республики Башкортостан установлено, что ИТП в многоквартирных домах (МКД) установлены в целях энергоснабжения, повышения энергетической эффективности и сокращения потерь энергетических ресурсов у потребителей. Данные ИТП приобретены за счет заемных средств Европейского Банка реконструкции и развития и средств бюджета городского округа города Уфа.

Изложенное послужило основанием для вынесения прокуратурой города Уфы Республики Башкортостан протеста об отмене постановления Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан № 3727 от 24.08.2012, поскольку, по мнению Прокуратуры, в силу пункта 3 постановления Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания», право общей долевой собственности на общее имущество принадлежит собственникам помещений в здании в силу закона вне зависимости от его регистрации.

По результатам рассмотрения указанного протеста, Администрацией городского округа город Уфа Республики Башкортостан 10.01.2020 принято Постановление № 5 «Об отмене постановления Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан от 24.08.2012 № 3727 «О приеме в муниципальную собственность городского округа город Уфа Республики Башкортостан оборудования индивидуальных тепловых пунктов, установленных в зданиях муниципального жилищного фонда», согласно которому Постановление № 3727, на основании которого МУП УИС было передано в хозяйственное ведение имущество, отменено.

В связи с изложенным истец считает, что у Администрации отсутствовало право на передачу ИТП по договору купли-продажи № 204юр от 19.09.2014 в собственность ИП ФИО1, который фактически заплатил за имущество, не имея возможности им пользоваться.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца с настоящим иском в суд. 

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, исходил из отсутствия оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Применительно к названным нормам под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части I Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.

В пункте 71 постановления Пленума № 25 также указано, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ответчики в суде первой инстанции заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Пунктом 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как верно установлено судом первой инстанции, оспариваемый договор заключен 19.09.2014.

Возражая против пропуска срока исковой давности истец указывал, что о нарушении его прав ему стало известно лишь 30.11.2022 при вынесении решения Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-8980/2021, по иску ИП ФИО1 к открытому акционерному обществу Управление жилищного хозяйства Орджоникидзевского района городского округа город Уфа Республики Башкортостан о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 294 366 руб. 67 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 106 874 руб. 10 коп.

Однако как следует из материалов дела, при заключении договора купли-продажи недвижимого имущества № 204юр от 19.09.2014 (л.д. 37-38) стороны прямо оговорили, что покупатель принимает объект с обременением (беспрепятственный допуск в нежилое помещение организациям, осуществляющим эксплуатацию инженерного оборудования).

Кроме того, покупатель обязался обеспечивать беспрепятственный доступ в помещение специализированным организациям для обслуживания инженерных систем до их вывода из эксплуатации.

24.09.2014 между сторонами договора подписан акт приема-передачи нежилого помещения, согласно которому покупатель претензий к техническому состоянию объекта не имеет (л.д. 17).

Таким образом, с учетом, представленных в дело доказательств, суд первой инстанции правомерно установил, что на момент заключения договора 19.09.2014, а также на момент подписания акта приема-передачи спорного объекта недвижимости, истцу было известно о нахождении в приобретаемом им помещении теплового пункта, относящегося к общему имуществу собственников помещений в МКД, а также о необходимости обеспечить использование указанного ИТП, для чего в договоре прямо оговорено право беспрепятственного доступа к ИТП.

Следовательно, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действуя разумно и добросовестно, обладая информацией о наличии в отношении имущества обременений, истец заключил договор купли-продажи 19.09.2014, при этом исковое заявление о взыскании неосновательного обогащения, подано только 21.04.2021, т.е. по истечении почти 7 лет с момента заключения договора и принятия имущества в собственность.

В рамках настоящего дела истец обратился с исковым заявлением 21.02.2023, то есть, уже по истечении почти 9 лет.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции о том, что ИП ФИО1 знал, что принимает объект с обременением, в связи с нахождением в приобретаемом им помещении теплового пункта, относящегося к общему имуществу собственников помещений в МКД, а также о необходимости обеспечить использование указанного ИТП.

Из изложенных выше фактических обстоятельств и существа заявленных требований, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что годичный срок исковой давности по оспариванию сделки истек 20.09.2015, трехгодичный срок - 20.09.2017, тогда, как истец обратился в суд 21.02.2023, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности истцом пропущен.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Аналогичные разъяснения даны в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям пункта 70 постановления Пленума № 25 сделанное в любой форме заявление о недействительности сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пунктов 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения указанных требований суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Так, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 № 4-КГ15-54 указано, что под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).

При этом злоупотребление правом не всегда связано с противоправными действиями, действия лица формально могут и не нарушать никакие нормы закона, но быть направленными в обход закона, то есть реализация права осуществляется недозволенными способами.

При применении принципа добросовестности необходимо учитывать, что поведение одной из сторон может быть признано злоупотреблением правом не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий лиц, участвующих в деле, от добросовестного поведения. В этих случаях суд при рассмотрении дела устанавливает факт злоупотребления правом и разрешает вопрос о применении последствий недобросовестного процессуального поведения, предусмотренных законом (например, статьи 111, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции») (далее - постановление Пленума № 46).

Как следует из абзаца 4 пункта 2 постановления Пленума № 46 отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление доказательств, а также сообщение суду и участникам процесса заведомо ложных сведений об обстоятельствах дела в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся, в том числе, в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и появлении у другой стороны спора возможности пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (пункт 1 части 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, материальным и процессуальным законодательством установлена недопустимость злоупотребления правами и возможность применения судом неблагоприятных последствий при установлении такого злоупотребления.

Поведение истца в рассматриваемом деле нельзя признать в полной мере соответствующим принципу добросовестности, поскольку с учетом ранее указанных фактических обстоятельств и хронологии событий, суд из материалов дела также усматривает, что истец сдавал спорное имущество в аренду, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 53-54).

В этой связи у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для переоценки позиции суда первой инстанции.

С учетом приведенных правовых норм и разъяснений, исходя из фактических обстоятельств дела, установив, что исковое заявление подано по истечении срока исковой давности, суд первой инстанции на основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований.

Несогласие заявителя с оценкой судом представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам дела не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. Каких-либо новых обстоятельств, опровергающих выводы суда, апеллянтами не приведено.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, по мнению суда апелляционной инстанции, не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее подателя по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.02.2024 по делу № А07-4767/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

В.А. Томилина

 

Судьи:

А.С. Жернаков

 

А.Х. Камаев