ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № A40-57939/21-118-423

г. Москва

16 ноября 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 09 ноября 2022 года 

Полный текст решения изготовлен 16 ноября 2022 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  А.Г. Антиповой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску ООО «Арсенал»

к ООО «Скания лизинг»

о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 22.05.2018 №12826-119-001 в размере 8 514 184 руб. 89 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.12.2020 по 12.08.2021 в размере 261 140 руб. 55 коп.,

о признании недействительным и не подлежащим применению при расчете сальдо встречных обязательств п.10.3.1 Общих условий лизинга в части исключения НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга,

при участии:

от  истца: ФИО2 по дов. № 7 от 15.03.2021 г. (диплом ДВС 0469258 от 25.06.2001 г.), ФИО3 по дов. № 12 от 14.04.2021 г. (диплом ВСГ 2747312 от 03.06.2009 г. ), 

от ответчика: ФИО4 по дов. № 97 от 08.11.2021 г. (диплом 107718 0526529 от 31.07.2015 г.),

УСТАНОВИЛ:

ООО «Арсенал» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО «Скания лизинг» о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 22.05.2018 №12826-119-001 в размере 8 514 184 руб. 89 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.12.2020 по 12.08.2021 в размере 261 140 руб. 55 коп., о признании недействительным и не подлежащим применению при расчете сальдо встречных обязательств п.10.3.1 Общих условий лизинга в части исключения НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга (с учетом принятого ходатайства об увеличении суммы исковых требований в порядке ст.49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.09.2021 исковые требования удовлетворены в части. С ООО «Скания лизинг» в пользу ООО «Арсенал» взыскано 7 348 636 руб. 80 коп. неосновательного обогащения, 225 391 руб. 75 коп. начисленных процентов за период с 11.01.2021 по 23.08.2021 и государственная пошлина в размере 62 914 руб. Признан недействительным и не подлежащим применению при расчете сальдо встречных обязательств п.10.3.1 Общих условий лизинга в части исключения НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.09.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.04.2022 решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.09.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Отменяя решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.09.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 суд кассационной инстанции указал, что рассматривая последствия операций по приобретению предмета лизинга, его передаче в лизинг и последующую продажу в сфере налогообложения НДС суды нижестоящих инстанций допустили их необоснованное смешение, что привело к ошибочным выводам о недействительности спорного условия п. 10.3.1 Общих условий договора лизинга.

В силу ч. 2 ст. 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Скания Лизинг» (лизингодатель) и ООО «Арсенал» (лизингополучатель) заключен договор лизинга от 22.05.2018 №12826-119-001.

Договор лизинга заключен в соответствии с Общими условиями, которые являются неотъемлемой частью договора лизинга.

В соответствии с п. 1.1. договора лизинга лизингодатель обязался приобрести в собственность у определенного лизингополучателем продавца (ООО «ТюменьСкан») предмет лизинга в составе двух грузовых самосвалов Scania P440CB6X6EHZ и передать лизингополучателю за плату во временное владение и пользование (лизинг) для предпринимательских целей.

В период действия договоров лизинга ООО «Скания Лизинг» в одностороннем внесудебном порядке отказалось от их дальнейшего исполнения и изъяло предметы лизинга.

Поскольку в период действия договоров лизинга лизингополучатель их частично исполнил (уплатил лизинговые платежи, а также внес аванс), а после расторжения договоров лизингодатель изъял предметы лизинга, указанные обстоятельства влекут необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договорам и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой, с тем, чтобы в нарушение ст.ст. 15, 1102 ГК РФ лизингодатель не получил такие блага, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договоров в соответствии с их условиями. 

Согласно постановлению Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Формула расчета сальдо взаимных представлений сторон при расторжении договоров лизинга согласована сторонами в п. 10.3 Общих условий договоров лизинга (приложения № 4 к договорам лизинга. 

Согласно п. 10.3.1 Общих условий при возврате предмета лизинга стороны производят расчет взаимных требований и определяют сальдо с учетом графика ежемесячных платежей по формуле:

С= (Ф+ПФ+ПО+УР+УВ) – (П-А+Ц), где

Ф – Финансирование (основной долг). Определяется как цена техники по договору купли-продажи за вычетом авансового платежа по договору;

ПФ – Плата за финансирование (доход лизингодателя). Плата за финансирование за первый месяц Срока лизинга указана в графике ежемесячных платежей. При расторжении договора Лизингополучатель обязан уплатить плату за финансирование, рассчитанную до даты полного возврата Финансирования по формуле:

ПФ= ПФ1 + ПФ2 + ПФ3 + ПФn, где ПФ1 – плата за финансирование за определенный месяц;

ПО – Платежи за обслуживание, подлежащие уплате лизингодателю в соответствии с п. 5.1 Условий обслуживания Предмета лизинга;

УР – Реальный ущерб Лизингодателя (расходы на возврат, ремонт и реализацию предмета лизинга, услуги оценщика и т.д.) и санкции, установленные договором и законом;

УВ – Упущенная выгода лизингодателя является Платой за финансирование за будущий период, которая более не начисляется ввиду досрочного возврата Финансирования лизингополучателем. Данный период разумно необходим Лизингодателю для повторного размещения Финансирования на сопоставимую сумму с другим лизингополучателем и определяется в п. 3.12 Договора лизинга. Упущенная выгода начисляется с месяца, следующего за месяцем полного возврата финансирования;

П – уплаченные лизингополучателем платежи, другие денежные средства, уплаченные в счет исполнения лизингополучателем своих обязательств;

А – Авансовый платеж по договору. Компенсируется лизингополучателю при расчете сальдо путем вычета из Цены техники по договору купли-продажи, вследствие чего не возвращается лизингополучателю после расчета Сальдо;

Ц – стоимость возвращенного предмета лизинга. Определяется как стоимость реализации предметов лизинга третьим лицам. При этом фактическая стоимость реализации предмета лизинга может отличаться от стоимости предмета лизинга, указанного в отчете независимого оценщика, составленного после изъятия предмета лизинга, не более, чем на 10% (п. 10.2.8 Общих условий договора). 

Из представленного истцом уточненного расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга следует, что стоимость приобретения предмета лизинга составляет 20 600 000 руб.

Показатель формулы Ф (предоставленное финансирование) составляет 15 414 788,10 руб.

Плата за финансирование составляет 4 973 615,30 руб.

Реальный ущерб лизингодателя и санкции, установленные договором  (неустойка) составляют 274 325 руб.

Упущенная выгода лизингодателя не применяется.

Внесенные лизинговые платежи, в т.ч. аванс, составляют 16 163 704,63 руб.

Сумма аванса составляет 4 120 000 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 17 434 000 руб.

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингополучатель, составляет 8 814 978 руб. 23 коп. и является неосновательным обогащением ООО «Скания Лизинг».

Истец не получил по данным договорам то, на что рассчитывал в связи с неисполнением ответчиком условий договора лизинга, поставлен в худшее положение, чем в случае, если бы ответчик надлежащим образом исполнял свои обязательства по договору лизинга.

Согласно п.2 ст. 1107 ГК РФ, на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В соответствии с п.1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Из представленного истцом расчета следует, что размер начисленных процентов за период с 08.12.2020 по 12.08.2021 составляет 261 140,55 руб.

Кроме того, согласно п. 10.3.1. Общих условий лизинга стоимость возвращенного предмета лизинга, учитывается без НДС, поскольку полученный НДС уплачен лизингодателем в федеральный бюджет.

Договором лизинга установлена обязанность лизингополучателя оплатить НДС за лизингодателя, поскольку при расчете сальдо стоимость возвращённого предмета лизинга учитывается в качестве представления лизингополучателя по сделке.

Согласно п. 10.2.8 Общих условий лизинга стоимость, возвращенного предмета лизинга для цели определения продажной цены и расчета сальдо встречных обязательств определяются на основании отчета оценки.

Размер финансирования (Ф), подлежащего возмещению лизингополучателем, согласно п. 10.3.1 Общих условий лизинга учитывается также с НДС, то есть и данном случае обязанность оплаты НДС возложена на лизингополучателя, так как при расчете сальдо финансирование учитывается в качестве представления лизингодателя по сделке.

Исходя из механизма начисления и налога на добавочную стоимость, он является суммой, дополнительно предъявляемой покупателю товаров (работ, услуг) и оплачиваемой покупателем (п.1 ст. 168 ГК РФ). Уплата налога на добавленную стоимость является законодательно предусмотренным обязательством лизингодателя как налогоплательщика и обязанность его уплаты не может возлагаться на лизингополучателя, который не является стороной сделки договора купли-продажи, возвращенного предмета лизинга.

При этом, согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующим в момент его заключения. Пунктом 4 ст. 1 и ст. 10 Гражданского кодекса РФ установлен императивный запрет злоупотребления правом: никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ.

Под слабой стороной при этом понимается контрагент, который был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, а под несправедливыми условиями договора - явно обременительные и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон.

Поскольку договор лизинга является договором присоединения, ООО «Арсенал» могло лишь только присоединиться к уже разработанным ООО «Скания лизинг» типовым договорным условиям, не имея возможности оказывать реальное влияние на содержание условий договора.

Инициировав включение в договор лизинга условия о возмещении лизингополучателем уже оплаченного покупателем-третьим лицом налога на добавочную стоимость, ООО «Скания Лизинг» имело цель возмещения НДС в двойном размере и, как следствие, получения двойного дохода от размещения одного и того же финансирования, что очевидно свидетельствует о злоупотреблении правом и намерении обогатиться за счет лизингополучателя.

Как разъяснено в п.74 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия с требованием оплаты неосновательного обогащения и начисленных процентов, а также о неприменении при расчете сальдо встречных обязательств п. 10.3.1 Общих условий лизинга в части исключения НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга, оставлена ответчиком без удовлетворения.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ссылается на то, что истцом неверно произведен расчет сальдо встречных обязательств, в результате чего неправильно определена завершающая обязанность сторон по договору лизинга. 

Ответчик определяет стоимость предмета лизинга согласно договорам купли-продажи покупателю ООО «Скания-Русь». При этом, при определении стоимости транспортных средств ответчиком учитываются затраты на ремонт.

ООО «Скания-Русь» ссылается на то, что прибыль от реализации предметов лизинга, с учетом затрат на приобретение и ремонт автомобилей, составляет разумную рыночную наценку при перепродаже, а цена продажи является рыночной.

Данный факт ответчик подтверждает заключением эксперта №18-06/17-21 от 02.07.2021 г., выполненного в рамках проведения судебной экспертизы ООО «Гранд Реал», согласно которому рыночная стоимость каждого из транспортных средств без учета повреждений, установленных в акте обследования от 29.10.2020, составляет 7 698 970 руб.

Также ответчик ссылается на то, что истцом не учтены убытки и санкции лизингодателя в виде неустойки, начисленной в порядке ст.5.1 договора лизинга, в размере 400 000 руб., расходов на изъятие предметов лизинга, снятие их с регистрационного учета в органах ГИБДД, а также ремонт в размере 591 708 руб., расходы на оценку рыночной стоимости возвращенного предмета лизинга в размере 10 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные в порядке п.5.2 договора лизинга, в размере 491 091,26 руб.

Истцом также не включена в расчет упущенная выгода лизингодателя в размере 433 852,14 руб.

Согласно п. 10.3.1. п. 10.3.1 Общих условий договора лизинга, в состав формулы включается показатель УВ, или упущенная выгода лизингодателя.

Упущенная выгода является платой за финансирование за будущий период, которая более не начисляется ввиду досрочного возврата финансирования лизингополучателем. Данный период необходим лизингодателю для повторного размещения финансирования на сопоставимую сумму по договору с другим лизингополучателем и определяется сторонами в статье 3.12 договора. Упущенная выгода исчисляется с месяца, следующего за месяцем полного возврата финансирования.

В силу п. 3.12. договора лизинга, сторонами период упущенной выгоды при расторжении договора установлен за период в 6 месяцев. Полный возврат финансирования произведен при последующей продаже изъятого предмета лизинга – 08.12.2020 г.

Таким образом, упущенная выгода лизингодателя составляет 433 852,14 руб.

Кроме того, ответчик возражает против ходатайства истца об уменьшении в порядке ст.333 ГК РФ начисленной неустойки. 

Ответчиком представлен контррасчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что размер аванса, внесенного лизингополучателем, составляет 4 120 000 руб.

Показатель формулы Ф (предоставленное финансирование) составляет 15 414 788,10 руб.

Плата за финансирование составляет 4 973 615,30 руб.

Реальный ущерб лизингодателя и санкции, установленные договором  (неустойка) составляют 1 492 799,26 руб.

Упущенная выгода лизингодателя составляет 433 852,14 руб.

Внесенные лизинговые платежи, в т.ч. аванс, составляют 16 163 704,80 руб.

Цена предмета лизинга без НДС составляет 10 572 143,34 руб.

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингополучатель, составляет 300 793 руб. 34 коп. и является неосновательным обогащением ООО «Скания Лизинг».

Указанная сумма уплачена лизингодателем лизингополучателю 21.01.2021, что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением и не оспаривается истцом.

Указанные доводы ответчика являются необоснованными по следующим основаниям.

Стоимость возвращенных предметов лизинга подлежит определению согласно отчету об оценке №05/21-ОЦ от 08.07.2021, составленному ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» по определению суда о назначении судебной экспертизы.

Судом установлено, что при продаже предметов лизинга лизингодатель действовал недобросовестно и неразумно. Представленный ответчиком договор купли-продажи предметов лизинга между ООО Скания лизинг» и ООО «Скания Русь» не может служить объективным доказательством для определения рыночной стоимости транспортных средств.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации №17 от 14 марта 2014 года «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Как следует из предоставленного ответчиком договора купли-продажи №12286/1 от 08.12.2020, имущество продано ООО «Скания Лизинг» покупателю ООО «Скания-Русь», и передано в следующий день – 09.12.2020.

Как следует из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Скания Русь» и ООО «Скания лизинг», единственным участником данных обществ является компания СКАНИЯ СВ АКТИЕБУЛАГ (Швеция), регистрационный номер 556084-0976 от 04.09.1962 г.

08.12.2020., т.е. в день заключения договора купли-продажи между ООО «Скания лизинг» и ООО «Скания-Русь» и за день до передачи предмета лизинга покупателю, предмет лизинга уже принадлежал взаимозависимому ответчику юридическому лицу - официальному дилеру марки «Скания» - ООО «ТюменьСкан», что подтверждается представленным МО ГИБДД РЭР и ТН АМТС УМВД России по Тюменской области в материалы дела договором купли-продажи №85/2020/КП-Ю от 08.12.2020, согласно которому ООО «Скания лизинг» повторно приобрело транспортные средства у ООО «ТюменьСкан».

Цена договора купли-продажи составила 16 000 000 руб. или 8 000 000 руб. за каждое транспортное средство, что существенно превышает, суммы, указанные ответчиком в расчете сальдо, а также в договоре купли-продаже ТС № 12286/1 от 08.12.2020, заключённому между ООО «Скания лизинг» и ООО «Скания-Русь».

В этот же день (08.12.2021) ООО «Скания лизинг», являясь собственником транспортных средств, заключило договор лизинга с ООО «СтройАльянс», согласно условиям которого ТС переданы ООО «СтройАльянс» в лизинг, а стоимость транспортных средств составила 16 000 000 руб. или 8 000 000 руб. за каждое транспортное средство.

Факт заключения договора лизинга подтверждается, представленным в материалы дела МО ГИБДД РЭР и ТН АМТС УМВД России по Тюменской области договором лизинга №10369-119-002 от 08.12.2020.

Таким образом, 08.12.2020 ответчик реализовал предметы лизинга аффилированной с ним компании (ООО «Скания-Русь»), далее в этот же день, транспортные средства проданы ООО «Скания-Русь» иной, связанной с ООО «Скания лизинг» компании ООО «ТюменьСкан», которая вновь реализовало транспортерные средства уже по более высокой цене обратно ООО «Скания лизинг».

Указанные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении ответчика при определении цены реализации предмета лизинга и исключают факт несогласованности действий участников всех трех сделок купли-продажи от 08.12.2021. 

Учитывая данные обстоятельства, определением суда от 16.06.2021 по ходатайствам сторон назначено проведение судебной экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости возвращенных предметов лизинга, проведение которой поручено ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» и ООО «Независимая оценочная компания «Гранд Реал».

Из представленного в материалы дела экспертного заключения ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» следует, что рыночная стоимость предметов лизинга составляет 8726000 руб. и 8708000 руб.

Из представленного в материалы дела экспертного заключения ООО «Независимая оценочная компания «Гранд Реал» следует, что рыночная стоимость предметов лизинга составляет 7698970 руб. за каждую единицу.

При этом, заключение эксперта ООО «Независимая оценочная компания «Гранд Реал» по результатам проведенной судебной экспертизы не может быть принято в качестве доказательства по определению рыночной стоимости возвращенного имущества по следующим основаниям.

Экспертом выбраны иные объекты-аналоги, различные по своим характеристикам. 

Объектами судебной экспертизы являлись транспортные средства 2018 года выпуска, в то время как экспертом объекты-аналоги № 1 и № 2 выбраны 2016 и 2017 годов выпуска, в связи с чем, неверно рассчитан физический износ объекта аналога, что в свою очередь влияет на стоимость объекта оценки.

В качестве объекта-аналога №2 экспертом выбрана иная модель, имеющая иную спецификацию и технические характеристики.

На рынке купли-продажи спецтехники имелось достаточное количество самосвалов, идентичных по своим характеристикам объекту судебной экспертизы, т.е. - самосвалы Scania Р440, 2018 г.в., что подтверждается заключением эксперта ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» № 05/21-ОЦ, в рамках которого экспертом для сравнения выбрано 5 объектов-аналогов, имеющих аналогичные характеристики объекту оценки, а именно: модель, год выпуска и пробег.

В качестве объектов-аналогов эксперт выбрал предложения, актуальные на июль 2021, в то время как согласно определению cуда о назначении экспертизы эксперту необходимо определить рыночную стоимость транспортных средств по состоянию на 16 октября 2020 г.

Выбор экспертом объектов-аналогов более ранних годов выпуска и предложений, датированных более поздней датой, свидетельствует об определении низкой реальной стоимости объектов оценки, поскольку год выпуска транспортного средства и дата предложения очевидно влияют на его стоимость.

Экспертом ООО Независимая оценочная компания «Гранд Реал» не определена стоимость устранения недостатков, отраженных в акте изъятия и актах осмотра транспортных средств.

Таким образом, экспертом не дан ответ на поставленный судом вопрос об определении рыночной стоимости транспортных средств с учетом технического состояния и недостатков, отраженных в акте изъятия от 16.10.2020 и актах осмотра транспортных средств.

Учитывая данные обстоятельства, стоимость возвращенных предметов лизинга подлежит определению исходя из данных экспертного заключения, составленного экспертом ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка», согласно которому стоимость самосвала Scania VIN 

<

***> составила 8 708 000 руб., самосвала Scania VIN 

<

***> руб.

Ответчиком заявлено ходатайство о вызове в судебное заседание специалиста-оценщика ФИО5, составившего заключение № 42-Р-21 от 20.08.2021 на представленное в материалы дела экспертное заключение ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка», и вызове эксперта ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» ФИО6, проводившего экспертизу по настоящему делу.

Рассмотрев заявленные ходатайства, суд установил, что они не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно положениям ч. 2 ст. 55.1, части 1 статьи 87.1 АПК РФ специалист может быть привлечен в процесс только по инициативе арбитражного суда. При этом арбитражный суд может учитывать мнение лиц, участвующих в деле.

Суд не находит оснований для вызова специалиста. Заключение № 42-Р-21 от 20.08.2021 подлежит оценке судом наряду с иными доказательствами, выводы указанные в нем суду понятны и не требуют дополнительных пояснений с учетом предмета и основания заявленного иска.

В соответствии с ч.3 ст.86 АПК РФ, по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда. Ответы эксперта на дополнительные вопросы заносятся в протокол судебного заседания.

По мнению ответчика в заключении ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» эксперт не проанализировал рынок ремонтно-восстановительных работ и автозапчастей объекта исследования, не применил корректировку на регион и не применил корректировку на дату оценки.

Суд не усматривает оснований для вызова эксперта ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» ФИО6.

Заключение эксперта ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» №05/21-ОЦ от 08.07.2021 по вопросу определения рыночной стоимости предметов лизинга, содержит необходимые сведения, информацию и соответствует Федеральному закону от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации". Экспертом в полной мере исследованы поставленные перед ним вопросы на основании имеющихся в деле и представленных в его распоряжение документов и информации относительно состоянию предметов лизинга.

Каких-либо противоречий в выводах оценщика не имеется, отсутствуют неясность и неполнота заключения. 

Согласно ст. 14 ФЗ федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" от 29.07.1998 N 135-ФЗ, оценщик имеет право применять самостоятельно методы проведения оценки объекта оценки в соответствии со стандартами оценки.

Федеральным стандартом оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к ведению оценки (ФСО №1), утвержденным приказом Минэкономразвития России от 15.2015 N 297 установлено следующее.

Итоговая величина стоимости - стоимость объекта оценки, рассчитанная при использовании подходов к оценке и обоснованного оценщиком согласования (обобщения) результатов, полученных в рамках применения различных подходов к оценке.

Сравнительный подход - совокупность методов оценки, основанных на получении стоимости объекта оценки путем сравнения оцениваемого объекта с объектами-аналогами.

Сравнительный подход рекомендуется применять, когда доступна достоверная и статочная для анализа информация о ценах и характеристиках объектов-аналогов. При этом могут применяться как цены совершенных сделок, так и цены предложений.

Затратный подход преимущественно применяется в тех случаях, когда существует достоверная информация, позволяющая определить затраты на приобретение, воспроизводство либо замещение объекта оценки.

Доводы о неприменении экспертом анализа рынка ремонтно-восстановительных работ и автозапчастей исследования не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку в материалах судебной экспертизы ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка» имеются ссылки на ресурсы, содержащие информацию о стоимости ремонтных работ и деталей, повреждений, содержащихся в актах осмотра.

Выводы о том, что экспертом не проанализирован вторичный рынок автозапчастей является также несостоятельным, поскольку экспертом предоставлены ссылки именно на вторичный рынок автозапчастей.

Ответчик не обосновал, согласно каким именно нормативом ФСО эксперт обязан применить поправку на регион предложения. Отсутствие поправки на регион не свидетельствует о необъективности выводов эксперта, поскольку объектами оценки является движимое имущество-серийные транспортные средства, цена которых не зависит от региона предложения.

Кроме того, ответчик также не обосновал, согласно каким нормам законодательства или нормативам ФСО эксперт в любом случае обязан применить корректировку на дату предложения.

Пунктом 4 Федерального стандарта оценки "Виды экспертизы, порядок ее проведения, требования к экспертному заключению и порядку его утверждения (ФСО  5)", утвержденного приказом Минэкономразвития России от 04.07.2011 N 328, под экспертизой отчета об оценке понимаются действия эксперта или экспертов саморегулируемой организации оценщиков в целях проверки отчета, подписанного оценщиком (оценщиками), являющимся (являющимися) членами данной саморегулируемой организации, в соответствии с видом экспертизы. В ходе проведения экспертизы отчета об оценке проводится исследование работы, выполненной оценщиком (оценщиками).

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, не установлено иное.

Таким образом, оснований для вызова в судебное заседание эксперта и специалиста не имеется.

Доводы ответчика о необходимости учета при определении рыночной стоимости транспортных средств по состоянию на дату их возврата лизингополучателем лизингодателю ремонтных работ несостоятельны.

Соглашение о поставке № 2020-2146 от 11.12.2020, предусматривающее переход права собственности на транспортные средства от компании ООО «Скания-Русь» к компании ООО «ТюменьСкан», не является относимым и допустимым доказательством перехода права собственности между указанными лицами, поскольку на момент заключения сторонами соглашения о поставке № 2020-2146 от 11.12.2020 ООО «Скания-Русь» не являлось собственником транспортных средств, что подтверждается, представленным в материалы дела органами ГИБДД договором купли-продажи № 85/2020/КП-Ю от 08.12.2021, согласно которому 08.12.2020 ООО «ТюменьСкан» уже являлось собственником транспортных средств, реализовало их обратно ООО «Скания лизинг» по цене 8 000 000 руб. за единицу. Далее, в этот же день, ООО «Скания лизинг» заключило с ООО «СтройАльянс» договор лизинга №85/2020/КП-Ю от 08.12.2020 и передало в лизинга транспортные средства новому лизингополучателю по акту от 22.12.2020.

ООО «Скания Русь» перед последующей продажей вовсе не осуществляло ремонт транспортных средств, поскольку согласно, представленным в материалы дела актам выполненных работ № 2/20002799 от 30.12.2020 г., № 2/20002790 ремонт производился 30.12.2020 г., т.е. уже в период нахождения транспортных средств в собственности у ООО «Скания лизинг» и в пользовании на основании договора лизинга у ООО «СтройАльянс», соответственно в данный период времени ООО «Скания Русь» не имело никакого отношения к вышеуказанным транспортным средствам.

Платежные поручения № 53 от 12.01.2021, № 1410 от 20.02.2021 г. не могут являться доказательством факта оплаты услуг по ремонту транспортных средств, поскольку из назначения платежа невозможно установить природу платежа, оплата могла быть произведена за любые иные услуги, осуществленными взаимозависимыми лицами.

Акты диагностики от 29.10.2020 г. не могут свидетельствовать о наличии каких-либо дополнительных повреждений, требующих ремонта, поскольку диагностика произведена значительно позже изъятия предметов лизинга, лизингополучатель не извещался о проведении диагностики, соответственно не мог представить какие-либо возражения относительно результатов осмотра, лизингодатель также не уведомил лизингополучателя о результатах диагностики, что в совокупности с иными действиями лизинговой компании по перепродаже транспортных средств в один день с последующим увеличением стоимости ТС, свидетельствует об умышленных действиях ответчика, направленных на занижение реальной стоимости ТС в расчете сальдо.

Кроме того, результаты диагностики не являются объективными, поскольку диагностика проведена заинтересованным лицом ООО «ТюменьСкан», которое после ее проведения выкупило транспортные средства.

Ответчиком необоснованно включены в расчет сальдо расходы на снятие ограничений на регистрационные действия, а также расходы на снятие ТС с регистрационного учета.

В качестве доказательств, подтверждающих обоснованность расходов за услуги по снятию в органах ФССП ограничений на регистрационные действия, ответчик ссылается на агентский договор № 24/08-201 от 24.08.2016 г., поручение принципала № 37 от 01.12.2020 г., акт приемки оказанных услуг № 37 от 08.12.2020 г., отчет исполнителя о произведенных расходах, платежное поручение № 7169 от 11.12.2020 г., платежное поручение № 7166 от 11.12.20 г.

В качестве доказательств, подтверждающих обоснованность расходов за услуги по снятию ТС с регистрационного учета, ответчик ссылается на агентский договор № 24/08-201 от 24.08.2016 г., поручение принципала № 24 от 01.09.2020 г., акт приемки оказанных услуг № 24 от 09.09.2020 г., платежное поручение № 4843 от 11.09.2020 г.

При этом, данные документы не являются относимым и допустимым доказательством фактического оказания услуг по снятию ограничений и снятия ТС с регистрационного учета, поскольку отсутствуют доказательства как наложения органами ФССП ограничений на регистрационные действия, так и их снятия. Соответствующие постановления судебного пристава в материалы дела не представлены.

Из платежных поручений представляется возможным определить за какие конкретно услуги совершены оплаты, в назначении платежей отсутствуют ссылки, позволяющие идентифицировать платежи как за услуги по снятию ограничений и/или снятию предмета лизинга с регистрационного учета в органах ГИБДД.

Расходы на ремонт и диагностику ТС в сумме 18 780 руб. в отношении каждого ТС учтены ответчиком в двойном размере. Согласно расчету ответчика и представленным им документам, обоснованными могут являться только расходы в сумме 9 390 руб. за каждое транспортное средство, в связи с чем, надлежащей суммой расходов лизингодателя по диагностике составляет сумма в размере 18 780 руб., а не сумма в размере 37 560 руб.

Кроме того, не подлежит включению в расчет сальдо встречных обязательств упущенная выгода в сумме 433 852,14 руб.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ по упущенной выгодой являются неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно п. 10.3.1 Общих условий договора лизинга, упущенной выгодой является плата за финансирование, которая более не начисляется ввиду досрочного возврата финансирования лизингополучателем. Данный период необходим лизингодателю для повторного размещения финансирования на сопоставимую сумму по договору с другим лизингополучателем. Упущенная выгода исчисляется с месяца, следующего за месяцем полного возврата финансирования.

Упущенная выгода (плата за финансирование) рассчитана ответчиком за период с январь 2021 по июнь 2021.

В силу абз. 4 п. 3 постановления Пленума Верховного суда РФ № 7 от 24.03.2017  должник не лишен права представлять доказательства того, что упущенная выгода не получена кредитором.

08.12.2020 лизингодатель уже заключил договор №10369-119-002 от 08.12.2020 с иным лизингополучателем, повторно выкупил у продавца ООО «ТюменьСкан», изъятый у истца предмет лизинга.

Таким образом, лизингодатель повторно разместил финансирование с другим лизингополучателем в декабре 2020 года, в силу чего сумма в размере 433 852,14 руб. не является неполученным доходом лизинговой компании, который ответчик получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено и условия договора лизинга в данной части не подлежит применению.

При этом, несостоятельны возражения истца относительно неправомерности включения лизингодателем в расчет сальдо встречных представлений процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных в порядке п.5.2 договора лизинга, в размере 491 091,26 руб. 

Финансовые санкции, которые в силу ст. 5.1. и 5.2. договора лизинга вправе применять лизингодатель, предусмотрены за нарушение различных условий договора.

По мнению истца, ст. 5.1. и 5.2. договора лизинга возлагают на него двойную ответственность за просрочку исполнения денежных обязательств. Кроме того, истец указал на применение ст. 333 ГК РФ и снижение размера начисленных процентов.

Между тем, ст. 5.1. и 5.2. договора лизинга предусматривают ответственность за нарушение различных обязательств лизингополучателя.

В частности, ст. 5.2. договора лизинга устанавливает проценты за пользование чужими денежными средствами вследствие просрочки уплаты любых платежей или сальдо, в размере 0,090% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки. Возможность установить ставку процентов, отличную от ключевой ставки Банка России, прямо предусмотрена п. 1 ст. 395 ГК РФ.

В то же время, ст. 5.1. договора лизинга устанавливает штрафную неустойку в размере 200 000 руб. в случае совершения лизингополучателем неоспоримого нарушения обязательств по договору, повлекшего односторонний отказ лизингодателя от исполнения договора.

Согласно п. 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). Согласно пункту 1 статьи 394 ГК РФ, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой (зачетная неустойка). Законом или договором могут быть предусмотрены случаи, когда допускается взыскание только неустойки, но не убытков (исключительная неустойка), или когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки (штрафная неустойка), или когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки (альтернативная неустойка).

Таким образом, ст. 5.1. и 5.2. договора лизинга предусмотрена разная по своей правовой природе ответственность и за разные нарушения условий договора.

При этом, суд не находит оснований по заявленному истцом ходатайству для снижения размера начисленных процентов.

Согласно разъяснениям в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с постановлением Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81, должник, представляя заявление о применении ст. 333 ГК РФ, должен представить доказательства несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Поскольку в силу п. 1 ст. 333 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления должника о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.).

При подписании договоров лизинга лизингополучатель согласился с указанной в них неустойкой в твердой сумме, не считая её несоразмерной последствиям нарушения им своего обязательства или нарушающей баланс интересов сторон.

Таким образом, сумма неустойки в размере 200 000 руб., предусмотренная ст. 5.1. договоров лизинга, а также сумма начисленных процентов в соответствии с п. 5.2 договора лизинга, не являются явно несоразмерными последствиям нарушения обязательств истцом.

В нарушение ст. 65 АПК РФ истцом не представлены доказательства несоразмерности начисленной неустойки последствиям неисполнения лизингополучателем своих обязательств.

Доводы истца о неправомерности включения в расчет сальдо встречных обязательств расходов на оплату услуг ООО «Центр исполнения судебных решений» не обоснованы.

Истец указывает, что ООО «Центр исполнения судебных решений» неправомерно занимается предпринимательской деятельностью по изъятию предметов лизинга, поскольку не имеет соответствующей лицензии на розыск имущества в соответствии с Законом ФЗ «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации».

При этом, указанные услуги состоят не в розыске имущества.

Согласно п. 3.1.7. договора возмездного оказания услуг №21/10-19 от 21.10.2019 , исполнитель при изъятии предмета лизинга обязуется, в случае согласия должника на изъятие и его присутствии на изъятии осуществить изъятие ТС с обязательным оформлением и подписанием двухстороннего акта изъятия/приема-передачи предмета лизинга, оформленного по шаблону, указанному в приложении №6 к договору, а также транспортировать изъятый предмет лизинга до ближайшей парковки оптимальным и наиболее экономически выгодным способом: своим ходом либо на эвакуаторе.

В соответствии с приложением №4 к договору оказания услуг, действия исполнителя на досудебной стадии взыскания содержат как розыск и изъятие предмета лизинга, так и его транспортировку от места изъятия, а также организацию ответственного хранения.

Таким образом, расходы, понесенные ООО «Скания Лизинг» в связи с изъятием предмета лизинга, являются обоснованными и подлежат включению в расчет сальдо встречных обязательств.

Требования истца в части признания недействительным и не подлежащим применению при расчете сальдо встречных обязательств п.10.3.1 Общих условий лизинга в части исключения НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга являются необоснованными.

С учетом принципа свободы договора стороны определили в договорах лизинга последствия расторжения договора лизинга, в том числе, порядок расчета сальдо. Предметы лизинга изъяты вследствие нарушения положений договоров лизингополучателем, последовавший с его стороны отказ от расчета сальдо встречных обязательств по согласованной договором формуле является нарушением ст. 309 ГК РФ.

Пунктом 25 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021 г., разъяснено, что имущественные последствия расторжения договора лизинга могут быть урегулированы по соглашению сторон в установленных законом пределах свободы договора.

В рассматриваемом случае последствия расторжения договора лизинга урегулированы соглашением сторон, а основания для вывода о нарушении пределов свободы договора отсутствуют. 

Последующая продажа изъятого предмета лизинга вследствие вынужденного расторжения договора лизинга приводит к возникновению у лизингодателя дополнительных обязанностей и расходов (оценка предмета лизинга, подготовка его к продаже, поиск покупателя и уплата налогов с данной операции). При этом уплата лизингодателем НДС при реализации изъятого предмета лизинга с учетом положений п. 2 ст. 171 НК РФ влечет возникновение права на вычет НДС не у него, а у покупателя. Следовательно, исключение НДС, уплаченного лизингодателем в бюджет, при расчете сальдо, не приводит к необоснованному увеличению его предоставления по сделке и не перекладывает его обязанность по уплате налога в бюджет на лизингополучателя.

Согласно ст. ст. 146, 153, 164, 166, 168 НК РФ реализация товаров юридическими лицами на территории Российской Федерации является объектом обложения НДС. 

В силу п. 1 ст. 168 НК РФ сумма НДС предъявляется налогоплательщиком (продавцом товаров) к оплате покупателю товаров дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров. 

В соответствии со ст. ст. 173, 174 НК РФ сумма НДС подлежит уплате налогоплательщиком (продавцом товаров) в бюджет.

Предоставляемая лизингодателем лизингополучателю финансовая услуга является для него объектом налогообложения НДС, однако, у лизингополучателя на основании ст. 171 НК  РФ возникает право на вычет предъявленного ему НДС в составе лизинговых платежей, а также выкупной стоимости предмета лизинга. В связи с чем учет показателя Ф формулы сальдо с НДС не приводит к какому-либо дисбалансу сторон и не свидетельствует об обогащении лизингодателя.

НДС является косвенным налогом и в данном случае не предъявлялся лизингодателем в качестве подлежащих возмещению лизингополучателем убытков.

Таким образом, вопреки доводам истца, в результате реализации изъятых предметов лизинга у ответчика (продавца) возникло не право возместить НДС из федерального бюджета, а наоборот, обязанность по его уплате в бюджет. Выводы истца об обратном противоречат нормам материального права (ст. ст. 146, 153, 164, 166, 168, 173, 174 НК РФ).

При таких обстоятельствах, требования истца в части признания п. 10.3.1 Общих условий лизинга недействительным и не подлежащим применению при расчете сальдо встречных обязательств в части исключения НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга незаконны, не обоснованы и не подлежат удовлетворению.

Кроме того, в договоре лизинга, заключенным с истцом, отсутствует условия о том, что условия данного договора могут быть приняты другой стороной только путем присоединения к предложенному договору в целом.

Вопреки доводам истца договор лизинга содержит раздел 6, согласно п. 6.1. которого предусмотрено, что стороны вправе изменить или исключить одно или несколько положений договора прямым указанием об этом в настоящем разделе договора.

Условия раздела 6 договора лизинга прямо указывают на возможность изменения или исключения одного или нескольких положений договора посредством переговоров. Однако изменения, вносимые в договор, должны быть взаимовыгодными, соответствующими действующему законодательству и существующим обычаям делового оборота, а переговорная позиция одной из сторон не может заключаться в том, чтобы диктовать другой стороне свои условия.

Кроме того, истец, если его не устраивали условия договора с ответчиком, мог отказаться от заключения договора лизинга с ответчиком и обратиться в другую лизинговую компанию. Ответчик не занимает монопольного или доминирующего положения на рынке лизинговых услуг.

Соответственно, истец не лишен возможности изменить или исключить одно или несколько положений договора лизинга, если бы в ходе переговоров представил соответствующие предложения, устраивающие обе стороны договора.

Таким образом, договор лизинга, заключенный с истцом, не является договором присоединения.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, судом произведен перерасчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что размер аванса, внесенного лизингополучателем, составляет 4 120 000 руб.

Показатель формулы Ф (предоставленное финансирование) составляет 15 414 788 руб. 10 коп.

Плата за финансирование составляет 4 973 615 руб. 30 коп.

Реальный ущерб лизингодателя составляет 1 439 871 руб. 26 коп., включающий в себя: 400 000 руб. неустойки по п.5.1 договора лизинга, 18 780 руб. расходов на диагностику, 10 000 руб. расходов на оценку, 520 000 руб. расходов, связанных с изъятием предметов лизинга, и 491 091 руб. 26 коп. начисленных процентов.

Упущенная выгода лизингодателя не учитывается по вышеизложенным основаниям.

Внесенные лизинговые платежи, в т.ч. аванс, составляют 16 163 704 руб. 80 коп.

Цена возвращённого предмета лизинга составляет 13 947 200 руб. (без НДС) согласно отчету об оценке ООО «Независимая профессиональная экспертиза и оценка».

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингополучатель, составляет 4 162 629 руб. 97 коп. и является неосновательным обогащением ООО «Скания Лизинг».

С учетом добровольной оплаты ответчиком признаваемой суммы неосновательного обогащения в размере 300 793 руб. 34 коп., размер неосновательного обогащения составляет 3 861 836 руб. 63 коп.

На указанный размер неосновательного обогащения подлежат начислению проценты за период с 11.01.2021 по 23.08.2021, размер которых составляет 118 394 руб. 39 коп.

При таких обстоятельствах, учитывая, что требования истца в части взыскания неосновательного обогащения в размере 3 861 836 руб. 63 коп. и 118 394 руб. 39 коп. начисленных процентов обоснованы, документально подтверждены, исковые требования в указанной части подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 330, 395, 614, 622, 625, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «Скания лизинг» в пользу ООО «Арсенал» 3 861 836 руб. 63 коп. неосновательного обогащения, 118 394 руб. 39 коп. начисленных процентов за период с 11.01.2021 по 23.08.2021 и государственную пошлину в размере 29 904 руб.

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ. 

 

Судья                                                                                                         А.Г. Антипова