ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-17768/2017

г. Вологда

31 июля 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 31 июля 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Писаревой О.Г. и  Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Литком» ФИО2, от общества с ограниченной ответственности «Тверской вагоностроительный завод» представителя ФИО3 по доверенности от 16.03.2020, от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области представителя ФИО4 по доверенности от 04.06.2020,   

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференций информационного сервиса «Картотека арбитражных дел» апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 на определение Арбитражного суда Тверской области        от 02 марта 2020 года по делу № А66-17768/2017,

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Управляющая компания «Брянский машиностроительный завод», (далее – ООО «УК «БМЗ») 02.11.2017 обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Литком» (адрес: 170026, 

<

...>/1, ИНН 

<

***>,                    ОГРН 

<

***>, далее – Общество, ООО «Литком», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.11.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 09.02.2018 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «Литком» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

В дальнейшем, решением суда от 14.09.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО2, определением от 20.02.2019 конкурсным управляющим ООО «Литком» утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий Общества обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – Предприниматель, ИП ФИО5) о признании недействительной сделки по заключению договора управления от 24.08.2011, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Предпринимателя денежных средств, полученных по договору управления от 24.08.2011 за весь период действия указанного договора, в размере 41 857 457 руб. 28 коп. 

Определением суда от 02.03.2020 требования конкурсного управляющего удовлетворены.

Предприниматель с судебным актом не согласился, в апелляционной жалобе просил определение отменить. В обоснование апелляционной жалобы апеллянт изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. По мнению апеллянта, оспариваемый договор реально исполнялся сторонами, не был заключен в целях причинения вреда Обществу и его кредиторам.

В судебном заседании апелляционной инстанции конкурсный управляющий должника просил оставить обжалуемое определение без изменения, представители общества с ограниченной ответственности «Тверской вагоностроительный завод» и Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области доводы жалобы также отклонили по основаниям, приведенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 23.03.2011, его учредителем и единственным участником являлся ФИО5 Также ФИО5 29.06.2011 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с основным видом деятельности – консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления.

Решением единственного участника Общества от 24.08.2011 принято решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора Общества ФИО5 с 24.08.2011; в целях повышения эффективности управления должником полномочия единственного исполнительного органа Общества переданы Предпринимателю с 24.08.2011 по договору на оказание услуг по управлению Обществом на неопределенный срок.

Указанным договором на оказание услуг по управлению Обществом предусмотрена выплата управляющему вознаграждения за оказание следующих услуг: осуществление общего руководства текущей деятельностью Общества; представление интересов Общества в отношениях с другими организациями, предприятиями, учреждениями, иными юридическими и физическими лицами; осуществление полномочий по управлению Обществом путем принятия решений в форме приказов, а также посредством заключения различного рода сделок; выдача доверенностей на право представления интересов Общества; издание приказов о назначении на должность работников Общества и иных; обеспечение выполнения решений общих собраний участников Общества и т.д.

В пункте 5.1 договора (в редакции дополнительного соглашения от 30.09.2011 № 1/11) ежегодное вознаграждение установлено в сумме не менее 6 000 руб. (минимальное вознаграждение), но не превышающей 45 % от валовой прибыли Общества и определяемой в дополнительных соглашениях. В течение года Общество по согласованию сторон может уплачивать управляющему авансовые платежи в счет годового вознаграждения исходя из валовой прибыли за отчетные периоды (1 квартал, 6 месяцев, 9 месяцев).

В пункте 2.3.2 договора указано на обязанность управляющего представлять общему собранию участников Общества ежегодный отчет о своей деятельности во исполнение договора и осуществление функций исполнительного органа Общества. Отчет представляется управляющим на очередном общем собрании Общества, начиная с первого собрания, проводимого по итогам финансового года Общества, в котором был заключен договор. В этом пункте также регламентировано содержание отчета.

Согласно пункту 2.3.1 договора (в редакции дополнительного соглашения от 30.09.2011 № 1/11) управляющий подотчетен общему собранию участников Общества в случае, когда по состоянию на конец отчетного года в Обществе более одного участника. Если по состоянию на конец отчетного года в Обществе единственный участник, ежегодный отчет по пункту 2.3.2 договора представляется по требованию единственного участника.

Считая данный договор недействительным по основаниям, предусмотренным пунктами статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с указанными выше требованиями, удовлетворенными судом первой инстанции.

Проверив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, апелляционная инстанция не находит оснований для несогласия с вынесенным определением.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 упомянутого Закона конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, в пункте 10 постановления                            от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу указанной нормы злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

В пункте 10 Постановления № 32 отмечено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Из пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу.

Согласно положениям абзаца третьего пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. То есть презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Из разъяснений, данных в пункте 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 Постановления № 25).

По мнению конкурсного управляющего ООО «Литком», сделка – заключение договора управления от 24.08.2011 руководителем и единственным учредителем ООО «Литком» ФИО5 с ИП ФИО5 обладает всеми признаками злоупотребления правом, а именно:

- совершена одним и тем же физическим лицом ФИО5 с целью причинения вреда должнику и кредиторам ООО «Литком»;

- действия по заключению договора от 24.08.2011 не имели разумной деловой цели и намерений создать предусмотренные договором от 24.08.2011 правовые последствия с целью получения определенного экономического эффекта, а были направлены на минимизацию налоговых обязательств        ООО «Литком»;

- привела к негативным последствиям для ООО «Литком», выразившемся в необоснованно завышенном размере выплаты вознаграждения руководителю должника, а также в увеличению задолженности по обязательным платежам в бюджет.

В обоснование заявления конкурсный управляющий ссылается на обстоятельства, установленные в рамках дела № А66-11895/2017.

Как усматривается из судебных актов судов трех инстанций по вышеуказанном делу, решением налогового органа от 14.04.2017 № 7, принятым по результатам выездной налоговой проверки налогоплательщика за период с 01.01.2013 по 31.12.2014, Обществу доначислено 609 442 руб. налога на добавленную стоимость, 9 043 794 руб. налога на прибыль, а также начислено 2 719 369 руб. 87 коп. пеней за нарушение срока уплаты этих налогов. Кроме того, налогоплательщик привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде взыскания 1 924 251 руб. 48 коп. штрафа.

Основанием доначисления послужил вывод инспекции о неправомерном включении Обществом в расходы, уменьшающие налогооблагаемую прибыль, затрат в виде вознаграждения управляющему ФИО5, являющемуся также единственным участником Общества и его бывшим генеральным директором.

Не согласившись с выводами налогового органа, налогоплательщик оспорил решение инспекции в судебном порядке.

Судами установлено, что ФИО5 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, применяющего упрощенную систему налогообложения. Через три месяца после регистрации Общества в качестве юридического лица денежные средства за оказанные услуги поступают на его расчетный счет только от Общества, при этом отчеты о проделанной работе по управлению организацией отсутствуют.

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.17 НК РФ Предприниматель не отразил всю сумму начисленного за 2013-2014 годы вознаграждения в составе налогооблагаемых доходов за указанные налоговые периоды. Между тем, Общество в полном объеме учло в составе расходов по налогу на прибыль        за 2013-2014 годы вознаграждение в сумме 53 312 000 руб.

При этом судами учтено, что ФИО5, выполняя функции единоличного исполнительного органа Общества и являющийся одновременно его единственным участником, имел возможность беспрепятственного получения собственного вознаграждения, однако ни в ходе проверки, ни в ходе судебного разбирательства Общество не привело разумные причины невыплаты вознаграждения в спорной сумме в течение длительного периода времени, не раскрыло истинные причины неосуществления платежей.

Проанализировав условия заключенного между управляющим и Обществом договора и дополнительных соглашений к нему и учитывая, что аргументированного обоснования причин передачи единственным участником Общества и его директором ФИО5 функций исполнительного органа самому себе не представлено, суды пришли к выводу о недоказанности экономической обоснованности несения заявленных расходов и, как следствие, получение Обществом необоснованной налоговой выгоды.

Признавая выводы налогового органа правомерными, суды указали также на факт взаимозависимости ФИО5 и Общества, который в совокупности с иными доказательствами свидетельствует о согласованности их действий, направленных исключительно на незаконную минимизацию налоговых обязательств налогоплательщика.

Судами также отмечено, что данных о том, что до заключения договора по управлению организацией рассматривались иные кандидатуры управляющего, в материалы дела не представлено. Не заявляло Общество и о том, что после заключения договора от 24.08.2011 функции его единственного участника и директора ФИО5 как управляющего изменились.

Доказательства, подтверждающие, что в связи с прекращением полномочий ФИО5 как директора Общества и заключением с ним договора на управление организацией улучшились финансовые и производственные показатели Общества заявитель в материалы дела не представил. Более того, налогоплательщиком не представлено какого-либо экономического обоснования того, что показатели финансово-хозяйственной деятельности Общества могли увеличиться именно по причине заключения с ФИО5, договора по управлению.

При этом судами отмечено, что в спорный период штатным сотрудникам Общества заработная плата была установлена в пределах 6 000 руб., утверждение заявителя о том, что целью заключения договора было стимулирование управляющего на более эффективное руководство, поскольку размер его вознаграждения установлен в зависимости от показателей хозяйственной деятельности Общества, неосновательно.

Как указали суды, вознаграждение управляющего, являющегося одновременно единственным участником Обществом, в 6 раз превышало размер чистой прибыли Общества (8 534 000 руб.) и в 132 раза фонд оплаты труда всех работников заявителя (402 448 руб.).

Кроме того, в представленных Обществом актах приемки оказанных услуг отсутствует конкретизация оказанных услуг, не указано, какие конкретно действия осуществлены управляющим за отчетный период, из их содержания невозможно определить фактический объем и характер проделанной управляющим работы. Отчеты о проделанной работе по управлению организаций ФИО5 не составлялись и у Общества отсутствуют.

Из анализа представленных в материалы настоящего дела к договору на оказание услуг по управлению обществом от 24.08.2011 дополнительных соглашений от 30.06.2013 № 1/13, от 30.09.2013 № 2/13, от 31.12.2013 № 3/13, от 31.03.2014 № 1/14, от 30.06.2014 № 3/14, от 30.09.2014 № 4/14, от 31.12.2014 № 5/14 следует, что размер вознаграждения управляющего не был зафиксирован в определенной твердой сумме, также сторонами договора не была определена формула, позволяющая определить стоимость услуг, исходя из объема оказанных услуг либо их сложности и т.п., что позволяло бы им вносить такие изменения в договор.

Таким образом, ФИО5, являясь представителем Общества и одновременно исполнителем услуг, сам себе ежеквартально устанавливал размер оплаты на свое усмотрение. Из анализа отчетов о прибылях и убытках Общества следует, что чем выше валовая прибыль общества, тем больше размер вознаграждения управляющего.

В этой связи и вопреки аргументам апеллянта из установленных в рамках дела № А66-11895/2017 обстоятельств и представленных в материалы настоящего дела документов следует, что целью заключения договора на оказание услуг по управлению Обществом от 24.08.2011 и дополнительных соглашений к нему являлось создание видимости договорных отношений, которые позволят уменьшить налогооблагаемую базу ООО «Литком». Доказательств обратного материалы дела не содержат и подателем апелляционной жалобы не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства, доводы и возражения сторон спора по правилам статьи 71 АПК РФ, пришел к обоснованному выводу о том, что спорная сделка является недействительной, заключена со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ).

Как обоснованно указал суд первой инстанции, обе стороны сделки знали об истинных целях заключения указанного гражданско-правового договора.

Суждений, которые бы позволили усомниться в правильности этого вывода, в апелляционной жалобе не содержится.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суд на основании анализа всех обстоятельств дела и указанных норм права правомерно применил последствия недействительности сделки, взыскав с Предпринимателя в конкурсную массу полученные денежные средства в сумме 41 857 457 руб. 28 коп.

Довод апеллянта о том, что по итогам работы за период с 2012 года по 2016 год должник получал чистую (нераспределенную прибыль), а договор управления имел деловую цель и не имел признаков недействительности, отклоняется.

Так анализ финансово-хозяйственной деятельности Общества, проведенный управляющим Синеоким С.Б., а также данные реестра требований кредиторов должника указывают на то, что выплаты по договору управления являлись одним из факторов, приведших к неплатежеспособности должника. 

Неплатежеспособность должника в период заключения договора управления подтверждается заявлением ООО «ПТЛ ЭКСПОРТ» о включении в реестр требований кредиторов, поступившим в арбитражный суд 19.03.2018. В своем заявлении ООО «ПТЛ ЭКСПОРТ» просит включить в третью очередь реестра требований кредиторов задолженность ООО «Литком» перед               ООО «ПТЛ ЭКСПОРТ» образовавшуюся за период с 2015 по 2017 год в размере 8 357 693 руб. 77 коп.

ООО «ПТЛ ЭКСПОРТ» в своем требовании указало на то, что задолженность у ООО «Литком» перед ООО «ПТЛ ЭКСПОРТ» в сумме 5 388 871 руб. 84 коп. образовалась в связи с отсутствием оплаты по договору поставки от 14.12.2012 № 2012-11-14. Данные требования рассмотрены и включены в реестр требований кредиторов ООО «Литком».

Кроме того, в реестр требований должника включены требования:

- Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Тверской области на сумму 14296,9 тыс. рублей (период образования задолженности с 01.01.2013 по 31.12.2014);

-акционерного общества «Управляющая компания «Брянский машиностроительный завод», которые в порядке передоверия перешли к открытому акционерному обществу «Тверской вагоностроительный завод» на сумму 10 949,5 тыс. рублей (подтверждено решением суда от 14.11.2016 по делу № А66-10130/2016, задолженность образовалась в связи с отсутствием уплаты по договору поставки от 18.11.2011 № 543/11/191).

Помимо этого суд учел, что за период с 11.07.2013 по 18.07.2018 в отношении должника возбуждено более 130 исполнительных производств.

В свете изложенного, апелляционный суд считает, что требования конкурсного управляющего Общества удовлетворены судом первой инстанции обоснованно, доводы подателя жалобы не могут повлечь отмены судебного акта, поскольку по существу сводятся к несогласию с оценкой судом установленных по делу обстоятельств и имеющихся доказательств. Между тем, оценка указанных доказательств проведена судом с учетом установленных фактических обстоятельств дела, а доказательств обратного апеллянтом, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, суду не предъявлено.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 02 марта          2020 года по делу № А66-17768/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

О.Н. Виноградов

Судьи

О.Г. Писарева

Л.Ф. Шумилова