﻿347/2021-14220(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А03-20597/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2021 года  Постановление изготовлено в полном объеме 16 марта 2021 года  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Севастьяновой М.А., 

судей Демидовой Е.Ю.,   Тихомирова В.В.,  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества  с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Забота»  на решение Арбитражного суда Алтайского края от 25.06.2020 (судья  Чайка А.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного  суда от 29.10.2020 (судьи Стасюк Т.Е., Кривошеина С.В., Хайкина С.Н.)  по делу № А03-20597/2019 по иску общества с ограниченной  ответственностью «Специализированный застройщик Инвестиционно- строительная компания «Союз» (656037, город Барнаул, проспект Калинина,  дом 112/27, помещение 201, ОГРН 1052242169022, ИНН 2224097095)  к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания  «Забота» (656067, город Барнаул, улица Сергея Ускова, дом 31, помещение  Н1005, ОГРН 1132224006375, ИНН 2224162989) о взыскании денежных  средств, по встречному иску общества с ограниченной ответственностью  «Управляющая компания «Забота» к обществу с ограниченной  ответственностью «Специализированный застройщик Инвестиционно- строительная компания «Союз» о признании недействительным договора  аренды.  

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно  предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Сетевая  компания «Союз».  

Суд установил: 

общество с ограниченной ответственностью «Специализированный  застройщик Инвестиционно-строительная компания «Союз» (далее –  ООО «СЗ ИСК «Союз») обратилось в Арбитражный суд Алтайского края  с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания  «Забота» (далее – ООО «УК «Забота», управляющая компания) о взыскании  537 141 руб. 42 коп. задолженности по договору аренды за период  с 01.08.2014 по 31.12.2016, 265 426 руб. 34 коп. неустойки за период  с 10.09.2014 по 31.12.2019.  

ООО «УК «Забота» обратилось с встречным иском к ООО «СЗ ИСК  «Союз» о признании договора аренды от 01.08.2014 № 1 недействительным  (ничтожным) как притворной сделки.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено  общество с ограниченной ответственностью «Сетевая компания «Союз»  (далее – ООО «Сетевая компания «Союз»).  

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 25.06.2020,  оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного  апелляционного суда от 29.10.2020, первоначальный иск удовлетворен:  с ООО «УК «Забота» в пользу ООО «СЗ ИСК «Союз» взыскано  537 141 руб. 42 коп. задолженности по договору аренды, 265 426 руб. 34 коп.  неустойки, 14 630 руб. в возмещение расходов по уплате государственной  пошлины. С ООО «УК «Забота» в доход федерального бюджета взыскано  

4 421 руб. 35 коп. государственной пошлины. В удовлетворении встречного  иска о признании недействительными договора аренды отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «УК «Забота»  обратилось с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять  по делу новый судебный акт.  

Заявитель считает необоснованным отказ в удовлетворении встречного  иска и удовлетворение иска первоначального, поскольку о притворности  заключенного сторонами договора аренды сети канализации от 01.08.2014  

 № 1, как прикрывающей прямой договор между ООО «СЗ ИСК «Союз» 

и ООО «Барнаульский водоканал» по транспортировке сточных вод.  Кассатор отмечает, что целью заключения договоров аренды сетей Группы  Компаний «Союз» являлась помощь управляющей компанией, выступающей  связующим звеном, компаниям, входящим в Группу Компаний Союз (ООО  «СЗ ИСК Союз», ООО «Сетевая компания «Союз», АО «СЗ БКЖБИ-2»),  инвестировавшим средства в строительство квартальных сетей, в получении  дохода от транспортировки, и такая необходимость возникла, поскольку  специализированная компания ООО «Сетевая компания «Союз» в  соответствии с пунктом 11 постановления Правительства Российской  Федерации от 13.05.2013 № 406 «О государственном регулировании тарифов  в сфере водоснабжения и водоотведения» не могла в период действия своей  инвестиционной программы и до следующего периода тарифного  регулирования установить (корректировать) тариф в связи с поступлением  новых сетей. При этом участие управляющей организации в аренде сетей  приводит к защите более высокого тарифа и получение истцом большей  доходности. ООО «УК «Забота» выступило промежуточным, формальным  звеном в цепочке сделок, получив статус формально «Транзитной  организации».  

Указанный договор заключен формально, стороны не имели намерения  на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и  обязанностей по договору, о чем свидетельствует следующее:  

- отсутствует экономическая обоснованность сделки для ООО «УК  «Забота»,  

- оплата по договору произведена единожды и только в сумме  окончательного расчета, составляющего сумму стоимости услуг, оплаченных  управляющей компании ООО «Барнаульский водоканал»,  

- передачи технической документации на канализационную сеть (планы 

с указанием на них смотровых колодцев, привязки к зданиям или опорным  пунктам, длины интервалов между колодцами, диаметров трубопроводов,  

продольные профили с указанием отметок заложения, уклонов, грунтовых  условий, материалов труб) не производилось,  

- до заключения спорного договора и после его расторжения ООО «УК  «Забота» не осуществляло деятельности по аренде и содержанию  магистральных водопроводных и канализационных,  

- на момент заключения договора стороны имели один адрес,  аффилированных лиц, директором ООО «УК «Забота», ООО «Сетевая  компания «Союз» являлся Комиссаров А.М.  

Кроме того, управляющая компания считает, что, согласно пункту 25  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  

от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее –  постановление Пленума ВС РС № 43) истцом по первоначальному иску  безусловно пропущен срок исковой давности по неустойке, поскольку  

в отношении нее не имелось перерыва течения этого срока, долг в части пени  ответчиком по первоначальному иску не признавался.  

Отзыв ООО «СЗ ИСК «Союз» на кассационную жалобу не принимается  судом во внимание, поскольку в нарушение положений части 1 статьи 279  АПК РФ не приложены доказательства направления копии отзыва иным  участвующим в деле лицам.  

 ООО «Сетевая компания «Союз» отзыв на кассационную жалобу  не представило.  

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ  правильность применения судами норм материального и соблюдение  процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых  судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам  

и представленным доказательствам, изучив материалы дела, суд округа  приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных  актов.  

Между ООО «СЗ ИСК «Союз» (арендодатель) и ООО «УК «Забота»  (арендатор) заключен договор аренды от 01.08.2014 № 1, по условиям  которого арендодатель обязался передать арендатору во временное владение  и пользование имущество (сеть канализации протяженностью 778 м).  

Целевым назначением имущества являлось оказание услуг  

по транспортировке стоков (пункты 1.1, 1.2). 

Обязанность по содержанию канализационных сетей, их эксплуатации,  включая капитальный и текущий ремонт, заключение договоров  

с ресурсоснабжающими организациями, возложены по договору  на арендатора (пункт 6 договора).  

В соответствии с пунктом 2.1 договора за пользование имуществом  арендатор обязался уплачивать арендодателю плату, состоящую  

из фиксированной части. Фиксированная часть платы устанавливается  в размере 21 937 руб. 90 коп. с НДС.  

Оплата по договору аренды должна производиться ежемесячно (пункт  3.1 договора).  

В пункте 4 договора стороны согласовали, что арендатор вносит  арендную плату не позднее 10-го числа следующего месяца.  

Согласно пункту 7.2 договора за неуплату арендатором платежей  

в сроки, установленные договором, арендодателем начисляется пеня в  размере 0,1% от просроченной суммы за каждый день просрочки.  

Срок действия договора согласован сторонами с 01.08.2014 по  31.07.2019 (пункт 4.3 договора).  

Договор аренды подписан со стороны арендатора Комиссаровым А.М. -  директором ООО «УК «Забота», со стороны арендодателя Отмашкиным В.Н.  - генеральным директором ООО «СЗ ИСК «Союз».  

О передаче имущества в аренду составлен акт приема-передачи  

от 01.08.2014, согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял  имущество, согласно условиям договора, в рабочем состоянии,  соответствующем требованиям по эксплуатации.  

01.01.2016 между сторонами заключено дополнительное соглашение 

 № 1 к договору аренды от 01.08.2014 № 1, которым стороны изменили пункт  2.1 договора аренды, указав, что за пользование имуществом арендатор  уплачивает арендодателю плату, состоящую из фиксированной части.  Фиксированная часть устанавливается в размере 17 380 руб. с НДС.  

31.12.2016 «СЗ ИСК «Союз» и ООО «УК «Забота» подписали  соглашение о расторжении договора аренды от 01.08.2014 № 1 с 01.01.2017.  

Также 31.12.2016 сторонами оформлен акт возврата имущества  по договору аренды от 01.08.2014 № 1.  

Кроме того, по состоянию на 31.12.2016 стороны подписали акт сверки  взаимных расчетов за период: январь 2014 года - декабрь 2016 года,  

в соответствии с которым задолженность управляющей компании перед  ООО «СЗ ИСК «Союз» составила 581 504 руб. 30 коп.  

В материалы дела представлен протокол от 23.01.2017 к соглашению  

о расторжении договоров аренды, заключенных между управляющей  компанией и ООО «ИСК «Союз», ООО «СК «Союз» и АО «БКЖБИ-2».  

Согласно протоколу руководством организаций принято решение  расторгнуть заключенные между ними договоры аренды с 01.01.2017  

(пункт 1). Часть доходов, полученных от транспортировки воды и стоков  

на 31.12.2016, но не перечисленных в счет погашения долга по договорам  аренды, определено перечислить арендодателям в следующих размерах:  

АО «БКЖБИ-2» - 148 457 руб. 31 коп., ООО «ИСК «Союз» - 64 950 руб.  

07 коп., ООО «СК «Союз» - 250 521 руб. 72 коп. (пункт 2). Оставшаяся сумма  задолженности арендатора перед арендодателями, подтвержденная актами  сверки взаимных расчетов, подлежит списанию по истечении 3-х лет, как  безнадежная ко взысканию.  

15.06.2017 ООО «УК «Забота» произвело оплату на расчетный счет  ООО «ИСК «Союз» по договору аренды от 01.08.2014 № 1, по соглашению  от 23.01.2017 в размере 44 362 руб. 88 коп.  

С учетом данного платежа истец уменьшил исковые требования в части  задолженности по арендной плате до 537 141 руб. 42 коп. (581 504,30 -  

44 362,88). 

Ссылаясь на то, что указанная задолженность не подлежит списанию как  безнадежная и на наличие задолженности управляющей компании  

по договору аренды № 1 за период с 01.08.2014 по 31.12.2016 в размере  

537 141 руб. 42 коп., ООО «ИСК «Союз» обратилось с претензией об уплате  указанной суммы.  

ООО «УК «Забота» отказалось производить оплату задолженности,  сославшись в письмах от 12.11.2019 и 11.12.2019 на протокол от 23.01.2017  

к соглашению о расторжении договоров аренды, которым были утверждены  

окончательные расчеты, а остаток задолженности признан безнадежным  

к взысканию и подлежащим списанию. 

Неисполнение управляющей компанией требований претензии  послужило ООО «ИСК «Союз» основанием для обращения в арбитражный  суд с первоначальном иском по настоящему делу, в котором истец указал,  что исполнение договора подтверждено подписанными сторонами без  возражений за весь период действия договора аренды актами о приеме- передачи услуг аренды сетей, актом сверки, определяющим задолженность  ответчика.  

Ссылаясь на недействительность договора аренды от 01.08.2014 № 1,  ООО «УК «Забота» предъявило встречный иск, в котором в обоснование  притворности договора сослалось на следующее:  

- в период действия договора аренды оплата управляющей компанией  производилась единожды – в форме окончательного расчета (15.06.2017),  иных оплат не было, равно как и претензий со стороны арендодателя  относительно отсутствия платежей с момента заключения договора;  

- штатное расписание управляющей компании с момента заключения  договоров и до момента их расторжения не содержало сотрудников для  обслуживания водопроводных и канализационных сетей, для расчета и  защиты тарифов, что подтверждает факт отсутствия ведения деятельности  ООО «УК «Забота» по содержанию сетей;  

- ООО «СЗ ИСК «Союз» не производилась передача технической  документации на сети;  

- на момент заключения оспариваемого договора юридические адреса  заказчика и исполнителя совпадали;  

- экономической обоснованности для ООО «УК «Забота» в заключении  договора аренды сетей нет;  

- ранее ООО «УК «Забота» не осуществляла деятельность по аренде 

и содержанию магистральных водопроводных и канализационных сетей,  после расторжения спорного договора аренды такая деятельность также не  ведется;  

- управлением Алтайского края по государственному регулированию  цен и тарифов были утверждены тарифы на транспортировку воды в сфере  

холодного водоснабжения, водоотведения, однако не были утверждены  расходы на аренду сетей и ремонтные расходы. На основании утвержденного  тарифа 13.05.2015 между ООО «УК «Забота» и ООО «Барнаульский  водоканал» был заключен договор № 4-4/238-15 по транспортировке сточных  вод и договор № 4-4/237-15 по транспортировке холодной воды. Денежные  средства, полученные управляющей компанией от ООО «Барнаульский  водоканал» по названым договорам, были переведены на счета АО «СЗ  «БКЖБИ № 2», ООО «ИСК «Союз», ООО «СК «Союз» в суммах,  установленных решением, оформленным протоколом от 23.01.2017.  

Управляющая компания также заявила, что инициирование ООО «СЗ  ИСК «Союз» судебных разбирательств по взысканию задолженности  

по договору преследует цель получения дополнительных денежных средств и является злоупотреблением правом. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя первоначальный иск,  руководствовался статьей 8, 203, 206, 307, 309, 310, 421, 432, 606, 614, 622  

ГК РФ и исходил из того, что фактически спорный договор аренды  сторонами исполнялся, о чем свидетельствуют подписанные без возражений  и замечаний сам договор, дополнительное соглашение к нему об изменении  размера арендной платы, акты приема-передачи, акт сверки взаимных  расчетов, указывающий на признание долга и в связи с этим на перерыв  течения срока исковой давности по основному долгу и неустойке,  произведенная управляющей компанией оплата по спорному договору  аренды и соглашению от 23.01.2017; обращение управляющей компании  25.09.2014 с заявлением в Инспекцию Федеральной налоговой службы  

по Октябрьскому району г. Барнаула о внесении изменений в ЕГРЮЛ  с добавлением новых кодов ОКВЭД (строка 110-115 выписки из ЕГРЮЛ),  

а именно: 35.30 – производство, передача и распределение пара и горячей  воды; 36.00 – забор, очистка и распределение воды; 37.00 – сбор и очистка  сточных вод; обращение управляющей компании в 2015-2016 годах  

в Управление Алтайского края по государственному регулированию цен и  тарифов за установлением тарифа на транспортировку сточных вод в сфере  водоотведения и транспортировку воды в сфере холодного водоснабжения  

на 2016-2018 годы. 

Суд пришел к выводу о наличии задолженности управляющей компании  в виде разницы между суммой, указанной в акте сверки, и оплаченной  суммой, и отклонил доводы ответчика о пропуске срока исковой давности  

по основному долгу и неустойке, не установив оснований для применения  положений статьи 333 ГК РФ.  

Руководствуясь пунктом 5 статьи 166, статьями 170, 181 ГК РФ,  разъяснениями, приведенными в пунктах 86, 87, 88 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25),  отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции исходил  из следующего: стороны исполняли сделку; управляющая компания  

не обращалась с требованием о признании договора недействительным 

до предъявления к ней иска о взыскании долга; ООО «УК «Забота»  

не предоставлено в материалы дела надлежащих доказательств, что действия  сторон договора аренды от 01.08.2014 № 1 были направлены на достижение  других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников  такой сделки.  

Отклоняя довод истца по встречному иску о заключении договора 

с целью защиты более высокого тарифа по транспортировке холодной воды,  сточных вод и, соответственно, получения ООО «СЗ ИСК «Союз» большей  прибыли, суд указал на противоречие этого довода фактическим  обстоятельствам, сославшись на то, что регулирующим тарифы органом для  управляющей компании как сетевой организации утверждены экономически  обоснованные тарифы. Кроме того, суд пришел к выводу о том, что,  возражая против требований ООО «СЗ ИСК «Союз», ООО «УК «Забота»,  фактически указывает на несогласие с размером установленного тарифа.  

Суд первой инстанции также пришел к выводу о пропуске управляющей  компанией срока исковой давности по обращению с требованием  

о признании сделки недействительной, поскольку к ее исполнению стороны  приступили при заключении договора, то есть 01.08.2014, тогда как  встречный иск предъявлен 10.02.2020.  

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. 

Суд кассационной инстанции считает, что имеются основания для  отмены решения и постановления в связи со следующим.  

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и  юридических лиц, направленные на установление, изменение или  прекращение гражданских прав и обязанностей.  

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна  (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить  для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума  

ВС РФ № 25). 

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на  иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи  

с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка,  которая направлена на достижение других правовых последствий  

и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного  участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы  недостаточно.  

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая  сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней  правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).  

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных  условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью  прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму,  суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на  крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке  правила (пункт 87 Постановления Пленума ВС РФ № 25).  

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для  прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько  сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к  сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа  

и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170  ГК РФ).  

Согласно правовой позиции, выраженной Верховным Судом Российской  Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411,  фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки  не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может  быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки  перед другой стороной для последующего инициирования процедуры  банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время  для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели  намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и  обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным  для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют  все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.  Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом  путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность  намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства,  обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами,  участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65,  168, 170 АПК РФ).  

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость  сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех  обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно  недостаточно. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также  осуществить для вида ее формальное исполнение.  

Согласно пунктам 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение  является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении  

норм процессуального права и в полном соответствии с нормами  материального права, которые подлежат применению к данному  правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях  аналогии закона или аналогии права.  

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для  дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами,  удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости,  или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда,  когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие  

из установленных фактов. 

В соответствии с частями 1 и 7 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд  оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному  на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд  обязан отразить в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа  

в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле,  в обоснование своих требований и возражений.  

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны  фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным  судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах  дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг  те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные  

в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих  в деле (части 1, 2 статьи 170 АПК РФ).  

Между тем при оценке спорного договора на предмет его  действительности, судами не дана оценка доводам управляющей компании:  

об отсутствии для нее, как организации, осуществляющей содержание 

и обслуживание помещений многоквартирных домов, какого-либо  экономического смысла в принятии в аренду внутриквартальных сетей  канализации; о том, что аренда такого имущества несвойственна функциям  организаций, осуществляющих управление жилыми домами; о том, что  реальность исполнения сделки может подтверждать факт обслуживания  управляющей организацией принятых в аренду сетей, что включает в себя  

получение от арендодателя необходимой технической документации на сети,  наличие в штате соответствующих сотрудников, ведение журналов  регистрации аварийных ситуаций и мероприятий по их устранению,  доказательств чего в материалы дела не представлено.  

Кроме того, судами оставлены без внимания доводы управляющей  организации о том, что арендодатель не обращался в ней с требованиями об  осуществлении оплаты за пользование арендованным имуществом до смены  как в период действия договора, так и значительное время после оформления  сторонами расторжения договора; о том, что арендатором единственный раз  осуществлен платеж арендодателю по спорному договору на основании  протокола к соглашению о расторжении договора в размере части суммы,  полученной от ООО «Барнаульский Водоканал» за услуги по  транспортировке стоков.  

Кроме того, поскольку истцом по встречному иску заявлено о том, что  совершенной сделкой стороны прикрывали исполнение прямого договора  между истцом по первоначальному иску и ООО «Барнаульский Водоканал»  судам надлежало вынести на обсуждение сторон вопрос о привлечении  указанной организации к участию в деле.  

С учетом вышеприведенных обстоятельств, не исследованных судом,  выводы судов о действительности оспариваемого договора аренды являются  преждевременными.  

Кроме того, учитывая, что исполнение договора аренды предполагает  передачу арендованного имущества арендатору, суд кассационной инстанции  полагает, что вывод суда первой инстанции об исчислении начала течения  срока исковой давности с даты заключения договора аренды – 10.08.2014, и,  соответственно, о пропуске управляющей компанией срока исковой  давности, сделан без учета следующего.  

Согласно положениям статьи 181 ГК РФ для исчисления срока исковой  давности по иску о признании недействительной сделки ничтожной сделки  трехлетний срок исковой давности исчисляется со дня, когда началось  исполнение сторонами этой сделки.  

С учетом разъяснений, приведенных в пункте 101 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  

«О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», для требований сторон  ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о  признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок  исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение  ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому  исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения. По смыслу  пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок  исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.  

Указанные разъяснения высшей судебной инстанции не учтены судами  при разрешении вопроса о применении срока исковой давности. Указание  суда о начале исполнения договора с даты его заключения не подтверждает  того, что стороны фактически приступили к ее исполнению в этот день.  

В связи с чем, и, учитывая, что принятие имущества в аренду управляющая  компания оспаривает, настаивая, что сети оставались в распоряжении истца,  суду следовало установить, какими другими доказательствами дела это  обстоятельство подтверждается.  

На основании вышеизложенного, для установления имеющих значение  для правильного рассмотрения спора обстоятельств обжалуемые судебные  акты подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд  первой инстанции.  

Суд кассационной инстанции отмечает, что в случае, если при новом  рассмотрении спора будет установлено, что срок исковой давности  пропущен, это обстоятельство не может являться основанием для  безусловного удовлетворения первоначального иска.  

Так, судами не исследовались такие обстоятельства, как то, какова  реальная цель и экономический смысл в подписании сторонами протокола  

к соглашению от 23.01.2017, которым стороны определили сумму,  подлежащую уплате арендодателю по завершении договорных отношений  расторжением договора. Суды не проверили является ли указанная в данном  протоколе сумма размером обязательства, исполнением которого  завершаются расчеты сторон по договору, размером арендной платы  

по договору аренды в целом, учитывая согласование сторонами  

одновременно условия об освобождении арендатора от обязанности по  уплате договорной арендной платы, признанием указанной суммы  безнадежной к взысканию по истечении трех лет.  

Установление указанных обстоятельств имеет существенное значение  для правильного рассмотрения первоначального иска в целях определения  наличия или отсутствия факта исполнения управляющей компанией  обязательства по внесению арендной платы.  

Суд кассационной инстанции считает обоснованными доводы  управляющей копании о том, что при рассмотрении заявления ответчика по  первоначальному иску о пропуске исковой давности по требованию о  взыскании пени судами первой и апелляционной инстанции не учтено  следующее.  

В силу статьи 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается  совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании  долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново;  время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.  

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 25  Постановления Пленума ВС РФ № 43 признание обязанным лицом  основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может  служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных  требований кредитора, в частности, неустойки, соответственно, не может  расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по  данному дополнительному требованию.  

Из смысла данных разъяснений следует, что необходимо учитывать  волеизъявление должника на совершение действий, направленных на  перерыв срока исковой давности не только по основным, но также и по  дополнительным требованиям.  

Вместе с тем доказательства совершения ответчиком действий по  признанию неустойки материалы дела не содержат, в акте сверки,  положенном судом первой инстанции в обоснование вывода о прерывании  им срока исковой давности по основному долгу, сведений о признании  ответчиком сумм неустойки не имеется.  

Следовательно, оснований для определения течения срока исковой  давности по первоначальному иску в ином порядке, нежели в соответствии  

с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 25 Постановления  Пленума ВС РФ № 43, не имелось.  

При этом суд округа отмечает, что срок исковой давности 

по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) подлежит  исчислению отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому  применительно к каждому дню просрочки (пункт 25 Постановления Пленума  ВС РФ № 43).  

Иными словами, требование о взыскании неустойки может быть  удовлетворено в пределах трехгодичного срока, предшествующего дате  предъявления иска о взыскании этой неустойки.  

Указанные обстоятельства с учетом заявленного ответчиком  ходатайства об истечении срока исковой давности по всему периоду  начисленной неустойки не были учтены при разрешении спора.  

Таким образом, не проверив периоды расчета неустойки с учетом сроков  исковой давности по требованию о взыскании суммы договорной неустойки  суды пришли к неправильным выводам относительно размера взыскиваемой  неустойки.  

Решение суда первой инстанции и постановление апелляционной  инстанций, принятые без установления указанных обстоятельств, имеющих  существенное значение по делу, нельзя признать законными и  обоснованными.  

На основании изложенного суд кассационной инстанции приходит 

к выводам, что обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм  материального права, без выяснения фактических обстоятельств по  возникшим между сторонами правоотношениям и обстоятельствам  прекращения обязательств, поэтому подлежат отмене с направлением дела на  новое рассмотрение.  

При новом рассмотрении дела по первоначальному и встречным искам  суду необходимо установить действительную волю сторон по  последовательным и взаимосвязанным сделкам, оценить достижение  сторонами определенных правовых целей сделки, определить начало течения  

срока исковой давности по требованию о признании сделки  недействительной, проверить доводы управляющей компании  применительно к положениям пункта 25 Постановления Пленума ВС РФ  

 № 43 и ее заявлению о пропуске истцом срока исковой давности по  требованию о взыскании неустойки, а также доводы о полном исполнении  обязательств по соглашению о расторжении договора и прекращении  обязательств, решить вопрос о распределении судебных расходов, в том  числе по состоявшемуся апелляционному и кассационном рассмотрению.  

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288,  статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение Арбитражного суда Алтайского края от 25.06.2020 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2020 по делу   № А03-20597/2019 отменить. Дело направить на новое рассмотрение  в Арбитражный суд Алтайского края.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий М.А. Севастьянова 

Судьи Е.Ю. Демидова  

 В.В. Тихомиров